Сдерживающий над бездной (Быт. 6 — 9).

В то время как в Быт. 1 — 3 истории о творении священнического писания и яхвиста следуют друг за другом, в Быт. 6 — 9 обе версии рассказа так переплетены, что теперь мы имеем один рассказ о потопе. Но если приглядеться, то и в Быт. 6, 5 — 9, 17 узнаешь различные предания об этой истории, которые ведут к напряжению и противоречивым данным. Согласно Быт. 7, 4. 12. 17, потоп длился 40 дней, а согласно 7, 24; 8, 3 — 150 дней. Потоп согласно 7, 12; 8, 2б вызван великим дождем, а по 7, 11; 8, 2а разверзлись источники великого океана бездны, и открылись окна неба. В 7, 2 ff очень точно указано, что Ной должен взять с собою от всех чистых животных по 7 пар, а от нечистых по одной паре. Однако в 6, 19 f; 7, 15 f; 8, 19 подчеркивается, что Ной ведет с собою в ковчег только по одной паре от всякой плоти. Наблюдения над сменой имени Бога, которое варьируется от отрывка к отрывку, иногда от стиха к стиху, — дополнительное указание того, что в этом комплексе преданий представлены обе истории, яхвистская и священническая. Обе имеют свои собственные контуры.

J:

“И увидел Господь, что велико развращение человеков на земле, и что все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время; и раскаялся Господь, что создал человека на земле, и восскорбел в сердце Своем...”

В этих стихах Быт. 6, 5-8 в первый раз в праистории можно услышать голос самого яхвистского рассказчика. Если в других местах он является как собиратель и редактор, чьи повествовательные намерения можно открыть только в композиции материала преданий, то здесь он говорит своими собственными словами о том, о чем идет речь в праистории. JHWH кается, что Он сотворил человеков (6, 6) и это Его глубоко печалит (6, 7). Он хочет уничтожить их вместе с другими живыми существами. Только один человек находит благодать в очах JHWH, а именно Ной. Почему именно Ной должен быть спасен, в то время как другие — погибнуть, и чем он заслужил это, об этом не говорится. Это решение только одного Бога, что Он уделяет Ною благодать. Очевидно, при составлении источников следующий отрывок истории утрачен. Ибо в 7, 1 ff — яхвистском продолжении — рассказывается уже, как Бог приказывает Ною идти в ковчег и только теперь открывает свой план навести потоп. Предположительно выпал тот отрывок текста, в котором было рассказано, как Ной получает приказ для постройки ковчега и как он этот приказ послушно исполняет. Однако Ной должен быть спасен не в одиночестве. Он должен взять с собою в ковчег от всех чистых животных по семь пар и от всех нечистых животных по одной паре, ибо Бог желает спасти с Ноем в ковчеге все свое творение от суда. После потопа должны снова множиться и животные. Ной делает все, что ему сказал Господь, и со всем своим домом входит в корабль. И Сам Господь “закрыл его за ним”. Это предложение, которое в нынешнем тексте следует только в 7, 16, должно было некогда стоять сразу после 7 ст., куда его большинство толкователей и переставляют. Та же рука, которая в следующий момент произведет смертельный суд, в заботе о Ное и всех живых существах с ним, закрывает за ним, охраняя, ковчег. И тут начинается великий дождь. Рассказчик, очевидно, может представить себе великий потоп только как результат долгого дождя. Очевидно также, что дождь, длившийся 40 дней, был столь неизвестным явлением, что можно было подумать, что он в состоянии затопить всю землю.

“Вода же усиливалась и весьма умножалась на земле, и ковчег плавал по поверхности вод... все, что имело дыхание духа жизни в ноздрях своих на суше, умерло... остался только Ной и что было с ним в ковчеге” (Быт. 7, 18. 22. 23с).

Однако после 40 дней дождь с неба иссяк. Воды начали спадать. Тогда Ной открыл окно ковчега и выпустил голубку, чтобы узнать, есть ли уже сухая земля. Но в первый раз голубка вернулась, потому что она нигде на земле не могла спуститься. Во второй раз она уже принесла зеленый лист маслины в клюве, знак надежды и новой зародившейся жизни. Только в третий вылет голубка не вернулась. Тогда Ной понял, что воды спали. Он открыл крышу ковчега, вышел и принес Господу жертву сожжения от всех чистых животных и птиц. И тут произошла замечательная перемена в настроении сердца Бога. Господь “обонял приятное благоухание” (8, 21) жертвы сожжения и поклялся в Себе:

“Не буду больше проклинать землю за человека, потому что помышление сердца человеческого — зло от юности его...” (8, 21).

Это же обстоятельство, которое дало основание JHWH навести потоп (6, 5 f), теперь становится основанием более не проклинать землю за человека, ... “потому что помышление сердца человеческого — зло от юности его...” (8, 21).

Р:

Версия священнического писания очень похожа на рассказ яхвиста. Поэтому оба рассказа могли быть легко вставлены один в другой. И согласно Р Бог решил положить “конец всякой плоти”, потому что земля была развращена и полна насилия. Поэтому люди должны быть истреблены от земли (6, 11-13). Исключение Бог желает сделать только для Ноя и его потомков. Ибо “Ной был человек праведный и непорочный в роде своем” (6, 9). Там, где у яхвиста шла речь о беспричинном, благодатном избрании JHWH, в Р вставлено благочестие Ноя. Поскольку Бог нашел Ноя праведным, Он желает спасти его, его сыновей, жену и невесток от потопа. Также и от всех животных Ной должен взять с собою по одной паре, чтобы им была сохранена вместе с Ноем жизнь в ковчеге. Ной сделал все так, как повелел ему Бог, и тогда начинается великий потоп:

“В шестисотый год жизни Ноевой, во второй месяц, в семнадцатый день месяца, в сей день разверзлись все источники великого океана (бездны), и окна небесные отворились” (7, 11 f).

Здесь речь о “великой бездне”, tehom, которая уже в Р-истории творения означала воды хаоса (Быт. 1, 2), который Бог в акте творения потеснил, давая пространство для жизни Его творений. Эта древняя власть хаоса (Тиамат!) теперь снова прорывает шлюзы неба и одновременно поднимается через колодцы из глубины. Мрачное пра-море вновь обрушивается на творение. Бог погружает Свой мир в хаос. Но всего лишь на мгновение! После 150 дней, в течение которых всякая плоть, имевшая дыхание жизни, погибла, Бог навел на Землю дуновение ветра, так что воды уменьшились. Колодцы бездны и окна неба закрылись. Наконец появились в виде вершины гор, и ковчег смог пристать к горе Арарат. Тогда Бог послал ворона, который летал туда и сюда, пока не высохла вода. По приказу Бога Ной на 601-й год жизни, во 2-й месяц вышел из ковчега, а с ним жена, сыновья, невестки и все животные. И тогда Бог повторяет Свое благословение, какое Он уже дал при сотворении людей и всех животных:

“Плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю...” (9, 1).

Но что-то при этом изменилось. На животных напал страх и трепет перед людьми, ибо они даны в пищу человеку. И люди будут убивать друг друга и проливать кровь. Однако Бог взыщет от каждого за пролитую кровь, кто убьет другого человека.

“... кто прольет кровь человеческую, того кровь прольется рукою человека” (9, 6).

Р, как и J, не видит, что человечество стало лучше после потопа. Потомство Ноя, историческое человечество, стоящее перед очами рассказчика, как и роды перед потопом, полно греха и насилия. Мир при творении, описанный в Быт. 1, 29-31, и мир между людьми и животными более не возвращается. И тем не менее Бог заключает завет с Ноем и его потомством и дает им знамение того, “что не будет более истреблена всякая плоть водами потопа” (9, 11). Бог ставит Свой лук на облаках как знак союза между Ним и землею.

[Слово, использованное в Быт. 9, 13 ff, означает боевой лук, которым воин пускает стрелы (ср. Авв. 3, 9-11). Поэтому знамение радуги часто толкуется так: Бог отложил и повесил на облака Свой боевой лук и оказал миру свою волю к благодати (G. von Rad, Zimmerli). Есть и другое толкование. Согласно многим древневосточным параллелям лук — оружие божества-творца, которым одолевается или убивается хаотическая власть воды. “Лук Бога на облаках” согласно этому знак напоминания, что Бог-Творец помнит о Своем господстве над всякой жизнью.]

Когда приходят грозовые облака и появляется радуга, “Я вспомню завет Мой, который между Мною и между вами и между всякою душею живою во всякой плоти; и не будет более вода потопом на истребление всякой плоти” (9, 15).

Как история творения в Р имела образец в вавилонском мифе творения, так и библейская история потопа имеет прямые параллели в древневесточном рассказе о потопе. Речь идет о шумерском мифе о потопе, который в предании дошел до вавилонской рецензии эпоса о Гильгамеше. Многочисленные созвучия в версиях J и Р показывают большое влияние этой поэмы на библейскую историю о потопе.

Нововавилонский эпос о Гильгамеше изображает в поэме из 12-ти таблиц судьбу Гильгамеша, царя Ниппура, города на нижнем Евфрате. В 11-й таблице описывается, как Гильгамеш посещает бывшего некогда властителем Шуриппака, Утнапиштима, жившего по другую сторону рек, и так он узнает от него, как он получил от богов бессмертие. Некогда великие боги решили произвести потоп. Бог неба Ану, бог земли Энлиль и другие боги приняли это решение. Но Эа, господин мудрости и бог моря, услышал об этом и сообщил своему другу Утнапиштиму об угрозе гибели во сне. Он дал ему указание построить корабль и спасти его жизнь. Утнапиштим послушался слов Эа, построил корабль и взял всю свою семью, скот и животных полевых, семена, а также серебро и золото на корабль. Наступивший после этого потоп был так страшен, что страх охватил и богов. Они только теперь узнали, что они натворили, и раскаялись в своем решении.

“Боги устрашились потопа, отпрянули и поднялись на небо Ану. Боги свернулись, как собаки, прижались к внешним стенкам. Иштар кричит, как рожающая, рычит госпожа богов: “... как могла я в собрании богов приказать, приказать к войне для уничтожения моих людей!””

Когда после 7-ми дней улегся южный ветер и море успокоилось, Утнапиштим открыл люк и плача увидел, что все человечество превратилось в ил. Еще через 7 дней, когда корабль пристал к горе Нишир, Утнапиштим выпустил голубку, которая, не найдя себе места, вернулась. Тогда он выпустил ласточку, но и она вернулась. Только ворон, которого он выпустил, увидел падение воды, нашел пищу и не вернулся. Тогда Утнапиштим выпустил всех, кто был с ним в корабле, на четыре стороны света и принес богам жертву.

“Я принес жертву каждения на вершине горы... Боги обоняли благоухание, боги обоняли сладкое благоухание. Боги слетелись, как мухи, над жертвователем...”

Но потом последовал эпилог. Иштар, мать богов, не хотела, чтобы Энлиль, бог земли, присутствовал при жертве каждения, потому что он необдуманно приговорил землю к потопу и “послал гибель на моих людей”. Энлиль же, видя корабль Утнапиштима, огорчился о том, что одному человеку оставлена жизнь. Но другие боги призвали его к ответу, так что в конце концов он привел Утнапиштима и его жену к богам и даровал им бессмертие.

Созвучия библейской истории о потопе и вавилонской очевидны. Но явны и большие различия. В то время, как эпос о Гильгамеше рассказывает о споре многих богов, которые сами не совсем сознают своих действий, Бог действует в обоих рассказах в суверенной свободе. Он наводит потоп, и Он же охраняет человека от гибели Своим свободным избирательным решением. Да и решение навести потоп возникло не из произвольного каприза Бога. Гибель вызвало зло людей, то, что названо порчей земли. Однако Бог оставляет одну семью и по одной паре от всех творений, чтобы с ними все начать снова, как в начале. Ной выживает не для того, чтобы уподобиться богам и стать бессмертным, но через него Бог желает начать новую историю человечества. И хотя Он знает, что это человечество не будет лучше прежнего, Он больше не желает губить землю из-за человека. Согласно яхвистскому рассказу JHWH дает обетование, что пока стоит земля, “посев и жатва, и холод и жара, и лето и зима, и день и ночь не прекратятся” (Быт. 8, 22). Согласно священническому писанию Бог поставляет Свой лук на облаках как знамение союза, “и не будет больше вода потопом, чтобы истреблять всякую плоть” (9, 15). Именно этот особенный конец показывает цель библейской истории о потопе.

Праистория до сих пор наводила на вопрос, сможет ли Бог и далее выносить этот мир, все более наполняющийся нечестием. Не раскается ли Он в сотворении человека, мира, неба, земли и всякой души живой? Библейский рассказ о потопе дает ответ, который, подобно другим рассказам праистории, имеет этиологический, обосновывающий смысл. Он изображает, что Бог некогда действительно раскаялся, что сотворил человека и других живых существ. Бог действительно перед началом нынешней истории человечества поддался разочарованию и уничтожил все живое на земле. Однако в Своей благодати Он в то же время спас от гибели одного человека с семьей и одну пару от всякого рода живых существ. Им Он дал, после того, как они вышли из ковчега, чудесное обетование, что больше никогда не проклянет землю и не погубит никакую плоть из-за человека, “потому что помышление сердца человеческого — зло от юности его...” (8, 21). Итак Бог хранит Свое творение вопреки злу человечества! Он не отнимает Своей руки от него, хотя земля испорчена. Эта история в ее библейской версии говорит об “эсхатологическом суде над миром”, но с точки зрения его спасения. Собственно, Бог мог бы погрузить в хаос этот мир в любое мгновение. Он мог бы отнять Свою охраняющую руку. Ибо неправда и зло человеков вопиет к небесам. Они заслужили только погибель. Но тем не менее, Бог больше этого не допустит. Его не­обусловленное решение благодати в том, что несмотря на развращение, Он человечество несет и держит. В Его неизменной творческой верности основано то, что Он более не погружает мир в хаос. Этот мир удерживается над бездной только благодатью Божией.