Кастеллоза

* * *

Зачем пою? Встает за песней вслед

Любовный бред,

Томит бесплодный зной

Мечты больной,

Лишь муки умножая.

Удел и так мой зол,

Судьбины произвол

Меня и так извел…

Нет! Извелась сама я.

А вы, мой друг, плохой вы сердцевед,

Любви примет,

Сдружившейся со мной

Тоски немой

Во мне не замечая.

Всеобщий же глагол

Вас бессердечным счел:

Хоть бы приветил, мол,

Несчастной сострадая.

Но я верна вам до скончанья лет

И чту обет

(Хоть данный мной одной!),

Свой долг святой

Безропотно свершая.

Вас древний род возвел

На знатности престол,

Мою ж любовь отмел, –

Для вас не столь знатна я.

Вы для меня затмили целый свет, –

Отказа нет

Для вас ни в чем от той,

Кто день‑деньской

Все ждет, изнемогая,

Чтоб ожил тихий дол

И вестник ваш прибрел

Иль пыль клубами взмел

Скакун ваш, подлетая.

Украв перчатку, милый мне предмет,

У вас, мой свет,

Но потеряв покой,

Своей рукой

Ее вам отдала я, –

Хоть грех мой не тяжел,

Но он бы вас подвел,

Коль ревности укол

Не стерпит… та, другая…

Гласят замёты стольких зим и лет:

Совсем не след,

Чтоб к донне сам герой

Ходил с мольбой.

Коль, время выжидая,

Сперва бы сети сплел,

С ума бы донну свел,

То в плен не он бы шел –

Спесивица младая!

Ты б к Самой Лучшей шел

И песню спел, посол,

Как некто предпочел

Мне ту, с кем не чета я.

Друг Славы! Мир не гол

Для тех, кто зло из зол –

В вас холодность обрел,

Но страстью расцветая!

БВЛ, с. 115–116

Аймерик де Пегильян

* * *

В моей любви – поэзии исток,

Чтоб песни петь, любовь важнее знанья, –

Через любовь я все постигнуть мог,

Но дорогой ценой – ценой страданья.

Предательски улыбкой растревожа,

Влекла меня любовь, лишь муки множа.

Сулили мне уста свое тепло,

Что на сердце мне холодом легло.

Хоть жалость и не ставится в упрек,

Но не могу сдержать свое роптанье:

Ведь не любя жалеть – какой тут прок?

Чем медленней, тем горше расставанье.

Нет, в жалости искать утех негоже,

Когда любовь готовит смерти ложе.

Так убивай, любовь, куда ни шло,

Но не тяни – уж это слишком зло!

Смерть жестокá, но более жесток

Удел того, кто жив без упованья.

Как грустно брать воздержности урок

Из милых уст, расцветших для лобзанья!

За счастья миг я все бы отдал, боже, –

Чтоб жизнь опять на жизнь была похожа

(Лишь сердце бы сомнение не жгло,

Что пошутить ей в голову пришло).

Меня в беду не Донны нрав вовлек, –

Сам виноват! Я сам храню молчанье,

Как будто бы, дав гордости зарок,

О днях былых прогнал воспоминанье.

Меж тем любовь одна мне в сердце вхожа,

В нем помыслы другие уничтожа.

Безумен я – немею, как назло,

Когда молчать до боли тяжело!

Она добра, и дух ее высок,

Я не видал прекраснее созданья,

И прочих донн блистательный кружок

С ней выдержать не в силах состязанья.

Она умна не меньше, чем пригожа,

Но не поймет меня по вздохам все же, –

Так что ж тогда узнать бы помогло,

Как властно к ней мне душу повлекло?

Но я судьбой еще наказан строже,

С той разлучен, что мне всего дороже.

Ах, и в тоске мне стало бы светло,

Лишь бы взглянуть на светлое чело!

И в Арагон шлю эту песню тоже.

Король, вы мне опора и надежа,

Да ваших дел столь выросло число,

Что в песню бы вместиться не могло!

БВЛ, с. 148–149

* * *

– Дама, зачем эта пытка так зла?

– Сеньор, речь безумца мне не мила.

– Дама, молю хоть о капле тепла.

– Сеньор, бесплодным мольбам нет числа.

– Дама, немолчна моя вам хвала.

– Сеньор, я желаю вам только зла.

– Дама, тоскою душа изошла.

– Сеньор, а моя зато весела.

– Дама, утешьте последний мой час.

– Сеньор, долго ждать вам, вот весь мой сказ.

– Дама, сиявший мне светоч угас.

– Сеньор, это нравится мне как раз.

– Дама, скорбями чреват ваш отказ.

– Сеньор, разве есть любовь на заказ?

– Дама, единый ваш взор меня б спас.

– Сеньор, не должно быть надежд у вас.

– Дама, я прав не повсюду лишен.

– Сеньор, в добрый путь! Иль ждете препон?

– Дама, любовь к вам мне ставит заслон.

– Сеньор, я не знаю, зачем ей он.

– Дама, со мной слишком резок ваш тон.

– Сеньор, он для вас и изобретен.

– Знать, Дама, непоправим мой урон.

– Сеньор, для меня ваша речь – закон.

– Амор, к равнодушью привел ваш путь.

– Друг, выбрав цель, я не вправе свернуть.

– Амор, зло сразит вас когда‑нибудь.

– Друг, вам жалеть не придется отнюдь.

– Амор, не любим я Дамой ничуть.

– Друг, я хотел бы вас с лучшей столкнуть.

– Амор, но боль разрывает мне грудь.

– Друг, я найду, как убытки вернуть.

– Амор, вас к краху ведет ваша прыть.

– Друг, нет причин так меня честить.

– Амор, вы хотите нас разлучить.

– Друг, жить в разлуке милей, чем не жить.

– Амор, я не в силах Даму сменить.

– Друг, вам придется желанья смирить.

– Амор, впредь могу ль я радость вкусить?

– Друг, для того надо ждать и служить.

ПТ, с. 167–168