4.2. Интеллектуальная собственность

Как уже говорилось в разделах о сущности собственности, наиболее важной ее характеристикой выступает то, что ее субъект – т.е. собственник, или владелец – может использовать собственность так, как он этого пожелает, и никакие другие люди не могут закон-ным способом использовать его собственность без его разрешения. «Мое – это мое, другие могут использовать его только с моей санк-ции» - вот основа любой собственности.

239

Интеллектуальная собственность по своему содержанию – это некий продукт мышления и действий личности, носящий в своем рождении нематериальный характер: разработанная идея, которую можно будет использовать на практике, подготовленная для печати статья, творческие коллективные и индивидуальные произведения всех родов и всех видов искусства, базы компьютерных данных, технические, коммерческие и другие секреты и т .д. и т.п. В любом случае – это творения человеческого интеллекта, человеческого ра-зума. Их роль в современной обстановке все более возрастает. Осо-бенно это относится к людям, чья деятельность связана с процесса-ми глобализации. «На совершенствование естественнонаучных ос-нов глобализации работают лучшие и самые высокооплачиваемые умы человечества. Менеджеры компьютерных компаний – басно-словно богатые люди, финансирующие грандиозные исследования. А совершенствование человека, взаимодействующего с глобализа-цией, занимаются энтузиасты, располагающие ничтожными ресур-

сами» [110, с. 254].

Чаще всего интеллектуальная собственность выступает в виде информации, которая может быть представлена на материальном носителе (бумага, магнитные и другие записи, пленки и т.п.) и рас-пространена среди интересующих его людей. В ряде случаев , осо-бенно на производстве, на основе этой информации создаются необ-ходимые предметы и вещи: изобретения , промышленные образцы, товарные марки (знаки) и т.п., которые в свою очередь, также явля-ются объектами интеллектуальной собственности.

4.2.1. Общие вопросы интеллектуальной собственности

Интеллектуальная собственность, являющаяся практически самым важным «локомотивом» современной экономики, издавна доказала свою значимость. Уже в средние века сформировалась практика выдачи патентов – документов , закрепляющих за опре-деленными лицами нововведения в области производства, т .е. их ав-торские права. Начиная с XII века английской королевской властью особые привилегии предоставлялись лицам, занимавшимся создани-ем новых видов деятельности, новых способов производства (техно-логий ) значимых товаров с тем, чтобы поддержать их на этом пути. Такая поддержка принимала форму пожалования лицу, внедрявше-му новую технологию, исключительного права преимущественного использования этого способа на срок, позволявший его хорошо ос-воить. Это защищало создателя новой технологии, изобретателя в трудный период становления производства от конкурентов, давало ему большую степень независимости.

240

Интеллектуальная собственность – это, с одной стороны, ин-формация, способная в скором времени стать чем-то вещным, пред-метным, возбуждающим интересы и эмоции людей – изобретения, разработки, написанные книги и песни, с другой – те материальные продукты и средства, которые зафиксированы объектами интеллек-туальной собственности . Интеллектуальная собственность, а значит и информация, которую можно представить в качестве таковой, все-гда имеет стоимость. «Удел информации в типичном американском мире, - говорил Н. Винер, - состоит в том, чтобы превратиться в не-что такое, что может быть куплено или продано» [18, с.112].

Уже при позднем феодализме производства изобретательство становится довольно – таки характерным, распространенным явле-нием. Стимулом этому служили четыре взаимоувязанных обстоя-тельства, имевших и психологическую, и экономическую основу:

• Стремление облегчить собственный труд, более рацио-нально организовать его, чтобы тратить как можно меньше уси-лий (не случайно в шутку говорят: лень – двигатель прогресса);

• Желание выпустить максимальное количество изделий, предметов, продуктов для рыночного обмена или продажи;

• Стремление повысить качество выпускаемой продукции

• разнообразить её;

• Стремление проявить свои способности, показать инди-видуальную смекалку и неординарность перед другими участ-никами производственного процесса, тем более перед конку-рентами.

Первый, наиболее значимый в экономическом плане , аспект изобретательства, был подмечен уже А. Смитом, который, в частно-сти, писал: «Значительная часть машин, употребляемых в тех ману-фактурах , где проведено наибольшее разделение труда, была перво-начально изобретена простыми рабочими, которые, будучи заняты каждый какой-нибудь весьма простой операцией, естественно при-лагали свои усилия к тому, чтобы найти более легкие и быстрые способы их выполнения. Те, кому приходилось часто посещать та-кие мануфактуры, должны были видеть весьма хорошие машины, изобретенные самими рабочими в целях ускорения и облегчения выполняемой ими специальной работы» [79, с. 84].

В дальнейшем практическая целесообразность изобретатель-ства привела к тому, что на различных предприятиях разных отрас-лей промышленности стали создаваться специальные подразделе-ния, смыслом и предназначением существования которых были усо-

241

вершенствования в производстве. Но опять – таки в истоках различ-ного рода улучшений машин , оборудования, процессов, способов производства лежали мысли и действия отдельных личностей, кото-рым важно было создавать необходимые условия и возможности для творчества. Со временем этот момент стал осознаваться в общест-венном и государственном масштабе. Не случайно, в конституции США 1787 года в права Конгресса было внесено следующее поло-жение: поощрять развитие наук и ремесел, обеспечивая на опреде-ленный срок авторам и изобретателям исключительное право на их произведения и открытия.

Подобная постановка вопроса была значима не только и не столько в экономическом , но и в социально – психологическом пла-не. Курс на конкретные меры поддержки и поощрения изобрета-тельства был взят всеми цивилизованными странами.

Центральным понятием в области промышленной интеллекту-альной собственности стало понятие «патент». Его современная трактовка приблизительно такова: «Патент – выдаваемое компе-

тентным государственным органом свидетельство (охранная гра-мота), удостоверяющее признание технического решения или се-лекционного достижения изобретением, приоритет (первенство) изобретения, авторство (не во всех странах) и исключительное (монопольное) право патентообладателя на изобретение в пределах территории государства, выдавшего патент, в течение срока, ус-тановленного законодательством данного государства» [7, с.77].

• международном праве существует «Конвенция по охране промышленной собственности», принятая в Париже в марте 1883 года (модернизированная в течение века несколько раз), к которой присоединились многие страны, образовав Союз по охране про-мышленной собственности. В «Конвенции…» несколько статей по-священо патентам и патентообладателям. В них, в частности, огова-риваются приоритетные права патентообладателя на свои изобрете-ния в разных государствах, независимость патентов, полученных на одно и то же изобретение в различных странах, упоминание изобре-тателя в патенте, восстановление патентов и т.д. Все это позволяет укреплять права человека на свою интеллектуальную собственность.

• отличие от западной, зарубежной практики, веками освя-щающей права человека на продукты своего разума и творчества (об этом ниже), российское законодательство обратилось к данной про-блеме относительно недавно. Вот два факта.

1. В русском настольном словаре 1899 года издания нет поня-тия «патент», но зато есть понятие «патентный сбор», который трак-

242

туется как плата за патенты (разрешительные свидетельства) на за-ведения производства и продажи некоторых обложенных акцизами предметов. Этот сбор был дополнением к косвенным налогам и взи-мался в основном с предприятий, производящих и реализующих крепкие напитки. Таким образом, он не имел никакого отношения к интеллектуальной собственности.

2. В 1911 году был принят закон российской империи об ав-торском праве, который распространялся на письменные и устные литературные произведения. К таким произведениям законодатель относил: речи, лекции, доклады, сообщения, проповеди и т .п. В тоже время российское законодательство не рассматривало прав человека, создающего различного рода изобретения в производственных сис-темах. Слово «лицензия» и т.п. весьма редко встречались в прежней российской практике.

Аналогичное положение долгое время существовало и в со-ветском законодательстве. 9 апреля 1931 года в ССССР был принят закон о патентах и изобретениях, который ввел такие понятия, как «удостоверение об авторстве», « изобретение новое» и «изобретение полезное» и т.п . Но закон в то же время ограничил материальное вознаграждение немалому количеству лиц, создающих продукты интеллектуальной собственности. В частности, по закону человек, что-то изобретший, мог быть признанным автором изобретения, ес-ли оно считалось новым. Но вот материальное вознаграждение (час-то смехотворно низкое) доставалось лишь тому из технических изо-бретателей, чье изобретение в порядке административного рассмот-рения признавалось полезным, причем для такой квалификации изо-бретения его новизна была даже не обязательной.

К тому же авторские свидетельства обеспечивали исключи-тельное право государства на использование изобретений. При этом ни сам изобретатель, ни государственные органы нередко не имели заслуженных дивидендов за использование изобретения в соответ-ствующих сферах других стран. Ярчайший пример этому – судьба автомата Калашникова и самого изобретателя. Автомат распростра-нился по всему миру; его без каких – либо лицензий производили многие предприятия за рубежом, но сам М. Калашников оставался по меркам рыночной экономики нищим; не имело средств от подоб-ного массового «пиратского» производства и государство.

В нашей стране отношение к этим сложным вопросам было довольно простое, логичное и, казалось бы, справедливое с точки зрения тоталитарного общества: право на изобретение принадлежа-ло государству независимо от того, придумал ли автор решение на

243

работе, на отдыхе, будучи за границей или в ванной (как Архимед). Здесь была своя логика. Автору государство предоставило место его матери осуществить роды, а самого вырастило в детсаду, выучило в школе, институте, кормило и одевало, обороняло и охраняло, плати-ло ему за работу, финансировало разработки и посему логичным об-разом все права на изобретения принадлежали государственному ор-гану. Трудно на основе сегодняшних мерок оценивать справедли-вость такой практики. Но и жить по вчерашним критериям уже не-возможно. Иное дело складывается в условиях рыночной экономи-ки. Как только государство предоставило автору возможность расти, учиться и кормиться самостоятельно, как только финансированием исследований начинают заниматься не государство, а третьи лица, то вопрос о праве (чье?) становится актуальным и неоднозначным.

Возникновение нового российского государства стало пред-посылкой возрождения института интеллектуальной собственности в стране. Впервые это понятие было использовано в законе РСФСР о собственности от 24 декабря 1990 года. В 1992 году приняты законы РФ о патентах, о товарных знаках, знаках обслуживания, о правовой охране программ для ЭВМ и т .п. Наконец , в сентябре 1994 года в Москве представителями ряда государств была подписана «Евра-зийская патентная конвенция», которая ратифицирована Федераль-ным законом России 1 июня 1995 года. Конвенцией учреждены Ев-разийская патентная система, Евразийская патентная организация, установлены лица, обладающие правом на евразийский патент и оп-ределены сроки его действия и т.д. Эти меры позволяют говорить, что в области интеллектуальной собственности наша страна быст-рыми темпами идет вперед.

В связи с формированием и развитием в нашей стране рыноч-ных отношений и правовым закреплением многообразия форм и ви-дов собственности, в обществе заметно поднялся интерес не только к юридическим, но и к экономическим и психологическим вопросам интеллектуальной собственности. Суть этих вопросов в реальном экономическом – для общества и личности – значении продуктов интеллектуальной деятельности человека и в тех социально-психологических изменениях, которые эти «продукты» привносят в жизнь и внутренний мир индивида . И здесь нельзя не увидеть ряд психолого-экономических проблем.

Дело прежде всего в том, что возрастает не только экономиче-ская роль интеллектуальной собственности, но и усложняются ее проявления. Уже сейчас различают три главных вида интеллекту-альной собственности: частную, которая закрепляется владением патента или лицензией; общественную, представляющую сумму

244

знаний и идей, которые находятся в распоряжении государства или всего общества и не могут быть закреплены за каким-либо юри-дическим лицом даже на короткое время; промежуточную форму («просачивающуюся» - leaking), представляющую собой инноваци-онную научно-техническую информацию, которую нельзя закрепить патентами и лицензиями на сколько-нибудь длительный срок в связи с возможностями имитации созданной на ее основе продукции в ви-доизмененном варианте.

• основе развития форм и видов интеллектуальной собствен-ности, как отмечают ученые, важную роль играет регулирование от-ношений между творческой личностью — генератором научных идей и изобретений, государством и капиталом, без которых невоз-можна коммерческая реализация этих идей и изобретений. Следова-тельно, развитие объектов, видов интеллектуальной собственности серьезно усложняет разделение прав между ее владельцами.

• психологическом плане, как констатируют специалисты, сложился неприглядный имидж России в практике реализации ин-теллектуальной собственности. Это тем более «печально», что в России огромный потенциал в данной области. Во многом это, на наш взгляд, можно объяснить следующими обстоятельствами. Во-первых, для российского менталитета собственность традиционно связывается с «осязаемостью» - земля, дома, квартиры, заводы, ма-шины, природные ресурсы (нефть, руды…), антиквариат, драгоцен-ности, деньги, мебель, бытовая техника в их конкретной роли. А ин-теллектуальная собственность во многих своих видах неосязаема, поэтому и возникают сложности в психологическом восприятии (ее ценности, охране, продаже и т.д.).

Во-вторых, за годы командной экономики с тоталитарной го-сударственной собственностью творческие личности находились на государственной службе, отсюда все, что изобреталось ими, т.е. все результаты интеллектуальной деятельности принадлежали государ-ству. Более того, чтобы наиболее талантливые интеллектуалы не «задумывались» о своих правах, их помещали в так называемые «шараги» – учреждения, где присваивался весь труд людей (доста-точно вспомнить А. Туполева, С. Королева…). В результате «до подкорки» насаждалась идеология, что если государство все финан-сирует , «поит и кормит», то все ему, этому государству, и принад-лежит.

В-третьих, непризнание частной собственности повлекло и от-сутствие уважения к ней, а в таких условиях невозможно ожидать расцвета института интеллектуальной собственности.

245

В-четвертых, по мере деградации командно – административ-ной системы, ориентированной на примат материального производ-ства, стала все активнее распространяться среди обывателей пренеб-режительное мнение о творческой работе – «ничего тяжелее ручки в руках не держал» и т.п.

Отсутствие уважения к интеллектуальной собственности, не-умение ее оценивать, прослеживается даже на такой привычке, ха-рактерной для российской учащейся молодежи (от начальных клас-сов до выпускников вузов), как подсказки. В большинстве западных стран подсказывание обычно не одобряется , поскольку там с детст-ва привыкли ценить знания, добытые своим трудом, своими усилия-ми.