Расцвет любви и ее закат

Любовь — не зеркальный пруд, в который можно вечно глядеться. У нее есть приливы и отливы. И обломки кораблей, потерпевших крушение, и затонувшие города, и осьминоги, и бури, и ящики с золотом, и жемчужины… Но жемчужины — те лежат совсем глубоко.

Э. М. Ремарк

За периодом ухаживания наступает период сближения, который при благоприятном стечении событий заканчивается периодом слияния. В это время обе стороны не только любят сами, но и полностью уверены в любви партнера. «Я люблю, и я любим» — эта формула счастья, к сожалению, действительна лишь в течение довольно краткого периода любви, но по силе и остроте впечатлений является самой яркой. Эрик Берн так писал об этой поре в жизни влюбленных: «Конечная ступень рая, неведомая даже Данте, — когда есть не только уверенность, но и гарантия, проистекающая из того, что происходило, из наивысшей возможной степени чувственного контакта, взаимного отдавания и достижения недостижимого. Эта гарантия придает такое невыразимое очарование предвосхищения тому, что происходит ранее, — обеду, концерту или звездному вечеру у моря, — что даже восхищенные взгляды других мужчин становятся безразличными и весь вечер превращается в теплый и мягкий полет внутрь золотого магнита, где вы будете высоко над землей сгорать в голубом пламени счастья».

На самом деле уровень или глубина слияния могут быть разными — от поверхностного контакта душ (когда слияние происходит в основном на телесном уровне) до глубокого взаимопроникновения духовных сущностей влюбленных. При крайнем варианте такого развития событий психика двух людей сливается настолько, что в конце концов они начинают даже чувствовать и думать одинаковым образом. Такая любовь требует взаимной самоотдачи, может быть, даже самоотречения, когда потребности и желания другого являются гораздо большей ценностью, чем свои. Если любовь идет по такому сценарию, то со временем она будет только углубляться, и, как это описывается в балладах, умирает подобная пара практически одновременно.

В реальной жизни способность к самоотречению у двух людей не бывает одинаковой: кто-то любит сильнее, кто-то слабее. Как писал Стендаль, в любви-страсти есть свои фантазии, в течение которых поочередно один из двух любит больше. В этом случае настойчивое желание одного человека сделать нечто хорошее другому наталкивается на его непонимание, воспринимается как навязчивость и угроза личной свободе. Тот, кто любит сильнее, встретив такое отношение, обижается и начинает жаловаться на несправедливость, что только усугубляет возникающий конфликт. На этом фоне у первого партнера впервые возникает мысль о том, что их любовь, которую он считал «огромной и вечной», таковой не является. Стендаль писал по этому поводу: «В самой сильной страсти бывают минуты, когда человеку вдруг кажется, что он больше не любит; это словно струя пресной воды в открытом море. Думая о своей возлюбленной, он почти не испытывает удовольствия, и хотя его угнетает ее суровость, он чувствует себя еще более несчастным оттого, что все в жизни для него сразу утрачивает интерес».

Сила любви, интенсивность переживаемых человеком чувств могут меняться в зависимости от ряда факторов. Одним из них является сила потребности, лежащая в основе любовного влечения. Людьми давно замечено, что сила любовного притяжения понижается, если объект страсти становится доступным, и наоборот, увеличивается при возникновении препятствий между влюбленными. На основании этого феномена для усиления любви некоторые психологи советуют создавать искусственные препятствия. Вот, например, что говорит по этому поводу болгарский психолог Кирилл Василев: «При отсутствии в любовной ситуации препятствий, создающих определенную противодействующую силу, их следует нарочно придумать. Таким образом, естественное напряжение воли придает большую ценность чувствам, ускоряет их внутреннюю пульсацию, оставляет более глубокие следы в сознании любящих». Ранее об этом говорил основатель психоанализа Зигмунд Фрейд, который считал, что для поддержания любовной энергии и влечения необходимы препятствия, и чем они выше, тем любовь сильнее. Он писал: «Легко доказать, что психическая ценность любовной потребности понижается тотчас же, как только удовлетворение становится слишком доступным. Чтобы увеличить возбуждение либидо, необходимо препятствие, а там, где естественные сопротивления удовлетворению оказываются недостаточными, там люди всех времен создавали условные препятствия, чтобы быть в состоянии наслаждаться любовью».

Поэтому супруги часто ищут и находят малейшие поводы для ревности, ибо ощущение непрочности любовного чувства партнера и возможность его потери раздувают угаснувшую страсть.

Вспомните летний вечер, догорающий костер, подернутый пеленой серого пепла. Кажется, что огонь погас, угли остыли, но стоит как следует подуть на них, и они вновь засияют яркими огоньками, среди который появятся всполохи желтого огня. Правда, при этом поднимется облако пепла и дыма, от которых щиплет глаза, но главное, что костер опять разгорелся! Так и мелкие семейные ссоры и сцены ревности могут, как и дым от костра, вызвать слезы, но они раздувают остывающую любовь. Ведь говорят же, что примирение в постели после взаимных слез и упреков — самое сладкое…

Но, увы, далеко не всегда такого лекарства от привычки и скуки достаточно, чтобы сохранить любовь. Есть много факторов, которые способствуют охлаждению чувств или же направляют страсть одного из бывших влюбленных на другой объект. Ниже мы рассмотрим ряд таких печальных вариантов.