Глава 8 Измены Понятие «супружеской измены»
Жену свою люблю, поэтому изменяю редко.
Александр, 23 г., Подольск (Из писем в газету «Спид-инфо»)
Явление, которому посвящена эта глава, не так просто, как это может показаться на первый, поверхностный взгляд. В одних случаях измена вызывает у людей осуждение, в других — восхищение, в третьих — всего лишь досужий интерес. Она может быть и трагедией, и драмой, и комедией — в зависимости от характера главных действующих лиц и сопутствующих обстоятельств. Измена равно может стать и смертельной ошибкой, и единственно верным решением.
Как утверждают этнографы и историки, само понятие «супружеская измена» возникло лишь на определенных стадиях сексуальной жизни людей. В примитивных племенах мужчины и женщины обладали большой свободой и могли вступать в сексуальные связи без особой оглядки на своих прежних половых партнеров. Только после возникновения моногамной семьи и укрепления имущественных прав мужчины последний стал кровно заинтересован, чтобы именно его наследнику досталось все его имущество. Для этого он должен был быть уверен, что это его гены оплодотворили яйцеклетку женщины, с которой он живет, и то, что имущество, которое он потом и кровью создавал, завоевывал и приумножал, достанется его прямому потомку, а не постороннему ребенку, несущему чужеродные гены.
Таким образом, по мере усиления института частной собственности, выделения из первобытного племени семьи и усиления в ней роли мужчины, измена сексуальному партнеру из рядового биологического поступка со временем превратилась в серьезное преступление против нравственности и общественного порядка. Религия тоже внесла свою лепту в этот вопрос, закрепив связь супругов и назвав прелюбодеянием не только соответствующее физическое действие, но даже помыслы в этом направлении. Только с конца XIX века, по мере разрушения типичной патриархальной семьи, возрастания роли женщин и расширения ее сексуальных свобод отношение общества к супружеским изменам стало постепенно смягчаться.
Следует отметить, что эмоциональное неприятие измен порождено не только тем, что обманутому мужу приходится передавать право собственности на свое имущество генетически чужеродному ребенку. Практика усыновления, которая существовала еще в Древнем мире, показывает, что мужчина в принципе может достаточно спокойно относиться к тому, что имущество будет наследовать не его прямой потомок. Гораздо болезненнее во все времена люди реагировали на тот факт, что им предпочли другого человека, который оказался лучше их по каким-то параметрам: умнее, богаче, красивее, обольстительнее и т. д. Измена принижает самооценку человека, которому изменили, а это всегда вызывает негативную эмоциональную реакцию. Вильгейм Райх в своей книге «Сексуальная революция» писал по этому поводу: «Требование супруга в моногамности его жены также имеет свои особые индивидуальные причины. Экономическая основа требования моногамности, судя по предшествующему опыту, не находит непосредственного выражения. Мы имеем дело, прежде всего, со страхом перед конкурентом, в основном пред таким, кто обладает более высокой потенцией, кроме того, супруг боится возможности получить от общества клеймо рогоносца».
Вильгельм Райх выделяет в ревности два вполне самостоятельных элемента, один из которых относится к чувствам, а другой — к разуму. Первый элемент отражает душевную боль, вызванную тем, что любимый предпочел тебе другого человека, а значит, ты теперь любим гораздо меньше, чем ранее. Второй элемент основан на чувстве собственника, и негативные эмоции связаны с ощущением человека, которого лишили части имущества, пусть даже если в качестве имущества выступает близкий человек (жена или муж). В книге «Сексуальная революция» Райх фактически оправдывает супружеские измены. Он пишет, что нормальная ревность не должна превращаться в выражение претензии собственника, а желание, направленное на другого партнера, должно признаваться естественным и само собой разумеющимся. В этой своей работе в полемическом задоре он восклицает: «Никому не придет в голову упрекать другого человека за то, что он не носит охотно годами одну и ту одежду, или за то, что его раздражает одна и та же еда. Только в сексуальной сфере исключительность обладания превратилась в значительную эмоциональную ценность, так как смешение экономических интересов и сексуальных отношений расширило естественную ревность до масштабов претензий на собственность. Бесчисленные примеры учат, что верность, к которой побуждает совесть, со временем вредит сексуальным отношениям. Этому противостоит множество примеров, ясно свидетельствующих, что случайная связь с другим партнером идет только на пользу сексуальным отношениям, которые как раз были готовы оформиться в брачные».
