О парижских красильщиках

Каждый, кто хочет быть в Париже красильщиком, красить вайдой и всеми другими красками, которыми красят сукна, может им быть свободно, кроме ткачей шерсти, лишь бы он знал ремесло и имел средства и работал по обычаям и кутюмам цеха, которые таковы. Каждый красильщик вайдой и другими красками может иметь столько подмастерьев и учеников, сколько хочет, и может работать ночью, если в этом есть нужда. Ни один красильщик не может и не должен класть испорченных квасцов (bougnauz), ни лакмусового лишайника, так как это плохие краски. Каждый, кто поступит против этого установления, платит королю штраф в 20 пар. су всякий раз, как будет уличен³... Если есть жалоба, что кто-то плохо окрасил сукно, нитки, шерсть, полотно,— эти вещи должны быть осмотрены прюдомами, охраняющими цех, которые должны осмотреть вещи, о которых говорят, что они плохо окрашены; и если видят, что они действительно плохо окрашены, должны, согласно присяге, заставить возместить убытки тому, кто пострадал от этой плохой окраски. Двое присяжных должны получить 2 су с провинившегося красильщика за их труды, за откладывание своих дел. А если прюдомы-присяжные установят, что упомянутые вещи окрашены достаточно хорошо, тот, кто жаловался несправедливо, отдаст упомянутым присяжным 2 су по вышеуказанным причинам, так как не следует платить штраф за плохую окраску, если не были употреблены плохие краски; ибо нельзя считать плохой работу, если краска не удалась помимо воли и если от этого не произошло большого ущерба. Парижские сукноделы не могут и не должны окрашивать вайдой или другими красками, так как им не нравится, чтобы красильщик вайдой мог ткать шерсть. Это против бога, права, разума и особенно против короля и его прав, как это полагают прюдомы цеха парижских красильщиков, ибо цех ткачей таков, что никто не может там быть, не купив [ремесло] у короля. И поскольку продажа зависит от короля, ткачи не могут ее запретить, а ткачи ее запрещают, когда не хотят, чтобы кто-нибудь занимался их ремеслом, если это не сын мастера. Но если бы было угодно доброму и превосходнейшему королю, все добросовестные и честные [люди], купившие ремесло ткача, могли бы быть красильщиками, а прюдомы-красильщики могли бы быть ткачами, при условии, что купят ремесло у короля, и таким образом возросли бы доходы короля и составили бы ежегодно не меньше 200 пар. ливров, так как каждый год делали бы больше сукна, покупали бы и продавали нитки, шерсть и другие товары, от чего король имел бы очень большую прибыль.

Никто из красильщиков не должен платить тонлье, ни кутюм за товары, относящиеся к его ремеслу, которые он продает или покупает, кроме платы за весы, если товар взвешен на королевских весах. Все парижские [361] красильщики, живущие на королевской или епископской земле, должны королю 6 су обана и 4 су за доски. Красильщики, живущие на земле королевского эконома (chainberier), не должны ничего за доски, кроме 6 су обана. Красильщики, живущие на земле Тампля, должны каждый 4 су за доски. Оглавление.

Статут LV