Гонкуры э. И ж. Жермини Ласерте

Общая черта всех романов Гонкуров — интерес к биологической

природе человека, которая как магнит собирает вокруг себя

особое пространство и пронизывает его своими токами, окрашивает

в постоянно колеблющиеся тона и полутона. Гонкуровский

персонаж пишется с реальной модели (прототип Жермини —

старая служанка писателей), но при этом представлен косвенно,

53

отражен в самых разных «фактах» и деталях быта. Эти скорректированные

материальностью мира лучи и направляются Гонкурами —

поэтами человеческой природы, но не ее философами — в рамки,

структурируются, становятся уже в виде полуприроды-полуфантазии

отпечатком их собственного умения чувствовать и наблюдать.

Научность манеры в данном случае — это верность своим «нервам

», темпераменту, которые в отличие от воображения не способны

обмануть читателя, передают ему через рисунок слов дрожь

писательского сердца, влюбленного в самые разные проявления

жизненности. Гонкуры не только не шлифуют свой стиль, но намеренно

за счет инверсий, грамматических неправильностей, неожиданных

неологизмов, предметных лейтмотивов то убыстряют,

то замедляют его, делают шероховатым. Тем не менее Гонкуры

выбирают для своих «книг отражений» не любой, а по-своему

исключительный материал. В центре их этюдов «на открытом воздухе

» (или пленэре, как сказали бы французские импрессионисты)

— история болезни, ведущей к вырождению и гибели.

Болезнь у Гонкуров — не только элемент сюжетостроения, ско-

росшивания выпуклых фактов-пятен, не только острый невроз,

следствием которого может стать компенсация неудовлетворенных

желаний в виде насилия или экстаза, но и загадка простой души,

личности, от природы тонко чувствующей, но попавшей в гибельные

для себя социальные условия. Специально отметим, что в

центре гонкуровских романов — женщина. Моментами это роковая

разрушительница творческого начала в мужчинах, «волчица»,

моментами — жертва пола и связанных с ним иллюзий или все-

уравнивающий принцип вселенной («смерть»), но главным образом

— весьма нестойкое, хрупкое, дыму подобное воплощение

жизненности, присущее обоим полам.

Начав с этюдов о женщинах из народа, Гонкуры постепенно

перешли к выполнению, как им казалось, более сложной задачи (о

чем Э.Гонкур объявил в предисловии к «Братьям Земганно») —

натуралистическому роману об аристократке, об импульсивности,

прошедшей через фильтры культуры. Тезис об особой сложности

сознания великосветской дамы и его реализация в романе

«Шери» оказались чуждыми Э.Золя, для которого натурализм был

прежде всего связан с темой низов общества. В свою очередь, Гонкуры

полагали, что из-за показа заведомой «грязи» в романе «Земля

» (1887) метод Золя исчерпал себя, в силу чего приложили усилия

к тому, чтобы в газете «Фигаро» 18 августа 1887 г. младона-

туралисты напечатали так называемый «Манифест пяти» {La Terre.

A Emile Zola), призывавший к преодолению крайностей золаизма.

И в целом Гонкуры были по-литераторски активны! Им удалось

сформировать вокруг себя артистическую среду, оказывать поддержку

литературной молодежи. Так, к примеру, первый натуралистический

роман Золя «Тереза Ракен» (1867) был задуман по

54

образцу «Жермини Ласерте»; в связи с выходом романа Ж.-К. Гю-

исманса «Наоборот» (1884) Э.Гонкур записал в дневнике: «"Наоборот"...

кажется мне книгой моего любимого сына, где дан силуэт

нареченного Шери».

В 1890 г. Э. Гонкур учредил «Академию Гонкуров» (ее 10 членам

ежегодно выплачивалось денежное пособие) и «Гонкуровскую премию

» (присуждаемую с 1903 г.) — вплоть до сего дня одну из самых

престижных литературных наград во Франции.

Еще в 1860-е годы Гонкуры устроили у себя в доме литературный

кружок, к которому принадлежали Г.Флобер, Т.Готье, Т.де

Банвиль, Ш.-О.Сент-Бёв, И.Тэн, Э.Ренан. С 1874 г. Э.Гонкур регулярно

встречался с Г.Флобером, Э.Золя, И.Тургеневым, А.Доде

на «обедах пяти». Если добавить, что помимо этого братья посещали

салон принцессы Матильды Бонапарт (кузины Наполеона