Поэтика обэриУтов

ОБЭРИУ (Объединение реального искусства) — группа писателей и деятелей культуры, существовавшая в 1927 — начале 1930-е-х гг. в Ленинграде.официальная дата основания 24 января 1928 года в Ленинградском Доме печати на вечере «Три левых часа»

Писатели –обэриуты : Даниил Хармс, Александр Введенский, Николай Заболоцкий, Константин Вагинов, Юрий Владимиров, Игорь Бахтерев, Дойвбер (Борис Михайлович) Левин.

ОБЭРИУты отказывались от традиционных форм искусства, видели необходимость обновления методов изображения действительности, культивировали гротеск, алогизм, поэтику абсурда. Они называли себя «настоящими реалистами»

До образования обэриу, существовало общество «Заумники», а потом «Чинари». По существу, чинари – это те же обэриу, во главе с Хармсом(Ювачевым), Введенским, Липавским.

Обэриуты попытались в конце 1920-х годов вернуться к некоторым традициям русского модернизма, в частности футуризма, обогатив их гротескностью и алогизмом. Они культивировали поэтику абсурда, предвосхитив европейскую литературу абсурда, по крайней мере, на два десятилетия. С футуристами соотносится обэриутская эксцентричность и парадоксальность, а также антиэстетический эпатаж, который в полной мере проявлялся во время публичных выступлений.

Поэтика обэриутов основывалась на понимании ими слова "реальность". "Истинное искусство, – писал Хармс, – стоит в ряду первой реальности, оно создаёт мир и является его первым отражением". В таком понимании искусства обэриуты являлись "наследниками" футуристов, которые утверждали, что искусство существует вне быта и пользы. Хармс и Введенский, чьи творческие установки лежали в основе поэтики обэриутов, при всём различии их литературной манеры имели одну общую черту: алогичность Хармса и "бессмыслица" Введенского были призваны демонстрировать, что только абсурд передаёт бессвязность жизни и смерти в постоянно меняющемся пространстве и времени.

Набоков

«Дар» - метароман, ключ к пониманию остальных его произведений. Набоковская метафизика, в отличие от символистской, не требует от читателя владения специальным кодом, она – внутри самого текста. Текст сам открывает себя.

1. Метафизика

Двоемирие. Набоков переносит проблемысуществования человека на персонажей произведений. Героям фиктивного мира даруются все воображаемые писателем вопросы.

Тема бытия писателя, существования автора, неизбывная, потомучто вопросы творчества всегда беспокоили Набокова. Кажется, что его книги вариации на тему творчества, объединенные одной прафабулой.

С другой стороны, любой конкретный текст Набокова – это воссоздание переживаний личности, индивидуального опыта жизни: ностальгия эмигранта, тоска по чистоте русской культуры,бедность, отчаяние, сомнение поэта.

Все произведения Набокова можно считать рациональными моделями его метафизического, иррационального склада, где персонаж по отношению к авторскому сознанию занимает такое же положение, как человек вообще по отношению к «потусторонности»

Не важно, верит герой в загробную жизнь или не верит. Важно, воспринимает он или не воспринимает «потусторонность». Не чувствующий присутствия «потустороннего» автора персонаж – отрицательный. Своим поведением он отрицает саму возможность подлинной жизни духа, одухотворенную природу творчества, способного передать вневременные смыслы. Одухотворенное творчество – вызов человека небытию, смерти.

Напротив, тот персонаж, который свободен от навязчивых идей, способен осмыслить происходящее и постичь неведомое. Годунов-Чердынцев, Найт и даже Гумберт Гумберт творят то, что будет жить долго, они приближаются к разгадкам своего романного бытия, к инобытийному творцу.

Структура романов Набокова как бы воплощает Двоемирие, весь комплекс онтологических и гносеологических проблем, но воплотить то, что меняется, в одной целостной форме, гармоничной композиции автору не удается. В композиции его текстов есть две неизменные составляющие: открытый, эксплицированный, и скрытый литературный фон. Этот литературный фон располагается ниже ватерлинии набоковского корабля-текста, но именно там, в глубине, решаются вопросы художественного бытия: определяется истинность или ложность персонажа- писателя перед лицом вечности.

Двоемирие в текстах такой природы становится доминантой формирования пространства и времени, сюжета и образа. А проверка героя на содержательность, человечность, память о вневременном осуществляется через претексты русской литературы.