Lit-ra_Psikholingvistika / Основы теории речевой деятельности. Под ред. А.А. Леонтьева

коммуникацию, и ориентация слова на обобщение — универсалии языка, отличающие его от других знаковых систем, где кет слова, а тем самым нет и предложения, где все знаки одновременно и предложения, и слова.

Представление о слове и предложении как основных единицах языка существенно при построении моделей и языка, и речевой деятельности (желательней и необходимее было бы говорить не о модели, а об упорядоченном наборе — их может быть несколько — моделей разной разрешающей силы. К сожалению, от реализации этой необходимости и психолингвистика, и лингвистика весьма далеки). Из сказанного ранее ясно, что в основу построения адекватных моделей языка должны быть положены понятия предложения — знака ситуации (события), слова — знака компонента ситуации и преобразований, связывающих предложения и слова. Опыт модели языка такого типа представляет собою аппликативная грамматика [см. Шаумян, 1965, 1971].

ЗНАК КАК ПРОГРАММА СОЦИАЛЬНО ЦЕЛЕСООБРАЗНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ЧЕЛОВЕКА В СИТУАЦИИ, ОБОЗНАЧЕННОЙ ЗНАКОМ

Знаки существуют, поскольку каждый из них воплощает программу деятельности участников коммуникации в ситуации, обозначенной знаком. Деятельность человека как члена коллектива опосредована системой знаков; это залог и выражение ее социальности и продуктивности.

Продукт знаковой деятельности человека как члена социума — это — организация предметных д е й с т в и й , возможных уже у приматов, в специфическую для человека, в предметную, конструктивную, продуктивную д е я т е л ь н о с т ь , опосредующую отношение коллектива (и человека как члена коллектива) и предметной действительности, частью которой является и коллектив. Знаки обеспечивают эффективную координацию, ограничение степеней свободы совершаемого действия в условиях, когда число степеней свободы действия — компонента продуктивной деятельности — значительно возрастает из-за сложности ситуаций, в которые включается человек. Эта специфическая для человека организация действий в предметную деятельность (отражающую структуру действительности, адекватную этой структуре, отношению «социальный коллектив — предметная действительность») является содержанием знаковой деятельности, форма которой — организация (или организации) знаков в текст. Соучастниками этих знаковых действий могут быть знаки разной природы, разных уровней организации: языковые знаки и надстроенные над этой первичной семиотической моделирующей системой знаки вторичных моделирующих систем, кино, живописи, фольклора и т. п. Практическая жизнь человека, продуктивная дея-

тельность человеческого общества формует и организует в единство отдельностей все эти средства программирования предметной деятельности человека.

Система знаков как отражение действительности и отношения к ней общества определяется продуктивной деятельностью общества и фиксирует культурно-исторический, в том числе и производственный, опыт данного общества. Будучи производной от этого опыта, система знаков в то же время автономна по отношению к нему, обладает своими собственными внутренними законами функционирования, подлежащими познанию. Эти имманентные законы существования и функционирования систем знаков — предмет семиотики, внутренние законы существования и функционирования системы языковых знаков — предмет лингвистики, а в ее составе и психолингвистики.

Обладая внутренними законами существования функционирования, изменения, эволюции, знаковая система в каждый данный момент времени независима от коллективного субъекта речевой деятельности, объективна по отношению к нему, являет собою часть той действительности, с которой взаимодействует, которую преобразует, которую осваивает научно, теоретически

ипрактически субъект речевой деятельности. Отношение общества к языку, искусственному или естественному, условия, способы

исредства построения искусственных языков, искусственных знаковых средств сбора, хранения, преобразования и передачи информации, связь базиса и надстройки данного общества и языка, проблемы «языковой политики» и «культуры языка», в самом широком смысле этих терминов включают лингвистику, и особенно психолингвистику, в филологию и в науки, изучающие массовую коммуникацию. Освоение языка субъектом речевой деятельности, ограничения произвольности его знаковой деятельности, мотивация и стандартизация речевого действия на пути от знаковой интенции к знаковой деятельности составляет предмет взаимных интересов психолингвистики, теории обучения, педагогики и психологии.

Отношение знака к предметному содержанию знаковой ситуации, к системе знаков, которой он принадлежит, к социуму, который пользуется системой знаков, к действительности составляет содержание знака. Из сказанного ясно, что оно многокомпонентно, многопланово. Содержание знака не исчерпывается отображением структуры предметной действительности и места в ней субъекта знаковой деятельности, не исчерпывается значением знака, оно включает и образ знаковой системы, которой принадлежит знак. Вместе со значением образ знаковой системы

образует смысл знака6. Изобразить сказанное можно так:

6Недаром снятие ограничений, обязанных системе языка, например, при патологии речи, изменяет и значение знака, и предметный аспект зна ковой деятельности, как и предметную деятельность вообще.

Нельзя не согласиться с высказыванием: «Мера участия и того, и другого — разная применительно к разным знакам, знаковым ситуациям, разным этапам формирования и владения механизмами речи» [А. А. Леонтьев, 1965а].

Подобная структура знака делает весьма правдоподобной гипотезу о том, что формирование знака, его вхождение в систему есть результат отбора «из множества потенциально релевантных признаков окружающей действительности ограниченного количества признаков, реально релевантных» с точки зрения семиологической системы [Леонтьев, 1965а].

Тогда знак одновременно и форма существования понятия — категории культурно-исторического опыта общества, и выражение соответствия этому кванту коллективного опыта индивидуального опыта носителя языка. В этом можно видеть основу единства обобщения и общения — двух императивов существования и функционирования знака.

Знак есть форма связи индивидуального и коллективного. Операционная сущность этой связи — в преодолении индивидуальных особенностей познающего субъекта, навязывания ему такой деятельности, которая по форме, по способу осуществления является деятельностью для себя, по содержанию же, по результатам — деятельностью для других.

Опосредованный системой знаков чувственный образ — результат социально значимой деятельности человека — всякий раз, для каждого отдельного человека первичен по отношению к знаковым механизмам его деятельности и его индивидуальному опыту. Но по отношению к воплощенному в системе знаков, управляющему индивидуальным опытом опыту коллектива, которому принадлежит субъект семиозиса, он вторичен. Только после его интериоризации и символизации на основе опосредования другими знаками он, пока еще не знак по сути, но уже в форме знака может быть экстериоризован, включен в систему знаков. Тогда он изменяет и коллективный опыт, и свою собственную сущность в направлении большей семиологичности7. Индивидуальный и социальный опыт находит воплощение в механизмах зна-

7 Здесь существенно заметить, что по мере превращения стимула деятельности в знак ситуации поведение становится все менее и менее зависимым от первоначально чувственно зафиксированных свойств объекта [Weinstein, 1942, 188 — 191]. Формирование знаков и символов, вовлечение чувственного в сферу символических форм служит формированию новых познавательных структур и позволяет выйти за пределы ограниченной комбинаторики чувственных данных типа фигура и фон, замещение, уподобление, сгущение и т. д.

ковой деятельности разных уровней, первый — в механизмах более низкого уровня, второй — в механизмах более высокого уровня, для которого характерна большая осознанность и произвольность знаковых операций 8.

От чувственного опыта, опосредованного уже существующей системой знаков и варьирующих ее, индивидуальных механизмов знаковых операций, к его символизации, облечению в форму знака, и, наконец, к включению в систему знаков и семиологизации содержания — такова самая грубая схема компонентов знаковой деятельности и знаковых операций — знаковых действий.

Опосредованность речевой деятельности системой знаков — отличительная черта речевой деятельности. Внутренняя сторона этого опосредования — двойная функция языкового знака: общение и обобщение. Речь — это данный в процессе, расчлененный знак общения и обобщения.

емая этой схемой,— активное, деятельностное соотношение участников акта коммуникации и активное, деятельностное их отношение к предметной основе знаковой ситуации. Отражение деятельностной природы знаковой коммуникации — смыслообразующий характер языковых знаков.

Общение предполагает в качестве необходимости обобщение, т. е. выключение сообщаемого из конкретности, наглядности и включение его в мыслительные, смысловые, последовательно усложняющиеся и семантически обогащающиеся категориальные инвариантные структуры сообщения (сообщений). При этом принципе обобщения внутренняя структура знаковых операций (а) изменяется с изменением социального статуса участников коммуникации, во-первых, и влечет изменение их социального сознания, во-вторых; (б) во всех этих изменениях сохраняет свою специфику неизменной. В этой стабильности находит свое проявление структурность речевого действия.

Отсюда как существо абстрагирующего характера речевой деятельности две основные операции использования и преобразования знаков: интериоризация и экстериоризация в их взаимодействии и совместном влиянии на изменение структур сообщения (сообщений) в данном обществе. Процессы отчуждения внутренних ценностей, с одной стороны, обогащения личности на основе обобщения социального опыта прошлого, настоящего и будущего, с другой стороны, движут развитием знаковой струк-

8Гиперсогласование механизмов этих уровней находим в несовпадении индивидуального и социального при шизофрении. Опосредованность новых символических форм деятельности уже существующей системой знаков обнаруживается ребенком в том, что игры-упражнения и символические игры (имитация сна) появляются уже после усвоения языка [Piaget, Inhelder, 1963].

тельности через посредство зафиксированных в лингвистических единицах культурно-исторических, социальных ценностей. В процессе такого обобщения и то, что вне контекста бессмысленно, обретает свое значение.

Внутренняя структура знаковых операций (и ее развитие) и есть то, что разумно понимать под значением лингвистических единиц (и его развитием). Они определяют внутреннее совершение мысли в строящемся слове, ее развертывание, начинающееся с чувственной и логической мотивации и постановки задачи и свершающееся через отыскание (построение) некоторой конструкции значения в строящемся высказывании. В этом суть внутренней речи, на всех этапах ее свершения связанной с основной функцией знака — смыслообразованием.

ЧастьШ

ПСИХОЛИНГВИСТИКА

Глава 8

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ И ФИЗИОЛОГИЧЕСКИЕ МЕТОДЫ ПСИХОЛИНГВИСТИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ

НЕКОТОРЫЕ ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ

Эмпирическое (в том числе и экспериментальное) изучение аспектов речевой деятельности, относящихся к компетенции психолингвистики, осуществляется с момента ее возникновения с помощью целого ряда методов, позаимствованных из арсенала смежных наук — психологии, физиологии, лингвистики — и составляющих теперь совокупность методов психолингвистического исследования. Ниже будут рассмотрены важнейшие из этих методов, исходя из некоторых принципов характеристики эмпирических исследований деятельности, принятых в науке вообще. При этом здесь будет представлена одна из возможных трактовок указанных принципов и только тех из них» которые необходимы для понимания рассматриваемых нами вопросов.

Начнем с общей характеристики эмпирической стадии исследований в ее отличии от теоретической. Эмпирическое изучение действительности состоит в прямом получении данных с помощью органов чувств (невооруженных или вооруженных приборами) об имеющих место собственно изучаемых свойствах и отношениях вещей, процессов и состояний внешнего объективного мира, или в отражении как непосредственно данных собственно изучаемых свойств процессов и состояний внутреннего субъективного мира.

В том случае, когда прямое получение данных о собственно изучаемых свойствах явлений материальной и идеальной природы невозможно, тогда осуществляется их косвенное отображение с помощью рассуждения на основе отображаемых прямо других свойств тех же или свойств других объективных и субъективных явлений, связанных известным образом с подлежащими изучению свойствами.

Данные, полученные в эмпирических исследованиях, называются фактами (фактическим материалом). Факты, таким образом,

не просто Стороны действительности (материальной или идеальной), а стороны действительности, отраженные прямо или косвенно.

В отличие от этого теоретическая стадия исследования состоит в анализе фактов с помощью рассуждения, в их систематизации, обобщении, и главное, в предсказании на основе этого новых фактов в виде гипотез, моделей, которые затем должны быть рано или поздно проверены в эмпирическом исследовании, и в случае их фактического подтверждения гипотезы становятся теориями.

Факты могут быть получены в самостоятельно проведенном эмпирическом исследовании или позаимствованы из исследований других авторов. Отдельные научные работы в связи с этим могут быть чисто эмпирическими (в частности, экспериментальными), в которых приводится методика получения фактов и их описание, либо чисто теоретическими — анализ фактов (полученных самостоятельно и другими авторами), выдвижение гипотез, моделей, либо (что чаще всего) смешанными — получение фактов и их анализ отдельно или вместе с фактами, полученными другими исследователями.

Из приведенных определений прежде всего видно, что эмпирическое изучение с косвенным отображением сторон действительности занимает промежуточное положение между эмпирическим изучением с прямым отображением свойств явлений и теоретической стадией изучения действительности. С одной стороны,

в первую очередь на получение фактов, в отличие от их интерпретации, систематизации и т. д., но, с другой стороны, факты получаются опосредованно на основе рассуждения и этим оно сходно с теоретической стадией и отличается от прямого получения фактов на основе чувственного отражения или непосредственного переживания. Первое обстоятельство, т. е. то, что косвенное отображение сторон действительности дает прежде всего факты, является основанием для традиционного отнесения его к разновидности эмпирического изучения.

Далее, как следует из определения эмпирической стадии изучения действительности, в процессе эмпирического исследования выделяются три основные процедуры; актуализация изучаемых явлений, их отображение и фиксация полученных фактов. Рассмотрим их более подробно.

Актуализация изучаемых сторон действительности есть их проявление как имеющих место вещей, процессов, состояний с их свойствами, отношениями и изменениями последних в результате взаимодействия с другими явлениями. При эмпирическом изучении тех или иных сторон субъективной и объективной действительности исследователь может воспользоваться их актуализацией, происходящей в некоторых условиях независимо от него,

но он может и специально организовывать актуализацию интересующих его свойств явлений путем создания и варьирования соответствующих условий; и в том и в другом случае актуализировавшиеся явления отражаются и фиксируются. Этим задается суть различий двух основных методов эмпирических иссле-

в эксперименте часто требует от исследователя знания или умения вскрывать и использовать связи й взаимодействия изучае-

Отображение свойств изучаемых явлений есть процесс их усмотрения и констатации исследователями (или испытуемыми, в случае психических явлений) прямо, т. е. с помощью органов чувств или на основе внутреннего усмотрения (рефлексии) непосредственных переживаний, либо косвенно, т. е. с помощью рассуждения, учитывающего связи между изучаемыми свойствами явлений и какими-либо другими свойствами тех же или других явлений.

Именно указанное различие в отображении изучаемых сторон действительности при их эмпирическом изучении является основанием для выделения двух основных видов методов эмпирических исследований: прямого и косвенного.

При прямом отображении свойств объективных и субъективных явлений могут также применяться разнообразные средства, расширяющие возможности органов чувств и рефлексии. Эти средства называются средствами отображения.

Фиксация фактов есть их описание в естественном языке или других знаковых системах, что составляет последнюю процедуру эмпирической стадии исследования и служит основой для перехода к стадии теоретической.

Средствами фиксации являются самые разные устройства, регистрирующие изучаемые показатели с дальнейшим выражением их в знаковых системах.

В разных эмпирических исследованиях применяются разные комбинации использования средств актуализации, отображения и фиксации. Часто они образуют единый комплекс средств, объединяемых в одной установке и образующих ее разные функциональные узлы.

Из трех рассмотренных выше взаимосвязанных процедур эмпирических исследований для характеристики последних наиболее существенной является отображение. Поэтому мы рассмотрим дополнительно к сказанному еще ряд вопросов, связанных с прямым и косвенным отражением свойств эмпирически исследуемых явлений, процессов и состояний материальной и идеальной природы.

Из сказанного выше ясно, что прямое отображение свойств объективных явлений осуществляется с помощью органов чувств и соответствующих сенсорных и перцептивных процессов, а прямое отображение свойств субъективных процессов и состояний осуществляется на основе внутреннего усмотрения, т. е. рефлексии. Особенности прямого отображения свойств объективных явлений и процессов связаны со спецификой различных классов (видов, типов) изучаемых объективных явлений. Сведения об этих особенностях составляют арсенал методических правил и предписаний по осуществлению прямых эмпирических исследований той или иной области объективной действительности. Конкретный состав их совершенно необозрим. Наиболее общие и очевидные соображения сводятся к тому, что прямое отображение в экспериментальных исследованиях свойств объективных процессов очень часто осуществляется с помощью специальных средств. В настоящее время и при наблюдении применение средств отображения становится широко распространенным. Ниже при рассмотрении методов эмпирических исследований объективных процессов, связанных с речью, мы опишем кратко некоторые из таких средств. Большую роль в организации прямого отображения играют правильно составленные протоколы записи индивидуальных показателей. Представленный в них (составленный заранее) перечень того, что подлежит отображению, является хорошим средством упорядочения отображения и помогает сделать его последовательным и систематичным. Вместе с тем они являются и средством фиксации полученных данных, которые затем подвергаются статистической обработке, являющейся самой первой процедурой теоретической стадии исследования.

Прямые методы исследования свойств психических процессов и состояний являются весьма широко используемыми. При всем недоверии к интроспекции со стороны многих исследователей, как методу, основанному на внутреннем отображении, недоверии, часто возникающем по недоразумению и терминологической путанице, прямые методы исследования остаются очень ценными, а иногда и единственными путями получения эмпирических данных о свойствах различных психических процессов и состояний.

При использовании прямого получения данных об изучаемых психических процессах желательно, хотя и мало практикуется, чтобы испытуемый, отображающий интересующие исследователя явления, был предварительно подготовлен и даже обучен такому отображению, чтобы он умел обращать внутреннее внимание на разные свойства и стороны психических явлений, имеющих место в процессе его активности, правильно выделял и фиксировал бы их. Это, как правило, делает самонаблюдение более продуктивным и менее пристрастным. (Так, например, поступали при изучении мышления психологи Вюрцбуржской школы и получили при этом эмпирические факты непреходящего значения) [Ach, 1905].

Хорошим приемом организации прямого отображения свойств внутренних процессов является устная беседа исследователя с испытуемым в форме направленных вопросов и ответов, что, каь правило, дает также возможность лучше уяснить содержание рефлексивного отчета испытуемого. Этому способствует также применение всякого рода средств отображения: вопросников, анкет, карточек, бланков и т. д. Очерчивая круг подлежащих наблюдению свойств явлений, направляя внимание в нужную сторону, хорошо составленные вопросники, бланки и т. п. являются действенным средством получения данных при рефлексии и в общем значительно превосходят по эффективности свободное отображение и отчеты. Вопросники и бланки одновременно являются хорошим средством фиксации фактов, которые затем легче поддаются обработке и анализу, что особенно важно для количественных и статистических подсчетов. В тех случаях, когда испытуемого просят отвечать не вербально, а, например, движением руки, но в строгом соответствии с тем, что непосредственно осознается и отображается, используются разные средства фиксации таких реакций (ключи, кнопки, связанные с пишущим устройством).

Важнейшим вопросом любых эмпирических исследований является проблема, вытекающая из того положения, что не всегда возможно прямо отображать собственно подлежащие изучению свойства явлений материального и психического мира. Это имеет место тогда, когда изучаемые свойства явлений либо вообще не могут быть отражены прямо сами по себе, либо это нежелательно по соображениям, связанным с необходимостью обеспечения беспристрастного и умелого получения фактов об изучаемой действительности.

Поэтому приходится осуществлять косвенное, опосредованное изучение одних сторон действительности через данные о других ее сторонах, связанных с изучаемыми и доступных прямому отображению. Возможность опосредования, следовательно, определяется наличием связей и зависимостей любых, подлежащих изучению свойств явлений от каких-то других свойств тех же или других явлений, которые могут быть отображены прямо, и искусство исследователя часто состоит в умении усмотреть и найти такие явления. В связи с этим полезно было бы иметь развернутую характеристику и даже классификацию видов связей и соответствующих им видов косвенного эмпирического изучения разных объективных и субъективных явлений, но их количество и разнообразие, вытекающие из количества и многообразия явлений материальной и идеальной природы, настолько велики, что сделать это очень трудно. Поэтому мы укажем лишь на некоторые очевидные виды опосредования, из которых мы и будем исходить в дальнейшем при описании косвенных методов эмпирического изучения речевой деятельности.

Изучение одних свойств психических процессов и явлений.