Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Kulturologia (2).docx
Скачиваний:
109
Добавлен:
03.03.2016
Размер:
163.46 Кб
Скачать

15. Элитарная и массовая культура

Понятия элитарная и массовая культура являются понятиями, выражающими два вида культуры современного общества, которые связаны с особенностями способа существования культуры в обществе: способами ее производства, воспроизводства и распространения в обществе, позицию, которую культура занимает в социальной структуре общества, отношение культуры и ее творцов к повседневной жизни людей и социально-политическим проблемам общества. Элитарная культура возникает прежде массовой, но в современном обществе они сосуществуют и пребывают в сложном взаимодействии. Элитарная культура (от франц. élite – отборное, лучшее) – это субкультура привилегированных групп общества, которая характеризуется ценностно-смысловой обособленностью и закрытостью; элитарная культура утверждает себя как творчество узкого круга «высочайших профессионалов», понимание которого доступно столь же узкому кругу высокообразованных ценителей. Элитарная культура претендует на то, что она стоит высоко над «обыденностью» повседневной жизни и занимает позицию «высшего суда» в отношении социально-политических проблем общества. Элитарная культура, как правило, возникает в эпохи культурного кризиса, слома старых и нарождения новых культурных традиций, способов производства и воспроизводства культурных ценностей, смены культурно-исторических парадигм. Поэтому представители элитарной культуры осознают себя либо «творцами нового», возвышающимися над своим временем, и потому не понимаемыми своими современниками (такими в большинстве своем являются романтики и модернисты – деятели художественного авангарда, совершающие культурную революцию), либо «хранителями основополагающих основ», которые следует защитить от разрушения и значение которых не понимается «массой». В такой ситуации элитарная культура приобретает черты эзотеричности – закрытого, потаенного знания, которое не предназначается для широкого, всеобщего использования. В истории носителями различных форм элитарной культуры выступали жрецы, религиозные секты, монашеские и духовно-рыцарские ордена, масонские ложи, ремесленные цехи, литературно-художественные и интеллектуальные кружки, подпольные организации. Такое сужение потенциальных адресатов культурного творчества рождает у ее носителей осознание своего творчества как исключительного: «истинной религии», «чистой науки», «чистого искусства» или «искусства для искусства». Характерными признаками элитарной культуры являются: 1) стремление к культурному освоению предметов (явлений природного и социального мира, духовных реалий), которые резко выделяются из совокупности того, что входит в поле предметного освоения «обычной», «профанной» культуры; 2) включение своего предмета в неожиданные ценностно-смысловые контексты, создание его новой интерпретации, неповторимого или исключительного смысла; 3) создание нового культурного языка (языка символов, образов), доступного узкому кругу ценителей, расшифровка которого требует от непосвященных специальных усилий и широкого культурного кругозора.

Элитарная культура является двойственной, противоречивой по своей природе. С одной стороны, элитарная культура выступает в качестве инновационного фермента социокультурного процесса. Произведения элитарной культуры способствуют обновлению куль-туры общества, вносят в нее новую проблематику, язык, методы культурного творчества. Первоначально в границах элитарной культуры рождаются новые жанры и виды искусства, вырабатывается культурный, литературный язык общества, создаются неординарные научные теории, философские концепции и религиозные учения, которые как бы «выламываются» за устоявшиеся границы культуры, но затем могут входить в культурное достояние всего общества. Поэтому, например, говорят, что истина рождается как ересь, а умирает как банальность. С другой стороны, позиция элитарной культуры, противопоставляющей себя культуре общества, может означать консервативный уход от социальной действительности и ее злободневных проблем в идеализированный мир «искусства для искусства», религиозно-философских и социально-политических утопий. Такая демонстративная форма неприятия существующего мира может быть как формой пассивного протеста против него, так и формой примирения с ним, признания собственного бессилия элитарной культуры, неспособности ее воздействовать на культурную жизнь общества. Эта двойственность элитарной культуры обуславливает и наличие противоположных – критических и апологетических - теорий элитарной культуры. Демократические мыслители (Белинский, Чернышевский, Писарев, Плеханов, Моррис и др.) критически относились к элитарной культуре, подчеркивая ее отрыв от жизни народа, ее непонятность народу, ее обслуживание потребностей богатых, пресыщенных людей. При этом такая критика порой выходила за пределы разумного, превращаясь, например, из критики элитарного искусства в критику всякого искусства. Писарев, например, заявлял, что «сапоги выше искусства». Л. Толстой, создавший высокие образцы романа Нового времени («Война и мир», «Анна Каренина», «Воскресение»), в поздний период своего творчества, когда он перешел на позиции мужицкого демократизма, считал все эти свои произведения ненужными народу и стал сочинять лубочные рассказы из крестьянской жизни. Другое направление теорий элитарной культуры (Шопенгауэр, Ницше, Бердяев, Ортега-и-Гассет, Хайдеггер и Эллюль) защищало ее, подчеркивая ее содержательность, формальное совершенство, творческий поиск и новизну, стремление противостоять шаблонности и бездуховности повседневной культуры, рассматривало ее как приют творческой свободы личности. Еще более противоречивый характер элитарная культура приобретает в ХХ ст., а её отношения с культурой общества становятся неожиданными и парадоксальными в связи с появлением так называемой массовой культуры.

Массовой культурой называется такой вид культурной продукции, который каждодневно производится в больших объёмах; массовая культура – это культура повседневной жизни, представленная самой широкой аудитории по различным каналам, включая СМИ и коммуникации. Впервые это понятие вводится в оборот культурологической мысли в книге испанского философа и публициста Х. Ортеги-и-Гассета «Восстание масс» (1930 г.). В этом произведении он выстраивает антагонистическую оппозицию двух типов культуры (массовой и элитарной) и ее субъектов - «массы», потребительски относящейся к явлениям культуры, довольствующейся бессознательно усвоенными стандартами и представлениями, и «элиты», состоящей из людей, творящих культуру и находящихся в постоянном творческом диалоге друг с другом и всем миром. В современной научной литературе имеются различные определения массовой культуры. В одних определениях массовая культура связывается с развитием в ХХ столетии новых коммуникативных и репродуктивных систем (массовая пресса и книгоиздание, аудио- и видеозапись, радио и телевидение, ксерография, телекс и телефакс, спутниковая связь, компьютерная технология) и глобальным информационным обменом, возникшими благодаря достижениям научно-технической революции. В других определениях массовой культуры подчеркивается ее связь с развитием нового типа социальной структуры индустриального и постиндустриального общества, которая привела к созданию нового способа организации производства и трансляции культуры. Второе понимание массовой культуры является более полным и всесторонним, т.к. оно не только включает в себя изменившуюся технико-технологическую основу культурного творчества, но и рассматривает социально-исторический контекст и тенденции трансформаций культуры современного общества. Массовая культура возникает в ХХ столетии, но предпосылки (условия) ее возникновения могут быть прослежены уже у истоков современного индустриального (буржуазного по своей социально-экономической природе) общества. К числу предпосылок массовой культуры можно отнести возникновение в период становления буржуазного общества системы массовых коммуникаций (пресса, массовое книгоиздание, затем радио, телевидение, кино) и развитие транспорта, позволивших сократить пространство и время, необходимые для передачи и распространения в обществе культурных ценностей. Культура выходит из местного, локального существования и начинает функционировать в масштабах национального госу-дарства (возникает национальная культура, преодолевающая этнические ограничения), а затем и входит в систему межнационального общения. К числу предпосылок массовой культуры следует отнести также создание в рамках буржуазного общества особой структуры институтов для производства и распространения культурных ценностей: 1) появление общественных институтов образования (общеобразовательные школы, профессиональная школа, высшие учебные заведения); 2) создание институтов, производящих научные знания; 3) появление профессионального искусства (академии изобразительного искусства, театр, опера, балет, консерватория, литературные журналы, издательства и объединения, выставки, публичные музеи, выставочные галереи, библиотеки), которое включало также возникновение института художественной критики как средства популяризации и развития его произведений. Создание общественной специализированной системы производства и распространения культурных ценностей первоначально диктовалось следующими факторами: (1) необходимостью создания массовой квалифицированной рабочей силы, которая требовалась для организации крупных капиталистических предприятий; (2) потребностью конструирования общенациональной системы ценностей, необходимой для социализации индивидов и обеспечения их лояльности по отношению к существующей социально-экономической и политической системе общества; 3) необходимостью развития науки и опирающейся на неё техники, как интеллектуального базиса повышения производительности общественного труда и развития индустриального производства. При этом сама система производства культурных ценностей сохраняла относительную автономию по отношению к политической и экономической системам общества.

Эффективность её работы оценивалась по её собственным критериям (творческая новизна и оригинальность, глубина проникновения в суть проблемы, красота, истина, добро). Превращение общественной системы производства культурных ценностей в массовую культуру происходило в два этапа: 1) в 20-50-е годы ХХ столетия, в связи с возникновением в ряде европейских стран (Испания, Португалия, Италия, Германия и др.) и СССР тоталитарных политических режимов, предпринимаются попытки превращения системы духовного производства в инструмент политической манипуляции и мобилизации общества для политических целей и задач, которые преследовал данный политический режим (будь-то создание «тысячелетнего рейха» или построение коммунизма); 2) в 50-60-е годы ХХ столетия в связи с вступлением капитализма в фазу так называемого «общества потребления» система духовного производства в значительной своей части комерциализируется, превращается в особый вид индустрии досуга и развлечений. Первый этап формирования массовой культуры продемонстрировал, что культуру можно превратить в инструмент манипуляции общественным сознанием, что она обладает достаточной силой воздействия на общественное сознание, мораль и вкусы. На этом этапе власть имущие убедились в том, что они могут пользоваться силой культуры в своих интересах, если возьмут под свой идеологический и политический контроль учреждения культуры, творческие союзы и сеть распространения культурных ценностей. При этом сопротивление деятелей культуры (ученых, художников, писателей), стремившихся сохранить автономию культуры и не разделявших цели тоталитарных политических режимов, они смогли преодолеть с помощью политики «кнута и пряника».

Такое подчинение культуры политике сопровождалось снижением качества культурного творчества и выдвижением на ключевые посты в институтах духовного производства посредственных деятелей куль-туры и науки, обладавших, однако, даром приспособленчества. Опыт подчинения и эксплуатации культуры, накопленный тоталитарными режимами в 20-50-е годы, не был забыт в последующий период, когда возникает «общество потребления». Только теперь культура находится не перед искушением властью, а перед искушением «золотым тельцом». Система духовного производства переориентируется в обществе потребления таким образом, что значительная часть ее оказывается построенной по законам капиталистической экономики. Затраты на создание произведений культуры рассматриваются не как общественно необходимые затраты на производство и воспроизводство духовно развитого человека, а как капиталовложения, ориентированные на получение прибыли от продажи готового продукта. Не случайно, что на Западе (в особенности в США) успех книги, фильма, музыкального диска или спектакля измеряется в первую очередь не их художественными качествами, мнением публики и профессиональных критиков, а кассовыми сборами, выручкой, полученной от продаж. Производство массовой культуры ориентируется не на духовные запросы общества и человека, а на их платежеспособный спрос, который изучается с применением тех же методик, как и спрос на любые другие товары. Но производство массовой культуры не только ориентируется на существующий спрос, оно еще и интенсивно формирует его, создавая с помощью рекламы, тиражируемой СМИ, соответствующие потребности. Чтобы добиться массового спроса на произведения массовой культуры, ее произведения ориентируются на «среднего» человека, со «средним» образованием и простым, невзыскательным вкусом. Массовая культура – культура искусственно привитых человеку примитивных потребностей, которые затем эксплуатируются её производителями. Капитал в погоне за прибылью легко переступает национальные границы культуры, массовая культура как его продукт характеризуется транснациональностью, стремлением к унификации и стандартизации культурной продукции. Явления культуры, принадлежащие разным народам и культурным традициям, для массовой культуры служат лишь материалом, который используется для придания экзотического колорита транснациональной жвачке. Ещё одной принципиальной особенностью массовой культуры является то, что она является частью индустрии досуга, т.е. предназначается для психологической релаксации человека, перегруженного нервными стрессами современной сверхнапряженной социальной жизни и однообразием нетворческого труда, которым занята основная масса людей, работающих как в сфере производства материальных благ, так и в сфере обслуживания. Поэтому её продукция отличается смысловой «облегченностью», не несет в себе значительного интеллектуального, нравственного и эстетического содержания, освоение которого требовало бы от человека усилий. Ряд видов массовой культуры (популярная музыка, танцы, кинобоевики, триллеры, фильмы ужасов и т.п.) ориентированы на психофизиологическое воздействие на человека, стремятся изменить его психофизиологическое состояние. Современная массовая культура напоминает некоторые явления эпохи поздней Римской империи, когда городские низы («плебеи»), требовали для себя от разжиревшей от завоеваний и утопающей в роскоши политической и экономической элиты общества «хлеба и зрелищ». «Плебейский дух» явственно чувствуется в современной массовой культуре, которую можно квалифицировать как культурный «ширпотреб», предназначенный для социальных низов. В этом смысле массовая культура является инструментом манипуляции массами. И всё же, не следует преувеличивать манипулятивный потенциал массовой культуры, рассматривая общественное сознание, его вкусы и нравы как абсолютно пластичный материал, из которого массовая культура может лепить любые фигуры. Равно как не следует и само общественное сознание воспринимать односторонне карикатурно, сводя его к формам «обыденности», к поведению и вкусам обывателя. В массовом сознании социальных низов присутствует и здравый смысл, здоровое нравственное и эстетическое чувство, способное адекватно выражать ценность нормальных человеческих отношений, протест против социальной несправедливости, существующей в современном обществе. Эти чувства, настроения и оценки проникают в массовую культуру и распространяются по её каналам. Благодаря этому среди произведений массовой культуры могут появляться и такие, которые несут важное, ценное в нравственном и художественном отношении содержание.

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]