4. Учение о познании

Философская конструкция мира, созданная Платоном, требует спе­циального разъяснения того, как происходит процесс познания. Оче­видно, что вопрос о том, каким путем достигается знание, возникает из посылки, что изначальное состояние есть незнание, полное или ча­стичное отсутствие знания. Специальная теория познания вырастает также из допущения, что познание не мгновенный акт и не совокупность их, а длящееся действие, имеющее свои последовательные этапы.

Платон. Собр. соч. Т. 2. С. 121-122.

Итак, построенная Платоном онтология требует специальной те­ории познания. Действительно, если мир оформлен и существует в соответствии с некоторым планом, то следует объяснить, каким об­разом человек может познать этот план. Творчество мира отделено, по Платону, от его познания: мир существует по раз и навсегда данному плану. Человек не участвует в творении мира или со-творении совме­стно с божеством, он не в состоянии продолжить творение. Поэтому человеку остается только познавать мир, т.е. при помощи ума разга­дывать заключенный в нем божественный план. Каким образом это может произойти?

Понятно, что органы чувств сами по себе не могут решить задачу познания. Ведь план мира имеет сверхчувственную, идеальную приро­ду. Органы чувств дают нам внешнюю картину бытия вещей и космоса в целом. В этой картине преобладают изменчивость и непостоянство, мир здесь рассыпается на множественность, в которой едва-едва про­свечивает единство. Органы чувств снабжают познавательную душу сырым материалом, который нуждается в обработке посредством ума. В противном случае возникает опасность увлечься чувственностью и пойти по ложному пути, на который увлекают страсти. Значит, реша­ющая роль должна принадлежать уму. Но ум без органов чувств, ко­нечно, не имеет прямого выхода в мир и, следовательно, ему неотку­да получить информацию о мире. Здесь возникает кажущаяся неразре­шимой трудность: план мира лежит за пределами человеческого ума, поэтому нужен специальный канал связи между миром и умом. Роль такого канала могли бы выполнить органы чувств, но по указанным причинам они не способны это сделать. Платон, однако, находит из затруднения замечательный выход.

Оказывается, душа человека не совсем-таки изначально не знает ничего о божественном плане. Она знает, но знание это смутно и неоформлено. В полном соответствии с пониманием человека как мик­рокосма, в котором полностью представлен макрокосм (понимани­ем, обычным для греков), Платон утверждает, что душа каждого че­ловека знает законы мира, но знания существуют не в явном виде, а в скрытом. Именно поэтому необходимы специальные усилия, чтобы их извлечь из глубин души.

Так выглядит вопрос о познании, изложенный рационально. Пла­тон иллюстрирует его еще и мифологически, трактуя познание как «вспоминание» или «.припоминание». Поскольку душа есть сущность иде­альная, она причастна миру идей. Следовательно, до того как все­литься в человеческое тело, она находилась в своем чистом, идеаль­ном виде и ей был открыт мир идей. Она свободно созерцала его, поэтому без затруднений запечатлевала его в себе. Вселившись же в материальное тело, душа «забыла» ранее известное и понятное вслед­ствие возмущающих ее спокойствие воздействий тела. Понятно, что душа способна вспомнить, но для этого необходимы усилия по пре-

89

одолению страстей, идущих от тела. Познание, следовательно, есть припоминание душой ранее известных частей божественного плана мира и восхождение по ступеням такого припоминания, вплоть до восстановления всего плана в целом. Философ, т.е. человек, победив­ший в себе низменные стремления страстей, способен подняться на вершину познавательного восхождения.

В пользу трактовки познания как припоминания говорит, по Пла­тону, например, то, что человека чаще всего можно навести на пра­вильную мысль при помощи вопросов. Отвечая на умело подобран­ные вопросы, человек открывает знание, уже наличное в нем, но бывшее неосознанным. Кроме того, процесс понимания, например, математических закономерностей, как и нахождение решения какой-либо сложной задачи, весьма схож с процессом вспоминания. И в том и другом случае, чтобы процесс состоялся, должен наступить момент «озарения», момент внезапного прозрения, когда мгновенно обнаруживается недостающее звено в цепи рассуждений и она замы­кается, — решение найдено. Важным мотивом трактовки познания, заключающего в себе понимание, является стремление Платона ис­толковать его как заслугу самого человека, а не только учителей: ведь никакой учитель не сможет совершить за ученика замыкание круга понимания. Именно поэтому познание есть процесс извлечения ис­тины из собственной души посредством концентрации ума. В диалоге «Менон» Платон показывает, как это происходит. Сократ беседует с рабом, который необразован, но с помощью философа проводит до­казательство теоремы Пифагора. Сократ рисует на песке чертеж и, задавая вопросы, помогает рабу двигаться путем логических заклю­чений. В итоге раб осуществляет математический вывод и формулиру­ет теорему. Платоновский Сократ этим примером доказывает, что заслуга решения задачи всегда принадлежит ученику; учитель лишь помощник. Но это свидетельствует и о том, что истина присутствует в глубине души — следует научиться ее извлекать. Понимающее по­знание поэтому есть припоминание частей божественного плана кос­моса (куда входят, конечно, и геометрические закономерности и за­висимости).

Идея припоминания позволяет Платону обратить внимание еще на одну особенность познания. Познающий, естественно, вынужден отталкиваться от чувственного мира. Но его задача состоит в том, что­бы сформулировать некоторые общие тезисы и понятия. Аналоги по­нятий можно усмотреть в вещах, доступных опыту, но это всегда ана­логи приблизительные, а не точные. Однако, отталкиваясь от них, человек приходит к точным знаниям, открывает закономерности, выполняющиеся не приблизительно, а строго, — так обстоит дело, например, в геометрии. Следовательно, отправляясь от данных чув­ственного опыта, нужно совершить мысленный скачок к понятиям, в которых содержится нечто большее, чем было в чувственных данных.

Откуда возникает прибавка? По Платону, она опять же объясняется припоминанием душой того, что созерцала в идеальном мире.

Учитывая принципиальную дистанцию между чувственным опы­том и разумно-понятийным логическим выводом, Платон вводит раз­личение мнения и науки. Мнение, или «докса», — знание колеблю­щееся. Наука, или «эпистема», — знание доказательное или претенду­ющее бытьтаковым.Наконец, еще более высокий вид знания — диалектика. Ею владеют философы, поскольку они умеряют страсти и проника­ются бескорыстной любовью к мудрости.