Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Русский Север

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
08.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
РУССКИЙ СЕВЕР
затем побывать в Соловецком монастыре и со следую­щим рейсом вернуться на Новую Землю; у него есть за­пасных триста рублей, так что он может позволить себе эту роскошь и, кроме того, желает доставить удоволь­ствие своей подруге.
VI
Маточкин Шар. — Суровость природы. — Поездка
в Маточкин пролив. — Новоземельские собаки. —
Гурии. — На крейсере «Вестник». — Медведица Машка и лайка. — Судно Воронина. — Крушение его в 1896 г. — Новоземельские медведи.
Выгрузив с «Ломоносова» все, что предназначалось для Кармакул, мы отправились дня через два далее на се­вер, в Маточкин Шар, куда и прибыли благополучно на другой же день.
Природа здесь еще суровее, но в то же время окру­жающая картина более грандиозна: горы кругом нагро­мождены одна на другую, достигают высоты 3000 футов и по большей части покрыты вечными ледниками; здесь настоящее царство белых медведей и моржей, всюду го­лый камень и лед, растительности никакой, только в не­скольких впадинах, обращенных к солнцу, мы встрети­ли между камнями мох, усеянный множеством ярко-розовых и голубых цветов, на коротеньких, не больше как в полвершка, стебельках. Даже морские
181
А . П . ЭНГЕЛЬГАРДТ
птицы, которых так много близ Кармакул и далее к югу, здесь мало заметны.
Пока происходила выгрузка и обычная приемка то­вара от самоедов, мы отправились на шлюпке в Маточ­кин пролив, но, проехав не более десяти верст, принуж­дены были вернуться, потому что весь пролив оказался загроможденным льдами, и пошли бродить по горам. Любители карабкаться по кручам, Сосновский и Чарков­ский полезли на ближайшую гору, вышиной около 2000 футов, с тем, чтобы непременно взобраться на са­мую вершину; я тем временем осмотрел находившиеся в становище постройки, самоедские чумы и их хозяйство и проехался на собаках.
Самоеды на Новой Земле не держат ручных оленей, так как с ними пришлось бы все время перекочевывать с места на место для пастьбы, а потому для переезда по острову им служат исключительно одни собаки, кото­рые впрягаются, или, лучше сказать, привязываются ве­ревками к обыкновенным самоедским саням, какие упо­требляют самоеды для переездов на оленях по тундрам Мезенского и Печорского уездов: в сани впрягается обыкновенно 10–12 собак. Пока усаживаешься в эти крайне неудобные санки, собаки стоят смирно, но, как только возница возьмет в руки свою длинную палку, ко­торою он указывает им направление и в то же время не­милосердно бьет тех, которые в чем-нибудь провинятся, все сразу вскакивают и стремглав, кусая друг друга и по­виливая хвостами, с лаем бросаются в указанном направ­лении и несутся вперед, несмотря ни на камни, ни на
182
РУССКИЙ СЕВЕР
рытвины или пригорки; впрочем, такая бешеная и шум­ная езда продолжается недолго, версты две-три, затем лай постепенно смолкает, хвосты перестают вилять и опускаются — и дальнейший путь уже продолжается умеренною рысцой.
Летом подобная езда очень неудобна, каждую мину­ту рискуешь опрокинуться и расшибиться о камни, тем более что управлять собаками, за отсутствием вожжей, нет возможности. Беда, если по пути собаки завидят пес­ца или оленя; тогда ни крики, ни палка — ничто не по­могает: они стремглав бросаются за зверем, и обыкно­венно дело кончается тем, что санки опрокидываются, собаки перепутываются, а которым удается оторваться, надолго пропадают, преследуя зверя. На Новой Земле собаки редко плодятся, а потому для пополнения их убы­ли с каждым пароходным рейсом доставляется из Архан­гельска около 60 собак. Привозятся собаки всевозмож­ных пород, какие попадутся под руки; более нежные, холеные и слабые вскоре погибают; остальные же через год-другой принимают один общий новоземельский тип — даже один и тот же серо-желтый цвет — и обра­стают густою мохнатою шерстью.
Своих собак самоеды содержат очень плохо; о ка­ком-либо правильном кормлении их нет и речи. «Пу­скай сами промышляют; ну, а нет промысла, так пускай грызут кости, вон их много валяется на берегу», — гово­рил мне самоед. Хороши эти кости — по большей части выброшенные морем позвонки тюленей, в которых оста­лась одна известь. Зато когда промыслят оленя или како-
183
А . П . ЭНГЕЛЬГАРДТ
го другого зверя, тогда люди и собаки приступают к об­щей трапезе, и самоед здесь ничего уже не жалеет для своих собак.
При нас привезли убитого дикого оленя. Тотчас воз­ле чума собралась вся компания и приступила к пирше­ству. Схватив зубами кусок мяса, самоед ловко обрезает его ножом над самым ртом, съедает и запивает кровью; мальчишки с собаками миролюбиво обгрызают с разных концов одну и ту же кость; кругом суетятся и тявкают остальные собаки, стараясь ухватить что-нибудь; тут же три белых медведя в возрасте 2–3 месяцев, которых, в знак особой признательности, самоеды подарили по­том мне, воюют с собаками из-за брошенной им кости и не дают себя в обиду; ручной юркий песец также при­бежал за своею долею; все вымазались в крови, — вообще картина этого пира представляла довольно дикий и от­вратительный вид.
Все мы давно уже собрались на пароход и, конечно, не досчитываемся подполковника Чарковского, кото­рый, по обыкновению, забрался в самую что ни на есть трущобу. Мы знали, что он пытался взобраться на одну из соседних гор и с ним был также Сосновский, но по­следний, пройдя больше половины и видя, что дальше приходится уже ползти почти по отвесной круче, благо­разумно вернулся назад. Оказалось, что Марковский до­бился-таки своего. Прилагая всевозможные усилия, ча­стью ползком, он добрался до вершины горы, причем, подползая уже под самый верх, заметил между прочим какой-то особенно ярко блестевший предмет; как ни
184
РУССКИЙ СЕВЕР
трудно было до него добраться, он, однако, умудрился уцепиться за него, но оступился и покатился вниз, не упуская из рук трофея, который оказался большим, до­вольно чистым кристаллом горного хрусталя, вершка два длины и полвершка толщины. Он скоро справился и настоял на своем — взлез на самую вершину горы и, на память о своем там пребывании, сложил из камня до­вольно большого гурия. Хотя гора представляла собою почти правильную пирамиду и находилась у самой гава­ни, но нам все его проделки простым глазом не были видны; только потом, когда он благополучно спустился с горы и рассказал нам свои похождения, мы в бинокль рассмотрели поставленного им гурия, казавшегося кро­шечною кучкою камня.
На Севере вообще существует обычай ставить на воз­вышенных местах пирамиды из камней, по местному вы­ражению «гурии», или, еще чаще, большие кресты, в па­мять разных событий и счастливого избавления от грозившей опасности. Эти пирамиды и кресты служат отчасти маяками для определения той или другой мест­ности. Не считая могильных крестов, все берега Помо­рья, Мурмана и острова усеяны подобными памятника­ми; в становище Маточкин Шар стоит большой крест, поставленный князем Г. С. Голицыным в память посеще­ния им Новой Земли; близ Малых Кармакул находятся пирамида и крест князя Н. Д. Голицына; на берегу Кар­ского моря о. Иона водрузил крест с надписью: «Освяти­ся и водрузися крест сей на поклонение православным христианам», в память уничтожения им на этом месте
185
А . П . ЭНГЕЛЬГАРДТ
последнего идола. В воспоминание моего пребывания на Новой Земле и для указания морякам входа в Карма­кульскую гавань сооружена на вершине скалы, при са­мом входе в гавань, большая пирамида из плитняка и на ней установлен девятиаршинный крест с надписью о времени его водружения. Крест сделали плотники, ко­торых мы привезли с собою для возведения новых по­строек, а пирамиду в течение двух дней строили 60 ма­тросов с крейсера «Вестник». Лейтенант Жданко определил астрономический пункт и отметил на карте место постановки этого знака.
Возвратясь из Маточкина Шара, я перешел на крей­сер «Вестник», на котором, согласно нашему плану, мы и отправились к устьям Печоры, обогнув Новую Землю. Командир крейсера, капитан 2-го ранга Ларин, любезно предложил мне помещение в своей каюте, а мои спутни­ки, Чарковский и Сосновский, разместились в офицер­ских каютах. Монотонную жизнь на крейсере разноо­бразили, развлекая команду своею вечною возней и всевозможными проделками, черная медведица Маш­ка, белый медведь и лайка. Черную медведицу месяцев трех Сосновский подарил кают-компании еще в Архан­гельске. Машка совсем освоилась на пароходе: живая, большая проказница, она была общею любимицею; лай­ку офицеры достали на Мурмане, а белого медведя я предложил им из числа тех, которые были мне подаре­ны самоедами в Маточкином Шаре. Эта компания пред­ставляла полнейшую противоположность друг другу, напоминая собою лебедя, рака и щуку; но вместе все эти
186
РУССКИЙ СЕВЕР
звери была очень забавны. В конце концов, навозившись вдоволь, они обыкновенно перессорятся и передерутся между собою. Машка тогда бросается на реи, где она не­уязвима ни для лайки, ни для белого медведя, который по веревкам лазить не может; в свою очередь, белый мед­ведь, когда ему приходится плохо, бросается в свою род­ную стихию — в воду, куда ни черный медведь, ни лайка за ним не смеют последовать; на палубе остается одна лайка, которая и принимается неистово лаять то на того, то на другого; ссора, впрочем, продолжается недолго, так как матросы быстро восстановляют порядок, водво­рив всех по своим местам.
Вскоре по уходе из гавани «Ломоносова» поднялся довольно сильный шторм. Помнится, я куда-то ездил на паровом катере и, возвращаясь к крейсеру, с трудом мог до него добраться; даже в гавани волны захлестывали в катер, и, подойдя к крейсеру, требовалось немало лов­кости, чтобы не стукнуться об него и, уловив момент, вскочить на трап. В это самое время мы заметили, что по морю несется какое-то судно на парусах и, лавируя то в одну, то в другую сторону, старается, по-видимому, во­йти в гавань; одно время мы уже опасались за его участь, но, к нашему удивлению, оно лихо, на всех парусах, вле­тело в гавань, повернуло в сторону, отдало якорь, а через несколько минут его команда подъехала уже в лодке к крейсеру. Судно это оказалось поморскою шхуной Во­ронина, ежегодно вот уже тридцать лет приходящею на Новую Землю для промысла белух, тюленей, гольца и т. д. Офицеры расхвалили поморов за ловкое и лихое
187
А . П . ЭНГЕЛЬГАРДТ
управление шхуной, но те так сжились с морем и опас­ностями, что подобный шторм представлялся им явлени­ем вполне обыкновенным. Впрочем, впоследствии на­шим храбрецам пришлось испытать все ужасы крушения.
20 июля 1895 года, в тот самый день, когда страшным штормом в Маточкином Шаре сорвало с якорей крейсер «Джигит» и нанесло его на мель, где он едва не погиб, шхуна Воронина, стоявшая в заливе Рогачева, в Кости­мом Шаре, потерпела аварию; дно, где стояла шхуна на якоре, оказалось из гладкого камня, якоря не держали, и шхуну выбросило на берег. Все, что можно было снять с судна, сложили на берегу, а команда, частью на лодках, частью пешком, с неимоверными усилиями и лишениями добралась до Малых Кармакул, где, до прибытия парохо­да из Архангельска, ее приютили на спасательной стан­ции. Хозяин судна Воронин потерял почти все свое состо­яние и не имел бы возможности вновь достроить шхуну и продолжать промысел, если бы на помощь ему не явил­ся состоящий при с.-петербургском отделении Импера­торского общества для содействия русскому торговому мореходству комитет для помощи поморам Русского Се­вера. Комитет выдал ему в ссуду 1600 руб., на которые, при даровом отпуске леса из казенных дач, Воронин в те­чение зимы успел выстроить новое судно, а с открытием навигации отправился снова на Новую Землю, где нашел в целости спасенные снасти от погибшей шхуны. Что ка­сается груза, который состоял из 600 пудов сала и шкур, то большую часть его успели растаскать медведи, кото-
188
РУССКИЙ СЕВЕР
рые в этом отношении крайне дерзки и смелы. На Новой Земле, даже вблизи обитаемых становищ, медведи унич­тожают все съедобное, конечно, если его плохо оберега­ют. В Кармакулах, например, медведь однажды взобрался по сугробу на крышу здании, где живет фельдшер; к кры­ше этого дома прикреплен был для украшения череп оле­ня с рогами, который, вероятно, и привлек внимание мед­ведя, и он, желая полакомиться олениною, не задумался взлезть на крышу, но, найдя только череп и рога и пред­полагая, что самый олень находится под крышею, при­нялся ее разламывать. Это услыхали жившие в доме люди, и медведь поплатился за свое нахальство жизнью. Так как медведь был убит при содействии чуть ли не всего населе­ния становища и даже в присутствии о. Ионы, то шкуру его пожертвовали на церковь.
VII
Уход крейсера «Вестник» на Печору. — Во льдах. —
На подводном камне. — Недостаток гидрографических
исследований в северных водах России. —
Опасение за участь транспорта «Бакан». —
Отход крейсера на Печору.
16 июля мы вышли на крейсере «Вестник» из Карма­кул и благополучно обошли Гусиный Нос, южную часть Новой Земли; но на пути к Печоре, на 70° параллели, нас сперва окутало туманом, затем температура быстро упа­ла до 0° и мы очутились в сплошных льдах. Насколько
189
А . П . ЭНГЕЛЬГАРДТ
можно было видеть в бинокль и подзорные трубы — весь океан был покрыт льдом. Предполагая, что лед сюда на­гнало через Карские ворота из Карского моря, так как все время господствовали северо-восточные ветры, мы повернули на юго-запад, рассчитывая, таким образом, обойти льды с юга. Так, вдоль льдов, прошли мы до само­го Колгуева, но здесь льды упирались в самый остров, и прохода не было никакого.
Не теряя, однако, надежды обойти их, мы обогнули Колгуев с западной стороны — но и на южной стороне также оказался всюду лед. Таким образом мы бродили около льдов целых три дня; форсировать же проход и вой­ти во льды, чтобы их пересечь, представлялось опасным, тем более что запас угля подходил уже к концу. «Вест­ник» может взять с собою 12 000 пудов угля, т. е. запас не более как на десять дней. В открытом море при попут­ном ветре крейсер пользуется своими парусами, но, ког­да приходится идти постоянно под парами, например вблизи берегов или, как в данном случае, вблизи льдов, запас угля быстро истощается. Если бы крейсер не сжи­гал такого громадного количества угля, то можно было бы, конечно, обождать несколько дней поблизости Кол­гуева — переменился бы ветер, лед разнесло бы по океа­ну, и тогда можно было бы продолжать путь к Печоре; но при данных условиях оставалось одно — спешить в Архангельск. Так мы и сделали — и взяли курс прямо к Канину Носу. Но здесь, когда мы подошли настолько близко к берегу, что можно было простым глазом рас­смотреть пасущиеся там стада оленей, произошел слу-
190
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]