Россия. Путь к возрождению

Этим определяется отношение националиста и к другим на-

герои ческой обороны родины и которая в то же время не позволя­ет человеку впадать в состояние мирозавоевательной алчности. Эта энергия есть проявление «естественного правосознания».

Для человека с таким правосознанием весь род человеческий входит в правопорядок, в эту живую сеть субъективных правовых ячеек; и любовь к своему отечеству не ведёт его к отрицанию есте­ственного права на существование и на духовный рост у других на­родов. Для такого националиста право других не кончается там, где начинается интерес его народа, а право его народа не простирает- ся до пределов его силы*, но лишь до пределов его духовной необ- ходимости. Каждый народ имеет неотъемлемое естественное пра­во вести национально-духовную жизнь, которая бывает иногда возможна и вне самостоятельной суверенной государственности; и каждый народ, отстаивая свою духовно-культурную самобыт­ность, прав. Народы при всех условиях призваны видеть друг в дру­ге не материал для завоевания и порабощения, а субъектов есте- ственного и международного права, и поэтому они призваны рас­сматривать свои взаимные споры как споры о праве. Только при таком понимании и восприятии дела национализм, обоснованный духовно, будет постепенно преодолевать в себе свой опасный шо­винистический уклон, ибо любовь к своему народу не есть неиз­бежно ненависть к другим народам; самоутверждение не есть не­пременно нападение; отстаивание своего совсем не означает за- воевание чужого. И таким образом, национализм и патриотизм становятся явлениями высокого духа, а не порывами заносчивости, самомнения и кровопролитного варварства, как пытаются изобра­зить это иные современные публицисты, не помнящие рода и рас­терявшие на циональный дух.

При всех условиях неблагоразумно и опасно культивировать патриотизм как слепое, внеэтическое исступление, забывая о том, что внеэтическое ожесточение может только развязать безрас­судную стихию международного нахрапа, а слепота может толь­ко довершить это безрассудство. Столкновение народов есть на самом деле не просто столкновение слепых и ненавистных взаи­мопосягательств, как думают нередко и трезвые обыватели, и «му­дрые» политики; это есть, по существу своему, столкновение правов ых притязаний, в основе которого лежит различное пони­мание и толкование естественных прав, принадлежащих наро­дам. Такое столкновение требует правового регулирования. Есте­ственное право народа есть притязание его на духовно достой- ную жизнь, на расцвет его Богу служащей духовной культуры. Решение такого спора о правах посредством силы и завоевания есть способ примитивный и, как показывает история последних десятилетий, культурно-разрушительный. Война становится всё более и более обоюдоострым орудием; она оказывается спосо­бом, опасным не только для побеждённого, но и для победителя; она требует от народа таких духовно и нервно непосильных на­пряжений и грозит им таким внутренним социальным распадом, что заставляет людей помышлять со всё возрастающей искрен­ностью о правовом разрешении международных столкновений. Трудно надеяться на то, что война исчезнет совсем из истории человечества; однако она всё более приобретает и будет приоб­ретать для воюющих значение совместного или даже всеобщего «харакири», т. е. хозяйственно-политического и социально-куль­турного самоубийства или, во всяком случае, самоизуродования; и поэтому исторически можно предвидеть, что в дальнейшем бу­дет возрастать тяготение к правовому разрешению международ­ных споров.

Итак, любить свою родину не значит считать её единственным на земле средоточием духа, ибо тот, кто утверждает это, не знает вообще, что есть Дух, а потому не умеет любить и дух своего наро­да; его удел — звериный национализм. Нет человека и нет народа, который был бы «единственным» средоточием духа, ибо дух живёт по-своему во всех людях и во всех народах. Истинный патриотизм и национализм есть любовь не слепая, а зрячая; и парение её не только не чуждо добру и справедливости, и праву, и, главное, Духу Божию, но есть одно из высших проявлений духовности на земле.