Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Экскурсионные и туристические ресурсы Урала. Учебное пособие
.pdf
40
Активную роль в работе комиссии играл известный деятель просвещения,
крупный сановник И.И. Бецкой, который считал город единым архитектурным
организмом, созданным по законам произведения искусства. Проектирование
городов основывалось на «регулярстве», под которым подразумевалось, «чтобы
улицы были широки и прямы, площади большие, публичные здания на способных местах»40.
В 1784 г. под руководством И. Лема, возглавлявшего в эти годы комиссию, создаются генеральные планы Перми, Кунгура и Соликамска. Вскоре получают генеральные планы Чердынь, Оса и другие города Прикамья. Генеральные планы уральских городов создавались на основе принципов, характерных
для русского градостроительства конца XVIII в. Учет естественногеографических условий, умелое использование ландшафта, использование реки в качестве основной композиционной оси, выделение в каждом плане центра
города (площади и магистральных улиц, связанных с ней), размещение в центре
зданий, определяющих лицо застройки, — вот приемы, на основе которых
формировались города эпохи классицизма.
Уральские города-заводы наряду с чертами, характерными для остальных
русских городов, имели свои отличительные особенности. Основой центра
здесь становилась заводская площадь, а главными сооружениями, определявшими лицо города, — промышленные здания и технологические устройства завода, располагавшегося, как правило, в самом центре, на берегу искусственного
пруда. Таким городом-заводом первоначально являлся Егошихинский поселок,
предтеча современной Перми.
В планировке и застройке Перми отразились наиболее характерные черты
русского и советского градостроительства. Первый этап в развитии города начался в 1723 г., когда в долине речки Егошихи был заложен медеплавильный
завод. Поселок имеет геометрически правильную уличную сеть, насчитывает
7 улиц и 4 переулка. В центре поселения расположена деревянная клетская церковь. Вокруг двух кварталов с административными зданиями выстроена деревянная крепость с четырьмя бастионами. Вдоль Камы, выше и ниже устья Егошихи, у причалов появляется улица, это свидетельствует о том, что уже
в начальный период поселение развивалось под воздействием двух экономических факторов — промышленности и торговли. После опустошительного пожара 1759 г. Егошиха не только быстро восстанавливается, но и растет вниз по течению Камы, в направлении удобного для застройки рельефа.
Второй этап в развитии города — 1782–1870 гг. На плане 1782 г. зафиксирована планировка горного города Егошихи на момент переименования его
в Пермь. Он все определенней приобретает характер линейного поселения —
кварталы вытянуты вдоль берега почти на 2 км. Развитие города определялось
первым генеральным планом Перми, разработанным Комиссией каменного
строения Санкт-Петербурга и Москвы в 1784 г. План составлен с учетом существующего горного города Егошихи, новые улицы продолжают уже сложив-
Цит. по: Саваренковская Т.Ф., Швидковский Д.О., Петров Ф.А. История градостроительно-
го искусства. М., 1989. С. 140.
21
шиеся. Сетка кварталов «накладывается» на застройку в прибрежной части
и исправляет ее. Планы начала XIX в. продолжают развивать главную идею
плана 1784 г. Кама служит основной осью города. Его рост происходит не
только вдоль Камы, но и в юго-восточном направлении, особенно вдоль улицы
Сибирской, которая за городской заставой превращается в знаменитый Сибирский тракт. К 30-м гг. XIX в. на нее перемещаются основные губернские и городские учреждения, жилые дома должностных лиц. Так постепенно складывается новая главная улица города. В отличие от других городов, в Перми не было центральной площади и системы магистральных улиц, связанных с ней.
Центр города представлял собой улицу, перпендикулярную Каме.
Во второй половине XIX – начале XX вв. регулярная планировка Перми
нарушается. Это — следующий этап развития города (1870–1928 гг.). Заводы
и фабрики, склады и причалы возводят на берегу реки, железнодорожные пути
совершенно изолирует город от Камы. Ленточная структура поселения хотя
и сохраняется, но теряет свою ясность, особенно вдоль Сибирского и Казанского трактов. Вокруг предприятий возникают слободки, часто на непригодных
для жилья землях, в зоне вредного действия предприятий. Застройка ведется
стихийно, мелкими кварталами. В то же время центр города благоустраивается
и застраивается особняками, банками, магазинами. Пермь приобретает облик
индустриального города.
В 1928–1929 гг. под руководством академика В.Н. Семенова разрабатываются градостроительные принципы «Большой Перми» — исследование охватывает район от р. Мулянка до р. Балмошная. Предложения, выдвинутые
В.Н. Семеновым, не были осуществлены в те годы, но в дальнейшем они использовались при составлении генеральных планов. С 1931 г. разработка районной планировки Пермского промышленного узла была поручена Ленгипрогору. Работа велась группой специалистов во главе с академиком архитектуры
Л.А. Ильиным. Изыскания и исследования на месте вел швейцарский архитектор Ханнес Мейер, один из основателей знаменитой архитектурной школы
«Баухауз» (Германия). Ханнес Мейер разработал проекты детальной планировки города-спутника Нижне-Курьинска (Закамска) и застройки Городских Горок. Было предложено сохранить ленточную структуру и заложить на правобережье четыре новых города-спутника: Гайва, Закамск, Нижняя Курья с Пролетарской Слободой и Краснокамск. В 1930-е гг. Пермь вытягивается вдоль Камы
почти на 50 км. Население вырастает до 300 тыс. человек (1939 г.).
На основе проведенных в 1938 г. исследований создается генеральный
план Перми (авторы проекта – А.М. Суборов, М.А. Штипельман, К.М. Зайченко, В.И. Яковлев). Наиболее рациональные предложения, выдвинутые В.Н. Семеновым и Л.А. Ильиным, были включены в документы генерального плана.
По плану предполагались слияние Перми и Мотовилихи путем образования на
Городских Горках нового центра города, развитие застройки в южном направлении, а также у Запруда и Второй Вышки, строительство дамб и мостов через
Егошиху, реконструкция центральной магистрали — улицы Ленина, устройство
22
набережной Камы, создание центрального парка на базе Парковой дачи. Все
эти предложения были реализованы.
За годы Великой Отечественной войны территория Перми значительно
расширилась. Город хотя и начинает утрачивать свою линейность, однако продолжает расти вдоль Камы. Теперь в его состав входят Заозерье, Левшино, Гайва, Нижняя Курья, Закамск, а также разросшаяся южная часть. Начало послевоенного этапа развития города совпало с проведением корректировки генерального плана Перми Ленгипрогором в 1949 г. (утвержден Советом Министров
РСФСР в 1952 г.). Пермь утрачивает свою ленточную структуру. На значительном удалении от реки возникают два новых промышленных района на основе
нефтеперерабатывающего комбината в Осенцах и комплекса электротехнических предприятий на Гайве.
Генеральный план Перми, разработанный в 1972 г. Ленгипрогором (руководитель – арх. А.М. Тидеман), рассчитанный на 25–30 лет, в основных своих
положениях осуществлен не был.
23
5. КУЛЬТОВАЯ АРХИТЕКТУРА ПЕРМСКОГО КРАЯ
Особое место в историко-культурном наследии Пермского края занимают
памятники истории и культуры культового назначения, которых состоит
на государственном учете 170. Подавляющее большинство из них – это православные храмы и монастыри.
Церковное зодчество зародилось в Прикамье в момент христианизации
Верхнего Прикамья, в XV в. Для упрочения своего влияния Москва не только
организует военные походы, но и посылает сюда христианских миссионеров.
В 1463 г. великопермские князья принимают христианство. Окончательное присоединение Перми Великой к Московскому государству происходит в 1472 г.
Богоявленская церковь в с. Пянтег, редкий памятник древнерусской архитектуры, является наиболее древним памятником деревянной архитектуры
Пермского края. Впервые он упоминается в письменных источниках в 1617 г.
Начинающийся с земли высокий сруб-шестерик (28 венцов) увенчан невысоким
шатром на шесть скатов и завершается небольшой главкой. К шестерику основного сруба примыкает алтарный прируб, крытый двускатной кровлей.
В восточной стене прируба имеются волоковые окна, свидетельствующие
о древности постройки. Аналогичные оконца сохранились в западной стене
церкви и у входной двери. Косящатые окна были прорублены позднее в местах,
где ранее также были волоковые.
В верхнем ярусе шестерика сделана дверь, ведущая на чердак, где сохранился центральный столб утраченного шатра. На чердаке сохранилась старинная брусяная лестница, по которой шел подъем к церковной главке, что свидетельствует о том, что все сооружение и шатер были выше. Среди сохранившихся древнерусских деревянных храмов аналогов Пянтежской церкви не существует. Храм живописно расположен на крутом берегу камской излучины
и напоминает крепостную башню. Дверной проем вверху сруба, остатки бревен-консолей, вырубленные пазы на противоположных стенах шестерика, вероятно, для примыкания острожного прясла, — все это наводит на мысль о первоначальном оборонительном характере постройки. Возможно, это и была крепостная башня (остаток Анфалова городка), после разборки укреплений перевезенная на новое место и приспособленная под храм.
Однако преобладающим типом в Прикамье был клетский храм. Это связано с тем, что при его возведении применялись те же плотницкие приемы, что
и при строительстве обычной избы. Да и своими небольшими размерами он
также напоминает ее. У этих миниатюрных церквей изящный силуэт, оригинальная форма и конструкция. Крутая двускатная крыша («клинчатая»), увенчанная главой, не только выделяет церковь среди других построек, но и является удачным конструктивным решением, сохраняющим кровлю от гниения.
Гармония конструкции и формы, необычное сочетание привычных элементов,
скупые украшения — все создавало неповторимый облик здания.
В Прикамье клетские храмы возводились повсеместно. По письменным
источникам можно насчитать более трех десятков подобных церквей. Коло-
24
кольни возводили отдельно стоящими. Это были высокие восьмигранные срубы с ярусом звона наверху, а над ним – шатровая крыша на столбах. Во многих
деревнях возводились часовни, рубленные клетью (д. Вятчина Юрлинского
района, д. Лапсырь, Воцково, Лекмортово Чердынского района) или восьмериком (с. Редикор Чердынского района).
В конце XVII – начале XVIII вв. стали строить церкви с кубовым завершением, т.е. выпуклой четырехскатной крышей. Примером такой «кубоватой»
крыши является кровля храма в с. Торговище Суксунского района (1701), такая
крыша более похожа на обычную главу очень большого размера и покрывает
основной объем храма. От церкви ныне сохранилась только трапезная. Формы
многих клетских церквей очень древние и сохранились лишь в Прикамье. Янидорская церковь имеет уникальное завершение – крещатую бочку, увенчанную
главой; в д. Тохтарево (Суксунский район) первоначальная крыша храмовой
части была бочкообразной (частично эта форма скрыта под современной клинчатой крышей).
Архитектурно-конструктивные элементы, которыми пользовались плотники при постройке зданий, были чрезвычайно разнообразны. Квадратные и прямоугольные («клеть»), восьми- и шестигранные («шестерик» и «восьмерик»)
срубы, шатровые, кубоватые, бочкообразные и двускатные крыши, луковичные
главы и различные сочетания всех этих форм создавали богатейшие возможности для древних зодчих. В дальнейшем формы деревянных построек были перенесены в каменную архитектуру и немало способствовали ее расцвету.
Экономический рост городов Верхней Камы, лежащих на путях торговли
Москвы с восточными государствами, способствовал развитию монументального строительства. В конце XVII в. создаются большие красочные ансамбли
Чердыни, Соликамска, Усолья и Кунгура. Известно, что первое каменное здание в крае было возведено в Чердыни – это церковь Иоанно-Богословского монастыря, построенная в 1623–1624 гг. До наших дней здание не сохранилось.
Наиболее характерными постройками раннего периода развития каменного зодчества в Прикамье следует считать Воздвиженскую церковь в д. ВерхБоровая и Иоанно-Богословский монастырь в Чердыни.
Воздвиженская церковь 1678 г. принадлежит к типу трапезных церквей.
У такого здания к кубической храмовой части примыкает с запада низкая трапезная, крытая двускатной крышей. Основное помещение церкви перекрывает
сомкнутый свод, поверх него – четырехскатная крыша, в центре которой – луковичная глава. Над входом возвышается колокольня. Она представляет собой
восьмерик, несущий на себе ярус звона, выше – восьмискатная крыша и два
уменьшающихся по размерам восьмерика, завершенных главой. Колокольня по
своим формам напоминает подобные постройки новгородской архитектуры.
Соединение храма с колокольней – прием, заимствованный в архитектуре центральных областей России.
Можно отметить и еще одну закономерность. Храмовое помещение некоторых церквей возводилось в XVII–XVIII вв., а колокольня достраивалась уже
в XIX в. в стиле русского классицизма. Однако возводились и отдельно стоя-
25
щие колокольни. Причем или колокольни строились на каменных двухэтажных
палатах (Соликамск), или нижняя часть столпа обстраивалась помещениями,
где размещались торговые лавки (Усолье). Параллельно с одноглавыми трапезными церквами, как правило зимними, строили пятиглавые храмы (иногда главы делались декоративными), а колокольня завершалась шатром. Такие церкви
были больше одноглавые. Стены покрывались декоративными карнизами, тягами, наличниками, узорчатыми поясами, целыми фризами из полихромных изразцов. Силуэт здания усложняется за счет приделов, папертей, украшенных
крылец. Насыщенность и сложность форм, необычайная виртуозность и изящество в обработке деталей, тонкость художественного мастерства – вот отличительные черты построек XVII в.
Материалом основных конструкций был кирпич. Для декоративных деталей применялись фигурный кирпич и цветные поливные изразцы. Для укрепления сводов и столбов, устройства связей между стенами широко использовалось полосовое железо. Постепенно тесовые кровли сменяются металлическими, в окнах вместо слюды появляется стекло.
Церковь Иоанно-Богословского монастыря 1718 г. (г. Чердынь, ул. Мамина-Сибиряка, 17) повторяет в камне принципиальную композицию деревянного клетского храма. Над основным помещением воздвигнута небольшая
восьмигранная колокольня с ярусом звона. Совмещает две церкви – зимнюю
и летнюю, расположенные друг над другом. Декор фасадов небросок, отдельные окна апсиды и второго этажа украшены барочными волютами. Подобная
постройка — пример перехода от трапезного храма к церкви «под колоколы».
В Прикамье сохранилось несколько подобных храмов — церковь Михаила Малеина и Крестовоздвиженский собор в Соликамске, церковь в с. ВерхУсолка Соликамского района, имеющая трехъярусную колокольню над основным храмовым помещением. В других церквах колокольни возвышаются
в средней части трапезной (с. Комарово Кунгурского района, Преображенская
церковь в Кунгуре).
В конце XVII в. в русском зодчестве возникает направление, известное под
названием «каменное узорочье». Некоторые здания Прикамья несут на себе печать этого архитектурного направления: Богоявленская церковь (1695) и Крестовоздвиженский собор (1709) в Соликамске, палаты Строгановых (1724)
и Преображенский собор (1731) в Усолье. Благодаря непосредственной связи
с архитектурными направлениями, развивающимися в Москве и Петербурге,
в эти годы в Прикамье строят здания в стиле русского («московского», «нарышкинского») барокко. В Прикамье для него характерны трехчастное построение объемов, в том числе в двухэтажном варианте, «крещатое» (по сторонам света) пятиглавие, акцентировка углов ордером, наличники со спиралевидными и волютообразными завершениями (Спасо-Преображенский в Усолье).
Однако широкого распространения этот стиль не получил. Примерами зданий
русского барокко являются церковь в Орле-городке (1735) и Петропавловский
собор в Перми (1764). В этих постройках появляются элементы строго геомет-
26
ричные (очертание оконных проемов, карнизов, тяг), пилястры и колонны
по своей форме ближе к классическим образцам.
В каменном культовом зодчестве Прикамья XVII – первой половины
XVIII вв. можно выделить своеобразные, собственно уральские, приемы и формы. Характерными чертами культовой архитектуры Прикамья этого периода
считаются использование приемов новгородского, московского и ярославского
зодчества, а также перенесение в камень композиции клетской церкви с размещением колокольни над храмовым помещением; оригинальная трактовка завершающих глав — барабаны куполов делались многоярусными, по принципу
«восьмерик на четверик», нередко количество восьмериков в одном барабане
достигало трех, шейки глав делались очень тонкими; появление оригинальных
декоративных элементов — орнаментальных кирпичных поясов (редкий в центре страны так называемый «жучковый орнамент»), полихромных изразцов;
использование нижней части отдельно стоящих колоколен под торговые и служебные помещения; широкое использование металла для скрепления и изготовления частей зданий — связей, куполов, плит пола, ставней, дверей.
Это свидетельствует о том, что местные мастера сумели остаться самобытными
и в монументальном строительстве.
На грани XVIII–XIX вв. в Прикамье утверждаются зрелые классицистические формы культового строительства. Типичны крестообразные или кубические храмовые объемы, венчаемые одним либо пятью главами и украшенные
колонными портиками, – Никольская церковь в Усолье (1813–1820) арх.
А.Н. Воронихина. Известны также храмы-ротонды, например, Всесвятская (Новокладбищенская) церковь в Перми (1832) арх. И.И. Свиязева.
Во второй четверти XIX в. классицизм подвергся критике как вненациональное явление. Рост национального самосознания породил поиск национальных, исконно русских, архитектурных форм. С вытеснением классицизма эклектикой в середине XIX в. распространяется так называемый руссковизантийский стиль с присущими ему крупными луковичными главами, килевидными закомарами и порталами. К постройкам такого типа могут быть отнесены Слудская церковь в Перми, храмы в с. Лобаново и с. Култаево Пермского
района, в с. Спасо-Барда Кишертского района. В конце XIX – начале XX в. наибольшей популярностью пользовался «псевдорусский» («неорусский») стиль,
своим измельченным кирпичным декором подражавший «узорочью» и архитектурным формам древнерусских церквей середины XVII в.: Феодосиевская
(1910) и Успенская (Старокладбищенская) (1905 г.) церкви в Перми, выстроенные арх. А.И. Ожеговым, в Кунгуре это Никольская церковь (1917) и колокольня Тихвинской церкви, собор в Осе (1916) арх. А.Б. Турчевича и др. Влияние
данного стиля отразилось и на архитектуре мечетей, но при соблюдении исламских канонов (мечеть в Перми, 1902 г., арх. А.И. Ожегов). Эклектичность свойственна многим культовым постройкам этого времени, неправославные храмы
также не являлись исключением. Такие здания, как лютеранская кирха
(арх. Г.А. Боссе), католический костел (арх. Р.О. Карвовский), испытали в той
27
или иной мере влияние различных стилей и направлений, присущих русской
архитектуре этого периода.
Церковь Казанской иконы Божией Матери является лучшим в Пермском крае образчиком неорусского стиля в архитектуре, построена в 1905–1908
гг. в усадьбе Свято-Успенского женского монастыря в Перми на средства пароходчиков И.Г. и В.А. Каменских. Автор проекта точно не установлен, различные исследователи выдвигают версии авторства Ю. Скавровского, В.М. Васнецова или В.А. Покровского. Известно, что в оформлении храма принимали участие художники С.И. Вашков (резной иконостас и эскизы церковной утвари)
и Н.К. Рерих (иконы для иконостаса и, вероятно, майоликовые панно «Казанская Божия Матерь» и «Спас Вседержитель»). Небольшой прямоугольный объем церкви (предполагалось, что она станет фамильной усыпальницей) увенчан
крупной главой на глухом барабане с аркатурой по всему его периметру.
Контрфорсы на углах храма – здесь чисто технический прием переосмыслен
в художественный: они подчеркивают «древность» постройки. Арочный портал
перекрыт железным козырьком на кованых кронштейнах. На северном фасаде,
на прямоугольном пилоне, устроена открытая одноярусная звонница с двухскатной кровлей, увенчанная круглым барабаном с главкой и простым крестом.
В 1920–1980-е гг. культовое строительство в Прикамье по понятным причинам не велось. В современном церковном строительстве предпочтение отдается традиционным формам.
28
6. ТРАДИЦИОННАЯ ДЕРЕВЯННАЯ АРХИТЕКТУРА
ПЕРМСКОГО КРАЯ
В XII в. земли, располагавшиеся к северо-востоку от русских княжеств,
начали осваиваться «господином Великим Новгородом». Позже инициативу
колонизации Прикамья перехватило Великое княжество Московское. Источники фиксируют два основных колонизационных потока. С середины XV в. север
Пермского края в основном осваивается населением поморских уездов страны.
А после падения Казанского ханства и более южные районы Верхнего Прикамья стали интенсивно заселяться выходцами из Среднего Поволжья и Нижнего
Прикамья. Русские переселенцы приносили привычные для них типы сооружений и строительные приемы, которые перерабатывали в соответствии с местными климатическими и социально-экономическими условиями. При создании
традиционного прикамского жилого дома также нашли применение конструкции коми-пермяцкой избы «керку».
Формы народного жилища в Прикамье чрезвычайно многообразны. Но все
они произошли от простого сруба, четырехстенной избы, к которой по мере обживания и роста материального благополучия пристраивались сени или неотапливаемая «горница» – еще один сруб, соединяемый с первым сенями.
Все наличное разнообразие народных жилищ Прикамья с известной долей условности можно свести к двум основным типам изб, привнесенным
на Урал из разных частей страны. В основе первого из них лежит принцип планировки северной избы «кошелем», у которой хозяйственные постройки примыкают сбоку к жилой части и перекрываются с ней общей крышей. Такие избы и усадьбы встречаются как в коми-пермяцких, так и в русских селениях
Прикамья. В отличие от северных изб «кошелем», амбары, конюшни, ледники
и кладовые были отделены от жилого помещения и размещались по периметру
двора. Промежутки между строениями заполнялись бревенчатыми заборами.
Рядом с избой располагались ворота во двор. Сама изба по размерам значительно меньше северной и строилась из двух клетей, соединенных сенями («изба
со связью»). Длинная сторона сруба обращалась на улицу и считалась главным
фасадом. В центре его к сеням пристраивалось крыльцо. Изба имеет подклет,
высотой не более полутора метров. Попадали в подклет через «западню» – люк
в полу у печи. Пол из теса настилали, как правило, непосредственно на землю,
потолок устраивался из колотых бревен, опирающихся на брус-«матицу».
С чердака потолок для теплоизоляции обмазывали глиной и засыпали слоем
прокаленного песка. Двускатная тесовая крыша настилалась по стропилам«курицам», сверху фиксировалась охлупнем, внизу тес упирался в «потоки» –
желоба для стока воды.
Концы охлупней и куриц оформлялись в виде голов животных и птиц,
причелины, крыльца, наличники и ставни, которые первоначально имели
в большей мере функциональное значение, были лишены украшений. Затейливый резной орнамент, иногда окрашенный яркой масляной краской, стал рас-
29
пространяться только с конца XVIII в., но массовое его использование началось
только в следующем столетии.
У прикамских изб устраивалось три вида крылец: на столбах, на консолях
и прирубом. Если крыльцо располагалось не со стороны крытого двора, то оно
имело односкатное покрытие на столбах. Лестницы состояли из одних проступей. Иногда ступени вырубали в одном толстом бревне.
Огороды, имевшие большую площадь, нежели двор, обносились оградой
из кольев. Наиболее часто использовалась прямая «околица»: в землю вбивались попарно колья и в промежутки укладывались горизонтальные жерди. Высота такой ограды достигала 1,5 м. Реже встречались косые околицы, в которых
поперечные жерди размещались под углом к поверхности земли. Такие препятствия было трудно преодолеть даже человеку, не говоря уже о рогатом скоте.
Баню строили в огороде или за пределами усадеб, около реки. Она представляла собой небольшой сруб, крытый тесом на один или два ската, бревенчатый предбанник часто не имел дверей. Внутри располагались каменка и полок, вдоль стен устраивались низкие лавки. Баня топилась «по-черному», дым
удалялся через волоковое окно, посредством которого баня также и освещалась.
Избы второго типа распространены по всей территории Пермской края,
но по большей части в его южных районах. Торцевая сторона сруба считается
фасадом и выходит на улицу. Фасад имеет от двух до пяти, но обычно три окна.
Длинная стена с крыльцом оказывается во дворе. Такой тип жилища развился
из избы «брусом», в которой хозяйственные постройки являются продолжением жилой части и примыкают к ней сзади. В отличие от северного варианта такой избы, прикамская – меньше, а усадьба организуется иначе: хозяйственные
постройки отделены от основного сруба и размещены по периметру двора. Ворота устраивались рядом с избой, иногда в стенке хозяйственного сарая.
На основе этих двух разновидностей избы прикамские плотники создали
впечатляющее разнообразие новых типов и вариантов жилищ. В деревнях и селах Прикамья встречаются «двойные» и «тройные» дома, в которых собственно
изба входит в общую композицию не как главный сруб, а как равный по объему
со срубами вспомогательных построек. Такие дома, как правило, объединены
с крытым двором. Они могут быть покрыты общей кровлей, а могут иметь отдельные крыши, образующие живописные композиции – группы построек «под
три коня» и «под четыре коня». Интересен характерный только для Урала тип
«подсарайной избы» с расположенным над жилой частью сенным сараем.
Встречаются избы, близкие жилым домам русского Севера (например, изба
«кошелем» в д. Моргуново Суксунского района и д. Турай Кунгурского, дом
«глаголем» с хозяйственными постройками, в плане напоминающий букву «Г»,
в д. Писаное Красновишерского района, изба «брусом» в с. Новорождественское Лысьвенского района). Но в условиях Прикамья типы этих зданий имели
свои особенности: у них небольшие размеры, в избах отсутствует подклет, постройки почти лишены декоративных элементов. В Ильинском, Кунгурском,
Березовском, Октябрьском и Суксунском районах встречаются избы, срубленные из «циклопических» бревен, достигающих в диаметре 50–80 см. Таковы
30
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]