Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Становление советской политической системы. 1917-1941 годы
.pdf
— 61 —
До ноября 1918 г. страны Антанты рассматривали войну с больше-
виками как продолжение войны со странами Четверного Союза. При
поддержке союзников весной — летом 1918 г. действовали Верховное
управление Северной области, Временное Сибирское правительство,
Комуч. Во внешней политике белые правительства провозглашали «верность союзническим обязательствам», «договорам заключенным Российской Империей и Временным правительством», а после окончания
войны выступали за «полноправное представительство России во всех
международных организациях».
В декабре 1918 г. бывший министр иностранных дел Российской
Империи С. Д. Сазонов выехал в Париж как «представитель Государства Российского на Международном мирном Конгрессе». Он объединил в своем лице всю внешнюю политику белых правительств. После
провозглашения Колчака Верховным Правителем были предприняты
попытки международного признания России на Версальской мирной
конференции, где работало Русское Политическое Совещание (глава —
бывший премьер Временного правительства князь Г. Е. Львов, Чайковский, Струве, Савинков, Маклаков, Милюков). В структуре Совещания
работали три Комиссии — Дипломатическая (во главе с послом в США
Б. А. Бахметевым), Финансово-Экономическая (во главе с банкиром
А. Г. Рафаловичем) и Военная (во главе с генералом от инфантерии
Д. Г. Щербачевым).
Князь Львов из Омска выехал в Париж через Вашингтон и Лон-
дон и смог встретиться с американским президентом В. Вильсоном
и британским премьером Ллойд-Джорджем, пытаясь убедить их в важности признания Российского правительства и расширении масштабов
помощи Белому движению. Лидеры Антанты ожидали больших военных успехов Белых армий и требовали «демократизации» политики
белых правительств, особенно в отношении признания независимости
образовавшихся после распада Империи государств. Совещание же
не выходило за пределы принятого Белым движением тезиса о признании суверенитета всех новообразований «волей Всероссийского
Учредительного Собрания». По мнению Львова, следовало не просто
признать независимость новых государств, но определиться с размерами долга России за оставляемую на их территории инфраструктуру,
с сохранением у России прав защиты соотечественников, православных приходов и монастырей. Нужно было определить новые государственные границы.
Представители парижского Совещания не были приглашены к уча-
стию в комитетах и комиссиях Версальской конференции (за исключе-
— 62 —
нием вопроса об аннексии Бессарабии Румынией). Позиции ведущих
держав оставались неопределёнными За исключением двух телеграмм
(от 26 мая и 4 июня 1919 г.), в которых говорилось о «поддержке»
Колчака других официальных заявлений о признании сделано не было. Вильсон говорил о «невмешательстве» во внутренние дела России.
Ллойд-Джордж опасался критики от тред-юнионов, поддерживавших
советскую власть. Осторожной была позиция «уставшей от войны»
Франции. Только Югославия (Королевство Сербов, Хорватов и Словенцев) признала Российское правительство Колчака.
Но, несмотря на отказ от активной военной поддержки белых (с лета
1919 г. начался поэтапный вывод иностранных войск со всех фронтов,
до осени 1922 г. на Дальнем Востоке оставались лишь японцы), страны
Антанты (особенно Англия) продолжали поставлять вооружение, выдавать кредиты.
Летом 1919 г. началось наступление ВСЮР на Харьков, Екатеринослав и Царицын. После занятия Царицына армией генерала Врангеля,
3 июля, Деникин подписал директиву о «походе на Москву». В течение июля — октября войска ВСЮР заняли большую часть Украины
и губерний Черноземного Центра России, остановившись на линии
Киев — Орел — Воронеж. 4-й Донской корпус под командованием
генерал-лейтенанта К. К. Мамонтова в августе — сентябре совершил
конный рейд от Тамбова до границ Рязанской губернии и Воронежа. Одновременно с наступлением на Москву началось наступление
Северо-Западной армии Юденича на Петроград.
Осенью 1919 г. положение Советской России стало критическим.
Были проведены масштабные мобилизации коммунистов и комсомольцев под лозунгами «Все — на защиту Петрограда» и «Все — на оборону
Москвы». Белым не удалось установить общего фронта (за исключением
весьма слабых контактов между Северным и Восточным фронтом в мае
1919 г., а также между фронтом ВСЮР и Уральской армией в августе
1919 г.). Сосредоточив значительные силы красных под Орлом и Воронежем, командующий Южным фронтом, бывший генерал-лейтенант
В. Н. Егоров, создал ударную группу, основу которой составили Латышская и Эстонская стрелковые дивизии, а также 1-я Конная армия под командованием С. М. Буденного и К. Е. Ворошилова. В середине октября
были нанесены контрудары по флангам наступавшего на Москву 1-го
корпуса Добровольческой армии генерал-лейтенанта А. П. Кутепова.
После упорных боев в течение октября — ноября 1919 г. фронт белых
оказался сломленным, началось их отступление от Москвы. В середине
ноября, не дойдя 25 километров до Петрограда, были остановлены части
— 63 —
Северо-Западной армии. 14 ноября 1919 г. после неудачных боев под
Петропавловском и Тобольском, белые оставили Омск. В декабре 1919 г.
красные войска заняли Ростов и Новочеркасск.
Серьёзно ухудшились взаимоотношения Кубани с командованием
Добровольческой армии после так называемого «кубанского действа»
в ноябре 1919 г. Поводом к нему стал факт заключения договора в Париже между делегацией депутатов Рады и так называемым «Меджлисом» горских народов сепаратного договора о границах на Кавказе.
Поскольку Деникин не признавал самостоятельной Горской республики
и ее органов власти, то переговоры с врагами южнорусского Белого
движения, а тем более переговоры от имени якобы «независимого» государства считались равносильными государственной измене. Под этим
предлогом генерал Врангель ввел в Екатеринодар верные ему войска,
арестовал 12 депутатов Рады, и казнил главу парижской делегации
депутата А. И. Калабухова (6 ноября 1919 г.). В результате этого так
называемого «кубанского действа» краевая конституция была изменена в сторону усиления исполнительной власти, теперь атаман получал
право роспуска Краевой Рады.
Казалось бы «умиротворение» Кубани достигнуто. Но немалая
часть казачества увидела в этом насилие над своими традиционными
привилегиями, пренебрежение самостоятельностью края. В результате
симпатии к Белому движению резко упали, и у кубанцев появился существенный повод к оправданию своего нежелания воевать на фронтах
ВСЮР. Теперь, вместо надёжного тыла, Кубань стала центром «казачьего сепаратизма» на юге России.
Режимы Белого движения, в условиях поражений на фронтах,
пытались эволюционировать в сторону «демократизации». В декабре
1919 — марте 1920 гг. был провозглашён отказ от диктатуры и союз
с «общественностью». На Юге России было распущено Особое Совещание и образовано Южнорусское правительство, ответственное перед
Верховным Кругом Дона, Кубани и Терека. В Сибири Колчак объявил
созыв Государственного Земского Совещания с законодательными полномочиями. Но предотвратить поражений не удалось. К марту 1920 г.
были ликвидированы Северо-Западный и Северный фронты, а Восточный и Южный утратили большую часть занимаемой территории.
После падения Омска Российское правительство переехало в Ир-
кутск, где новым премьером стал молодой министр внутренних дел,
кадет В. Н. Пепеляев. Колчак решил отвести войска к Новониколаевску
и, далее, к Красноярску. Начался Великий Сибирский Ледяной поход.
Однако в тылу Красноярский гарнизон поднял восстание, поезда ад-
— 64 —
мирала оказались отрезанными от армии и большая ее часть сдалась
в плен. Остатки войск во главе с генерал-лейтенантом В. О. Каппелем
обошли Красноярск и по рекам Кану и Ангаре вышли к озеру Байкал.
Каппель при переходе погиб. Поезд Колчака был остановлен в Нижнеудинске. Накануне 1920 г. в Иркутске вспыхнуло эсеро-большевистское
восстание. Российское правительство перестало существовать. 4 января 1920 г. Колчак передал Верховную власть Деникину, а управление Восточной окраиной — атаману Забайкальского казачьего войска
генерал-лейтенанту Г. М. Семенову. После этого он перешёл в чешский
вагон — под покровительство союзников. 15 января 1920 г. чехи выдали Колчака в руки Политцентра, захватившего власть в Иркутске.
С 21 января начались допросы бывшего Верховного правителя, но вскоре большевистский ревком решил казнить Колчака без суда. 7 февраля
1920 г. вместе с премьером Пепеляевым бывший Верховный Правитель
был расстрелян на берегу реки Ушаковки (приток Ангары).
В январе — марте 1920 г. развернулись решающие сражения на
Кубани. Во время операций на реке Маныч и под станицей Егорлыкской
ВСЮР не смогли сдержать наступление красных дивизий и эвакуировались в Крым. В марте 1920 г. после «Новороссийской катастрофы»,
гибели Восточного, Северного и Северо-Западного фронтов положение
Белого дела представлялось уже обреченным. Прибывшие в Крым белые полки были деморализованы. Англия, самый верный, как многим
казалось, союзник, отказалась от поддержки белого Юга и 22 марта
1920 г. Деникин передал свои полномочия Главнокомандующего Вооруженными Силами Юга России генерал-лейтенанту П. Н. Врангелю.
От Врангеля требовалось ясное определение целей Белого движения. 25 марта 1920 г. во время молебна на Нахимовской площади
в Севастополе, новый Главком заявил, что только продолжение вооружённой борьбы с советской властью является единственно возможным
для Белого движения. «Я верю, — говорил он, — что Господь не допустит гибели правого дела, что Он даст мне ум и силы вывести армию
из тяжёлого положения». Но для этого требовалось восстановление не
только фронта, но и тыла.
Принцип единоличной диктатуры сохранялся. «Мы в осаждённой
крепости, — утверждал Врангель, — и лишь единая твёрдая власть
может спасти положение. Надо побить врага, прежде всего, сейчас не
место партийной борьбе. Для меня нет ни монархистов, ни республиканцев, а есть лишь люди знания и труда». На пост премьера Правительства
Юга России Врангель пригласил ближайшего помощника П. А. Столыпина А. В. Кривошеина. Начальник переселенческого управления
— 65 —
и сотрудник Кривошеина сенатор Г. В. Глинка принял Управление
земледелия, бывший депутат Государственной Думы Н. В. Савич стал
Государственным контролёром, а известный философ и экономист
П. Б. Струве — министром иностранных дел.
Врангель был убежден, что «не триумфальным шествием из Крыма
к Москве можно освободить Россию, а созданием хотя бы на клочке
русской земли такого порядка и таких условий жизни, которые потянули бы к себе все помыслы и силы стонущего под красным игом
народа». Крым должен был стать своеобразным «опытным полем», на
котором можно было бы создать «модель Белой России», альтернативную «России большевицкой». В национальной политике, отношениях
с казачеством Врангель провозгласил федеративный принцип. 22 июля
с атаманами Дона, Кубани, Терека и Астрахани (генералами А. П. Богаевским, Г. А. Вдовенко и В. П. Ляховым) было заключено соглашение, гарантировавшее казачьим войскам «полную независимость в их
внутреннем устройстве».
Определённые успехи были достигнуты и во внешней политике.
Франция, единственная из всех мировых держав, признала Правительство Юга России «де-факто».
Но главной частью политики Врангеля стала земельная реформа.
25 мая, накануне наступления Белой армии, был обнародован «Приказ
о земле». «Армия должна нести землю на штыках» — таков был смысл
аграрной политики. Вся земля, в том числе и «захваченная» у помещиков
в ходе «черного передела» 1917–1918 гг., оставалась у крестьян. «Приказ о земле» закреплял землю за крестьянами в собственность, хотя и за
небольшой выкуп, гарантировал им свободу местного самоуправления
через создание волостных и уездных земельных советов, а помещики
не могли даже возвращаться в имения.
С земельной реформой была тесно связана реформа местного са-
моуправления. «Кому земля, тому и распоряжение земским делом, на
том и ответ за это дело и за порядок его ведения» — так в приказе
28 июля определялись Врангелем задачи нового волостного земства.
Правительство разработало проект системы всеобщего начального
и среднего образования. Эффективность земельной и земской реформ,
даже в условиях неустойчивости фронта, была высока. К октябрю
прошли выборы земельных советов, началось разверстание участков,
были подготовлены документы о праве крестьянской собственности на
землю, приступили к работе первые волостные земства.
Продолжение вооружённой борьбы в белой Таврии в 1920 г. потре-
бовало реорганизации армии. В течение апреля — мая было ликвиди-
— 66 —
ровано около 50 различных штабов и управлений. Вооруженные Силы
юга России были переименованы в Русскую армию, подчеркивая тем
самым преемственность от регулярной армии России до 1917 г. Была
возрождена наградная система. Теперь за боевые отличия награждали
орденом Святителя Николая Чудотворца, статус которого был близок
к статусу ордена Святого Георгия.
Военные действия лета — осени 1920 г. отличались большим упорством. В июне было нанесено поражение красному конному корпусу
Жлобы. Июль и август прошли в беспрерывных боях, в ходе которых
состав армии уменьшился более чем наполовину, а пополнения из мобилизованных по своим боевым качествам были ниже добровольцев.
В строй белых полков ставились даже военнопленные красноармейцы.
В сентябре, в ходе наступления на Донбасс, Русская армия добилась
своих наибольших успехов. Казаки Донского корпуса захватили один
из центров Донбасса — Юзовку, из Екатеринослава эвакуировались советские учреждения. Но здесь Врангеля ожидала та же неудача, которая
годом раньше свела на нет все успехи Деникина. Фронт растянулся
и немногочисленные полки Русской армии не смогли его удержать.
После окончания советско-польской войны основные силы РККА
были переброшены в Таврию. Добившись почти 10-кратного превосходства в живой силе, советский фронт перешёл в середине октября
в контрнаступление. Корпус Буденного прорвался к Перекопу, угрожая
отрезать пути отхода в Крым. Лишь стойкость полков 1-го корпуса генерала Кутепова и донских казаков спасли положение. В официальных
заявлениях говорилось о «зимовке» в Крыму и о неизбежном падении
Советской власти к весне 1921 г.
Но советское командование не собиралось ждать весны. В третью
годовщину Октября 1917 г. начался штурм Перекопа. Предпринятые
перегруппировки войск не были закончены и белым полкам приходилось идти в бой без подготовки и отдыха. К вечеру 28 октября, на
третий день штурма, генерал Кутепов сообщал о прорыве укреплений. Падение Перекопа потребовало незамедлительных решений и 29
октября Врангель издал приказ об оставлении Крыма. Все решившие
уехать могли это сделать беспрепятственно. Погрузка проходила организованно и спокойно. 1 ноября 1920 г. эскадра из 126 судов вышла
в море, увозя с собой почти 130 тыс. человек. Белое движение на Юге
России завершилось.
В мае 1921 г. на Дальнем Востоке, в результате переворота во
Владивостоке, под прикрытием японской армии, сформировалось
Временное Приамурское правительство во главе с братьями С. Д.
— 67 —
и Н. Д. Меркуловыми. Правительство опиралось на Приамурское
Народное Собрание — единственный парламент, избранный в годы
гражданской войны на территории белых. Наибольшее влияние в нем
имели социал-демократы (большевики к выборам не допускались)
и блок «несоциалистических организаций». В конце 1921 г. Дальневосточная («Белоповстанческая») армия, начала наступление против
войск просоветской Дальневосточной Республики (ДВР). Республика,
хотя и имела формально независимый статус («буфер» между РСФСР
и Японией), управлялась просоветским правительством во главе с коммунистом А. М. Краснощековым (Тобельсоном) и социалистическим,
по партийному составу, Народным Собранием. 22 декабря белые заняли Хабаровск, но уже в феврале 1922 г. под давлением НародноРеволюционной армии ДВР оставили город.
Летом 1922 г. Япония начала переговоры с ДВР о выводе войск.
Белая армия понесла большие потери, возник конфликт между Народным Собранием, поддержанным левыми партиями и правительством,
которое поддержали правые. Раскол власти грозил гибели Белого Приморья. Единственным выходом представлялось установление новой
власти, способной объединить антибольшевистские силы.
В этой ситуации правительство Меркуловых вернулось к опыту
«единоличного правления», типичному для белых режимов. 6 июня
1922 г. был принят указ о созыве Приамурского Земского Собора для
выбора Правителя. Собор избирался по принципу представительства
от политических, профессиональных и общественных организаций.
Народное Собрание распускалось.
Земский Собор составили министры правительства, все наличные
епископы, командный состав армии и флота, представители казачества,
высшей школы, старообрядческих общин, профсоюзов и сельских обществ. 23 июля 1922 г. после военного парада, крестного хода и молебна
открылись соборные заседания. Первым же своим актом, 31 июля Собор
утвердил, что «права на осуществление Верховной Власти в России
принадлежит династии Дома Романовых». Было решено, что Верховным
Правителем России может быть только член Дома Романовых «династией для сего указанным».
Так впервые после марта 1917 г. был решен вопрос о форме
правления. Колчак, будучи Верховным Правителем, исходил из
принципа «непредрешения», считая главной задачей «борьбу с большевизмом». Но, как отмечал один из участников Собора, «белые
генералы, как бы популярны ни были их имена, всегда будут казаться
узурпаторами власти».
— 68 —
Правителем Приамурского Края Собор избрал генерал-лейтенанта
М. К. Дитерихса. Убежденный монархист, бывший Главнокомандующий
Восточным фронтом, руководитель расследования убийства Царской
Семьи, он имел большой авторитет в среде военных и политиков.
8–9 августа 1922 г. им были изданы указы, установившие управление
Белого Приморья. Представительная власть осуществлялась Земской
Думой и Приамурским Церковным Собором, а основой местного самоуправления стал церковный приход. Армия переименовалась в Земскую Рать, Дитерихс стал ее Воеводой. Но история белого Приморья
была недолгой.
10 августа Земский Собор завершил свою работу, а 4 сентября начались переговоры между ДВР, Советской Россией и Японией в городе Чанчуне. Уходя, японцы передали белым Спасский укрепрайон.
2 сентября Дитерихс приказал начать наступление на Хабаровск, но
Земская Рать продвинулась лишь на несколько десятков километров.
8–14 октября начались бои в районе Спасска, завершившиеся отступлением белых перед превосходящими силами Народно-Революционной
армии ДВР. Понимая, невозможность дальнейшего сопротивления Дитерихс отдал приказ об отступлении. Все желающие покинуть Приморье
могли это сделать на 35 кораблях Сибирской флотилии под командованием адмирала Г. К. Старка и через г. Посьет. 26 октября был оставлен
Владивосток. 3 ноября 1922 г. (через пять лет после начала Белого
движения) последние белые полки отступили в Китай (всего за границу
ушло около 20 тысяч человек). В России оставалась только Сибирская
Добровольческая дружина генерал-лейтенанта А. Н. Пепеляева (брата
расстрелянного премьера), сражавшаяся в Якутии до июня 1923 г.
В качестве основных причин поражения Белого дела можно выделить следующие. Белое движение, объединявшее в своих рядах представителей различных политических движений и социальных структур,
не смогло преодолеть внутренних противоречий. Существенным был
конфликт между военными и гражданскими властями.
В условиях подвижности фронтов, борьбы с повстанческим движением в тылу военные стремились к осуществлению функций гражданского руководства, игнорируя структуры местного самоуправления,
разрешая политические и экономические проблемы в приказном порядке
(действия генерал-лейтенанта Я. А. Слащова в Крыму в феврале — марте 1920 г., генерал-майора А. П. Родзянко на Северо-Западном фронте
весной 1919 г. и другие). Отсутствие политического опыта, незнание
специфики гражданского управления нередко приводили к серьёзным
ошибкам, падению авторитета белых правителей (кризис власти адми-
— 69 —
рала Колчака в ноябре — декабре 1919 г., генерала Деникина в январе — марте 1920 г.).
Противоречия военной и гражданской власти отражали противо-
речия между представителями различных политических направлений,
входивших в Белое движение. Правые (СГОР, монархисты) поддерживали принцип неограниченной диктатуры, тогда как левые (Союз
Возрождения России, сибирские областники) выступали за «широкое
представительство общественности» при военных правителях. Немаловажное значение имели разногласия между правыми и левыми по
земельной политике (об условиях отчуждения помещичьей земли), по
рабочему вопросу (о возможности участия профсоюзов в управлении
предприятиями), о местном самоуправлении (по характеру представительства общественно-политических организаций).
Существенной причиной, повлиявшей на неустойчивость белого
тыла в политическом отношении, следует признать отсутствие скольконибудь прочной системы представительной власти. Отсутствие контакта
«власти» и «общества», или недостаточно полное его выражение, вызвало критику, недоверие к белым военным и политикам. При этом их
противники в Советской России создали не только жесткий военноадминистративный аппарат, без которого власть большевистской партии
не могла бы существовать в условиях гражданской войны. Большевики
умело использовали, при необходимости, систему Советов, Советской
власти. Советская вертикаль, при всей ее очевидной ограниченности
в 1918–1920 гг. все же стала той самой представительной, выборной
структурой (пусть даже ее «суррогатом»), которой подчас не хватало
белым властям.
Принцип «Неделимой России» вызывал конфликты не только
между Белым движением и государственными новообразованиями на
территории бывшей Российской Империи (Украиной, республиками
Кавказа), но и внутри самого Белого движения. Серьезные трения возникали между казачьими политиками, стремившимися к максимальной
автономии (вплоть до государственного суверенитета) и белыми правительствами (конфликт атамана Семенова и адмирала Колчака, конфликт
между генералом Деникиным и Кубанской Радой).
Возникали противоречия и по поводу внешнеполитической «ори-
ентации». Так в 1918 г. многие политические деятели Белого движения
(П. Н. Милюков и Киевская группа кадетов, Московский Правый Центр)
говорили о необходимости взаимодействия с Германией для «ликвидации Советской власти». В 1919 г. «прогерманская ориентация» отличала Совет гражданского управления Западной Добровольческой армии
— 70 —
полковника Бермондта-Авалова. Большинство же в Белом движении
выступало за сотрудничество со странами Антанты, как союзниками
России в первой мировой войне.
Не способствовали прочности Белого движения конфликты между
отдельными представителями политических структур (лидерами СГОР
и Национального Центра — А. В. Кривошеиным и Н. И. Астровым),
внутри военного командования (между адмиралом Колчаком и генералом Гайдой, генералом Деникиным и генералом Врангелем, генералом
Родзянко и генералом Юденичем и другими).
Вышеперечисленные противоречия и конфликты, хотя и не носили
непримиримого характера и не приводили к расколу Белого движения,
тем не менее, нарушали его единство и сыграли важную роль (наряду
с военными неудачами) в его поражении в гражданской войне.
Значительные проблемы у белой власти возникали из-за слабости
управления на контролируемых территориях. Например, на Украине, до момента занятия войсками ВСЮР, сменилось, на протяжении
1917–1919 гг. четыре политических режима (власть Временного правительства, Центральной Рады, гетмана П. Скоропадского, Украинская
Советская республика), каждый из которых стремился к установлению
собственного аппарата управления. Это нарушало оперативное проведение мобилизаций в Белую армию, борьбу с повстанческим движением,
реализацию принимаемых законов, разъяснение населению политического курса Белого движения и в целом лишало его необходимой социальной опоры.
Нельзя согласиться с тем, что противостоящий Белому движению
партийно-советский режим был лишен вышеуказанных противоречий
в той или иной форме. Однако в целом прочность созданной этим режимом модели оказалась большей, что способствовало победе Советской
власти в гражданской войне.
В истории гражданской войны важное значение приобретает изучение антисоветской деятельности подпольных военно-политических
структур, их состава, форм и методов работы. Следует отметить, что
приёмы разведывательной работы в советском тылу не были выработаны и систематизированы и во многом основывались на импровизации
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]