Пишем с акцентом. Сборник упражнений по дисциплине «Сценарное мастерство» для студентов, обучающихся по направлению подготовки 51.03.05 «Режиссура теа

Одиннадцатая особенность. Гласная "е" заменяется в словах на "я". Например: милостивия – милостивые соправшияся – собравшиеся

*** Идёт эстонец... Видит – отрезанная нога чья-то лежит:  О-о-о! Этта нохха поххожа на нохху моеххо сосетта Петтере... Идёт дальше. Видит отрезанную руку:  О-о-о! Этта рукка поххожа на руккууу моееххо сосетта Петтере... Дальше – вторая нога:  О-о-о! Этта нохха поххожааа на вторую нохху моеххо сосетта Петтере... Идёт дальше – голова лежит:  О-О-О! Этта холловва похожа на холловву моеххо соссетта Петтере... Идёт дальше  и, задумчиво так:  Чёт-то я начинаю песппокоится... А не случилось ли чеххо с ммоим соссеттом Петтере?!!

*** В эстонский магазин заходит русский пенсионер и на ломаном эстонском языке просит взвесить 250 грамм сыра. Продавщица долго слушает, наконец отвечает по-русски: Гавриттье па-рюсски, я па-аннимаю.

*** Идет мужик по дороге, а по ней местный на телеге едет. Мужик:

*** Едет эстонец на ручной дрезине. Спрашивает у случайного прохожего:

*** Сидят два милиционера эстонца в машине. Один другого попросил проверить мигалки:  Андрууус, итииии проверь рапотают мигалки или неееет! Выходит милиционер эстонец и говорит другому:  Рапотаааааают, не рррапотааааают, рапотааааают, не рапотаааааают...

***

– Ой, не пугайте меня, дяденька, не то я портки намочу, – снасмешничал Филин. – А за картузик благодарствуйте. Поклон вам за него и еще вот – от мово щедрого сердца. И как врежет китайцу в зубы! Или, лучше сказать, нацелил в зубы, только косоглазый присел, и Михейкин кулак по пустому месту пришелся, а сам Филин от замаха весь завернулся. Тут китаец двинул разом правой рукой и левой ногой: ладонью Михейке по затылку (легонько, но Михейка носом в пыль зарылся и остался лежать), а каблуком Пике в ухо. Пика тоже растянулся, а третий пацан, постарше Пики, клика ему Сверло, хотел было шустрого басурмана кастетом достать – и тоже по воздуху попал. Китаеза в сторонку скакнул, хлобысть Сверлу носком ботинка в подбородок (это ж надо так ноги задирать!) – тот навзничь запрокинулся. Коротко говоря, зеваки рты разинуть не успели, а уж все трое пацанов, что собирались баклана китайского чистить, лежат вповалку и вставать не спешат. Покачали люди головами на этакое диво и пошли себе дальше. А китаец над Михейкой присел, за ухо взял. – Нехоросё, – говорит, – Фирин-кун. Софусем не-хоросё. Гдзе тётки? Михейка затрясся весь – уж не понарошку, а всерьез. – Не знаю никаких тёток! Мамкой-покойницей! Господом Исусом! Китаец ему ухо немножко крутанул и разъяснил: – Сярики, зерёные, на нитотьке. В узерке быри. А Филин возьми и крикни: – Не я это, это Сенька Скорик! Ай, ухо больно! Вон он, Сенька! Ну иуда! Простого ухокрута и того не снес! Его бы дяде Зот Ларионычу в обучение! Китаец повернулся, куда Филин показывал, и увидел Сеньку. Встал, нерусский человек, и пошел на Скорика – мягкo так, по-кошачьему. – Сенька-кун, – говорит, – бегачь не надо. Сегодня у меня не гэга, сьтибреты – догоню. И на штиблеты свои показывает. Мол, не шлепанцы, не споткнусь, как давеча. Но Сенька, конечно, все равно побежал. Хоть и зарекался зайцем бегать, но такая уж у него, видно, теперь образовалась планида – почем зря подметки драть. Не хошь по рылу – гони кобылу. Теперь побегать пришлось не в пример против прошлонедельного. Сначала пролетел Скорик по всему Подколокольному, потом по Подкопаю, по Трехсвятке, по Хитровскому, через площадь, снова свернул в Подколокольный. Отмахивал Сенька шустро, как только каблуки не отлетели, но китаец не отставал, да еще, пузырь толстомордый, на ходу уговаривал: – Сенька-кун, не беги, упадёсь, рассибёсься.

– Вон туда ступайте, чтоб с приставом не сойтись, – показал Будочник. – К Татарскому кабаку попадете. Барин подождал, пока Маса и Сенька выйдут. Не сказать, чтобы очень уж торопился от пристава бежать. Хотя чего тут бегать: как донесутся шаги – в темноту отойти, и нет тебя. – Не думаю, что маниак, – сказал Эраст Петрович своему слуге. – Я бы не стал исключать корысть как мотив п-преступления. Вот скажи, как по-твоему, глаза у жертв выколоты при жизни или после смерти? Маса подумал, губами почмокал. – У дзенсины и дзетотек посмертно, у мусины есё при дзизни. – И я пришел к тому же в-выводу. Сенька вздрогнул: откуда знают, что Синюхин поначалу еще живой был? Колдуны они, что ли? Эраст Петрович повернулся к Будочнику: – Скажите, Будников, были ли на Хитровке похожие преступления, чтобы жертвам выкалывали глаза? – Были, в самом недавнем времени. Одного купчика, что на Хитровку сдуру после темна забрел, порешили. Ограбили, башку проломили, портмоне с золотыми часами взяли. Глаза зачем-то повырезали, крокодилы. А еще раньше, тому с две недели, господина репортера из газеты “Голос” умертвили. Хотел про трущобы в газету прописать. Он денег-часов с собой не брал – опытный человек и на Хитровке не впервой. Но кольцо у него было золотое, с бриллиантом, с пальца не сымалось. Пришили репортера, бестии мокрушные. Кольцо прямо с мясом срезали и глаза тоже выкололи. Вот какая публика.

Японец. А мне здесь оченно трудно с языком. Церковь стоит называется сабор, ограда у дома  сабор, задвижка на дверях  сапор, и даже если живот болит тоже.

Первая особенность. Буква "л" в словах заменяется на "р".

упадёсь – упадешь уси – уши баську – башку

нисяя – нищая есё – еще дзенсины – женщины

Третья особенность. Замена «ч» на «с» или "сь". Пример:

Пятая особенность. Замена шипящей "ч" на "ть" или "т", или наоборот.