Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Вопросы изучения и преподавания историографии. Новейшая отечественная история. Пособие по учебной дисциплине «Историография новейшей отечественной ист
.pdf
V. ИЗДАТЕЛЬСКИЙ ПРОЕКТ «ИСТОРИЯ СТАЛИНИЗМА» КАК ФОРМАЛИЗАЦИЯ АНТИРЕАЛЬНОСТИ
возможно было только в современной Российской Федерации, в которой взят курс на окончательный разрыв русского исторического
пространства и вымарывание из него периода наибольшего величия, мощи и славы нашего Отечества. Зачем и кому это нужно –
вопрос риторический. Пока тотальная власть, а не само общество
будет распределять деньги на науку, объективную
картину прошлого получить будет невозможно в принципе. Отсюда такая разительная пропасть между господствующими в обществе взглядами
на советский период русской истории и той предвзятой, гротесковой картиной, которая насаждается правящим в стране меньшинством через подконтрольные СМИ, различного рода псевдонаучные
издания и всеми иными способами.
VI. СОВРЕМЕННАЯ СТАЛИНИАНА
МЕЖДУ ДВУМЯ ЮБИЛЕЯМИ.
КНИЖНЫЕ СЕРИИ О СТАЛИНЕ И ЕГО ЭПОХЕ
В данном кратком обзоре предлагается анализ новых тенденций
в освещении эпохи и личности И. В. Сталина, заявивших о себе в историографии с 2003 по 2013 год. Такой хронологический промежуток
взят не случайно. Дело в том, что именно прошлая круглая годовщина
со смерти советского лидера стала во многом переломной. До 50-ле-
дня смерти Сталина в сталиниане присутствовала своеобраз-
тия со
ная биполярность. Она коренилась глубоко в общественном мнении,
точнее, в общественном мнении разных его слоев. Негативная струя
в работах о Сталине подпитывалась идеологией шестидесятничества
и фрондирующей интеллигенции вообще. Эта идеология отчасти восходила еще к оппозиции 1930-х годов и пестовалась теми представителями
После XX съезда они получили возможность взять идеологический
реванш. Сам критический дух XX и XXII съездов был важным элементом негативного восприятия Сталина и всей его эпохи определенной
частью советского общества. Когда при Хрущеве реальная критика
Сталина приутихла, антисталинские настроения никуда не исчезли.
Они сделались достоянием диссидентских
горбачевской «перестройки» и ельцинских «реформ» настал час их бенефиса на страницах газет, журналов и трудов по истории.
прошлых лет. Как известно, закрытый доклад Н. С. Хрущева о культе
личности, озвученный им после завершения всех официальных мероприятий XX съезда, расколол советское общество и саму партию.
Помимо тех, кто поддержал критический запал Никиты Сергеевича,
было немалое количество людей, кто ушел в своеобразный «новый
раскол XX века», категорически не пожелав перестраиваться под нового лидера. Еще в годы правления Хрущева в низах советского общества начало формироваться явление, которое в наши
В. А. Козлов определил емким, многозначным термином «народный
сталинизм». «Народный сталинизм» отличался не только стихийными
симпатиями к умершему вождю, но и готовностью демонстрировать
свои симпатии. Эти настроения были присущи именно базовым слоям
советского общества, поскольку среди разных групп советской элиты
симпатии к Сталину тоже не были чем-то
оппозиции, которым повезло выжить в сталинском ГУЛАГе.
кухонь и курилок. В ходе
Вторая струя в сталиниане базируется на других настроениях
дни историк
исключительным, но они
132
VI. СОВРЕМЕННАЯ СТАЛИНИАНА МЕЖДУ ДВУМЯ ЮБИЛЕЯМИ. КНИЖНЫЕ СЕРИИ О СТАЛИНЕ И ЕГО ЭПОХЕ
«благоразумно» маскировались риторикой XX и XXII съезда. Только
после ухода Хрущева на пенсию «народный сталинизм» обильно дополнился генеральским, конструкторским, писательским, режиссерским и другими «сталинизмами». Вот эти настроения в своем синтезе
и стали питательной почвой второй версии сталинианы, противостоящей либерально-диссидентской.
Понятно, что все годы горбачевской «перестройки» и на первых
этапах ельцинских «реформ» превалировало именно первое, критическое направление в освещении Сталина и его эпохи. Ситуация неожиданно и резко начинает меняться именно накануне и в год 50-летия
со дня смерти Сталина. Поток критических публикаций о нем к тому
времени почти полностью пересох – антисталинская литература
перестала раскупаться читающей публикой и больше
не приносила
прибыль издателям. Зато общество четко и решительно сформулировало заказ на литературу о Сталине без привычных диссидентских
клише. Людям хотелось самостоятельно разобраться в нашем великом прошлом и в той личности, которая это великое прошлое символизировала.
Своеобразным Рубиконом в этом повороте можно считать появле-
ние книги писателя
В. В. Карпова «Генералиссимус» 1. Ее тираж изготовлялся не в столице, а в удаленном Калининграде. Однако вскоре вся
Москва была наполнена экземплярами этой книги. Впрочем, это никак
не сказалось на ее цене, и она продолжала расти, в разы превысив отпускную. Так люди истосковались по правде о Сталине. Другое дело,
что правда в двухтомнике
была щедро разбавлена домыслами. Вдобавок, что особенно неприемлемо, она буквально изобиловала историческими фальшивками, в том числе сфабрикованными документами.
Но имидж Карпова как писателя-фронтовика заставлял людей верить
ему, заставлял надеяться, что ветеран Великой Отечественной не станет
лгать о своем генералиссимусе.
Конечно, двухтомник Карпова был не первой книгой, в которой
излагалась бы версия «народного сталинизма». В частности, на волне интереса к истории нашей страны, еще в эпоху горбачевской «перестройки» и последующие годы переиздавались мемуары маршалов
и генералов. В том числе многократно переиздавались, поскольку
пользовались ажиотажным читательским спросом, мемуары маршала
2
Г. К. Жукова
. А ведь именно они служили для диссидентов одним
1
Карпов В. В. Генералиссимус: Историко-док. изд. [в 2 кн.]. Калининград, 2002.
2
Жуков Г. К. Воспоминания и размышления. В 2-х томах. М., 2012.
133
Д. О. ЧУРАКОВ, В. Ж. ЦВЕТКОВ, А. М. МАТВЕЕВА. ВОПРОСЫ ИЗУЧЕНИЯ И ПРЕПОДАВАНИЯ ИСТОРИОГРАФИИ
из аргументов, доказывающих, что при Брежневе якобы происходила
реабилитация Сталина, а сама эпоха застоя – это неосталинизм.
В действительности, как хорошо известно, брежневское Политбюро, лично «дорогой Леонид Ильич» сурово осудили Жукова, Мерецкова и других маршалов за их воспоминания, переполненные фактами,
не оставлявшими камня на камне от мифологии XX и XXII съездов
3
Но диссиденты очень верно почуяли угрозу для себя в маршальских мемуарах. И вот конец 80-х – начало 90-х гг. XX века вновь отмечены встречей широкой читательской аудитории с полюбившимися ей книгами героев Великой Отечественной войны. А ведь кроме мемуаров маршалов
и генералов робко начали публиковаться и другие книги, пытавшиеся
дать альтернативный Хрущеву, Горбачеву и Ельцину взгляд на Сталина
и его время. Однако все подобные публикации ельцинского времени напоминали лишь разрозненные действия партизан, тогда как появление
книги Карпова «Генералиссимус», несмотря на все ее недостатки, уже
условно можно сравнить с контрнаступлением под Москвой.
И это было только началом. Самым неприятным для
сторонников
либеральных и троцкистских трактовок Сталина стало появление
на книжных прилавках работ, которые уже невозможно было причислить к апологетическим. В этих работах обозначилась возможность
вырваться из искусственно смоделированной дихотомии «сталинист – антисталинист». Науку не удалось полностью похоронить под
пеплом взаимной войны разных идеологий. И вот отдельные авторы
пытались показать
не свое отношение к прошлому, а само прошлое.
Характерно, что одним из первых объективный портрет Сталина и его
эпохи на базе подлинных документов попытался создать историк либеральных взглядов, один из ключевых идеологов общества «Мемориал» Олег Хлевнюк. Книги этого автора, появившиеся в 90-е годы
прошлого века отличало использование свежего
архивного материала,
а не простое жонглирование новыми трактовками давно известных
по троцкистской и западной литературе «фактов и аргументов».
Вскоре с альтернативной официальной точкой зрения начали тиражироваться не только отдельные книги, но и целые книжные серии.
Прежде всего следует вспомнить серию, которая так и называлась –
4
«50 лет без вождя. Сталиниана»
. Начиналась серия работами вели-
.
3
См., например, книгу полковника запаса ФСБ В. М. Соймы, выпущенную в быстро промелькнувшей серии издательства «ОЛМА-ПРЕСС» «Сталин и время»: Сойма В. Запрещенный
Сталин. М., 2005. С. 466–472.
4
На некоторых книгах серия была обозначена чуть иначе: «50 лет без вождя. Сталиниада»
(см.: Косолапов Р. И. Слово товарищу Сталину. М., 2002)
134
VI. СОВРЕМЕННАЯ СТАЛИНИАНА МЕЖДУ ДВУМЯ ЮБИЛЕЯМИ. КНИЖНЫЕ СЕРИИ О СТАЛИНЕ И ЕГО ЭПОХЕ
кого русского мыслителя XX века А. А. Зиновьева, а также известного
5
историка-патриота С. Н. Семанова
. В рамках этой серии печатались
не только работы апологетического свойства, в которых Сталин выводился за пределы критического обсуждения. В ней публикуются
также оригинальные исследования авторов, ставивших перед собой
цель объективно разобраться в сложной фигуре Сталина, его противоречивой эпохе. Серия включила в себя и некоторые документальные
издания, передававшие забытые
оценки Сталина его современниками.
К числу таких публикаций в первую очередь может быть отнесена выходившая еще в 1931 г. в Берлине книга размышлений С. В. Дмитриева,
показавшего Сталина как деятеля, открывающего дорогу постреволю-
6
ционному национальному возрождению России
.
Серия «50 лет без вождя. Сталиниана» продвигалась силами творческого тандема издательств «Эксмо» и «Алгоритм». В то же время
издательство «Вече» начинает серию тоже с названием, говорящим
само за себя, – «Эпоха Сталина». В работе над ней были задействованы многие известные российские историки и публицисты. Характерно,
что значительное число книг этой
щено политической борьбе в годы правления Сталина
серии было так или иначе посвя-
7
. Их целью
было развенчание официальных мифов о невинности жертв всех без
исключения сталинских репрессий. Тем самым первоначально издатели серий «народной сталинианы», а также публиковавшиеся в них
авторы стремились снять со Сталина те политические ярлыки, которыми он был щедро украшен после XX съезда КПСС. Однако наиболее важная проблема, которая
уже начала звучать в западной историографии, российскими историками до поры до времени не ставилась.
А заключается эта проблема в том, можно ли вообще репрессии 30-х
годов XX века считать сталинскими? Но уже в таком виде появление
альтернативной ельцинскому официозу линии в историографии нарушало единое информационное поле либеральной пропаганды, не по
зволяло и дальше манипулировать массовым сознанием российских
граждан. И они, имея возможность читать не только Солженицына,
8
но и, скажем, А. А. Зиновьева или В. В. Кожинова
, все чаще начинали
разочаровываться в дурманящей магии «Архипелага ГУЛАГа».
5
Зиновьев А. А. Сталин – нашей юности полет: Социологическая повесть. М., 2002; Сема-
нов С. Н. Сталин: Уроки жизни и деятельности. М., 2002.
6
Дмитриев С. В. Сталин: Предтеча национальной революции. М., 2003.
7
Баландин Р., Миронов С. Заговоры и борьба за власть. От Ленина до Хрущева. М., 2003; Ле-
сков В. Сталин и заговор Тухачевского. М., 2003; Шубин А. В. Вожди и заговорщики. М., 2004 и др.
8
См. например., выпущенную по материалам его прижизненных публикаций книгу: Кожинов В. В. Правда сталинских репрессий. М., 2006.
-
135
Д. О. ЧУРАКОВ, В. Ж. ЦВЕТКОВ, А. М. МАТВЕЕВА. ВОПРОСЫ ИЗУЧЕНИЯ И ПРЕПОДАВАНИЯ ИСТОРИОГРАФИИ
Постепенно до официальных идеологов стала доходить банальная истина, что для историков, стоящих на близких к режиму идеологических позициях, необходима государственная поддержка. Нужны
гранды, нужны издательские мощности и многое другое, в противном
случае изменения общественного мнения в пользу Сталина и всей советской эпохи станут необратимыми. Вслед за изменением
настроений
в обществе могут произойти необратимые политические изменения,
связанные с усилением красного сегмента российского политического
ландшафта. Попыткой возвести своего рода Турецкий вал на пути
красной волны растущих в стране симпатий к Сталину становится серия «История сталинизма». Ее рождение было поддержано мощными
структурами. На обложках книг, появившихся в серии, значатся упол
номоченный по правам человека в РФ, ГАРФ, Фонд «Президентский
центр Б. Н. Ельцина», Международное историко-просветительское, благотворительное и правозащитное общество «Мемориал», Институт научной информации по общественным наукам РАН , а также издательство
РОССПЭН, которое, собственно, и осуществляет печать книг, включенных в серию.
Мне уже приходилось разбирать специфику и
9
«История сталинизма»
. Нет смысла приводить всю прежнюю ар-
результаты проекта
гументацию, остановлюсь лишь на базовых выводах проделанного
10
анализа. Проект заявлялся как научно-издательский
. Между тем
несколько важных признаков заставляют говорить о нем как о не соответствующем заявленным целям, носящем более пропагандистский нежели исследовательский характер. Само по себе это не может перечеркнуть значение проекта и выходящих в его рамках книг,
поскольку история всегда, в том числе и в наши дни, является
полем
битвы различных идеологий. При этом любое государство имеет полное
право поддерживать родственные себе идейные течения, в том числе
чисто материально. Признание книжной серии «История сталинизма»
не чисто научной позволяет вписать ее в общий историографический контекст современной сталинианы, носящей по преимуществу
яркий полемический характер. Далее, согласившись с такой постановкой
вопроса, можно охарактеризовать подавляющее боль-
шинство книг серии как продолжение диссидентской линии стали-
-
9
Чураков Д. О. Издательский проект «История сталинизма» как формализация антиреально-
сти // Модернизационные процессы в России: XIX – начало XXI вв. К 150-летию отмены
крепостного права. М., 2011
10
Медушевский А. Н. Актуальные проблемы исторической науки // Российская история. 2010.
№ 6. С. 3–4.
136
VI. СОВРЕМЕННАЯ СТАЛИНИАНА МЕЖДУ ДВУМЯ ЮБИЛЕЯМИ. КНИЖНЫЕ СЕРИИ О СТАЛИНЕ И ЕГО ЭПОХЕ
нианы с присущей ей подчеркнутым антисталинизмом в качестве
содержательной доминанты.
Серия «История сталинизма» порадовала многими интересными
сборниками документов, например по Шахтинскому делу или кулацкой операции на Украине, некоторыми другими. Многие работы,
вышедшие под ее грифом, представляют большой интерес. Вместе
с тем в научном плане серия зиждется на классической тоталитаристской
теории, а также на выросшей из нее неототалитаристской
теории, которая от первой отличается попытками приспособить под
себя важнейшие достижения ревизионистской школы социальной
истории. Впрочем, без особого успеха – слишком материал, взятый
из жизни, противоречит принятым на вооружение искусственным
схемам. Как это часто случается, выбор неверной научной методологии в сочетании с
вызывающей идеологической предвзятостью
неизбежно порождает явления, которые иначе, как морально запредельными, назвать невозможно. В этой связи не могу пройти мимо
и не упомянуть сравнительно новую книгу А. Гогуна «Сталинские
коммандос».
Книга эта подготовлена при плотной поддержке фонда Конрада
Аденауэра, Центра исследования холокоста и геноцида (Амстердам),
фонда Герды Хенкель (Gerda Henkel Stiftung, Düsseldorf) и
Гарвардского института украинистики (HURI). Само по себе это уже характеризует представленный на суд читателей пятисотстраничный «шедевр». Проживает Гогун в России, но в своих изданиях, мягко говоря,
выступает адвокатом украинских фашистов и, соответственно, прокурором советских порядков, в том числе партизанского движения.
В аннотации к его книге читаем: «Безоглядное применение
тактики
выжженной земли, умышленное провоцирование репрессий оккупантов против мирных жителей, уничтожение своих же деревень, хаотичный сбор у населения «продналога», дополнявшийся повседневным
разбоем, пьянством, развратом и насилием, братоубийственные внутренние конфликты, употребление допинга, оперативное использование оружия массового поражения и, наконец, людоедство – все это
было не случайным следствием массового
кровопролития и не являлось спонтанным «народным ответом» на жестокость нацистского
господства, а стало закономерными проявлениями сталинской войны
11
на уничтожение»
.
11
Гогун А. Сталинские коммандос. Украинские партизанские формирования, 1941–1944. М.,
2012. С. 4.
137
Д. О. ЧУРАКОВ, В. Ж. ЦВЕТКОВ, А. М. МАТВЕЕВА. ВОПРОСЫ ИЗУЧЕНИЯ И ПРЕПОДАВАНИЯ ИСТОРИОГРАФИИ
Так характеризуется партизанское движение и герои-антифашисты, в частности Сидор Ковпак, Алексей Федоров, Александр Сабуров
и др. И надо отдать должное автору – содержимое книги соответствует
аннотации в полном объеме. Великая Отечественная война автором
именуется не иначе как «советско-германской», будто она не была направлена на уничтожение русского народа и
других народов СССР 12.
Руководители партизанского движения приниженно обозваны «вожаками», как будто речь идет не о защитниках Родины, а о преступных
13
ватагах
. Гогун называет «спорной» даже точку зрения, согласно ко-
торой «все жестокости Второй мировой войны в Европе были вызваны
целями Третьего рейха и нацистскими методами борьбы». По его версии,
в зверствах фашизма виновата тоталитарная сталинская система
14
Партизаны, а не дьявольская сущность нацизма выдается Гогуном
за причину расправ, чинимых оккупантами. Он, например, пишет:
«Именно «Победители» Дмитрия Медведева спровоцировали уничтожение 4-м отдельным галицким украинским полицейским полком
ваффен СС совместно с отрядом УПА польского села Гута Пеняцкая
Бродовского района Львовской области. 28 февраля 1944 г. несколько
сотен человек было расстреляно
Дмитрий Медведев получил свою Золотую Звезду Героя»
и сожжено заживо. Через полгода
15
.
Прямо Гонун не утверждает, что Медведеву присвоили звание
Героя Советского Союза за расправу нацистов над мирным населением, так как понимает, что за клевету может оказаться перед судом
не только читательским… Тем не менее из контекста фразы следует
именно такой вывод. Вместе с тем Дмитрий Николаевич Медведев –
командир партизанского отряда,
в котором служил легендарный советский разведчик Николай Иванович Кузнецов, благодаря которому
удалось сорвать нацистскую операцию «Длинный прыжок» – покушение на глав государств антигитлеровской коалиции в Тегеране.
Кроме того лично Кузнецовым или при его содействии было уничтожено несколько крупных фашистских главарей. Сам Медведев –
автор замечательных художественных произведений о партизанских
буднях
, на которых воспитывалось не одно поколение советских
мальчишек. Так что Гогун прекрасно понимает, на что нацелены его
лживые тирады. Но понимают ли это издатели серии, и если понимают, то почему допускают?
12
Гогун А. Сталинские коммандос. Украинские партизанские формирования. С. 10.
13
Там же. С. 12.
14
Там же. С. 8–9.
15
Там же. С. 379.
.
138
VI. СОВРЕМЕННАЯ СТАЛИНИАНА МЕЖДУ ДВУМЯ ЮБИЛЕЯМИ. КНИЖНЫЕ СЕРИИ О СТАЛИНЕ И ЕГО ЭПОХЕ
Всего с 2007 года по время написания данной статьи в серии вышло
уже более 120 изданий, хотя поначалу планировалось нанести 100 разящих антисталинских ударов, то есть выпустить 100 книг с критикой
сталинизма. Тем не менее серия «История сталинизма» не оправдала
возлагавшихся на нее надежд. Несмотря на государственную протекцию, выпущенные в ней книги стали
достоянием только научных библиотек. К массовому читателю дороги они так и не нашли. Несмотря
на невысокие, как и у большинства научных изданий в современной
Российской Федерации, тиражи, многие книги вышедшие в серии уже
давно, так и пылятся на полках книжных магазинов, а некоторые издания в массовой продаже вообще
не были замечены.
Совершенно иную картину можно наблюдать с книгами из серий,
разобранных выше, а также из других книжных серий о Сталине и его
эпохе, издававшихся в последующие годы. Даже если не брать книжные серии по Великой Отечественной войне, в которых сталинская тематика также является одной из доминирующих, то
перед нами будет
целый букет разнообразной книжной продукции, дополняющей друг
друга и явно перебивающей пропагандистские плоды издательского
проекта «История сталинизма». Явным преимуществом альтернативных официозу книжных серий является живой отклик на них читателей. Хотя выходящие в них книги имеют солидные по нынешним
временам тиражами (не по несколько сотен, а
по несколько тысяч экземпляров), они, как правило, не залеживаются в книжных магазинах
и расходятся по личным библиотекам читателей самых различных категорий. Причина популярности лежит на поверхности – читателям
импонирует отсутствие вымыслов, выдержанных в духе дремучих
времен «холодной войны» против СССР, оскорбляющих национальные чувства и здравый смысл.
К примеру, издательства
«Эксмо» и «Яуза», по отдельности либо
совместно, инициировали начало сразу несколько книжных серий,
которые всецело посвящены советскому лидеру или включают в себе
отдельные работы о нем. Среди них – серия «Сталина великая эпоха».
В ней были собраны книги историков, чья научная репутация ни у кого
не вызывает сомнений. Среди них можно
16
льянова, К. Романенко и других
. Совместным детищем издательств
назвать В. Невежина, Ю. Еме-
явилась короткая, быстро промелькнувшая серия «1937. Большой террор». В ней читателей ждала встреча не только с такими маститыми
16
Невежин В. Сталин о войне. Застольные речи 1933–1945 гг. М., 2007; Емельянова Ю. Сталин
перед судом пигмеев. М., 2007; Романенко К. Сталинский 1937-й. Лабиринты заговоров. М.,
2007; Он же. Последние годы Сталина. Эпоха возрождения. М., 2008.
139
Д. О. ЧУРАКОВ, В. Ж. ЦВЕТКОВ, А. М. МАТВЕЕВА. ВОПРОСЫ ИЗУЧЕНИЯ И ПРЕПОДАВАНИЯ ИСТОРИОГРАФИИ
исследователями, как А Шубин, но также с такими молодыми талан-
17
тливыми историками, как А. Елисеев
.
Несколько книг весомо прозвучало в серии этих издательств с выразительным названием «Сталинский ренессанс». Например, в очередной книге Д. Верхотурова, выпущенной в ней, речь шла о шагах
Сталина по развитию советской экономике в период НЭПа и после
его завершения. Хотя Верхотуров вовсе не идеализирует ни Сталина,
ни советскую экономику,
ни ее развитие в 1920–1930-е гг., изученные
им явления, действительно, могут быть описаны в терминах ренес-
18
санса-возрождения
. Вместе с тем, вряд ли можно утверждать, что все
книги соответствуют мажорному названию серии. Во многих из них
речь идет о фактах и процессах, которые с трудом ренессансом можно
назвать только при очень большом желании. Так, исследование публи-
19
циста Ю. Мухина было посвящено голоду 1932–1933 гг.
. И. Пыхалов
обратился к теме межнациональных отношений и переселения народов в годы Великой Отечественной войны, а книга Д. Лыскова – мифу
о «большом терроре» и некоторым другим антисталинским мифам
20
Проблематике «большого террора» и вообще сталинских репрессий,
а также проблематике борьбы кланов в таком важном институте сталинской политической системы, как НКВД, посвящено очередное,
крайне важное, глубокое исследование такого авторитетного историка,
как Л. Наумов. В нем он впервые в историографии ставит принципиальный в силу своей важности вопрос о соотношении
таких понятий,
как «большой террор» и «большая чистка». Предлагает историк и свое
21
решение данного вопроса
.
Следующая серия издательств «Эксмо» и «Яуза» носит корот-
22
кое название – «СССР»
. Под грифом этой серии выходили книги
не только авторов, которых условно можно причислить к сталинистам
(как того же И. Пыхалова), но и придерживающихся нейтральных по-
зиций по сталинскому вопросу, и даже таких известных антисталинистов, как А. Бузгалин и А. Колганов. В отличие от второсортных
авторов, превратившихся в антисталинистов ради
легкой карьеры,
.
17
Шубин А. АнтиТеррор Сталина. М., 2010; Елисеев А. Сталин против заговора «глобалистов».
М., 2009; Буровский А. 1937. Контрреволюция Сталина. М., 2009 и др.
18
Верхотуров Д. Сталин против великой депрессии. Антикризисная политика СССР. М., 2009.
19
Мухин Ю. Кликуши голодомора. М., 2009.
20
Пыхалов И. За что Сталин выселял народы? Сталинские депортации – преступный произ-
вол или справедливое возмездие? М., 2008; Лысков Д. «Сталинские репрессии». Великая
ложь XX века». М., 2009.
21
Наумов Л. «Кровавый карлик» против Вождя народов. Заговор Ежова. М., 2009.
22
На обложках книг этих значилось: «СССР. Подлинная история. Светлое прошлое».
140
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]