Актуальные проблемы социально-экономических отношений. Уроки для России. Научное издание

Обязательное пенсионное страхование в качестве источника финансирования пенсий использует дотации из государственного бюджета и страховые взносы, кото­рые собираются, аккумулируются в специализированных фондах и распределяются для текущих пенсионных выплат. Ее основным финансовым институтом в нашей стране является ПФР. Основу же системы добровольного пенсионного страхования и обусловленных ею пенсионных схем составляют негосударственные пенсионные фонды (НПФ). Государство с помощью правовых (законодательство) и экономиче­ских (налоги, льготы и т.п.) методов регулирует их деятельность. Пенсионная схема ­совокупность условий (правил), определяющих порядок уплаты пенсионных взносов и выплат пенсий для относительно однородной группы клиентов НПФ. Пенсионные схемы определяют условия пенсионного страхования, служат организационно­экономической основой для заключения договоров пенсионного страхования между НПФ и вкладчиками в пользу участников, иных клиентов организации [154; 255].

Анализируя зарубежные пенсионные системы, подробнее остановимся на США, где общая сумма пенсионных выплат в рамках действующей здесь государственно­частной пенсионной системы ежегодно превышает $900 млрд, что позволяет выпла­чивать среднюю пенсию по стране в размере более $1 тысячи в месяц, в том числе за счет частных пенсионных планов по месту работы в среднем около $160 в месяц

ЧПП по месту работы основаны на двух ключевых видах пенсионных планов: 1) планах с установленными выплатами (defined benefit plans /DB plans/) и 2) планах с установленными взносами (defined contribution plans /DC plans/).

правило, в виде формулы, например, 1% средней зарплаты за последние 5 лет ра­боты в фирме за каждый проработанный год.

Отметим также, что инвестиционные нормативы в США основаны на «принципе благоразумного человека» (prudent man rule) и современной теории портфеля акти­вов. Не существует особых законодательных ограничений для инвестиций, в том числе средств пенсионных накоплений, кроме 10% ограничения для инвестирования в активы организации - работодателя. При этом имеют место расширенные количе­ственные нормативы, которые с учетом специфики судебной системы США (англо­американская модель) реализуются посредством принятия соответствующих реше­ний судами.

Характеризуя отечественную пенсионную систему, место и роль в ней сберега­тельных и инвестиционных стратегий населения Российской Федерации, нельзя обойти вниманием то, что в конце XX - начале XXI веков ее неоднократно подверга­ли реформированию, что не могло не сказаться, в том числе на сберегательных и инвестиционных стратегиях россиян - будущих пенсионеров. Многие из них воспри­няли пенсионные реформы как продолжение «шокотерапии». Поэтому неудивитель­но, что некоторые из реформ зашли в тупик.

В 1995 году состоялась общественная дискуссия о необходимости новой рефор­мы пенсионной системы, по итогам которой было принято соответствующее Поста­новление Российского правительства [18]. В дальнейшем специальным федераль-

2) позже стартовавшим, но динамично растущим обязательным пенсионным стра-

Макроэкономическим показателем развитости пенсионной системы и системы со­циальной защиты в целом является доля социальных расходов в ВВП, которая в Российской Федерации образца 2002 года составила 8,9%, включая долю расходов ПФР в ВВП на выплату пенсий и иных социальных пособий, равную 5,2% [264, с.10]. В 2007-2008 годах доля расходов одного лишь ПФР в ВВП России увеличилась с 5,42% до 5,63%, спрогнозирован ее рост в 2011 году до 6,31% (рисунок 3). Для срав­нения: доля расходов на выплату пенсий, иных социальных пособий в ВВП экономи­чески развитых стран (Австрия, Великобритания, Нидерланды, США, Япония) в 2003 году составляла 14-19% [23, с.58].

В совокупности перечисленные проблемы национальной пенсионной системы Российской Федерации обусловливают то, что россияне - будущие пенсионеры об­речены либо оставаться в ПФР с низкой доходностью инвестированных ГУК, которой является БЭБ, СПН, либо рисковать и передавать их в НПФ и посредством их - в ос­новной массив ЧУК. Это накладывает отпечаток на мотив копить на старость и соот­ветствующие сберегательные и инвестиционные стратегии людей.

Так, по данным ВЦИОМ, число наших граждан, полагавших, что о сбережении и приумножении их трудовой пенсии должно позаботиться государство, в течение 2007 года увеличилось: 60% респондентов, участвующих в накопительном компо­ненте пенсионной системы, заявили, что оставили деньги в ПФР и ГУК (ВЭБ), и только 6% перевели свои накопления в НПФ и ЧУК. 1/3 опрошенных вообще не зна­ли, где накапливаются СПН. При этом на активность именно государства в инвести­ровании СПН рассчитывали 59% граждан, участвующих в накопительном компонен­те пенсионной системы, на собственную активность - 28%. Если в конце 2007 года среди опрошенных доля желающих доверить СПН ПФР и ГУК составляла 44%, то в мае 2008 года - 52%. Число тех, кто предпочел бы управлять своими пенсионными накоплениями посредством НПФ и ЧУК, сократилось с 40% до 29%. Рискнуть накоп­ленными пенсионными деньгами был готов лишь каждый 4-й (23% в 2008 году про­тив 31% в 2007 году) [122]. Вот почему, видя такую инертность граждан, государство и решило активизировать их сберегательные и инвестиционные стратегии посред­ством вступившего в силу федерального закона о дополнительных страховых взно­сах на накопительную часть трудовой пенсии и государственной поддержке форми­рования накоплений (об этом - далее).

В результате, на 01.01.2009 количество заявлений от будущих пенсионеров об их переходе из ПФР (и, соответственно, из ГУК) в НПФ (и, соответственно, в ЧУК) со-

Многие россияне, вероятно, на интуитивном уровне поняли, что нынешний миро­вой финансовый кризис носит продолжительный характер. Это не только финансо­вые потрясения и неустойчивость общественного производства в целом, спад кото­рого, по прогнозам Всемирного банка, в экономически развитых странах в 2009 году составит 3-4%, и которое в дальнейшем также будет пребывать в стагнации. Это и крушение прежнего способа функционирования рыночной экономики там, где она опиралась на неолиберализм.

Представляется, что с указанной позицией вынуждены нехотя согласиться даже в российских министерствах, отвечающих за выработку и реализацию социально­экономической политики нашего государства. Сейчас тамошние чиновники пессими­стично оценивают перспективы развития отечественной экономики на ближайшие 2­3 года. К примеру, если Минфин России прогнозирует сокращение доходной части федерального бюджета Российской Федерации в 2009 году на 30%, то эксперты РАН ожидают ее сокращения на 17,5%. Подобное расхождение в цифрах в экономиче­ских прогнозах - явление обычное. Всемирный банк, для сравнения, считает, что в 2009 году спад ВВП в России составит 5%, а уровень инфляции за год - 11,7% (Минэкономразвития России прогнозирует, соответственно, 10% и 14%). Между тем, за четыре месяца 2009 года российский фондовый рынок пережил удивительные перемены: так, индекс РТС поднялся на 50% относительно самого низкого показате­ля конца февраля 2009 года. И тому есть ряд объяснений.

Дело в том, что осенью 2008 года североамериканские банкиры, стоявшие на гра­ни банкротства, были вынуждены принять правительственную финансовую помощь в размере $250 млрд. Вынужденно ее приняв, они стали думать, как быстрее отдать долг государству. Поскольку крупнейшие производители США близки к разорению, ипотечный рынок рухнул, постольку надеяться на прибыль внутри страны для многих из них бессмысленно. Но деньги для отдачи долгов брать откуда-то надо. Вот они и «обратили свои спекулятивные взоры на развивающиеся страны, и, прежде всего, ­на Россию. Дальнейшие действия - дело техники: пришли, надули фондовый и фи­нансовый пузыри, а где-нибудь через полгода-год ушли, прихватив как минимум вдвое больше вложенного. Доказательства строительства финансовой пирамиды, цель которой - освободить Россию и россиян от излишних денег в закромах, очевид­ны. За I квартал 2009 года ВВП страны снизился на 9,5%, а рост фондового рынка в рублях к середине мая составил 52,7%. Добыча газа снизилась на 14,7%, а акции га­зовой монополии выросли к середине мая на 65,7%. Обвал в обрабатывающей про­мышленности по сравнению с IV кварталом прошлого года - 23,6%, а индекс РТС пробивает отметку в 1000 пунктов… Откуда средства для стремительного фондово­го роста? Финансовое топливо для российских акций все последние годы на 70% было зарубежным. Сегодня это соотношение стало еще более "иностранным"» [184].