Развитие системы источников права в Российской Империи. Учебное пособие-1

Такимобразом,напротяжениивсегоисследуемогопериодасохранялась множественность форм нормативных актов, что во многом определялось такой особенностью государственного устройства, как многочисленность органов верховного управления.

Характер правовых актов, являвшихся источниками права, во многом определялся особенностями их принятия. Законотворческий процессвРоссийскойимпериисостоялизчетырехосновныхстадий. Первой, естественно, являлась стадия законодательной инициативы.

ФормальноправопроситьобизданииновогозаконабылопредоставленовсемподданнымРоссийскойимперии.Комиссияпрошений, созданная в 1835 г., одной из своих функций имела принятие проектовзаконов.Послерассмотрениязаслуживающиевниманияпроекты с разрешения царя направлялись в Государственный совет. В 1884г. Комиссию преобразовали в Канцелярию для принятия и направления прошений, и законопроекты от обычных граждан принимать перестали. В результате до создания Государственной думы правом законодательной инициативы обладали: император, правительство, отдельныеминистры,Сенат,Синод,дворянскиесъездыикупеческие организации. С 1906г. правом законодательной инициативы наделили также Государственную думу и Государственный совет.

Навторойстадиипроисходиларазработказаконопроекта.Нередко его составлению предшествовала длительная подготовительная работа: обстоятельно изучался предмет, накапливался ианализировался фактический материал, изучалось соответствующее законодательство европейских стран. Материалы работы комиссии публиковались. Составленный законопроект обсуждали заинтересованные ведомства, иногда происходило и открытое обсуждение законопроектов путем опубликования их в печати или передачи сословным организациям.

Третья стадия подразумевала утверждение законопроекта. Она несколько усложнилась с 1906 г. Поэтому, если надо было ускорить процесс принятия закона, его издавали в виде Положения Совета министров, так как высочайше утвержденное мнение Государственного совета подразумевало также и утверждение Думой.

Утвержденный императором закон направлялся в Сенат для обнародования. Обнародование являлось четвертой стадией и не-

11

обходимым условием введения закона в действие. Оно осуществлялось, как правило, публикацией в Собрании узаконений и распоряжений правительства, но на практике некоторые законы публиковались ведомствами, а не Сенатом.

В целом можно констатировать отсутствие единообразия в законотворческой деятельности, что порождало разнородный характер источников права и влекло за собой наличие большого числа пробелов и дублирование норм в законодательстве.

Как отмечал Е.Н. Трубецкой, от «источников права» следует отличать «источники правоведения» или источники нашего познания о праве, то есть сборники, из которых мы узнаем о существовании позитивных норм права1. В «источниках правоведения» и содержатся источники права, то есть нормы права удобно и логично изучать именно по этим источникам, которые далее будут именоваться источниками законодательства.

КчислуглавныхисточниковзаконодательствавХIХвекеможно отнести издававшееся ежегодно с 1830 г. Полное собрание законов Российской империи. Оно может рассматриваться как важный источник для изучения истории финансового права. Но Полное собрание имеет и определенные недостатки. Прежде всего, можно отметитьнеполнотусодержания,наличиепробелов.Очевидно,сказалось отсутствие единых критериев отбора законодательных актов для публикации в этом издании. Такой критерий— обнародование акта Сенатом — был установлен только законом от 11 июня 1885г. Но одновременно были исключены из состава Полного собрания многие виды правовых документов, в том числе уставы частных кредитных установлений, за исключением уставов, утвержденных законодательным порядком, нормальных (образцовых) уставов и тех, которыми правительству предоставлялось право контроля.

С 1862 по 1917 г. при Сенате издавалось Собрание узаконений и распоряжений правительства. Оно выходило два раза в неделю и содержало все манифесты, повеления, издаваемые от имени Сената указы и другие акты, имевшие силу закона. С 1902 г. Собрание узаконений издавалось в двух отделах, причем

1 Трубецкой Е.Н. Энциклопедия права. – СПб., 1998. – С. 98.

12

о второй отдел помещались, кроме прочего, уставы и законоположения, касавшиеся финансовых учреждений.

Еще одним важным источником является изданный в 1832 г. Свод законов Российской империи, который был объявлен действующим источником права с 1 января 1835 г. Впоследствии Свод переиздавался в 1842 г. и в 1857 г. После этого переиздавались отдельные тома, последний раз в 1912 г. Законы, принимавшиеся в промежутке между новыми изданиями Свода, помещались в «Продолжениях к Своду».

Таким образом для источников права Российской империи было характерно многообразие форм, что, с одной стороны, несколько затрудняет процесс анализа развития права в данный период, с другой стороны, делает его увлекательным.

§2. Судебный прецедент и судебная практика

всистеме источников права Российской империи

Анализ той роли, которую играет судебный прецедент в его классическом понимании в правовой системе России, можно начать с аксиомы, гласящей, что в нашей стране прецедент источником права официально не признается. В то же время, в условиях глобализации и унификации правового регулирования сущест­ вует устойчивая тенденция проникновения элементов прецедентного правосудия в правовую систему России. Это замечают и отмечают многие авторы. Например, Т.М. Пряхина и Е.В. Розанова пишут, что «отрицать значение прецедента как источника права в современных условиях — значит не видеть реальных изменений, происходящих в сфере правосудия»1.

В случае с судебным прецедентом мы видим борьбу двух противоположных тенденций.

Первая тенденция — традиционная, она проходит через всю историю российского права и связана с отрицанием роли суда

1 Пряхина Т.М., Розанова Е.В. Решения Европейского суда по правам человека в правовой системе России // Вестник Московского городского педагогического университета. Серия «Юридические науки». – 2010. № 2. – С. 83.

13

в правотворчестве и роли прецедента в выражении норм права. Действительно, если мы рассмотрим эволюцию правовой системы России, составным элементом которой является эволюция источников права, то увидим, что никогда за судебными решениями не признавалось прецедентного значения. Правда, в литературе встречаются попытки привести примеры, свидетельствующие об обратном. Например, Е.Н. Трубецкой писал, что в России судебная практика имеет значение самостоятельного источника права, но это значение было официально признано за ней только со времени издания Судебных уставов 1864 г., в которых «впервые предписывалось суду не останавливать решения под предлогом неясности, неполноты или противоречия существующих законов, а разрешать не предвиденные законом случаи на основании общего разума всего законодательства»1.

ВУставе торгового судопроизводства (т. 11, ч. 2 Свода законов Российской империи) в ст. 148 и 327 предусматривалось, что «коммерческимсудамдозволялось,занедостаточностьюзаконов, обосновывать свои решения на «примерах» решений, в том же суде состоявшихся»2.

Всоответствии со ст. 10 Устава гражданского судопроизводства 1864 г. суд был «обязан решить дело по разуму существующих законов, не останавливая решения под предлогом неполноты, неясности или противоречия в оных». Здесь с определенной натяжкой можно усмотреть намек на элемент судебного правотворчества. Но, вопервых, речь идет о судебной практике, а не о судебном прецеденте. Во-вторых, все встает на свои места после разъяснения К.П. Победоносцева, писавшего, что «суд, вкоем производится дело, требующее решения, вполне свободен и не зависит от воззрений и мнений высшейинстанциивовсем,чтоотноситсядообсужденияспорногопредмета по существу оного...»3. Таким образом, в Российской империи судебный прецедент источником права не являлся. Суды выносили решенияименнонаосновезакона,аненабазеранеепринятыхрешений вышестоящих инстанций.

1 Трубецкой Е.Н. Энциклопедия права. – СПб.: Лань, 1998. – С. 132. 2 Шершеневич Г.Ф. Общая теория права. Т. 2. – М., 1995. – С. 89.

3 Победоносцев К.П. Судебное руководство. – М., 2004. – С. 102.

14

Относительно судебной практики ситуация представляется не столь однозначной.

Монарх, обладая при абсолютизме всей полнотой власти, являлсяивысшейсудебнойинстанцией.Выносявэтомкачествеприговор, он не был связан нормами законодательства и мог решать дело по своему усмотрению. В качестве примера приведем судебный процесс над декабристами. Как известно, суд первоначально приговорил пятерых из них к четвертованию, что соответствовало законодательству. Но, повинуясь указанию императора не проливать крови, суд заменил четвертование на повешение, что не было предусмотрено нормами права. Налицо факт судебного правотворчества по прямому указанию императора. Гражданские дела не отличались такой яркостью и таким общественным резонансом, как упомянутое выше дело декабристов, но можно не сомневаться, что император как высшая судебная инстанция мог в условиях абсолютной монархии решать по своему усмотрению и такие дела.

В целом, можно согласиться с Р. Уортманом, который отмечал, чтовдореформенныйпериод«законодательствонедопускалоправотолкования в системе юстиции. Судья должен был держаться законоположений и в случае сомнения обращаться за вразумлением к вышестоящим государственным органам. Российское процессуальное право вплоть до 1864 г. исключало правотолкование или ссылку на прецедент как основание для судебных постановлений»1.

Важным фактором, который влиял на роль судебной власти и формы ее работы, стала коррупционность судебной системы. В.Г.Ярославцев справедливо пишет, что «о лихоимстве приказных, а также частных ходатаев по делам, так называемых ябедников, народ складывал легенды, а цари — указы о борьбе со взятками, которые никто не исполнял. Иными словами, юридическая профессия в глазахроссиянассоциироваласьспорокамиибесчестностью…»2.Сравним ситуацию с Англией с ее уважением к судейской профессии,

1 Уортман Р. Властители и судии: Развитие правового сознания в императорской России. М., 2004. – С. 57.

2 Ярославцев В.Г. Нравственное правосудие и судейское правотворче-

ство. – М., 2007. –С. 197.

15

с высоким нравственным авторитетом судей. Все это сказывалось и на отношении к судебному прецеденту и степени его развития.

«Тип безграмотного коррумпированного судьи формировался всей системой правосудия… Несостоятельность судебной системы приводила к необычайно низкому престижу юстиции»1. Министр юстиции И.Г. Щегловитов отмечал в 1904 г.: «Положение нашего уголовного правосудия до издания судебных уставов императора Александра II было поистине вопиющее. Судебная власть была судебною только по названию; суды, организованные по сословному началу, были не более, как придатком администрации… Письменность процесса, его негласность, господство в нем теории формальных доказательств, отсутствие защиты — все эти резкие недостатки так называемого инквизиционного процесса делали уголовное правосудие того времени совершенно непригодным для ограждения не только прав личности, но и интересов государства… Сам министр юстиции граф Панин при совершении рядной записи в пользу своей дочери для ускорения дела дал надлежащим судебным чинам взятку в сто рублей»2.

Анализируя проблемы судебного толкования гражданских законов в дореформенный период, классик отечественной цивилистики И.А. Покровский писал: «Статья 65 Основных законов гласила: «Законы должны быть исполняемы по точному и буквальному смыслу оных, без всякого изменения или распространения. Все без изъятия места,неисключаяивысшихправительств,вовсякомслучаедолжны утверждать определения свои на точных словах закона, не переменяя в них без доклада Императорскому Величеству ни единой буквы и не допуская обманчивого непостоянства самопроизвольных толкований». Статья 52: «Вслучае неясности или недостатка существующегозаконакаждоеместоилиправительствоимеетправоиобязанность представлять отом по порядку своему начальству. Если встреченное сомнение не разрешается прямым смыслом закона, тогда начальство

1 Ярославцев В.Г. Нравственное правосудие и судейское правотворчество. – М., 2007. –С. 206.

2 Щегловитов И.Г. К сорокалетию судебных уставов 20 ноября 1864 г. // Вестник права. – 1904, № 9. – С. 2–3.

16

обязано представить Правительствующему Сенату или Министру по принадлежности»1.ПомнениюПокровского,такаяситуациябылахарактерна в тот период для всех государств континентальной Европы иобъясняласьреакциейнапроизвольноетолкованиесудамипринципа справедливости под воздействием естественно-правовой теории.

Ситуация могла измениться в девятнадцатом столетии, начало которого в России связано с реформами Александра I, а середина — с еще более масштабными реформами Александра II. Именно в этот период возрастает роль судов, появляется их определенная независимость, усложняется судебный процесс. Все это позволяет говорить о наличии предпосылок для формирования единообразнойсудебнойпрактикииповышенияеезначениявсистеме источников права.

Судебнаяреформа1864г.быласамойрадикальнойипоследовательной среди всех реформ середины девятнадцатого столетия.

Учреждение судебных установлений от 20 ноября 1864 г.2, разработанное передовыми русскими юристами, вводило в России новый суд — бессословный, гласный, с состязательным процессом, с независимыми судьями, адвокатурой и с присяжными заседателями. Устанавливалась следующая судебная система: мировые судьи, съезды мировых судей, окружные суды, судебные палаты, Сенат в качестве верховного кассационного органа. Мировые судьи избирались на уездных земских собраниях или городскими думами на три года из числа жителей данной местности с учетом возрастного, образовательного, имущественного и служебного ценза. Судьи окружных судов назначались императором по представлению министра юстиции. Они должны были иметь высшее юридическое образование и стаж работы по юридической специальности не менее трех лет.

Города и уезды были разделены на участки мировых судей. Территория окружных судов охватывала несколько уездов, округа судебных палат состояли из нескольких губерний. Такое деление способствовало большей независимости судей от мнения

1 См.: Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права (по изд. 1917 г.). – М.: Статут, 2005.

2 ПСЗ. – Собр. 2, Т. 39, отд. 2, № 41475.

17

администрации. Важное значение для независимости судов имел принцип несменяемости судей. Судьи окружных судов и судебных палат не могли быть уволены или переведены на другую должность без их согласия иначе как по приговору суда.

Правительствующий сенат являлся высшей судебной инстан­ цией.Вегосоставебылодвакассационныхдепартамента—пограж- данским и уголовным делам. Они выполняли следующие функции:

1)рассмотрение дел о наиболее опасных преступлениях по первой инстанции с участием или без участия сословных представителей;

2)проверку в апелляционном порядке обоснованности и законности приговоров, вынесенных без участия сословных представителей судебными палатами или судьями самого Сената (сенаторами);

3)проверку в кассационном порядке законности решений иприговоров всех указанных выше судебных инстанций, в том числе приговоров,вынесенныхсучастиемприсяжныхзаседателейилисословных представителей (в таком порядке не могли проверяться лишь приговоры сенаторов, постановленные без участия сословных представителей). Данная функция считалась основной.

Характеризуя юридическую силу опубликованных решений Сената, Г.Ф. Шершеневич писал: «Опубликование решения сената имеет важное значение в том смысле, что силою своего нравственного авторитета они могут склонять все суды Империи к однообразному пониманию и применению законов и тем устранить разногласие,стольвредноедлятвердостибытовыхотношений.Сэтой точки зрения, кассационные решения могут иметь такое же значениеисточникаправа,какинаука,т.е.ониубеждаютвправильности свого толкования, но юридическая сила им чужда. Однако сенат идет дальше и придает своим решениям не только нравственное, ноиюридическоезначение,предполагаяихобязательностьдлясудов на будущее время, т.е. придает им силу закона»1.

По мнению В.Г. Ярославцева, новому суду «приходилось не только решать формальные вопросы права, но и заниматься правотворческой деятельностью». В качестве доказательства он

1 Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права (по изд. 1907 г.). – М., 1995. – С. 52.

18

приводит слова А.Ф. Кони, который писал, что «в первые годы судебной реформы Сенату приходилось участвовать не только

втолковании закона, но и в творческой правовой деятельности

вполном смысле слова… предстояло на собственных решениях показатьпримерширокогоивдумчивоготолкованиязакона,далекого от автоматического приложения…»1.

Большое значение имело создание адвокатуры и реорганизация прокуратуры. Адвокаты делились на две категории: присяжные поверенные,объединявшиесявкорпорациипоокругамсудебныхпалат, и частные поверенные, состоявшие при судах и занимавшиеся менее значительными делами. Прокуратура была лишена функции общего надзора, ее деятельность ограничилась судебной сферой, в основном надзоромзаходомследствияиподдержаниемобвинениявсуде.Подчинялась прокуратура министру юстиции.

Значение судебной реформы выходит далеко за рамки сферы судопроизводства. Эта реформа фактически стала первым шагом на пути формирования в России системы разделения властей, отделив власть судебную от административной, о чем непосредственно говорилось в Учреждении судебных установлений.

Впервые в истории России судебная реформа ввела в практику судопроизводства такие принципы, как презумпция невиновности, гласность и состязательность процесса, право обвиняемого на защиту, участие в процессе представителей народа.

Судебные уставы содержали нормы, ограждавшие как судей от давления со стороны администрации (пожизненное назначение, увольнению подлежали лишь судьи, совершившие уголовные преступления или признанные по суду несостоятельными должниками), так и общество от судей, не обладавших необходимым профессиональным уровнем или моральными качествами (дисциплинарная ответственность чинов судебного ведомства за упущения по службе, проступки вне службы, вопросы которых решала вышестоящая судебная инстанция).

Судебная реформа создала новое понимание законности и правосудия2. Недаром писал в начале ХХ века Н. Полянский:

1 Кони А.Ф. Отцы и дети судебной реформы. – С. 175.

2 История судебных учреждений России. – М., 2004. – С. 167.

19

«Судебныеуставы—нашаперваяконституционнаяхартия.Вних впервые устанавливались правовые гарантии против произвола и усмотрения правительственной власти»1.

Принятие отдельно уставов гражданского и уголовного судопроизводства привело к окончательному разделению процесса на гражданский и уголовный. Результатом стало формирование разной судебной практики по гражданским и уголовным делам, что могло бы послужить основой для развития прецедентного правосудия.

Как справедливо отмечает М.Н. Марченко, судебная реформа 1864 г., по крайней мере, дала толчок развитию исследования судебного прецедента и судебной практики как источников права, заставила обратить на них более пристальное внимание: «После проведения судебной реформы в России и принятия новых, пореформенных, законов многие отечественные авторы — юристы обратили внимание на судебную практику (в основном — в форме прецедента) как на несомненно «древнейший» и к тому же самостоятельныйисточникправа,выступающийвсистемеисточников позитивного права не только в Англии или других зарубежных странах, но и фактически в самой России»2.

Несмотря на это, можно с полной уверенностью сказать, что формирования элементов прецедентного правосудия в Российской империи не произошло.

§ 3. Источники церковного права в Российской империи

Наряду с правом государственным, в Российской империи существовало и действовало право церковное. Его роль в системе права определялась тем фактом, что Русская православная церковь после ликвидации патриаршества и создания в 1721 г. Святейшего Правительствующего Синода фактически стала частью государственного аппарата и выполняла ряд важных государственных функций.

1 Полянский Н. Мировой суд // Суд и права личности: сборник статей. –

М., 2005. – С. 235.

2 Марченко М.Н. Источники права: учебное пособие. – М., 2005. – С. 363.

20