Философия образования. Часть 1. История философии образования. Учебное пособие

непосредственное общение, уважительное отношение учителя к ученику были непременными условиями такой педагогики. Возможность дружеского, а порой и критического отношения к учителю не преследовалось. Взгляды педагога не воспринимались как догма или истина в последней инстанции. Сам Аристотель известен как один из первых и яростных критиков учения Платона об идеях. Про преданию, Стагирит часто говорил о том, что хотя Платон и друг ему, но истина все же дороже.

В качестве резюме отметим, что выше философских идей Сократа, Платона и Аристотеля античной мудрости подняться было не суждено. Разнообразные эллинистические школы, рассматривая теоретические и практические аспекты образования и воспитания подрастающего поколения, базировались на крепком фундаменте высокой классики. Диоген-циник не мог служить достойным педагогическим примером, ибо ни один здравомыслящий родитель не отдал бы своего ребёнка в руки учителя, живущего в винной бочке.

Современная педагогика использует и по сей день – хотя и в приспособленном к нашей эпохе виде – великие идеи Сократа, Платона и Аристотеля. Эти идеи, будучи созданными в конкретных исторических условиях V-IV вв. до н.э., пережили свое время благодаря своей универсальной этической и аксиологической значимости.

Практические педагогические приемы сочетались у античных мудрецов с глубиной философско-антропологических воззрений.

3 Философия образования в эпоху Средневековья

Средневековая философия – сложный комплекс учений, сложившихся в процессе синтеза античной философии (прежде всего учения Аристотеля) и

христианской традиции. Главной проблемой христианской философии выступает соотношение веры и знания. Средневековые философы пытались с помощью средств человеческого разума доказать существование Бога и постигнуть Его. Представлять

21

этот период целиком как «темные века» в истории человеческой мысли было бы в корне неверно. Средневековая мысль умела идти самостоятельными и нетрадиционными путями, и ее вклад в мировую культуру трудно переоценить.

Средние века в сознании любого образованного европейца связываются, как правило, с тремя грандиозными социо-культурными образованиями: Церковью,

Империей и Университетом. Из них два первых Средние века унаследовали из античной культуры, а университет порожден именно средневековой цивилизацией.

Важнейшей особенностью средневековой культуры выступает ее письменный характер. Если для античности характерен был просвещенный досуг («схоле»), то в Средние века рождается понятие «прагматейя», отражающее суть ученого труда, а

над устной культурой начинает доминировать письменная. Обучающий устно мудрец наподобие Сократа представляется анахронизмом. Все это дает возможность действенно передавать знания в другие эпохи.

Рождается настоящий культ слова, основанный на христианских заповедях.

Отсюда такое большое значение в Средние века приобретают проповеди и молитвы.

Огромную роль начинает играть Текст. Ученый средневековья имел перед собой одну цель: постичь Бога. Это постижение было возможно лишь одним путём – через чтение, понимание и объяснение Библии. Складывается целая наука объяснения священных текстов - экзегетика. Мыслитель Средневековья интерпретирует тексты и проповедует рожденные на их основе истины. Отсюда рождается новое понимание жизни как вечного ученичества. Человек осознавал себя как часть целого, т.е. Бога.

Смысл своей жизни человек видел в приобщении к божественному благу.

Любой христианин является, прежде всего, учеником от Бога. Поэтому большинство теологов выступали либо как проповедники, либо в качестве преподавателей. Эти функции часто сливались и персонифицировались в одном человеке. Основная масса средневековых богословских трудов написаны в жанрах дидаскалий (учительских назиданий), глоссариев, гомилий (проповедей), комментариев. Поэтому христианство часто именуют религией священных писаний (sacra scriptura).

Характерная черта средневековой культуры, которую можно обозначить как

«школьность», возникла с самого зарождения христианства. Уже в то время многие

22

античные авторы принимали Иисуса Христа за основателя одной из школ, считая его

«одним из учителей». «Школьность» приобрела в средневековье грандиозные размеры. Сама история стала педагогической категорией, а Христос превратился в верховного учителя. Его проповеди обрели статус «божественных уроков». Поэтому жизнь человека обретает смысл только как время переделки самого человека. Даже природа подчинена определенной педагогической цели. Весь мир превращается в учебник, а природа становится наглядным пособием.

Если идеалом античной культуры являлся гражданин и воин, достигший сорокалетнего возраста акме, то христианская традиция, сложившаяся в средневековой Европе, предписывала уподобиться ребёнку. Для этого подтверждение находили в Новом Завете. Климент Александрийский сравнивает учение Христа с животворным молоком. Ведь сам Христос часто изображается в виде ребенка.

Раз мир можно вообразить в образе школы, то отнюдь не общество формирует школу, а именно школа порождает мир и культуру. Г. Г. Майоров считает, что если в раннем христианстве новой и оригинальной является концепция любви, которая превыше знания и веры, то более поздние христианские авторы акцентируют внимание на идеях авторитета и учительства, на дисциплине. Дисциплина трактуется и как форма организации знания, в качестве учебного предмета, и как форма контроля со стороны учителя за деятельностью ученика10.

Такого рода философия образования подразумевает, что все возможные вопросы и ответы уже известны загодя, а ученик должен лишь повторять поучения учителя. Весь этот комплекс знаний оформляется в разнообразные учебники,

компендиумы, энциклопедии.

Нужно отметить, что «школьность» средневековой культуры обретала самые разнообразные формы. Скажем, рыцарство и монашество. И монахом, и рыцарем мог быть один и тот же человек. И сама фигура учителя, поклонение ему породили идею примера, образца, которому необходимо следовать. Рождаются разнообразные

10 Майоров Г.Г. Формирование средневековой философии. Латинская Патристика. М.: Мысль, 1974.

– С. 124.

23

предписания, каноны и рецепты. Интересна в этом плане статья В.Л. Рабиновича11.

Слово учителя не обсуждается, а лишь точно воспроизводится. Более того, этим словом скрепляют обещания и клятвы. Типичными образцами рецептов являются проповедь и молитва.

Система античного знания постепенно была сведена в семь дисциплин, которые и будут впоследствии изучаться в средневековой школе и университетах.

Причудливые аллегории и энциклопедическое содержание пришлись по сердцу интеллектуалам и читателям эпохи Средневековья.

Знаменитый Аниций Манлий Торкват Северин Боэций (480-524), которого традиционно именуют «Последний римлянин», был одним из самых читаемых и почитаемых авторов в учебных заведениях средневековой Европы. Именно он заложил основы самого схоластического метода и нашел латинские эквиваленты для базисных понятий греческой философии. Боэций разделил семь свободных искусств,

которые некогда выделил Марциан Капелла, на тривиум и квадривиум. По сути дела,

была дана дифференциация гуманитарного и естественнонаучного знания.

Гуманитарный цикл составляли грамматика, риторика, диалектика, а

естественнонаучный образовывали геометрия, арифметика, астрономия, музыка.

Сам Боэций особо занимался квадривием. Он первым дал не только его теоретическое обоснование и классификацию, но и им были написаны разнообразные сочинения по дисциплинам квадривиума, но до наших времён сохранились лишь сочинения по музыке и арифметике. Даже в XVIII веке в процессе преподавания в Оксфордском университете использовался его трактат «О музыке». Изучение квадравия, по мнению философа, обучает и приучат к логической мысли,

способствует остроте ума. Но самое главное: без него невозможно усовершенствование философских наук, полное и всестороннее овладение божественной мудростью.

Овладение дисциплинами квадривия Боэций рассматривал как восхождение по ступеням к высшему знанию – философии. Разумеется, к истине ведут знания,

11 См.: Рабинович В. Л. Средневековый рецепт как форма познания природы // Методологические проблемы историко-научных исследований. М., 1982.

24

собранные в дисциплинах квадривия, но постижение истины возможно лишь в философии. Таким образом, именно фигура Боэция находится у истоков процесса складывания главной особенности средневекового образования, заключавшейся в его созерцательности и значительной оторванности от практических жизненных потребностей.

Значительную роль в разработке самой схемы процесса обучения в школе сыграл Флавий Магн Аврелий Кассиодор Сенатор (490 - 585). И.Н. Голенищев-

Кутузов назвал этого мыслителя «последним из великих стражей античной культуры». С другой стороны, Флавий был одним из величайших деятелей средневекового Запада, «который сбросил тогу и облекся в рясу», продолжая развивать идеи Иеронима и Августина. Он считал, что светские науки лишь развивают то, что уже в зародыше содержится в откровении, т.е. Флавий Кассиодор поднялся над существовавшей до него в христианской литературе дуальностью по отношению к светской и богословской литературе. Слог сочинений Кассиодора был четким и ясным, в отличие от слога Боэция. Он полагал, что именно знания - путь к высшей истине. Мыслитель создал схему процесса обучения клирика и успешно применял ее на практике. Особое внимание он уделял дисциплинам тривия.

Следовательно, в остготской Италии начал складываться новый тип культуры,

синтезирующей истины христианского вероучения и достижения античной философии. Рождается ментальность нового образованного человека - клирика,

образцом которого являлся и сам Кассиодор.

ВVII-VIII вв. возникли относительно благоприятные предпосылки для развития культуры и, следовательно, образования в Каролингском государстве франков. Как известно, Карл Великий проявлял особую заботу о грамотности священников. Приблизительно к 787 году появляется его знаменитый «Капитулярий

онауках», которым при епископских кафедрах и монастырях предписывалось создавать школы.

Встолице империи возникла весьма своеобразная организация - Академия Карла Великого, которая являлась одновременно и своеобразной Академией наук королевства, и Министерством просвещения, и дружеским кружком, где читались

25

лекции, велись споры и устраивались пиры. Таким образом, мы опять видим синтез новых педагогических тенденций, характерных для Средневековья, с проверенными временем традициями античности.

Во главе этой Академии стоял Алкуин (730 - 804). Алкуин не покидает пределов религиозного мировоззрения. Языческая античная культура для него являлась только инструментом - средством истолкования и углубления христианской догматики. Он стремился упорядочить богатейший учебный материал, создав схему обучения, которая включала следующие этапы: латинский язык - семь свободных искусств - богословие. Он составил учебные руководства по тривию. Историки-

медиевисты отмечают, что написанные им учебники являются посредственной компиляцией из Марциана Капеллы и Боэция.

Эти учебники написаны в форме диалога между учителем и учеником и могут служить источником знаний об уровне и особенностях образованности той эпохи.

Учебник грамматики Алкуина в некоторых школах применялся до XV века.

Интересно, что учебник риторики, который включал специальное приложение по этике, и учебник диалектики были написаны в виде диалога Алкуина с королем Карлом. Все-таки от традиций античности было не так-то просто уйти!

В учебнике по риторике Алкуин рассуждает об истории риторики, сообщает много данных о римском судопроизводстве, причем неоднократно цитирует великого оратора Цицерона. Он дает также практические советы, как правильно говорить, как выдерживать паузы в нужных местах, как дышать при произнесении речи. В учебнике грамматики Алкуин применяет даже аллегорическое объяснение: гласные звуки можно уподобить душам, а согласные - телам.

Помимо учебников, Алкуин создал оригинальное произведение «Спор Пипина с Альбином», который специалисты признают в качестве шедевра средневековой культуры. Выше мы привели цитату из этого произведения, которое принимали порой за образец суесловия и пустоты. Но ведь этот труд, по сути, не являлся учебником в чистом виде. Это - художественное произведение, и главное здесь –не содержание определений, а их замысловатая форма. Ныне это произведение оценивается как своеобразный сборник, состоящий из загадок и отгадок, наподобие

26

скандинавских кеннингов или загадок Леонардо да Винчи. Ведь такие загадки -

удачный и действенный педагогический прием, которым Алкуин стремился оживить сообразительность своих учеников. Такова, скажем, загадка о том, сколько следов оставит в последней борозде вол, который пашет весь день.

Важнейшей фигурой этого периода является один из учеников Алкуина -

Храбан Мавр (784 - 856), бывший аббатом Фульды и архиепископ в Майнце. Многие исследователи называют его «первым наставником Германии» именно потому, что он прославился как педагог, обладавший энциклопедичностью познаний. По сути дела,

Храбан был автором одной из первых средневековых энциклопедий, названной «О

природе вещей» (De rerum naturis).

Большая часть его работ представляет собой пространные комментарии к Библии и к трудам отцов церкви. Закономерным образом он разделил все науки на две части: «Божественные» и «человеческие». К первой он относил, прежде всего,

теологию, а ко второй - все остальные науки. Первые необходимы для человека, а

вторые – порой даже вредны, скажем, астрология. Впрочем, семь благородных наук полезны для верующего христианина. Он не отрицал, что из книг античных мудрецов можно усваивать знания, но лишь потому, что в них наличествуют осколки божественной мудрости.

Именно школа стала точкой наибольшего соприкосновения тогдашней монастырской культуры с культурой народной. В приходские и внешние монастырские и соборные школы ходили мальчики в возрасте от 7 до 15 лет. Там они изучали чтение, письмо, счет, церковное пение. Во внутренних монастырских школах образование было более фундаментальным, например латинский язык преподавался на более высоком уровне.

По сути, ведущие идеи школьного образования и схема школьной программы были алкуиновскими. В самом начале обучали счёту, чтению и пению (естественно,

церковному). Затем следовали грамматика с чтением доступных авторов и элементами остальных свободных наук. Для учеников со способностями выше среднего уровня проводились индивидуальные занятия по богословию. В

педагогическом процессе использовали учебники Алкуина, Боэция, Беды

27

Достопочтенного, Исидора Севильского, Доната. Эти учебники комментировали, а на полях выписывали переводы латинских слов - глоссы. От этого термина вошло во все европейские языки слово «глоссарий».

В преподавании активно и охотно использовали труды античных авторов.

Начинающие ученики читали произведения Катона, Вергилия, затем обращались к Плавту и Цицерону. Как и ныне, довольно популярным был диалог «Тимей» великого Платона – но читали его по латыни. К текстам третьей ступени трудности относились произведения Вергилия, Горация, Овидия, Саллюстия. Ученики писали сочинения на латыни – причем как в стихах, так и в прозе. Из греческого языка использовали лишь азбуку, отдельные слова и фразы символа веры, молитв и литургии. По сути,

греческий язык знали немногие. Приемы риторики не использовались, а к Цицерону обращались не очень часто.

Но сам объем знаний существенно увеличивался. Ведь в каждом монастыре активно работали мастерские по переписке. Рукописи, некогда привезенные Карлом Великим из Италии, получили в Европе широкое распространение. Они переписывались, покупались, выменивались.

Начало второго тысячелетия характеризуется действием новых политических и социально-экономических условий. Так, начали приумножаться знания европейцев в области математики, астрономии, географии, медицины и других наук. но поскольку церковные школы по-прежнему игнорировали новые знания, поскольку они не отвечали ведущим идеям христианства, постольку постепенно начинают образовываться союзы ученых, действовавшие вне церкви. Именно так появились медицинская школа в Салерно и юридические школы в Болонье и Падуе. Новое сословие горожан создает для удовлетворения своих растущих потребностей в образовании новый тип учебных заведений - городские школы, которые делятся на магистратские, цеховые, гильдейские. В этих школах детей впервые начали обучать на родном языке, и обращать особое внимание на сообщение полезных для практической жизни знаний.

Усиливается деятельность по переводу знаменитых ученых трудов. К началу

XIII века были переведены все труды Аристотеля и арабские комментарии к нему. С

28

арабского языка переложили труды по географии и математике, астрономии и медицине. Значительно повысился интерес к дисциплинам квадривия. Статус наук обретают медицина и юриспруденция. Если ранее они носили характер исключительно практической деятельности, выражавшейся в кровопускании,

траволечении, прижигании ран, то теперь бурно начинает развиваться теория. Здесь также не обошлось без влияния арабской медицинской мудрости. Разумеется, пальма первенства и в этом процессе принадлежала Италии, где уже действовала известная медицинская школа в Салерно. Видимо, и в других городах начинают появляться такие школы. Поэтому и возникают в XIII веке Медицинские факультеты университетов.

На новом качественном уровне возрождается римское право, причем европейские юристы сразу обращаются к кодексу Юстиниана, то есть к самому первоисточнику, а не к его комментариям. Это тоже происходит в Италии, в таких городах, как Болонья, Равенна, Павия.

В полном соответствии с семью свободными искусствами имелись и семь рыцарских добродетелей, составлявшие содержание воспитания мальчиков – будущих рыцарей. Перечислим их: умение ездить верхом; умение плавать; умение владеть копьем; умение фехтовать; умение охотиться; умение играть в шахматы;

умение слагать стихи и играть на музыкальных инструментах.

Из перечисленных умений и навыков лишь последние две добродетели можно было отнести к теоретической составляющей образования. К концу средневековья для знатных рыцарей было обязательным знать французский язык, который превратился к тому времени в язык правящего класса и придворных кругов.

Еще в большей степени сословный характер носило воспитание и образование девочек. Дочери феодалов получали семейное воспитание под строгим надзором матерей и специальных воспитательниц. Впоследствии женщин часто обучали чтению и письму капелланы и монахи. Постепенно широко распространилась традиция отдавать монахиням на воспитание девочек из высших слоёв общества.

Здесь молодых воспитанниц обучали латыни, знакомили с Библией, приучали к благородным манерам. Кажется уместным сделать вывод о том, что женщины из

29

знатных семей было более грамотны, чем рыцари. И далеко не случайно в числе приданого всегда были книги религиозного содержания. Воспитание и образование девочек из низших слоёв заключалось в обучении ведению хозяйства, рукоделию и комплексе наставлений религиозного характера.

Следовательно, вся практика воспитания и обучения, вся педагогическая мысль средневековья были проникнуты духом религиозной идеологии. Собственно,

педагогики как таковой еще не было. Ее в известной мере заменяли мысли о религиозно-нравственном воспитании детей, которые можно было найти в богословской литературе. Отдельные руководства по воспитанию детей высшей феодальной знати появились лишь в XII - XIII вв. Схоластика наряду с положительными моментами имела и целый ряд отрицательных, что в полной мере отразилось в учебных заведениях нового типа – университетах, возникших на рубеже Средневековья и Возрождения.

4 Первые европейские университеты. Философия образования

эпохи Возрождения

Обратимся теперь к первым европейским университетам как учебным заведениям совершенно нового, светского типа. Это был шаг на пути к новому историческому периоду, который потом назовут Возрождением. Сама концепция средневекового университета была, вне всякого сомнения, продуктом именно западноевропейской цивилизации. Более того, сам университет диалектически совмещал в себе все лучшее из схоластики эпохи Средневековья и новые духовные интенции, свойственные исключительно Возрождению. Ведь и университеты, и само Возрождение зародились на великой земле Италии, где каждый камень дышит историей.

30