Теоретико-методологические и ключевые проблемы исследования процесса ресоциализации лиц, освобожденных из мест лишения свободы, в условиях современной

С такой позицией трудно не согласиться, потому что целевым предназначением постпенитенциарной системы является успешная интеграция лиц, отбывших тюремное заключение, в общество на основе ресоциализации, которая представляет собой длительный процесс. В ходе него у бывшего осужденного должна, прежде всего, сформироваться социально-психологическая готовность к включению в систему социальных отношений на основе норм и правил, определяющих границы социально приемлемого поведения.

От того, насколько успешно будет проходить процесс адаптации лиц, освободившихся из мест лишения свободы, к условиям гражданской жизни, зависит не только качество жизни этой категории граждан, но и каждого из членов общества, который может стать жертвой рецидивной преступности, что определяет значимость общественного внимания к проблемам ресоциализации бывших заключенных, а также включения институтов и структур гражданского общества в систему постпенитенциарной адаптации и в сам процесс постпенитенциарной адаптации. Однако, как показывают многочисленные исследования,

вроссийском обществе фиксируется крайне незначительный интерес к проблемам этой категории российских граждан и, более того, окрашенное негативными тонами отношение к ним, что, безусловно, затрудняет их адаптацию к существованию в условиях свободы в постпенитенциарный период и, зачастую, толкает на новые преступления. Исследователи отмечают, что настороженное отношение населения к лицам, освободившимся из мест лишения свободы, негативно сказывается на их способности к жизни на свободе, во включении в бытовую и трудовую деятельность и, в результате, многие из них снова втягиваются

впротивоправные отношения, закрепляясь в криминальной структуре130, поэтому следует признать, что современная российская пенитенциарная система как «установленный в государстве порядок и режим отбывания уголовного наказания в виде лишения свободы»131 не справляется со своей стратегической задачей - исправлением осужденных. Основная причина такой ситуации видится ученым в том, что российские заключенные в период отбывания ими наказания оказываются

130Каннабих М. В. Успешное функционирование реабилитационных центров в субъектах Российской Федерации как один из факторов профилактики повторных преступлений среди лиц, освободившихся из мест лишения свободы / Общественный контроль за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания // Информационный сборник. № 2 (24). М., 2015. С. 12.

131Современная энциклопедия // https://dic.academic.ru/dic.nsf/enc1p/36294.

61

в условиях, подавляющих личное достоинство (нарушения со стороны администрации, отсутствие элементарных условий для нормального проживания и др.), что и приводит к их дезадаптации132. Чувство ущемленного достоинства испытывают осужденные и после выхода на свободу, когда общество отказывается принимать такого гражданина как своего полноправного члена.

Основной причиной такого положения дел следует считать неэффективность постпенитенциарной системы, под которой в нашем исследовании понимается установленный в обществе порядок и режим интеграции лиц, освобожденных из мест лишения свободы, в систему социальных связей и отношений на основе ресоциализации.

Другой причиной можно считать несовершенство нормативно-пра- вовой базы ресоциализации осужденных, освобожденных из мест лишения свободы, хотя, и не только в этом дело. В отношении указанной категории лиц в России применяются меры контрольного надзора как реакция на рост рецидивной преступности, что, безусловно, не принесет и не дает положительных результатов, и, как показывают данные рецидивной преступности, она в стране неуклонно растет, достигая уровня более половины всех совершенных преступлений133. В 2011 году Федеральным законом от 6 апреля 2011 г. № 64-ФЗ «Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы» в России был возрожден советский опыт административного надзора за указанными группами лиц, целью которого выступает предупреждение совершения ими преступлений в рамках установленной системы правовых и организационных мер, прописанных в вышеуказанном законе. Он, в частности, направлен на решение ряда задач, связанных:

–с обеспечением безопасности граждан, общества, профилактикой рецидивной преступности посредством предупреждения совершения преступлений лицами, не вставшими на путь исправления и ведущими антиобщественный образ жизни;

–с созданием общего правового механизма административного надзора, а также благоприятных условий для эффективности деятельности органов внутренних дел и иных правоохранительных структур;

132Васильченко О. В. Социальная адаптация осужденных в местах лишения свободы в условиях современной пенитенциарной системы российского общества. Ростов н/Д.: Изд-во СКНЦ ВШ ЮФУ, 2009. С. 119.

133Шиян В. И. Основные вопросы осуществления административного надзора // Наука: мысль. 2016. № 5–1. С. 123.

62

–с сокращением преступности, снижением экономических затрат на борьбу с нею;

–с выработкой новых методов борьбы с преступностью, претерпевшей за последнее время качественное изменение, в том числе в связи

споявлением новых видов преступлений, ростом организованной преступности, профессиональной рецидивной преступности.

В настоящее время отмечается усиление контрольно-надзорных функций органов и учреждений уголовно-исполнительной системы, полиции и иных правоохранительных органов. В частности, выше названный закон регулирует правоотношения, связанные с осуществлением органами внутренних дел контроля за соблюдением лицами, освобожденными из мест лишения свободы, установленных судом временных ограничений их прав и свобод, а также выполнением ими своих гражданских обязанностей.

Однако задачи, связанные с обеспечением успешной ресоциализации лиц, освобожденных из мест лишения свободы, в процессе их постпенитенциарной адаптации в Законе не прописаны, как не указаны и соответствующие органы, уполномоченные реализовывать эти функции, что, конечно же, снижает результативность профилактической деятельности в области рецидивной преступности134.

Наблюдаются просчеты и в организации контроля за лицами, раннее привлекавшимися к уголовной ответственности, или ненадлежащее осуществление контрольно-профилактического воздействия на них.

Это закономерно приводит к многочисленным проблемам, возникающим в работе по предупреждению рецидивной преступности, снижает результативность профилактической деятельности по ее предупреждению. В итоге, согласно официальным статистическим данным ФКУ «ГИАЦ МВД России» доля рецидивных преступлений в структуре преступности неуклонно растет и в 2015 г. достигла 51 %.

В этой связи, на наш взгляд, актуализируется проблема цен- ностно-идеологических принципов функционирования постпенитенциарной системы, корни которой уходят в основания самой пенитенциарной системы, дисфункциональность которой автоматически закладывает риски дезадаптации осужденных после выхода на свободу, так как их подготовка к такой жизни должна осуществляться еще на этапе за-

ключения, о чем мы вели речь в предыдущей части нашего

134 Там же.

63

исследования. Итогом этой подготовки должна стать социально-психо- логическая готовность осужденных к жизни в условиях свободы, которая предполагает формирование ими определенных планов на будущее после освобождения с перспективами трудоустройства и налаживания отношений с родственниками и ближайшим окружением.

Осуществить самостоятельно подготовку к жизни на свободе

вусловиях заключения осужденный, как правило, не может – слишком неблагоприятной является для этих целей тюремная среда, особенно

вроссийском обществе при всем том, что имеются специально разработанные программы и методики для подготовки осужденных к жизни

вусловиях свободы, реализация которых только в единичных случаях является успешной. Помощь сотрудников пенитенциарных учреждений зачастую носит формальный, бессистемный и, как отмечают многочисленные исследователи, непрофессиональный характер135, что находит выражение в негативных явлениях постпенитенциарного периода и свидетельствует о необходимости перехода на иную парадигму работы с осужденными в период отбывания ими наказания.

Ценностно-идеологическая основа наказания исходит из понимания преступления как социального явления, свойственного обществу, которое с помощью наказания осуществляет социальный контроль за поведением индивидов и восстанавливает таким способом социальную справедливость. С позиций общетеоретических подходов к интерпретации этого термина, социальный контроль (от французского controle – «проверка») направлен, с одной стороны, на поощрение или усиление конформного поведения членов общества, с другой – на подавление таких типов поведения, которые нарушают общепринятые нормы.

Под социальным контролем в социологии понимают любые виды общественной практики, которые складываются во всех типах социальных групп, больших и малых136. Этот термин был введен в научную лексику одним из основоположников социальной психологии Габриэлем Тардом, который предлагал рассматривать его в качестве одного из важнейших факторов социализации. Позднее в работах Э. Росса, Р. Парка, А. Лапьера была разработана теория социального контроля,

вкоторой он рассматривался как важнейшее средство для обеспечения

135Емельянов И. Л. Проблемы пенитенциарной ресоциализации и социальной адаптации осужденных // Ресоциализация осужденных в условиях развития гражданского общества: сборник материалов Международной научно-практической конференции (11–12 декабря 2014 г.). Киров: ФКОУ ДПО Кировский ИПКР ФСИН России, 2014. С. 147.

136Бабосов Е.М. Общая социология. Мн., ТетраСистемс, 2002.

64

процесса усвоения каждым человеческим существом различных элементов культуры, сложившейся в данном обществе. Естественно, что направленность и содержание социального контроля существенным образом зависит от экономических, политических, идеологических и прочих характеристик данной социальной системы, исторически обусловленных уровнем ее развития137.

Одна из современных концепций социального контроля предложена П. Бергером, в соответствии с которой каждый человек находится в центре расходящихся концентрических кругов, представляющих разные виды, типы и формы социального контроля. Каждый последующий круг – это новая система контроля138. Самый большой внешний круг – это политико-юридическая система, представленная мощным аппаратом государства, перед которым бессильны все. Помимо нашей воли государство взимает налоги, призывает на военную службу; хотим мы того или нет, заставляет повиноваться своим бесконечным законам и уставам, правилам и установлениям, а если надо, посадит в тюрьму и может лишить жизни. Индивид находится в центре круга как в точке максимального давления (образно говоря, можно представить стоящего на земле человека, на которого давит огромный столб атмосферы).

В следующий круг социального контроля, давящий на индивида, входят мораль, обычаи и нравы. За нравственностью человека следят все, начиная с полиции нравов и кончая родителями родственниками, друзьями. Первая сажает за решетку, вторые и третьи употребляют неформальные санкции типа осуждения, а последние, не простив предательства или подлости, могут расстаться с нами. Все они, каждый на свой манер и в рамках своей компетенции, применяют инструменты социального контроля. Аморальность наказывается увольнением с работы, эксцентричность – потерей шансов найти новое место, невоспитанность – тем, что человека не пригласят в гости или откажут от дома люди, которые ценят хорошие манеры. Отсутствие работы и одиночество являются, может быть, не меньшим наказанием по сравнению с пребыванием в кутузке, – считает П. Бергер139.

Кроме больших кругов принуждения, в которых индивид находится вместе с остальными членами общества, есть малые круги контроля, самый существенный из которых – круг контроля со стороны

137История теоретической социологии, М. 2000.

138Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. Трактат по социологии знания, М., 2001.

139 См.: Бергер П. Социология как способ времяпрепровождения. М., 2005.

65

профессиональной системы. На работе человек скован массой ограничений, инструкций, профессиональных обязанностей, деловых обязательств, оказывающих контролирующее воздействие, подчас весьма жесткое, что в немалой степени зависит от его социальной роли (бизнесмена, рабочего, подчиненного, руководителя) Немаловажны и различные способы неформального контроля со стороны коллег и сотрудников.

В следующий круг контроля входит общественная среда, представляющая собой неформальные требования к индивиду в структуре социальных отношений, многие из которых более формальны, а иные даже жестче профессиональных. Она включает в себя дальних и близких, незнакомых и знакомых индивиду людей, предъявляющих к человеку свои требования, неписаные законы, которые представляют собой широкий спектр явлений. Они могут включать в себя манеру одеваться и говорить, эстетические вкусы, политические и религиозные убеждения и даже манеру вести себя за столом. Таким образом, круг неформальных требований описывает область возможных действий индивида в определенных ситуациях140.

Последний и ближайший к индивиду круг, который тоже образует систему контроля, составляет та группа людей, в которой проходит так называемая частная жизнь индивида (семья, близкие друзья). Социальное или, точнее, нормативное давление на индивида здесь не только не ослабевает, потому что именно в этом круге индивид устанавливает наиболее важные для себя социальные связи. Неодобрение, утрата престижа, осмеяние или презрение в кругу родных и близких имеют гораздо больший психологический вес для человека, чем подобные санкции, исходящие от чужих или незнакомых людей. В отличие от других систем контроля давление со стороны близких может произойти именно тогда, когда индивид к нему совершенно не готов, в тоже время, на работе, в транспорте, в общественных местах человек, как правило, насторожен и потенциально готов противостоять любой угрозе.

Внутреннюю часть последнего круга, его ядро, составляют интимные отношения мужа и жены, в которых человек ищет поддержку и самым важным чувствам, составляющим Я-образ. Ставить на карту эти связи – значит рисковать утратой самого себя. Неудивительно, что

140 См.: Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. Трактат по социологии знания, М., 2001.

66

основной целью наказания видел отвращение всех от преступления, в то время как исправление лица, совершившего преступление, и его изоляцию от общества с целью обеспечения безопасности общества представлялись ему целями побочного характера. И в таком же ракурсе, но с позиций теории утилитаризма, рассматривает проблему наказания И. Бентам145.

Значительный вклад в разработку теории социального контроля внес П. А. Сорокин, у которого наказание выступает в непосредственной связи с поощрением, причем последнее (поощрение) оказывается не менее действенным нежели первое (наказание), однако, эффективность санкций определяется тем, насколько «верно понята социальная роль наград и наказаний, источник их происхождения, а равно и источник происхождения преступлений и подвигов…»146. Наказание, в трактовке П. А. Сорокина, предстает как «акт или совокупность актов, вызванных преступлением и представляющих реакцию на акты, квалифицируемые как акты преступные», а его воздействие направлено «не только на воздаяние и возмездие, но и на недопущение и уничтожение преступных посягательств»147. Как мы видим, на первый план у П. А. Сорокина выходит возмездие, т. е. восстановление справедливости с точки зрения нанесенного преступлением ущерба обществу, индивидам.

Таким образом, наказание выступает формой социального контроля, необходимой для регуляции поведения индивидов, социальных групп и обеспечения безопасного развития общества. Следует учитывать, что по мере общественной эволюции и появления новых видов преступлений меняются представления и о самих преступлениях, и

окаре за них. Мера наказания определяется его целесообразностью,

т.е. тем, в какой степени наказание в той или иной форме, в той или иной степени жестокости может способствовать предотвращению в дальнейшем данного вида преступления путем отвращения человека от преступного поведения.

Ч. Беккариа, в чьих трудах эта идея находит наиболее четкое воплощение, считает, что мерилом преступлений следует считать

145Рабош А. В. Наказание и социальный контроль в доктрине классической школы уголовного права // Известия высших учебных заведений. Социология. Экономика. Политика. 2014. № 2. С. 49–50.

146Сорокин П. А. Преступление и кара, подвиг и награда: социологический этюд об основных формах общественного поведения и морали. М.: Астрель, 2006. С. 363.

147Там же. С. 168, 273.

68

причиненный вред, а цель наказания заключается в том, чтобы виновный в преступлении не смог вновь причинить вред обществу, и у других индивидов не возникло желания совершить такое же преступление148.

Среди современных российских ученых по данному вопросу имеются и другие точки зрения. Так, О. Г. Перминов полагает, что при очевидной значимости всех целей наказания, таких как предупреждение преступности и восстановление социальной справедливости, важнейшей его целью на стадии исполнения следует считать исправление лиц, совершивших преступление, и их ресоциализацию149.

Но способствует ли тюремная среда эффективной ресоциализации, т. е. исправлению заключенного как важному этапу его последующей успешной ресоциализации в условиях свободы? Анализ многочисленных следований по данной проблематике показывает, а также уровень тюремной преступности и преступности на этапе постпенитенциарной адаптации говорит об обратном – в условиях лишения свободы происходит в большинстве случаев дезадаптация заключенных, символизирующая их дальнейшее погружение в криминальную субкультуру и закрепление антисоциальных установок.

На уровне постпенитенциарной системы в случае низкой эффективности функционирования пенитенциарной системы воспроизводятся те проблемы, которые были порождены на стадии отбывания осужденным наказания в условиях лишения свободы, т. е. постпенитенциарная система, будучи связанной ценностно-идеологическими узами с пенитенциарной системой, становится заложницей кризиса последней. Иными словами, ценности безопасности общества и отдельной личности, заложенные в основе обеспечения профилактики преступности путем наказания за противоправное поведение, приобретают декларативный характер, как и идея предупреждения преступлений посредством отвращения от преступной деятельности как лиц, совершивших преступление, так и других, еще не отмеченных преступными деяниями. В этой ситуации напрашивается вывод не только о дисфункциональности пенитенциарных учреждений и постпенитенциарной системы российского общества. Под сомнение ставится действенность такого вида наказания за преступление, как лишение свободы, так как его

148См. Беккариа Ч. О преступлениях и наказаниях. М.: Инфра-М, 2004.

149Перминов О. Г. Реализация уголовного наказания: правовые, организационные и криминологические проблемы. М., 2003. С. 38.

69

итогом становится результат, прямо противоположный ожидаемому, если исходить из идейной обусловленности данного вида наказания.

В этой связи российскими учеными актуализируется проблема, связанная с использованием альтернативных тюремному заключению способов наказания, одним из которых является давно применяемая в зарубежной практике пробация, рассматриваемая в различных аспектах: «как вид уголовного наказания; процесс исправления осужденного; систему исполнения данного уголовного наказания; форму социальноправового контроля; меру предупреждения преступности и средство ресоциализации осужденных»150. Сущность данного вида наказания, которое несет осужденный, заключается в предупреждении совершения им повторных преступлений в процессе принудительного надзора за тем, как он ведет себя и выполняет возложенные на него судом обязанности. В рамках пробации осуществляется также коррекция поведения осужденного и помощь в его социальной адаптации.

Как правило, если анализировать зарубежный опыт пробации, этот вид непенитенциарного вида наказания осуществляется в отношении несовершеннолетних лиц, совершивших преступление, но в России, как отмечает А. У. Садыков, в отношении этой категории лиц отсутствуют службы, аналогичные зарубежным службам пробации для несовершеннолетних преступников, а на имеющиеся по этому поводу возражения в плане того, что в России есть уголовно-исполнительные инспекции, которые имеют право исполнять наказания, не связанные с изоляцией осужденного от общества (к ним относят обязательные и исправительные работы, контроль за осужденными условно), он отвечает, на наш взгляд, вполне справедливо, что «уголовно-исполнитель- ные инспекции в России не выполняют следующие функции зарубежных служб пробации, а именно:

–не представляют досудебные доклады суду и прокурорам, в том числе, при решении судом вопроса о мере пресечения в виде ареста;

–не организовывают процедуры примирения между потерпевшим

ижертвой преступления;

–не разрабатывает и не осуществляет программы коррекции социального поведения поднадзорных лиц; не решают задач наилучшего обеспечения интересов осужденного несовершеннолетнего»151.

150Садыков А. У. Перспективы института пробации в современной России // Общество и право. 2011. № 3 (35). С. 215.

151Там же.

70