Суждения о преступности и вокруг нее

Суждения о преступности и вокруг нее

ством Грузии, Кыргызстана, Украины, а также использованы в новой статистической карточке на выявленное преступление — п. 33 Формы 1, предусмотренной Положением о едином порядке регистрации уголовных дел и учета преступлений, утвержденного Приказом от 29 января 2005 года — ГП РФ, МВД России, МЧС России, Минюст России, ФСБ России, Минэкономразвития России,

ФСКН России № 39/1070/1021/253/780/353/399.1

1 Текст карточки см.: Забрянский Г. И. Методика статистического изучения преступности (введение в криминологическую статистику). М., 2010. Приложение.

51

КРИМИНОЛОГИЧЕСКИЕ ОТРАСЛИ

СЕМЕЙНАЯ КРИМИНОЛОГИЯ

Связь слабого и прекрасного

Обретая силу, женщина перестает быть прекрасной. Сожительство с феминисткой похоже на гомосексуализм.

Возникновение и определение семейной криминологии

Первой научной статьей в СССР, специально посвященной преступному насилию в семье, была моя статья «Об одном из аспектов криминогенной ситуации». Ею началась у нас семейная криминология. Первыми монографиями в этой отрасли стали мои книги: «Введение в криминологию семейных отношений», «Убийства на почве семейных конфликтов», «Семейная криминология».1

Семейная криминология (криминофамилистика) — отрасль криминологии, исследующая преступность сферы семейных отношений, то есть, прежде всего, семейные причины различных видов преступной активности (насильственной, корыстной, рецидивной, молодежной, женской и т. д.), а также закономерности совершения преступлений внутри семьи. В рамках семейной криминологии изыскиваются возможности сдерживания преступности посредством воздействия на семью.2

В 1980 году я ввел термин «криминофамилистика» в качестве синонима термина «семейная криминология».3

1 Шестаков Д.А. Об одном из аспектов криминогенной ситуации // Вестник ЛГУ. 1976. № 11. С. 116–121; его же. Введение в криминологию семейных отношений; его же. Убийства на почве семейных конфликтов. Л.: ЛГУ, 1981; его же. Семейная криминология. Семья — конфликт — преступление. СПб., Издательство ЛГУ, 1996.

2 См.: Шестаков Д.А. Введение в криминологию семейных отношений. С. 14; его же. Семейная криминология (криминофамилистика). 2-е изд. СПб.: Изд-во «Юридический центр Пресс», 2003.

3 Шестаков Д.А. Введение в криминологию семейных отношений. С. 14.

52

Суждения о преступности и вокруг нее

Пример корректного использования этого термина находим у Н.Ф. Кузнецовой.1

Три этапа семейной криминологии

Развитие семейной криминологии на сей день складывается из трех этапов. Первый этап, диалектический (70-е – 80-е годы), связан с осмыслением преступлений как результата действия социальных, в том числе относящихся к институту семьи, противоречий. Второй, феминистский (90-е годы), — характеризуется распространением на постсоветском пространстве при финансовой поддержке из США объяснения внутрисемейных преступлений тем, что в обществе доминируют мужчины. Третий этап — интегративный (начиная с первого десятилетия ХХ в.). На нем отмечается некоторый отход от феминистских тенденциозности и упрощений. Разрабатывая меры противодействия внутрисемейным насильственным преступлениям, отдельные криминофамилисты возвращаются к диалектике взаимоотношения полов.2

Диалектика семейной криминологии или гендерная война?

В «женской войне мужчинам», разрастании содомии и скотоложства есть много общего. Сегодня и то, и другое наступает с Запада. Вразнобой с этим нашествием воспринимается кликушество против тоже нездорового полового влечения к детям, разносящееся несоразмерно явлению оттуда же.

Бытовые или внутрисемейные преступления?

Воспроизводство преступлений в сфере быта очевидно связано с состоянием института семьи и, стало быть, разрушением в современном обществе сложившихся отношений между мужчиной и женщиной. Именно поэтому надо специально (отдельно, целенаправленно) сосредоточить внимание на преступлениях против семейного окру-

1 КузнецоваН.Ф. Проблемыкриминологическойдетерминации.М.:Издательство МГУ, 1984. С. 134–135.

2 Шестаков Д.А. Интегративный этап семейной криминологии: поворот теории и юридизации // Криминология: вчера, сегодня,завтра. 2008. № 1 (14). С. 198.

53

Д.А. Шестаков

жения. Только так мы сможем докопаться до социальных закономерностей и приблизиться к более высокому, философскому, осмыслению современных проявлений насилия в семье, необходимому и для понимания преступности в целом.

Показатель половой уязвимости

где ПМ — потерпевшие мужчины, ПЖ — потерпевшие женщины. Применяется в семейной криминологии.1

Гендерный коэффициент виктимности — то же, что показа-

тель половой уязвимости.

Первый расчет количества внутрисемейных и супружеских убийств применительно к России в целом

В конце 1980 — начале 1990-х годов мной производились расчеты числа выявленных внутрисемейных и супружеских убийств, совершаемых ежегодно в России. Официальная статистика из-за несовершенства учета не предоставляла таких сведений. Из моих выборочных исследований я знал, что доля внутрисемейных убийств в 1972–1974 годах составляла 39% и потом слегка снижалась в растущем общем числе убийств.2 В 1989 году число убийств в стране достигло 21,5 тыс., что позволило мне предположительно определить индекс убийств одними членами семьи других ее членов: не менее 7000. Индекс убийств супруга или сожителя, по моему мнению, составил 4 тыс., включая как оконченные преступления, так и покушения.3 Подобные расчеты были сделаны мной и за последующие годы.4

1 Шестаков Д.А. Убийства на почве семейных конфликтов. Л.: ЛГУ, 1981; его: Супружеское убийство как общественная проблема. СПб: Изд-тво СПбГУ, 1992.

2 Шестаков Д.А. Конфликтная семейная ситуация как криминогенный фактор: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 1977. С. 1.

3 Шестаков Д.А. Супружеское убийство как общественная проблема. СПб.: Издво С.-Петербургского университета. 1992. С. 6.

4 См.: Шестаков Д.А. Семейная криминология. Семья — конфликт — преступление. С. 7.

54

Суждения о преступности и вокруг нее

Эти индексы без ссылки на исследователя многократно приводились в средствах распространения сведений.

Рождение доктрины преступных подсистем в семейной криминологии

Именновсемейнойкриминологиипосуществубылаужесформулирована доктрина преступных подсистем, давшая толчок к возникновению одноименной школы. «Преступность мы себе представляем как систему, структура которой включает в себя в качестве подсистем взятые на различных уровнях (общесоциальном, непосредственного окружения, индивидуального поведения) блоки криминогенных факторов, с одной, и преступное поведение, с другой стороны… В систему преступности вплетена подсистема криминогенных факторов и преступлений семейной сферы: криминогенная семья».1

Латентность внутрисемейных преступлений

Значительная часть преступлений, состоящих в нанесении побоев и причинении небольшого вреда здоровью, остается незарегистрированной. Определенная часть половых преступлений в семье, по-видимому, тоже не регистрируется. Латентность относительно легких форм насилия в семье связана с тем, что сотрудники органов внутренних дел, не желающие брать на себя «лишнюю» работу, нередко уклоняются от регистрации соответствующих преступлений. Латентность половых преступлений в семье обусловлена интимным их характером, взаимной зависимостью членов семьи, не заинтересованных в том, чтобы «выносить сор из избы».2

Женщине для осуществления намерения убить мужчину в определенных ситуациях требуется сравнительно большая подготовка. Заранее обдуманные преступления могут быть тщательно замаскированы. Нельзя исключать возможного наличия определенного стойкого процента латентных убийств, совершенных в семье женщинами.3

1 Шестаков Д.А. Введение в криминологию семейных отношений. С. 63–64. 2 Шестаков Д.А. Криминология. Учебник. 2-е издание. С. 340.

3 Шестаков Д.А. Семейная криминология (криминофамилистика). 2-е изда-

ние С. 92–93.

55

Д.А. Шестаков

Любовь и преступление

Половую любовь следует рассматривать как некий, обеспечивающий стремление к конкретному лицу противоположного пола, биосоциальный механизм, назначение которого — продление рода. Действие этого механизма сопровождается изменением силы и окраски чувства, связанного с данным лицом.1

Сила любовного влечения может быть охарактеризована следующей формулой:

где Л — сила любовного влечения конкретного человека; С1 — оценка им своего социально-полового статуса; С2 — оценка им социальнополового статуса своего любовного партнера; И2 — центростремительная инициатива любовного партнера.2

Выяснение условий наибольшего эмоционального напряжения в отношении лиц противоположного пола вплотную подводит к постановке следующих, уже чисто криминологических, проблем: 1) взаимосвязь эмоциональных состояний преступника и потерпевшего; 2) эволюция эмоциональной стороны криминогенной семейной ситуации; 3) душевное волнение в обстановке совершения преступления.3

Динамика эмоций в изученных нами семьях, в которых были совершены супружеские убийства или покушения на них, выглядит следующим образом. Любовь и симпатия преступников мужей к потерпевшим женам на первоначальном этапе супружества возрастают, затем, достигнув кульминации, идут на убыль. Тем не менее 26 % осужденных мужчин заявили, что в момент совершения преступле-

1 Шестаков Д.А. Конфликтная семейная ситуация как криминогенный фактор. С. 60–63; его же. Убийства на почве семейных конфликтов. С. 62–91; его же. Семейная криминология (криминофамилистика). 2-е издание. С. 48–77, 207–215.

2 Шестаков Д.А. Убийства на почве семейных конфликтов. С. 62–70; его же: Любовьипреступление.ПамятиС.С.Остроумова //Российскийкриминологический взгляд. 2009. № 2. С. 34–40.

3 Шестаков Д.А. Об одном из аспектов криминогенной ситуации. С. 116–121; его же: Убийства на почве семейных конфликтов. С. 70–81.

56

Суждения о преступности и вокруг нее

ния любили своих жен, и 3,5% преступников испытывали к пострадавшим женам чувство симпатии. 18% осужденных не утратили чувства любви к потерпевшим и после совершения преступления.

У осужденных женщин кульминация любви к мужу предшествует фактическому с ним сближению, любовь на всем протяжении супружеских отношений убывает. Ни одна из потерпевших женщин не испытывала любви к мужу в период совершения преступления и после него. Кривая симпатии имеет аналогичную конфигурацию. Всего 5 % жен, совершая убийство мужа, продолжали ему симпатизировать. Чувство уважения к мужьям претерпевает изменения, близкие к изменениям чувства любви осужденных мужей к женам. Уважение к мужьям возрастает в начале совместной жизни и уменьшается к моменту совершения преступления, после которого остается на постоянном уровне.1

Случай Ионесяна

Пример криминогенной роли любви (любовной страсти).

Двадцатишестилетний Владимир Михайлович Ионесян, артист Оренбургского театра музкомедии — одаренный, эмоциональный, — попал в роковую зависимость от любви к артистке кордебалета Алевтины Дмитриевой. Оставил жену и ребенка. Желая удержать чувство возлюбленной, стремился возвысить свою значимость: неосознанно следовал формуле любви.

1 Шестаков Д.А. Убийства на почве семейных конфликтов. С. 31–32.

57

Д.А. Шестаков

ВОренбурге Владимира как начинающего певца на ведущие роли не пропускали. (Он был без связей, к тому же и с подмоченной репутацией — в 1954 году был осужден на пять лет лишения свободы условно. В 1959–1961 годах реально отбыл в колонии наказание за уклонение от службы в армии.)

Теряя власть над любовным безумием, Владимир вместе с Алевтиной едет в Москву, обещая устроить ее в Большой театр (!) Ему жизненно необходимо подтвердить свою значимость.

ВМоскве Ионесян снимает квартиру и, понятно, решить вопрос карьеры не имеет возможности. Денег не только на рестораны, но и вообще у него нет. А страсть требует одного — надо выглядеть сильным и успешным. Владимир говорит Алевтине, будто бы служит в КГБ и выполняет требующие отлучек тайные задания.

Втечение 30 дней — с 10.12.1963 по 08.01.1964 года отчаянно стремясь раздобыть деньги, он совершил пять убийств в Москве и Иваново. Зарубил топором трех подростков и двух немолодых женщин. Ионесян проникал в квартиры, представляясь работником коммунальных служб. («Откройте: Мосгаз» и т. п.). На деле захватить у убитых удавалось только очень небольшие деньги и недорогие вещи, самой ценной из которых стал телевизор «Старт-3».

Неумение и нежелание управлять страстью становится двигателем творчества и (или) преступления.

Измена как криминогенный фактор

Нашими исследованиями выявлен феномен внутрисемейных насильственных преступлений в связи с не установленной, а предполагаемой изменой.1

Синдром Хосе — убийство из стремления не допустить уход любимого.2

У Анны Карениной бессребреническое сверхсебялюбие, все превосходящая любовь к своим страстям, всеми проявлениями, включая самоубийство, причиняющая страдание самым близким: сыну, мужу, любовнику. Исходящее из моей «Семейной криминологии» пред-

1 Шестаков Д.А. Конфликтная семейная ситуация как криминогенный фактор.

С. 16.

2 Там же. С. 15–16.

58

Суждения о преступности и вокруг нее

упреждение: imperare sibi maximum imperium est — аннами К., к со-

жалению, не воспринимается, так как их натура складывается задолго до кризиса, еще в детстве.

У нас в рассказе «Неведомая сила»: «Как это ни странно, мысли Воронова не были тем ребячливым бредом, каким они самому ему казались. Если б он знал, насколько близки они к истине, то, должно быть, забыв про все, бросился бы искать жену, потому что, в самом деле, Людмила, не в силах справиться с охватившей ее любовью, ставшейсейчасбеспредельнойжалостьюксебеиненавистьюкмужу, ринулась к железнодорожной ветке».1

Механизм антисоциального действия криминогенных факторов семейной сферы

В систему преступности вплетена подсистема криминогенных факторовсемейнойсферы—криминогеннаясемья.Последняяможет быть разделена на элементы по вертикали в соответствии с иерархией уровней системы преступности, а на соответствующих уровнях — по горизонтали. Вертикальный срез криминогенной семьи обнаруживает три уровня: общесоциальный (макро), непосредственного окружения (средний) и индивидуального поведения (микро). Элементы рассматриваемой подсистемы — это взятые на соответствующем уровне блоки криминогенных факторов семейной сферы. К их числу относятся: на общесоциальном уровне — противоречия института семьи; на уровне непосредственного окружения — блоки семейной десоциализации и семейной конфликтности; на уровне индивидуального поведения — криминогенная семейная ситуация. Горизонтальное членение подсистемы позволяет выделить на среднем уровне отмеченные два блока (десоциализация, конфликтность), а также конкретные факторы внутри отдельных блоков любого из уровней.2 (См. схему 5).

1 Шестаков А., Шестаков Д. Неведомая сила, рассказ // Избранная проза, т. 5: «Суета». СПб.: Изд-во «Русь». С. 351.

2 Шестаков Д.А. Криминологические проблемы семейных отношений. Автореф. дис. … докт. юрид. наук. Л., 1986. С. 16.

59

Д.А. Шестаков

Семейная детерминация преступлений

Криминогенная роль противоречий института семейных отношений («конфликт полов») проявляется на трех уровнях: общесоциальном, непосредственного окружения (семейная десоциализация и семейная конфликтность) и личностном (криминогенная семейная ситуация).1

В статье «Об одном из аспектов криминогенной ситуации», положившей начало семейной криминологии, выдвинута модель криминогеннойсупружеской(сожительской)ситуации:1)обострениесупружеских противоречий, 2) повышенная эмоциональная связь между супругами, 3) нарушение баланса между центростремительными и центробежными устремлениями супругов. Противоречия, присущие конкретной семье, являются отражением противоречий семьи как социального института. В настоящее время в семье происходит изменение взаимоотношений ее членов, исчезает традиционное четкое распределение ролей. Эти тенденции обусловлены раскрепощением женщин, в результате которого последние приобретают равные с мужчинами права и теряют некоторые привилегии. И та и другая стороны этого процесса не всегда протекают без сопротивления представителей заинтересованного пола.2

Макроструктурные противоречия семьи, находящиеся в связи с преступным поведением, сводятся к двум группам: 1) присущие семье во все исторические эпохи ее существования; 2) вытекающие из ныне переживаемого семьей периода.3

Американская криминология о причинах насилия в семье

В американской криминологии семейная детерминация преступного поведения сводится к господству мужчин в обществе и семье (такназываемаяфеминистскаятеория),кпередающейсяотродителей

1 Шестаков Д.А. Введение в криминологию семейных отношений. С. 65–79.

2 Шестаков Д.А. Об одном из аспектов криминогенной ситуации. С. 116–117; его же. Убийства на почве семейных конфликтов. С. 19; его же. Семейная криминология (криминофамилистика). 2-е издание. С. 78–82, 117–133.

3 Шестаков Д.А. Семейная криминология (криминофамилистика). 2-е издание.

С. 127.

60