Становление терминологии информационного права в современном русском языке. Монография

Для номинации специальных понятий в сфере информационного права также используются предтермины. Предтермины отражают промежуточные результаты когнитивной деятельности специалистов. Особенность предтерминов как особого типа специальной лексики состоит в том, что по отношению к ним процесс перекодирования субстратных языковых единиц не завершен. Номинативные единицы, относящиеся к данному типу, характеризуются наличием определенных семантических или структурных противоречий, отсутствием точно сформулированной дефиниции. Нередко дефиниция предтермина заменяется описательным оборотом, перечислением идентифицирующих признаков понятия и т.п.

Наряду с терминами, квазитерминами и предтерминами специальную информацию в информационно-правовом дискурсе представляют также некоторые терминоподобные единицы: опосредованно терминированные наименования и номены.

Вситуациях неофициального или полуофициального делового общения языковая личность может использовать номинативные единицы, совмещающие признаки термина и общеупотребительного слова, – опосредованно терминированные наименования.

Указанным выше типам специальной лексики по степени абстрактности (обобщенности) и конкретности (единичности) их понятийной основы противопоставляются номены. Номены называют единичные понятия – имена собственные.

Анализ структуры и содержания дефиниций, когнитивных особенностей их появления составляет важное направление терминоведческих исследований.

Врамках когнитивно-дискурсивного подхода дефиницию можно рассматривать как многоаспектное явление.

Во-первых, дефиниция как результат вербализации когнитивной деятельности языковой личности выявляет уровень ее профессиональной подготовки

ивладения профессиональным подъязыком.

Во-вторых, дефиниция как форма вербальной репрезентации результатов на- учно-исследовательской деятельности языковой личности имеет тесную связь с когницией и представляет собой логически, стилистически, синтаксически оформленную конструкцию, в которой раскрываются смысл, значение, содержание именуемого термином понятия (концепта).

В-третьих, дефиниция как средство структурирования профессионального знания обладает значительным интерпретационным потенциалом. Интерпретационный потенциал дефиниции открывает широкие возможности отражения языковыми средствами различных интенций специалиста, возникающих в результате когнитивной деятельности.

Для номинирования специальных понятий информационного права языковая личность использует преимущественно активный состав лексики национального языка, семантические преобразования которой достигаются путем дефинирования. Посредством дефиниции за определенными терминами (словами и словосочетаниями) закрепляется определенная специальная информация.

61

Классификация дефиниций на основе способов структурирования специальной информации позволяет выделить родо-видовые, перечислительные, контекстуальные, отсылочные и операциональные дефиниции.

Вродо-видовых дефинициях отражается родовой, общий, признак понятий определенной группы, к которой относится данное понятие, и видовые, частные, признаки данного понятия, отграничивающие его от других видовых понятий определенной группы.

Перечислительные дефиниции построены на основе принципа перечисления терминов, поотношениюккоторымдефинируемыйтерминявляетсяобобщающим.

Контекстуальные дефиниции используются в случаях, когда у определяемых терминов отсутствует родовой признак и их содержание раскрывается в контексте дефиниции.

Отсылочные дефиниции основаны на принципе определения объема дефинируемого термина через отношение к другому термину данной терминосистемы.

Содержание терминов, номинирующих какие-либо действия или операции, раскрывается в операциональных дефинициях.

Вдефинициях наиболее полно отражается динамика научных представлений

опредметах, процессах, явлениях и т.п. сферы информационного права.

На современном этапе развития отрасли информационного права его терминосистема отличается нестабильностью состава. Отслеживание динамики и фиксация происходящих изменений составляют содержание дальнейшей лексикографической работы.

В процессе терминотворчества языковая личность решает различные когнитивные задачи, связанные со структурированием и интерпретацией специальной информации. Сложность денотата обусловливает появление в терминосистеме информационного права уникальных терминологических наименований, имеющих специфичный набор семантических и структурных характеристик. Усложнение синтаксической структуры номинативной единицы (использование вставных конструкций, заключенных в скобки, конструкций с двойными и контактными скобками, определений, выраженных причастными оборотами), продиктовано стремлением языковой личности максимально отобразить признаки номинируемого понятия или придать терминологической единице характер полиноминативности, или, напротив, ограничить ее референциальный потенциал.

Интерпретация специальной информации приводит к появлению коннотатированных терминологических единиц. Коннотация терминологической единицы понимается в широком смысле – как оценочный компонент, изначально входящий в семантическую структуру слова и дополняющий предметно-понятийное значение. Терминологические единицы сферы информационного права по характеру оценочной коннотации могут быть пейоративные и мелиоративные.

Совокупность языковых средств номинации понятий сферы информационного права отражает системные представления специалиста об этой области профессионального знания на этапе ее формирования.

62

Гл а в а 3

ЯВЛЕНИЯ И ПРОЦЕССЫ ТЕРМИНОЛОГИЧЕСКОЙ ДЕРИВАЦИИ В ДИСКУРСИВНОМ ПРОСТРАНСТВЕ ИНФОРМАЦИОННОГО ПРАВА

3.1. ЛИНГВО-КОГНИТИВНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ПРОЦЕССОВ ТЕРМИНОЛОГИЧЕСКОЙ ДЕРИВАЦИИ В СФЕРЕ ИНФОРМАЦИОННОГО ПРАВА

Деривация (от лат. derivatio – отведение, отклонение) терминологической лексики (терминологическая деривация, терминообразование) представляет собой сложное когнитивное явление. Поскольку терминологическая единица трактуется как слово или сочетание слов, то возникает вопрос о соотношении категорий «словообразование» и «терминообразование».

Термин «словообразование» имеет несколько значений: «1) Образование слов, называемых производными и сложными, обычно на базе однокорневых слов по существующим в языке образцам и моделям с помощью аффиксации <…>, словосложения, конверсии и др. формальных средств. 2) Раздел языкознания, изучающий все аспекты создания, функционирования, строения и классификации производных и сложных слов» [Лингвистический энциклопедический сло-

варь, 2002, с. 467].

Терминообразование также многозначный термин, который в терминоведении используется для наименования:

1)совокупности способов образования терминов [Гринев, 1993, с. 128];

2)процесса создания термина [Татаринов, 1996, с. 200];

3)соответствующего раздела терминоведения [Федорченко, 2004, с. 113].

С одной стороны, исходя из понимания терминологической единицы как слова или сочетания слов, можно согласиться с мнением, что «в сфере терминообразования действуют те же закономерности, что в сфере образования любых лексических единиц определенного естественного языка» [Лейчик, 2009, с. 49]. Отсюда терминообразование может соотноситься со словообразованием в его первом значении, однако лишь в части, касающейся образования производных терминов. С другой стороны, нельзя не учитывать тот факт, что в терминообразовании широкое распространение получил собственно терминоведческий способ –

63

синтаксический, не характерный для общелитературного словообразования. Приведенные аргументы свидетельствуют о невозможности интерпретировать понятия «словообразование» и «терминообразование» как идентичные, они не равнозначны.

На наш взгляд, под терминообразованием следует понимать раздел терминоведения, который изучает вопросы, связанные с процессом создания (деривации) терминологической лексики определенными способами. Процесс – это «ход, развитие какого-н. явления, последовательная смена состояний в развитии чего-н. …» [Ожегов, 2016, с. 941]. Ход, развитие предполагают наличие начальной стадии, каких-либо истоков. Следовательно, терминообразование охватывает и спектр вопросов происхождения терминологической лексики, ее проникновения в язык специальности, в отраслевую терминосистему.

Процесс деривации терминологических единиц направляет языковая личность – специалист в конкретной профессиональной сфере. Изучение терминообразования с позиций когнитивной деятельности специалиста, с учетом его речемыслительных способностей открывает широкие возможности для анализа соотношения концептуального содержания понятия и формы его вербальной репрезентации.

Для наименования специальных понятий языковая личность использует все многообразие лексических средств современного русского языка. Поскольку «термин дан нам в виде лексической единицы, единицы языка, мы имеем полное право утверждать, что термин вырастает на лексической единице определенного естественного языка или что, иначе говоря, лексическая единица этого языка является естественноязыковым субстратом термина. <…> слово «субстрат» используется здесь в своем общенаучном значении, что соответствует мотивации исходного латинского слова: substratum – ‘основа, подстилка, подкладка’» [Лейчик, 2009, с. 30]. При этом учитываются нормативность и сфера функционирования лексической единицы, используемой в качестве субстрата термина, и одновременно характеристика лексической единицы с точки зрения происхождения.

Естественноязыковым субстратом терминологии информационного права является исконно русская лексика и заимствованная лексика, используемая языковой личностью для вербальной репрезентации результатов когнитивной (терминотворческой) деятельности в данной профессиональной области.

Исконно русская лексика в терминосистеме информационного права привлекается преимущественно в качестве терминоэлементов при образовании составных терминологических единиц, или терминологических единиц аналитической структуры, например: государственная тайна (общеславянское1); доступ (от доступати (ступати) со значением «приближаться, доходить, входить»)

1 Здесь и далее в параграфе для определения происхождения слов использовались словари,

представленные на сайте «Словопедия». URL: http://www.slovopedia.com/.

64

к информации; ложная (от общеславянского «ложь») информация; способ (ис-

конное, от пособъ – «помощь») защиты информации и др.

Преобладание заимствованной специальной лексики как основы формирования терминологической лексики информационного права обусловлено главным образом международной глобализацией, что приводит и к глобализации терминологии. Как уже отмечалось, становление информационного права началось в 90-е гг. XX столетия – период, когда российское общество и все его сферы, в частности языковая, подверглись определенному влиянию иных национальных культур.

Развитие техники и высоких технологий за рубежом началось раньше, чем в России, в связи с этим большинство технических терминов (и терминоэлементов) в сфере информационного права – заимствованная англоязычная лексика,

например: компьютерная (от англ. computer) информация; аудит (от англ. audit) безопасности автоматизированной информационной системы; идентификация; кибербезопасность и др.

Изучение деривации терминологической лексики предполагает выявление особенностей ее структуры (внешней формы). Так, по структуре терминологическая лексика подразделяется на простую (однословную) и составную (многослов-

ную). Группа однословной терминологической лексики крайне малочислен-

на – включает 59 терминологических единиц (8%). К ней относятся непроизвод-

ные слова (документ, абонент, архив и др.) и производные слова (секретность

(производное от секрет), адресат (производное от адрес) и др.).

Втерминосистеме информационного права преобладает составная терминологическая лексика, то есть термины-словосочетания (термины аналитической структуры). Это отражает общую современную тенденцию – во многих терминосистемах «преимущество отдается именно терминам-словосочетаниям» [Лейчик, 2009, с. 57]. Наиболее продуктивным является синтаксический способ. По мнению С.В. Гринева, синтаксическим способом «образуется 60%–95% состава различных исследованных терминологий европейских языков» [Гринев, 1993, с. 141].

Для определения степени аналитичности изучаемой терминосистемы по сравнению с терминосистемами других областей знания, например философии

илингвистики, проведен статистический эксперимент. Подсчитано количество однословных и составных терминов, представленных в «Лингвистическом энциклопедическом словаре» (М.: БРЭ, 2002) и «Философском энциклопедическом словаре» (М.: Инфра-М, 2009). Получены следующие результаты: в лингвистической терминологии 39% однословных терминов, 61% составных терминов; в философской терминологии 74,5% однословных терминов, 25,5% составных терминов. Причем в составе и лингвистической и философской терминологии аналитического типа преобладают двухкомпонентные термины.

Вобщем объеме терминологии информационного права (742 терминологические единицы) основная часть представлена наименованиями аналитического типа – 683 терминологические единицы (92%).

65

Группа составной терминологической лексики включает преимущественно подчинительные конструкции, выражающие внутреннее целостное содержание понятия при помощи двух (двухкомпонентная терминологическая лексика – 222 терминологические единицы, или 32,5% от общего количества наименований аналитического типа), трех (трехкомпонентная терминологическая лексика – 201 терминологическая единица, или 29,5% от общего количества наименований аналитического типа) и более (многокомпонентная терминологическая лексика – 260 терминологических единиц, или 38% от общего количества наименований аналитического типа) терминоэлементов с раздельным написанием. Представленные цифровые данные свидетельствуют о преобладании в терминосистеме информационного права терминологическихединицсосложнойсинтаксическойструктурой.

Таким образом, можно сделать вывод, что терминосистема информационного права более аналитична по сравнению с лингвистической и философской терминосистемами.

Термины, построенные на основе подчинительных словосочетаний, подразделяются на три структурных типа:

1)составные термины, построенные на основе подчинительных словосочетаний с синтаксической связью согласование (например: информационное обще-

ство; платежная информация; материальный носитель; информационная сфера; информационная инфраструктура и др.

2)составные термины, построенные на основе подчинительных словосочетаний с синтаксической связью управление (например: гриф секретности; сред-

ства кодирования; средства имитозащиты; пользователи информации и др.);

3)смешанный тип (например: система защиты государственной тайны; система обязательного экземпляра; обязательный экземпляр муниципального образования; частная политика информационной безопасности; уязвимость информационной безопасности и др.).

Термины, построенные на основе подчинительных словосочетаний, могут со-

держать пять и более слов-компонентов: аудиторская проверка информационной безопасности в организации; электронный паспорт федеральной государственной информационной системы; национальный библиотечно-информационный фонд документов Российской Федерации и др.

Второй распространенный способ образования терминологической лексики информационного права – лексико-семантический – заключается в переносе «названия общеизвестного понятия на специальное» [Прохорова, 1996, с. 6], в результате чего появляются новые значения слов. Таким образом удовлетворяются потребности в новых терминах – наблюдается приспособление слов общелитературного языка в целях использования в специальной сфере, уточнение или изменение значения слова.

В сфере информационного права достаточно часто встречается взаимодействие синтаксического и лексико-семантического способов образования терминологической лексики, например:

66

−закладка – «1. см. Заложить. 2. Бумажка или ленточка, вкладываемая

вкнигу, чтобы отметить нужную страницу…» [Ожегов, 2016, с. 320];

−программная закладка – «преднамеренно внесенные в программное обеспечение функциональные объекты, которые при определенных условиях инициируют реализацию недекларированных возможностей программного обеспече-

ния» [Рекомендации по стандартизации «Информационные технологии. Основные термины и определения в области технической защиты информации»].

В корпусе терминологических единиц сферы информационного права, образованных лексико-семантическим способом, выявляются случаи переноса названия одного понятия на другое на основе сходства признаков номинируемых объектов (метафорический перенос наименования).

Метафора представляет собой сложный когнитивный механизм, основанный на способности мыслить об одной области знания через призму другой. Необходимо отметить тот факт, что языку официально-делового общения в целом не свойственно выражение образности и субъективных оценок. В начале 90-х гг. Н.Д. Арутюнова писала: «не прибегают к метафоре <…> в законах и военных приказах, в уставах, запретах и резолюциях, постановлениях, указах и наказах <…> – словом, во всем, что должно неукоснительно соблюдаться, выполняться и контролироваться, а следовательно, подлежит точному и однозначному пониманию» [Арутюнова, 1990, с. 7]. Вместе с тем при изучении текстов нормативных правовых актов сферы информационного права выявлены терминологические единицы, образованные в результате метафоризации и служащие для наименования новых явлений, в отношении которых возникает необходимость правового регулирования. На основе субстратного подхода можно выделить два типа метафорических наименований.

Метафорические наименования первого типа построены на основе сочетания общеупотребительных лексических единиц, например: «цифровое доверие», «цифровое неравенство» и др. Как правило, подобные метафорические наименования заключаются в кавычки, которые выполняют роль языковых маркеров употребления слов в переносном значении.

В структуру метафорических наименований второго типа входят общеупотребительные лексические единицы и термины других научных областей, например:

1) из области военного дела:

−атака – «стремительное нападение войск на противника…» [Ожегов, 2016, с. 56];

−атака (при применении информационных технологий) – «действия, на-

правленные на реализацию угроз несанкционированного доступа к информации, воздействия на нее или на ресурсы автоматизированной информационной системы с применением программных и (или) технических средств» [Рекомен-

дации по стандартизации «Информационные технологии. Основные термины и определения в области технической защиты информации»];

67

2) из области медицины:

−вирус – «мельчайший микроорганизм, возбудитель заразной болезни…»

[Ожегов, 2016, с. 137];

−компьютерный вирус – «вредоносная программа, способная создавать вредоносные программы и (или) свои копии» [Рекомендации по стандартизации

«Информационные технологии. Основные термины и определения в области технической защиты информации»];

3)из области политики, государства и права:

−государство – «политическая организация господствующего класса страны во главе с правительством и его органами, имеющими задачей охрану существующего порядка и подавление классовых противников, а также сама страна

стакой политической организацией…» [Ожегов, 2016, с. 222];

−электронное государство – «это реализация интернет-решений и базовой инфраструктуры для предоставления физическим и юридическим лицам информационных ресурсов и информационных услуг государственными органами с целью обеспечить прозрачность работы государственного сектора и обеспечить интерактивное участие среди первых лиц в принятии решений» [Ковалева, 2008, URL];

−правительство – «совокупность центральных органов государственной власти, главный исполнительный и распорядительный орган государственной власти в стране…» [Ожегов, 2016, с. 866];

−электронное правительство (см. ниже) и др.

При использовании терминов иных отраслей (явление ретерминологизации) происходят определенные изменения в их семантической структуре, таким образом образуются новые языковые единицы. Явление ретерминологизации позволяет сохранить междисциплинарные связи и единство научного терминологического аппарата.

Подобные терминологические наименования могут не иметь дефиниций, однако значения некоторых из них раскрываются в контексте, например: «Отсут-

ствуют доступные механизмы обеспечения «цифрового доверия» в виде системы удостоверяющих центров, применяющих технологию электронной цифровой подписи» [Постановление Правительства Российской Федерации «О федеральной целевой программе “Электронная Россия (2002–2010 годы)”»]; «Под электрон-

ным правительством <…> понимается новая форма организации деятельности органов государственной власти, обеспечивающая за счет широкого применения информационно-коммуникационных технологий качественно новый уровень оперативности и удобства получения организациями и гражданами государственных услуг и информации о результатах деятельности государственных органов» [Рас-

поряжение Правительства Российской Федерации «О Концепции формирования в Российской Федерации электронного правительства до 2010 года»].

Третьим способом образования терминологической лексики информационного права является морфологический способ. Среди разновидностей

68

морфологического способа при образовании терминологической лексики информационного права наиболее продуктивны следующие:

1.Суффиксальное образование. При анализе терминологической лексики информационного права выявлены номинации, образованные с помощью суффиксов. Особо распространены конструкции с суффиксами -циj-(а), -ность, -ниj-(е), -тель, -ник, -ор (информатизация, конфиденциальность, документирование, носитель (информации), собственник (информации), информатор).

2.Префиксально-суффиксальное образование. Встречаются лексические единицы, образованные с помощью приставки и суффикса (недостоверность (ин-

формации), оцифровка, прослушивание (телефонных переговоров)).

3.Словосложение. Во многих терминологиях, включая терминологию информационного права, используется способ образования сложных слов (докумен-

тооборот).

4.Сложно-суффиксальное образование. Достаточно часто употребляются термины, полученные сочетанием двух основ и суффикса (рекламодатель, ре-

кламораспространитель, телекоммуникация, вредоносная (программа)).

В современных условиях для сферы профессиональной коммуникации характерны две противоположно направленные тенденции: с одной стороны, конструируются преимущественно сложные многокомпонентные термины, с другой стороны, проявляется стремление передать большое количество специальной информации в ограниченные промежутки времени, в связи с чем для обеспечения удобства профессиональной коммуникации термины со сложной синтаксической структурой преобразуются в более простые и удобные для употребления конструкции – аббревиатуры (итал. abbreviatura от лат. brevis – краткий).

Под аббревиатурами понимаются и сокращенные формы исходных слов или словосочетаний (ИТ – информационные технологии, э-правительство – элек-

тронное правительство и др.), и появившиеся новые лексемы, употребляющиеся самостоятельно, без обращения к полным формам (Интернет – от англ. Internet, сокращение от Interconnected Networks – объединенные сети и др.). Оба варианта аббревиатур значительно облегчают коммуникационный процесс, экономя при этом используемые языковые средства и речевые усилия.

В сфере профессиональной коммуникации также используются дериваты, одна часть которых – русифицированная или просто русская, а другая (в основном начальная) представляет собой слово, морфему или аббревиатуру словосочетания, перенесенные из другого языка и отображаемые на письме посред-

ством букв языка-источника: web-сайт, web-страница, web-служба, www-сервер, HTML-документ, DDoS-атака и многие другие. Л.П. Крысин называет подобные образования «слова-кентавры» [Крысин, 2008, с. 173]. Такие наименования интенсивно используются и в документной речи, и в публицистике. В публицистических текстах, ориентированных на читателя-непрофессионала, значения уз-

коспециальных терминов поясняются: «Заместитель начальника главного управления безопасности и защиты информации (ГУБЗИ) Банка России (ЦБ) Артем

69

Сычев рассказал CNews о недавней DDoS-атаке (распределенный отказ в обслуживании, при котором из-за большого числа обращений сетевой ресурс перестает реагировать на запросы) на российские банки, которая затронула, в том числе, и регулятора этого рынка – сам ЦБ...» [CNews: издание о высоких техно-

логиях, URL].

В результате динамичного деривационного процесса в информационно-пра- вовом дискурсивном пространстве формируется корпус лексических единиц, номинирующих понятия данной области права. Важное значение в процессе терминологической деривации приобретают два взаимодополняющих фактора: уровень развития профессионального языка в сфере информационного права и уровень владения языком конкретными языковыми личностями. Изучение явлений и процессов деривации терминологической лексики информационного права в когнитивно-дискурсивном аспекте позволяет выявить механизм трансформации «глубинных» смыслов профессиональных понятий в семантическую структуру конкретной номинативной единицы и открывает широкие возможности для исследования совокупности таких языковых единиц, объединенных общностью содержания и отражающих семантическое сходство обозначаемых явлений. Все это свидетельствует о системности значения термина как основной терминологической единицы, то есть подтверждает необходимость рассматривать его не изолированно, а с позиций функционирования в конкретных речевых ситуациях информационно-правового дискурса, как «живую» коммуникативную единицу, представляющую собой конечный результат когнитивной деятельности специалиста и обеспечивающую профессиональную коммуникацию в данной области знания.

3.2. ОСОБЕННОСТИ СИНТАГМАТИКИ ТЕРМИНОЛОГИЧЕСКОЙ ЛЕКСИКИ ИНФОРМАЦИОННОГО ПРАВА

Динамика законотворческого процесса в области информационного права актуализирует задачу изучения терминологической лексики в синтагматическом аспекте. Для достижения целей профессиональной коммуникации необходимо знать не только значения простых и составных терминов, но и особенности их употребления в контексте – нормы сочетаемости, проявляющиеся как возможность (или невозможность) совместного употребления определенной терминологической единицы с другими языковыми единицами.

«Лингвистический энциклопедический словарь» определяет сочетаемость как «свойство языковых единиц сочетаться при образовании единиц более высокого уровня» [с. 483]. При этом синтагматические отношения понимаются как «отношения между знаками языка, возникающие между последовательно

70