Проблемы интеграции гуманитарного и естественнонаучного знания в современном образовании. Монография

ясно, что надежды на вакцину нет. В 1994 г. в США было 0,4 млн вирусоносителей (при ежегодном заражении 40–50 тыс. человек), в Африке уже инфицировано 21 млн человек (от 7 до 35% населения). «Если есть закон периодичности, то люди тоже подчиняются ему, и ситуация становится все опаснее и опаснее. Ведь на протяжении всей истории человечества число людей непрерывно росло невзирая на войны, голод, болезни. И увеличение числа людей происходит все с большей скоростью. Человечество слишком долго находится в полосе везения, в счастливой полосе» [141].

Экология и проблемы «надрыва» окружающей среды уже стали общими словами в литературе, часто экологическая терминология используется не к месту. Но в истории культуры можно выделить ведущие экологические кризисы [191].

1.Около 35 тыс. лет назад кроманьонский человек, уже имевший религию и искусство, при сходной технологии и образе жизни вытеснил неандертальца. Охота кроманьонцев была истребительной – мамонты, бизоны (в Америке), зубры (в Европе), дикие лошади истреблялись тысячами и хищнически. Население было редким, на Украине обитало всего 40 тыс. человек. «Мамонтовая фауна» депопуляризировалась и вырождалась, последние мамонты были карликами. Только изобретение псевдоохоты – скотоводства – спасло население от людоедства и вымирания.

2.Эдем, если он и существовал, то около VIII тыс. до н.э. в Сахаре, бывшей в те времена саванной, по которой кочевали люди с многочисленными стадами скота, ловившие рыбу в огромных озерах, охотившиеся на слонов и носорогов. Даже около 2500 г. до н.э. экспедиции фараонов привозили шкуры крокодилов, добытых в сахарских реках. Но уже с 2000 г. до н.э. опустынивание принимает критический характер. Пустыня Сахара – творение рук человека и стад его скота.

3.Около 2000 г. до н.э. в зоне древнейшей урбанизации во время добычи нефтепродуктов (для нужд медицины и мумификации) взорвался огромный подземный коллектор нефти. В Библии это событие известно как гибель Содома и Гоморры. Древние тексты города Эбла упоминают

оСидаму и Иамар – следовательно, миф имел реальные корни. После катастрофы нефть в Шумере (Южный Ирак) стала называться не масло

земли (э-кур), а масло зла (э-хул). В данном случае зафиксирована первая техногенная катастрофа.

4.Индская (Хараппская) цивилизация на огромной территории, превосходящей Шумер и Египет, интенсивно эксплуатировала долину Инда, леса: постройка судов, выплавка бронзы, обжиг кирпича для многоэтажных цитаделей и портовых сооружений. В зоне тропических муссонов была сведена почти вся растительность. Около 1700

г.до н.э. гигантское наводнение затопило и разрушило «великий город» Мохенджо-даро. Инд потерял многие притоки и изменил течение. Вторжение ариев завершило падение древнеиндской цивилизации.

5.Последняя катастрофа бронзового века носила глобальный характер. На острове Санторин, где находился крупнейший порт эгейцев, в глубоких штольнях добывали серебро и свинец. Постепенно вода просочилась в магматический очаг, вулкан оказался разбужен. Хотя население и было эвакуировано, последовавший взрыв Санторина вызвал цунами, тучи пепла засыпали острова Эгейского моря, лишив их на долгие годы плодородия. Энергия взрыва равнялась 300 тысячам миллионов киловатт-часов (эквивалент нескольких Н-бомб). Казни египетские, описанные в библейской книге «Исход», непосредственно связаны с компонентами санторинского извержения (ядовитые газы и пепел, цунами) и т.п. Хронологически катастрофу относят к 1450–1490 гг. ± 20 лет.

6.Опустошительное земледелие римлян. Еще этруски для нужд своего флота уничтожили непроходимый Иценский лес. Во время войн Римской республики в Италию согнали миллионы рабов, интенсивное сельское хозяйство основывалось на 50 переводных греческих трактатах. Колумелла (I в.) писал, что доходным может быть лишь хозяйство на научной основе, ему принадлежат термины «раб – палач земли», «усталость земли». Плиний Старший призывал отказаться от огромных латифундий и вернуться к мелким парцеллам. В имении Домиция Агенобарба на 10 тыс. га земли трудились несколько тысяч рабов, на 1/4 га вносилось до 18 возов навоза, люпин (сидерат – азотофиксатор) запахивался в почву без скашивания. Но и эксплуатация была высокой, с югера (1/40 га) получали в первый год 2600 л вина. Под Римом был холм Монте Тестаччо, состоящий из осколков 40 млн амфор. В III в.

вИталии – «земля усталая и истощенная… как управляющий, так и рабы мошенничают, а поле приходит в негодное состояние». В 324 г. император Константин, двор, сенаторы переезжают в Новый Рим на берегах Босфора, столицей Италии становится Равенна. В Готских войнах и от Юстиниановой чумы гибнет 90% латинского населения полуострова, он вторично зарастает лесами, до XI в. Италия политически не имеет никакого значения, только папы сохраняют имперские притязания.

7.Византия, потерявшая две трети территории из-за вторжений славян и арабов, в VIII в. вновь переходит в наступление, прототип рыцарской конницы – катафрактарии – из Малой Азии теснят армии халифов. В 717 г. огромная арабская армия Джунд Аллах была рассеяна «греческим огнем» у стен Константинополя. Непрерывные войны требовали вербовки наемников-северян, источником постоянного товарного кредита стали паволоки ткани из шелка и пуха ангорских коз, окрашенные кармином – кошинелью. Разведение коз и кошинелевых плантаций привело к опустыниванию средней части Малой Азии. Победив в 10 раз более населенный Халифат, Византия вскоре потеряла азиатские территории, где с середины XI в. стали кочевать турки-сельджуки, попавшие

впривычные степи.

8.Завоевавшие Испанию арабы ввели интенсивное поливное земледелие (слова «сахар», «абрикос», «фундук», «жасмин», «шафран» – арабоиспанского происхождения). На фоне «Темных веков», когда остальная Западная Европа, несчастная и опустошенная, прозябала в невежестве, мусульманская Испания была светочем образованности и комфорта. На севере находились христианские анклавы. Идальго (hidalgots – потомки готов) захватили ряд пограничных марок на севере полуострова. Так возникла Кастилия – Страна замков (castellum). При налетах летучей берберской конницы поля сжигались и вытаптывались, лишь скот удавалось спасать за стенами замков. Но раз продвинувшись, испанцы необратимо разрушали своими стадами каналы и арыки. Нашествие из Африки фанатиков – альморавидов – приостановило Реконкисту (1086), но уже в 1212 г. после битвы при Лас-Навас де Толоса почти вся Испания стала христианской. Дважды в год «Места» – объединение богатейших овцеводов – перегоняло стада с севера на юг и обратно. Несмотря на блестящие успехи испанского государства (гегемония в Европе, огромная

колониальная империя), земледелие приходило во все больший упадок, центр страны превратился в лунный пейзаж. Умирая, кардинал Ришелье сказал: «Песенка Испании спета».

9.После гибели в 1588 г. Великой армады (на нее ушло 5 млн столетних дубов Северной Испании) английской победой воспользовались голландцы, сбросившие испанское господство. Голландский торговый флот насчитывал 34 тыс. судов. Голландцы торговали сахаром, пряностями и восточными товарами, в устье Гудзона они заложили Новый Амстердам (будущийНью-Йорк),импринадлежалиостровавВест-Индии,Бразилия, Южная Африка, фактории по всему Зондскому архипелагу, Цейлон и Тайвань. В 1667 г. голландцы сожгли пригороды Лондона и прикрепили метлу к своим кораблям – вымели море от англичан. Самые богатые банки

имагазины были в Амстердаме, кредит можно было взять за ничтожный процент и на любую сумму. Голландцы инвестировали преобразования Петра I (только процент по этим займам достиг в 1800 г. 88 млн гульденов, выплаченных Александром I). Кроме того, Голландия – «образцовая ферма Европы». Но золотой век был недолог. Многочисленные предприятия сбрасывали в прибрежные воды различные отходы, микрофауна была угнетена, размножился лишенный естественных врагов моллюск – сверлильщик тередо (так называемый корабельный червь). В 1731 г. в море рухнула целая улица в Амстердаме, сваи начали ломаться, плотины – размываться. В Голландии «в высшей степени вредные морские черви из Вест-Индии вызвали неописуемый ущерб». Огромные средства были потрачены на реконструкцию плотин и дамб, ввели новые налоги (налог на соль был вдвое больше стоимости самой соли, налоги на чай и кофе взимались, даже если эти напитки совершенно не употреблялись).

Страна была спасена, но население впало в апатию из-за чрезмерных усилий. Когда Голландия была присоединена к Французской империи (она была названа «нанос французских рек»), никто не протестовал.

10.Экологический кризис XX в. носит глобальный характер, он основан на некоторых базовых принципах. За 70–75 лет жизни человек потребляет 56 т воды, 14 т углеводов (мука), 2,5 т белков (мясо, рыба) и 2,5 т жиров. Но даже на североамериканском рационе может прожить 45 млрд людей (при условии использования 8200 млн га обрабатываемой почвы (60% зерна теряется на полях – насекомые, грызуны, микроорганизмы).

Сельское хозяйство принципиально не продвинулось со времен «неолитической революции». Энергозатраты смещены в промышленность (в 6 раз больше, чем в аграрном секторе). Ведущий «вид» Земли – не человек, а автомобиль, символ комфорта и изоляции в перенаселенных городах, хотя один пассажирский поезд может заменить 500 легковых автомобилей. На бензин израсходованы все чистые нефти легких фракций и разрушены тысячи кубических километров горных пород; воздух над большой автострадой отравлен настолько, что проживание в домах на расстоянии 150–200 м эквивалентно отравлению боевыми газами из расчета 100 дней проживания равно 1 дню интенсивных газовых атак на фронтах Первой мировой войны. Общий вывод: сельское хозяйство и транспорт даже в самых развитых государствах неэффективны и убыточны с точки зрения человеческого качества.

Современный американский эколог Олдо Леопольд утверждает, что только экономисты принимают материальное изобилие за богатство. Разрыв между богатством и благосостоянием настолько велик, что даже самые оптимистичные сценарии развития не могут долговременно предсказывать высокие темпы прироста валового национального продукта и умеренно стабильную деловую активность. Давление современного темпа жизни настолько велико, что 80% североамериканцев обращаются к врачам, поскольку их иммунитет подавлен стрессами [203].

2.2. «Диффузия стимула» как важнейший фактор культурогенеза

Природные факторы, давление микроорганизмов и экологическая нестабильность сходятся в некой точке нестабильности 10-х гг. XXI в. По расчетам жрецов майа, базовые периоды «завершаются 21.12.2012 г., в тот день, который будет сопровождаться катаклизмами, разрушениями, как утверждают мифы, не менее страшными, нежели христианская концепция Армагеддона» (Р. Кейзер). В переломные эпохи старые факты приобретают новую силу. В эти периоды включается мифосоциальный механизм, названный ацтеками «война со временем». Чтобы отсрочить «Гибель 5-го Солнца», ацтеки вели войны со всеми соседями,

чтобы приносить жизненную субстанцию – сердца и кровь жертв для «питания» слабеющего Солнца. На практике восстанавливалась кровавая империя тольтеков (IX – середина XII в.); реализовывалась определенная политическая линия. Такие реверсии характерны для других культур: Древняя Греция началась с ахейцев и закончилась Ахейским союзом, финал Средневековья на Западе (XVI в.) создал колорит мрачных Средних веков, в эпоху величайшего экономического запустения Арабского Востока в Аравии возникает ваххабизм как возврат к первоначальному исламу. Крупнейший представитель поздневизантийской культуры Георгий Гемист Плифон пытался создать новую чисто философскую религию, основанную не на вере, а на логическом мышлении. Основой была взята древнегреческая религия: Бог Отец – Зевс как причина всего сущего, Логос Сын – Посейдон, Гелиос – Солнце как источник всякой материи. А.Дж. Тойнби отмечал, что в Аттике, «Элладе Эллады», процесс денудации (истощение, оголение почвы) завершился еще при Платоне, ко времени Плифона интенсивное земледелие придало всей Греции аскетический вид полупустыни, живописных, но безжизненных островов. Действительно, в последние века аскетизм пропитал византийскую церковь, приняв форму учения о внутреннем свете (исихазм). На закате цивилизация замыкается и взывает к своим скрытым мистическим и магическим истокам [197].

Всякая культура прежде всего ориентирована на ядро – хартланд

ипериферию – хинтерланд, именно в периферии (по линии границы – фронтира) заключается сила всякого государства, это подлинная среда власти. Т. Рузвельт (президент США в 1901–1909 гг.) писал о начале XX в.: «В то время считалось, что ни одна сколько-нибудь значительная нация не может обходиться без колоний. Мы были заражены всеобщим стремлением к созданию Империи». В хинтерланде государство совершенствует свои функции, избегает порочного круга замыкания в бюрократических структурах хартланда, где все предопределено и иерархиезировано.

Первое геополитическое сочинение появилось в Китае между 421

и310 гг. до н.э., это трактат «Гоюй» («Речи царств»). Там, в частности, высказываются мысли, что равновеликие союзники (2 сильных) проигрывают, если против них выступает союз – 1 сильный плюс 1 слабый,

даются характеристики «вертикальных» и «горизонтальных» союзовгосударств. Византийский император Константин VII Багрянородный (913–959) написал геополитическое сочинение «De administrando imperio» («Об управлении империей»), в котором утверждал, что только хитроумное политическое балансирование позволит Византийской империи выжить. В основу этой политики император положил следующие геополитические принципы.

1.На севере в холодном климате живут варвары. Они сильны физически, но невежественны. Варвары завидуют богатствам и цивилизованности Византии и всячески пытаются завладеть «державой ромеев».

2.Византия расположена в среднем климате, ее территория разбросана по островам и полуостровам, там среднее богатство и высокий уровень образования и культуры.

3.Страны сарацин – самые богатые и расположены в жарком климате, в глубине континента. Пытаясь найти удобные гавани, сарацины, используя свое процветание, всегда будут пытаться подчинить Византию.

Вербуя варваров на севере, византийцы удовлетворяют их алчность, ведя войны в богатых мусульманских странах, и остаются в выигрыше благодаря своему интеллекту.

Н. Макиавелли, прославлявший волю к власти, в «Государе», приводит геополитические выкладки в «Истории Флоренции», формулируя нуклеарную теорию, имея в виду возрастание могущества венецианцев: «Нужда, заставившая всех этих людей жить среди вод, принудила их подумать и о том, как, не имея плодородной земли, создать себе благосостояние на море. Их корабли стали плавать по всему свету, а город наполнился самыми разнообразными товарами, в которых нуждались жители других стран, каковые и стали посещать и обогащать Венецию». Для Макиавелли, как и для английского геополитика середины XIX в. Дж. Сили, «история – школа политики». Углубленное изучение других культур обогащает собственную культуру. В 1966 г. У.Э. Хокингем (Гарвард, США) писал: «Наши самые конкретные интересы потребуют более близкого знакомства с истоками восточного мироощущения, даже в тех случаях, когда сами представители Востока игнорируют эти традиции». С точки зрения геополитики Ближний Восток, Иран

иСредняя Азия – это Европа с азиатским колоритом; «Азиатская

Азия» – это Китай, Корея, Тибет, Монголия, Япония и Вьетнам; Индия

иЮго-Восточная Азия геополитически равноудалены и от Запада, и от «Азиатской Азии».

Нуклеарная теория выделяет города, возникшие благодаря торговле в устьях рек и на побережье – Париж на Сене, Лондон почти у устья Темзы, Петербург, Неаполь, Стамбул, Токио и т.д. Совсем другое дело Мадрид, Москва, Дели и подобные центры, расположенные точно по линии экономических коммуникаций как геополитический центр региона. Пока Япония проводила политику закрытой страны, официальной столицей был Киото в центре главного острова Хонсю, с началом вестернизации столица была перенесена к берегу Тихого океана, в Токио (1869).

На Западе Евразийского континента расположены Британские острова, дважды завоеванные мореходами норманнами (временно Кнудом Великим в 1016 г.). Ориентация на море привела после победы над испанской Великой Армадой (1588) к процветанию английской торговли

исозданию империи. Ориентированная на континентальную китайскую культуру, Япония и не пыталась бороться за талассократию (моревладычество) до 1592 г., когда регент-правитель Тоетоми Хидэеси попытался подчинить сначала Корею, а затем Китай, японские завоеватели в Азии не состоялись лишь вследствие слабости флота. Гибралтар и Сингапур – две стратегически важные точки Евразии, идентичные геополитически, принадлежали в XIX в. Великобритании. После того как Сингапур на японских инвестициях стал «четвертым тигром» восточно-азиатской экономики, превосходство Японии стало неоспоримым и в области мирового технологического и экономического лидерства. Поражения России под Севастополем в середине XIX в. и при Порт-Артуре в начале XX в. в крайних точках выхода к океанам предопределили «континентальный» вариант развития, ориентированный на автаркию и централизацию – обязательные доктрины континентальных держав, начиная с Ассирии

иПерсидского «царства стран».

Французский историк-географ Э. Реклю писал о России: «История России является: это попеременно или даже одновременно была история вторжений кочевых народностей и, вместе с тем, история колонизации земледельческих народностей. Безграничные просторы России облегчали чередование этих противоположных друг другу движений.

Безграничная власть, приобретенная центральным правительством, произошла отчасти в силу тех же условий – повелители одержавшего верх княжества не встречали на своем пути никаких препятствий, нигде не наталкивались они на неприступные крепости. Соратники на войне, командовавшие частями войск, держались вокруг своего повелителя, не образовывая мелких вассальных княжеств, как на Западе». Отсутствие четких географических границ предопределило в России лишь две ситуации из всех возможных: или Россия завоевывает, или Россию завоевывают.

Эльзас и Лотарингия вместе с Нидерландами (имея в виду старый термин – Бельгия и Голландия) геополитически отделяли запад и центр Европы и были узлом противоречий: а) противостояние Римской империи и германских племен в I–IV вв.; б) франко-германское соперничество едва ли не с распада империи Каролингов до середины ХХ в. Аналог в Азии – Армянское нагорье: а) буферная зона между римлянами и парфянами в древности; б) территория ожесточенных и опустошительных византийско-иранских (IV–VI вв.) и турецко-персидских (XIV–XVII вв.) войн. Апеннинский и Индостанский полуострова играли сходную роль, каждый для своего региона. Римляне объединили Средиземное море в огромный «общий рынок», добившийся в конце Античности ощутимого процветания. В XIII–XV вв. Италия лидирует в экономическом и культурном отношении. Индийская культура в период «великой колонизации» (I–III вв.) дала название Индокитайскому полуострову (кроме Вьетнама), и Зондский архипелаг стал «Островной Индией», в V–VIII вв. буддизм из Индии проникает в Китай, Корею, Тибет, Японию и становится господствующей религией. Аналогию дополняет далай-лама в Лхассе – правитель-теократ, подобный его католическому коллеге в Риме. Тибетская махаяна и все реалии Лхасы были восприняты первыми западными путешественниками как невероятная и чудовищная пародия на католицизм. Аналогичные условия всегда порождают конвергентные явления. А. Пиренн в книге «Великие течения всемирной истории» призывал слить географию и историю в единую геоисторию – точка зрения, с которой и нельзя не согласиться.

Изучение большинства культур доказывает, что они есть памятники эгоизму и страху. Их система начиналась с абсолютной власти одного над

другим, войны каждого со всем миром и совокупной борьбы человеческих сообществ с природой. Эти процессы завершались режимом управления во главе с лидирующими племенами, элитарными группами или изолированными высшими кастами. Кастеизм господствует не только в Индии, в скрытой форме он существует во всех культурах. Любое общество – комплекс 5–15 достаточно изолированных каст. В современном обществе существуют около 25 основных социально-профессиональных «псевдокаст», которые одновременно и реальны, и виртуальны. Именно кастеизм примиряет национальные и религиозные противоречия, смягчает и переориентирует классовые конфликты [196].

Статичные культуры никогда не изменяются без сильного внутреннего толчка. Пока технологические знания не распространяются, никакого прогресса не может быть, возможны лишь незначительные усовершенствования и изменения или еще более узкая специализация. Предоставленные сами себе культуры без новых внутренних технологических толчков обречены на болезни, нищету, дискомфорт, хронический голод, неравенство. Социальные движения в чистом виде даже еще более усугубляют это циклическое движение. Сама по себе чистая наука может порождать лишь ложную эпистемологию или, как пишет об этом Роджер Льюин, «в науке не перестает подтверждаться анонимный афоризм: “Я бы это не открыл, если бы в это не верил”». И, разумеется, верно правило: «Вы видите то, что хотите видеть, а не то, что видите». Приведем два характерных примера. В 674 г. Калинникон из Дамаска предложил «греческий огонь» (средневековый напалм) в борьбе с флотом арабов, в 941 г. им был сожжен флот киевского князя Игоря. Имея уникальное оружие, Византия продержалась как «крепость Европы» до 1453 г.

Победа корейско-китайских союзников над Японией в конце XVI в. была вызвана еще и тем, что вновь изобретенные корейские броненосцы – кобуксоны (суда-черепахи), покрытые металлическими листами и с мощной системой залпового огня, разметали легкие японские суда и оборвали связь сухопутной японской армии с метрополией. В первом случае «греческий огонь» блокировал усовершенствования вооружения полевой армии, сверхсекретный характер оружия не мог продвинуть ни химию, ни механику, после утери секрета сверхоружия Византия пала. Адмирал Ли Сун Син, введший на флоте кобуксоны, был осужден из-за интриг