Практика устного перевода. Учебное пособие
.pdfful, historical, artistically subtle in a way that science can’t capture, and
I found it fascinating. None of this had even a hope of any practical application in my life. But 10 year later, when we were designing the first Macintosh computer, it all came back to me. And we designed it all into the Mac. It was the first computer with beautiful typography. If I had never dropped it on that single course in college, the Mac would have never had multiple typefaces or proportionally spaced fonts. And since Windows just copied the
Mac, it’s likely that no personal computer would have them.
If I had never dropped out, I would have never dropped in on this calligraphy class, and personal computers might not have the wonderful typography that they do. Of course it was impossible to connect the dots looking forward when I was in college. But it was very, very clear looking backwards 10 years later. Again, you can’t connect the dots looking forward; you can only connect them looking backwards. So you have to trust that the dots will somehow connect in your future. You have to trust in something, your gut, destiny, life, karma, whatever. Because believing that the dots will connect down the road will give you the confidence to follow your heart, even when it lead you off the well-worn path, and that will make all the difference.
My second story is about love and loss. I was lucky I found what I loved to do early in life. Woz and I started Apple in my parents’ garage when I was
20. We worked hard, and in 10 years Apple had grown from just the two of us in a garage into a $2 billion company with over 4000 employees. We had just released out finest creation – the Macintosh – a year earlier, and I just turned 30. And then I got fired. How can you get fires from a company you started? Well, as Apple grew we hires someone who I thought was very talented to run the company with me, and for the first year or so things went well. But then our visions of the future began to diverge and eventually we had a falling out. When we did, our Board of Directors sided with him. So at 30 I was out. And very publicly out. What had been the focus of my entire adult life was gone, and it was devastating. I really didn’t know what to do for a few months. I felt that I had let the previous generation of entrepreneurs down – that I had dropped the baton as it was being passed to me. I met with David Packard and Bob Noyce and tried to apologize for screwing up so badly. I was a very public failure, and I even thought about running away from the valley. But something slowly began to dawn on me I still love what I did. The turn of events at Apple had not changed that one bit. I had been
11
rejected, but I was still in love. And so I decided to start over. I didn’t see it then, but it turned out that getting fired from Apple was the best thing that could have ever happened to me. The heaviness if being successful was replaced by the lightness of being a beginner again, less sure about everything. It freed me to enter one of the most creative periods of my life.
During the next 5 years, I started a company named Next, another company named Pixar, and fell in love with an amazing woman who would become my wife. Pixar went to create the world’s first computer animated feature film, Toy Story, and is now the most successful animation studio in the world. In a remarkable turn of events, Apple bought Next, and I returned to Apple, and the technology we developed at Next is at the heart of Apple’s current renaissance. And Laurene and I have a wonderful family together.
I’m pretty sure none of this would have happened if I Hadn’t been fired from Apple. It was awful tasting medicine, but I guess the patient needed it. Sometimes life hits you in the head with a brick. Don’t lose faith. I’m convinced that the only thing that kept me going was that I loved what I did.
You’ve got to find what you love. And that is as true for your work as it is for your lovers. Your work is going to fill a large part of your life, and the only way to be truly satisfied is to do what you believe is great work. And the only way to do a great work is to love what you do. If you haven’t found it yet, keep looking and don’t settle. As with all matters of the heart, you’ll know when you find it. And, like any great relationship, it just gets better and better as the years roll on. So keep looking. Don’t settle.
My third story is about death. When I was 17, I read a quote that went something like: «If you live each day as if it was your last, someday you’ll most certainly be right». It made an impression on me, and since then, for the past 33 years, I’ve looked in the mirror every morning and asked myself: «If today were the last day of my life, would I want to do what I am about to do today?» And whenever the answer has been «No» for too many days in a row, I know I need to change something. Remembering that I’ll be dead soon is the most important tool I’ve ever encountered to help me make the big choices in life. Because almost everything – all external expectations, all pride, all fear of embarrassment or failure – these thing just fall away in the face of death, leaving only what is truly important. Remembering that you are going to die is the best way I know to avoid the trap of thinking you have something to lose. You are already naked. There is no reason not to follow your heart.
12
About a year ago I was diagnosed with cancer. I had a scan at 7:30 in the morning, and it clearly showed a tumor on my pancreas. I didn’t even know what a pancreas was. The doctors told me this was almost certainly a type of cancer that is incurable, and that I should expect to live no longer than 3 to 6 months. My doctor advised me to go home and get my affairs in order, which is doctor’s code for prepare to die. It means to try to tell your kids everything you thought you’d have the next 10 years to tell them in just a few months. It means to make sure everything is buttoned up so that it will be as easy as possible for your family. It means to say your goodbyes. I lived with that diagnosis all day. Later that evening I had a biopsy, there they stuck an endoscope down my throat, through my stomach and into my intestines, put a needle into my pancreas and got a few cells from the tumor. I was sedated, but my wife, who was there, told me that when they viewed the cells under a microscope the doctors stated crying because it turned out to be a very rare form of pancreatic cancer that is curable with surgery. I had a surgery and thankfully I’m fine now.
This was the closest I’ve been to facing death, and I hope it’s the closest
I get for a few more decades. Having lived through it, I can now say this to you with a bit more certainly that when death was a useful but purely intellectual concept: No one wants to die. Even people who want to go to heaven don’t want to die to get there. And yet death is a destination we all share. No one has ever escaped it. And that is as it should be, because death is very likely the single best invention if life. It is Life’s change agent. It clears out the old to make way for the new. Right now the new is you, but someday not too from now, you will gradually become the old and be cleared away. Sorry to be so dramatic, but it is quite true. Your time is limited, so don’t waste it living someone else’s life. Don’t be trapped by dogma which is living with the results of other people’s thinking. Don’t let the noise of other’s opinions drown out your own inner voice. And most important, have the courage to follow your heart and intuition. They somehow already know what you truly want to become. Everything else is secondary.
When I was young, there was an amazing publication called «The Whole Earth Catalog», which was one of the bibles of my generation. It was created by a fellow named Stewart Brand not far from here in Menlo Park, and he brought it to life with his poetic touch. This was in the late 1960’s, before personal computers and desktop publishing, so it was all made with
13
typewriters, scissors and polaroid cameras. It was sort of like Google in paperback form, 35 year before Google came along: it was idealistic, overflowing with neat tools, and great notions.
Stewart and his team put out several issues of «The Whole Earth Catalog», and then when it had run its course, they put out a final issue. It was the mid-1970’s, and I was your age. On the back cover of the final issue was a photograph of an early morning country road, the kind you might find yourself hitchhiking on if you were so adventurous. Beneath it were the words: «Stay hungry. Stay foolish». It was their farewell message as they signed off. Stay hungry. Stay foolish. And I have always wished that for myself. And now, as you graduate to begin anew, I wish that for you. Stay hungry. Stay foolish. Thank you all very much».
Задание 5. Проанализируйте русский вариант перевода речи Стива Джобса, сопоставьте с оригиналом. Какие переводческие трансформации использовал переводчик? Прокомментируйте их.
Спасибо. Для меня большая честь быть с вами сегодня, когда вы заканчиваете один из лучших университетов мира. Честно говоря, я никогда не заканчивал колледж, и в этот момент я наиболее приближен к данному событию. Сегодня я хочу рассказать вам три истории из моей жизни. Вот и все. Ничего особенного. Всего три истории.
Первая история о сопоставлении фактов. Я бросил колледж Рида после первых 6 месяцев обучения, но потом появлялся там в течение еще 18 месяцев, прежде чем я действительно ушел. Так почему я ушел? Это началось еще до моего рождения. Моя биологическая мать была молодой, незамужней аспиранткой, и она решила отдать меня на усыновление. Она была убеждена, что меня должны усыновить выпускники колледжа, поэтому все было готово для того, чтобы меня усыновили при рождении адвокат и его жена. За исключением того, что, когда я родился, в последнюю минуту они решили, что хотят девочку. Таким образом, моим родителям, которые были в списке ожидания, ночью позвонили и спросили: «Неожиданно, но у нас есть для вас малыш; вы забираете его? Они сказали: «Конечно». Моя биологическая мама позже узнала, что моя мать никогда не оканчивала колледж и что мой отец никогда не оканчивал среднюю школу. Она отказалась подписывать документы об окончательном усыновлении. Она уступила лишь несколько месяцев спустя, когда мои родители пообещали, что я пойду в колледж. Это было начало моей жизни.
14
И 17 лет спустя я поступил в колледж. Но я наивно выбрал колледж, который был почти таким же дорогим, как Стэнфорд, и все сбережения моих родителей из рабочего класса были потрачены на обучение в колледже. После шести месяцев я не видел в этом никакой ценности. Я понятия не имел, чем хочу заниматься в жизни, и понятия не имел, как колледж поможет мне в этом разобраться. И здесь я тратил все деньги, которые мои родители копили всю свою жизнь. Поэтому
ярешил бросить учебу и надеялся, что все будет хорошо. В то время это было довольно страшно, но, оглядываясь назад, это было одним из лучших решений, которые я когда-либо принимал. В ту минуту, когда
ябросил учебу, я мог перестать посещать необходимые занятия, которые меня не интересовали, и начать посещать те, которые выглядели
интересными. Все это было романтично. У меня не было комнаты
вобщежитии, поэтому я спал на полу в комнате друга, я возвращал бутылки Кока-колы за пять центов, чтобы купить еду, и каждый воскресный вечер я проходил семь миль по городу, чтобы получить один хороший ужин в неделю в храме «Харе Кришна». Мне это нравилось. И многое из того, с чем я столкнулся, следуя своему любопытству и интуиции, впоследствии оказалось бесценным.
Позвольте мне привести один пример: в то время Reed College предлагал, возможно, лучшее обучение каллиграфии в стране. По всему кампусу каждый плакат, каждая этикетка на каждом ящике были красиво оформлены каллиграфическим почерком. Поскольку я бросил учебу и не должен был посещать обычные занятия, я решил пойти на урок каллиграфии, чтобы научиться этому. Я узнал о шрифтах Serif и Sans serif, о разнице в расстоянии между различными комбинациями букв, о том, что делает великолепную типографию великолепной. Это было красиво, исторически, художественно утонченно, так, как наука не может уловить, и я находил это захватывающим. Ничего из этого не имело даже надежды на практическое применение в моей жизни. Но 10 лет спустя, когда мы проектировали первый компьютер Macintosh, все это пригодилось мне. И мы разработали все это для Mac. Это был первый компьютер с красивой типографией. Если бы я не записался на тот курс
вколледже, у Mac никогда не было бы многократных или пропорционально расположенных шрифтов. А поскольку Windows просто скопировала Mac, вполне вероятно, что их не было бы ни на одном персональном компьютере.
15
Если бы я не бросил учебу, я бы никогда не зашел в этот класс каллиграфии, и на персональных компьютерах не было бы такой замечательной типографии, как сейчас. Конечно, когда я учился в колледже, было невозможно связать все воедино. Но это было очень, очень ясно, оглядываясь назад 10 лет спустя. Опять же, вы не можете сопоставить факты, глядя в будущее; вы можете только сопоставить их, оглядываясь в прошлое. Поэтому вы должны верить, что каким-то образом все в вашем будущем свяжется воедино. Вы должны доверять чему-то, своей интуиции, судьбе, жизни, карме, чему угодно. Потому что вера в то, что точки соединят вас по дороге, придаст вам уверенность в то, что вы следуете своему сердцу, даже если оно уведет вас с изношенного пути, и в этом вся разница.
Моя вторая история – о любви и потере. Мне повезло, что я нашел любимое дело в раннем возрасте. Воз и я основали Apple в гараже моих родителей, когда мне было 20. Мы упорно работали, и за 10 лет Apple выросла из нас двоих в гараже в компанию стоимостью 2 миллиарда долларов с более чем 4000 сотрудниками. Мы только что выпустили лучшее творение – Macintosh – годом ранее, и мне только что исполнилось 30. А потом меня уволили. Как вы можете быть уволенным из компании, которую вы создали? По мере роста Apple мы наняли коекого, кто, по моему мнению, очень талантлив, чтобы управлять компанией вместе со мной, и в первый год, или около того, все шло хорошо. Но потом наше видение будущего стало расходиться, и в итоге мы поссорились. Совет директоров встал на его сторону. Итак, в 30 я был выгнан. И очень публично. То, что было смыслом всей моей сознательной жизни, исчезло, и это было разрушительно. Я действительно не знал, что делать в течение нескольких месяцев. Я чувствовал, что подвел предыдущее поколение предпринимателей – что я уронил эстафетную палочку, когда ее передавали мне. Я встретился с Дэвидом Паккардом и Бобом Нойсом и попытался извиниться за то, что все испортил. Я был очень публичным провалом, и я даже думал о том, чтобы сбежать из долины. Но постепенно до меня начало доходить, что я все еще люблю то, что я делал. Поворот событий в Apple не изменил этого ни на йоту. Меня отвергли, но я все еще был влюблен. Поэтому я решил начать все сначала. Тогда я этого не замечал, но оказалось, что увольнение из Apple – лучшее, что могло со мной случиться. Тяготы успеха сменились
16
легкостью вновь стать новичком, менее уверенным во всем. Это позволило мне войти в один из самых творческих периодов моей жизни.
В течение следующих пяти лет я основал компанию Next, еще одну компанию Pixar, и влюбился в удивительную женщину, которая стала моей женой. Pixar создала первый в мире компьютерный анимационный художественный фильм «История игрушек» и теперь является самой успешной анимационной студией в мире. В результате замечательного поворота событий Apple купили Next, я вернулся в Apple, и технология, которую мы разработали в Next, лежит в основе нынешнего возрождения Apple. И у нас с Лорен замечательная семья.
Я уверен, что ничего из этого не произошло бы, если бы меня не уволили из Apple. Лекарство было отвратительным на вкус, но я думаю, что пациент нуждался в нем. Иногда жизнь бьет тебя кирпичом по голове. Не теряйте веру. Я убежден, что единственное, что поддерживало меня, – это то, что я любил то, что делал. Ты должен найти то, что любишь. И это касается как вашей работы, так и личной жизни. Ваша работа заполнит большую часть вашей жизни, и единственный способ быть полностью довольным – делать то, что вы считаете великим делом. И единственный способ делать великие дела – любить то, что вы делаете. Если вы еще не нашли его, продолжайте искать и не останавливайтесь. Как и во всех сердечных делах, вы узнаете, когда найдете его. И, как и любые хорошие отношения, с годами они становятся все лучше и лучше. Так что продолжайте искать. Не останавливайтесь.
Моя третья история о смерти. Когда мне было 17, я прочитал цитату, которая звучала примерно так: «Если вы живете каждый день так, как будто он последний, когда-нибудь вы наверняка окажетесь правы». Это произвело на меня впечатление, и с тех пор, в течение последних 33 лет, я каждое утро смотрел в зеркало и спрашивал себя: «Если бы сегодня был последний день моей жизни, хотел бы я сделать то, что собираюсь сделать сегодня?». И всякий раз, когда ответ был «Нет» слишком много дней подряд, я знал, что мне нужно что-то изменить. Осознание того, что я скоро умру, – самый важный инструмент, с которым я когда-либо сталкивался, чтобы помочь мне сделать большой выбор в жизни. Потому что почти все внешние ожидания, вся гордость, весь страх смущения или неудачи – эти вещи просто исчезают перед лицом смерти, оставляя только то, что действительно важно. Помнить, что ты
17
умрешь, – лучший из известных мне способов избежать ловушки, думая, что тебе есть что терять. Ты уже голый. Нет причин не следовать зову сердца.
Около года назад мне диагностировали рак. У меня было сканирование в 7:30 утра, и оно ясно показывало опухоль в поджелудочной железе. Я даже не знал, что такое поджелудочная железа. Врачи сказали мне, что это почти наверняка неизлечимый вид рака, и что я должен ожидать, что проживу не более 3–6 месяцев. Мой врач посоветовал мне пойти домой и привести в порядок свои дела, что на языке врачей означает подготовиться к смерти. Это означает попытаться рассказать за несколько месяцев своим детям все, на что, казалось, у тебя есть еще 10 лет. Это означает, что все дела должны быть улажены, чтобы у твоей семьи не было никаких проблем. Это означает попрощаться. Я жил с этим диагнозом весь день. Позже, тем же вечером, мне сделали биопсию, мне в горло поместили эндоскоп так, чтобы он доставал до желудка и кишечника, взяли несколько клеток из опухоли поджелудочной железы. Я был под наркозом, но моя жена, которая была там, рассказала мне, что, когда врачи посмотрели клетки под микроскопом, они начали плакать. Оказалось, что это была очень редкая форма рака поджелудочной железы, которую можно вылечить хирургическим путем. Мне сделали операцию и, к счастью, сейчас я в порядке.
Я никогда еще не был так близок к смерти, и надеюсь, что такое не повторится еще несколько десятилетий. Пережив это, я могу теперь говорить об этом с вами с большей уверенностью, чем, когда смерть была для меня просто теоретической концепцией: никто не хочет умирать. Даже люди, которые хотят попасть на небеса, не хотят умирать, чтобы туда добраться. И все же смерть рано или поздно настигнет каждого из нас. Никто никогда не избегал ее. Так и должно быть, потому что смерть, наверное, самое лучшее изобретение жизни. Это фактор изменения жизни. Он очищает старое, чтобы проложить дорогу новому. Сейчас новое – это вы, но пройдет немного времени, и вы постепенно станете старыми и будете убраны с дороги. Простите за драматизм, но это правда. Ваше время ограничено, так что не тратьте его на чужую жизнь. Не попадайтесь в ловушку мысли о том, что вы должны жить так, как решили другие люди. Не позволяйте шуму чужих мнений заглушить ваш внутренний голос. И самое главное, имейте мужество сле-
18
довать своему сердцу и интуиции. Они каким-то образом уже знают, кем ты на самом деле хочешь стать. Все остальное вторично.
Когда я был молод, была удивительная публикация под названием «Каталог всей Земли», которая была одной из библий моего поколения. Он был создан человеком по имени Стюарт Бранд недалеко отсюда, в Менло-Парке, и он подарил ему жизнь благодаря своему поэтическому дару. Это было в конце 1960-х, до персональных компьютеров и настольных издательств, поэтому все было сделано с помощью печатных машинок, ножниц и полароидов. Это было похоже на Google в мягкой обложке, за 35 лет до появления Google: это было идеалистично, переполнено аккуратными инструментами и отличными идеями.
Стюарт и его команда выпустили несколько выпусков Каталога всей Земли, а затем, когда он закончил свою работу, они выпустили последний выпуск. Это было в середине 1970-х, и я был вашего возраста. На задней обложке последнего номера красовалась фотография проселочной дороги, по которой можно было бы проехать автостопом, если бы вы были такими авантюрными. Под ней были слова: «Оставайся жаждущим. Оставайся безрассудным». Это было их прощальное послание «Оставаться жаждущим. Оставаться безрассудным». И я всегда желал этого для себя. А теперь, когда вы заканчиваете колледж и начинаете новую жизнь, я желаю этого и вам. Оставайтесь жаждущими. Оставайтесь безрассудными. Большое всем спасибо».
Задание 6. Перейдите по ссылке: https://www.youtube.com/watch?v= p-iFl4qhBsE, прослушайте и переведите речь Эммы Уотсон.
Задание 7. Переведите текст речи Эммы Уотсон с английского языка на русский.
Today we are launching a campaign called for «He For She». I am reaching out to you because we need your help. We want to end gender inequality, and to do this, we need everyone involved. This is the first campaign of its kind at the UN. We want to try to mobilize as many men and boys as possible to be advocates for change. And we don’t just want to talk about it. We want to try and make sure that it’s tangible. I was appointed as Goodwill
Ambassador for UN Women six months ago. And the more I spoke about feminism, the more I realized that fighting for women’s rights has too often become synonymous with man-hating. If there is one thing I know for cer-
19
tain, it is that this has to stop. For the record, feminism by definition is the belief that men and women should have equal rights and opportunities. It is the theory of political, economic and social equality of the sexes. I started questioning gender-based assumptions a long time ago. When I was 8, I was confused for being called bossy because I wanted to our parents, but the boys were not. When at 14, I started to be sexualized by certain elements of the media. When at 15, my girlfriends started dropping out of sports teams because they didn’t want to appear muscly. When at 18, my male friends were unable to express their feelings. I decided that I was a feminist, and this seemed uncomplicated to me. But my recent research has shown me that feminism has become an unpopular word. Women are choosing not to identify as feminists. Apparently, I’m among the ranks of women whose expressions are seen as too strong, too aggressive, isolating, and anti-men. Unattractive, even. Why has the word become such an uncomfortable one? I am from Britain, and I think it is right I am paid the same as my male counterparts. I think it is right that I should be able to make decisions about my own body. I think it is right that women be involved on my behalf in the policies and decisions that will affect my life. I think it is right that socially, I’m afforded the same respect as men. But sadly, I can say that there is no one country in the world where all women can expect to see these rights. No country in the world can yet say that they achieved gender equality. These rights, I consider to be human rights, but I am one of the lucky ones. My life is a sheer privilege because my parents didn’t love me less because I was born a daughter. My school did not limit me because I was a girl. My mentors didn't assume that I would go less far because I might give birth to a child one day. These influences were the gender equality ambassadors that made me who I am today. They may not know it, but they are the inadvertent feminists that are changing the world today. We need more of those. And if you still hate the word, it is not the word that is important. It’s the idea and the ambition behind it, because not all women have received the same rights I have. In fact, statistically, very few have. In 1997, Hillary Clinton made a famous speech in Beijing about women’s rights. Sadly, many of the things that she wanted to change are still true today. But what stood out for me the most was that less than thirty percent of the audience were male. How can we effect change in the world when only half of it is invited or feel welcome to participate in the conversation?
20