Модернизация университетского образования. Историко-культурные и философские основы
.pdfБАЛТИЙСКИЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ им. ИММАНУИЛА КАНТА
А. А. Грибанькова
МОДЕРНИЗАЦИЯ УНИВЕРСИТЕТСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ: ИСТОРИКО-КУЛЬТУРНЫЕ
И ФИЛОСОФСКИЕ ОСНОВЫ
Издательство Балтийского федерального университета им. Иммануила Канта
2011
1
УДК 378.046.4 ББК 74.58
Г820
Рецензенты
Н. В. Тамарская, доктор педагогических наук, профессор, директор филиала Российского государственного гуманитарного университета в г. Калининграде;
В.В. Фадеева, профессор кафедрыинформационного обеспечения ОВД Калининградского юридического института МВД РФ
Грибанькова А. А.
Г820 Модернизация университетского образования: исто- рико-культурные и философские основы. — Калининград: Изд-во БФУ им. И. Канта, 2011. — 77 с.
Рассматриваются концептуальные подходы к пониманию модернизационных процессов в обществе, историко-культурные и философские предпосылки становления университета как центра научных исследований и подготовки специалистов.
Проведенные исследования будут полезны преподавателям и руководителям образовательных учреждений высшего профессионального образования, а также всем тем, кто проявляет интерес к актуальным проблемам современной педагогики.
УДК 378.046.4 ББК 74.58
© Грибанькова А. А., 2011 © БФУ им. И. Канта, 2011
2
ВВЕДЕНИЕ
Анализ философских и культурологических дискуссий, ведущихся вокруг современных академических ценностей и университета как воплощения идеалов науки и образования, показывает, что на рубеже XX и XXI вв. меняется не просто политическая или экономическая ситуация, стимулирующая модернизационные процессы в образовании, но сама форма организации академической жизни. Университет как ресурс для подготовки высококвалифицированных кадров и создания экономически эффективных инновационных технологий стал одним из главных элементов конкуренции между странами. И в этом качестве ему необходимо перестраивать свою внутреннюю культуру в соответствии с требованиями, которые предъявляются правительствами, промышленными компаниями, студентами, международными ассоциациями. Внедрение элементов корпоративного управления в структуру процессов подготовки и проведения исследований, организации педагогического процесса, ориентированных на иные системы ценностей, приводит к нарастанию напряжения, когда новая система управления сталкивается с естественными ограничениями возможностей контроля в отношении результатов и сроков научного исследования, гарантий его качества и добросовестности, отсутствием формальных критериев культурного значения тех или иных научных достижений. За столетия развития наука выработала свои способы внутренней регуляции, основанные на коллегиальной оценке как способе получения признания результатов научного труда. Широкая автономия и коллегиальность обеспечивали нужную степень академических свобод, которые были предпосылкой объективности научных результатов. Слабо поддаются формализации педагоги-
3
ческие составляющие труда педагога-ученого. Очевидно, что тем самым возникает конфликт между ценностными ориентациями, который может происходить как в административных границах университета, так и внутри личности ученого. На уровне миссии университета данный конфликт может проявляться как попытка «примирить» два противоречащих друг другу вектора развития — университета как эффективной организации, чей успех измеряется в количественных показателях (число студентов, патентов и инновационных предприятий, связанных с вузом, и т.д.), и университета как центра культуры, сохраняющего традиции и ценности национального самосознания, научного мировоззрения и критической рефлексии; и здесь экономический подход перестает быть уместным. Такие ценностные ориентации отражают оппозицию «традиции — инновации», свойственную эволюции сложных социальных систем. Игнорирование любого из этих полюсов подвергает опасности особую роль университета в обществе. Выход, который видится специалистам в области образования и философам, заключается в том, что университет должен интегрировать оба этих вектора, сохраняя за собой возможность критической рефлексии и детерминации собственного пути развития, не отрицая инновации и поддерживая традиции.
В настоящее время Россия сталкивается с влиянием не получивших до настоящего времени в отечественной науке педагогического осмысления глобальных тенденций в сфере подготовки специалистов-исследователей. Примером тому служит присоединение РФ к Болонскому соглашению, которое из частного политического процесса, направленного на повышение качества подготовки и мобильности квалифицированных кадров в Европейском союзе, стало основой для реформирования системы профессионального образования в России и других странах мира. Болонские соглашения рассматривают аспирантуру (докторантуру в терминологии западного образования) как третью ступень образования, которая также должна строить свою работу на соответствующих базовых принципах. Кроме Евросоюза мощным центром влияния на развитие уни-
4
верситетских исследований оказались США и страны англосаксонской культуры, которые аккумулируют все большее количество молодых исследователей.
В отечественной науке значительный вклад в понимание модернизационных процессов в образовании внесли работы В. И. Байденко, В. А. Болотова, Е. В. Бондаревской, М. Н. Костиковой, М. В. Ларионовой, Н. Д. Никандрова, А. В. Петровского, В.А. Садовничего, Н.К. Сергеева, В.В. Серикова, В.А. Сластёнина, В. Д. Шадрикова и др.
Среди российских педагогов, историков и других специалистов, занимающихся проблемами зарубежной высшей школы, можно отметить труды Д. М. Берковича, Т. С. Георгиева, А.Н. Джуринского, Г.Д. Дмитриева, С.А. Запрягаева, З.Н. Мальковой, A. M. Митиной, О. В. Кореньковой, Л. Н. Пивневой, В. И. Петрищева, И. З. Шахниной и т. д.
5
Глава 1. КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ПОДХОДЫ
КПОНИМАНИЮ МОДЕРНИЗАЦИИ И РОЛИ НАУКИ
ВЭВОЛЮЦИИ ОБЩЕСТВА
За последние десятилетия понятие модернизации стало одним из популярнейших способов описания процессов, происходящих в обществе, экономике и культуре. В то же время содержательные характеристики модернизации редко эксплицируются, в связи с чем это понятие используется нерефлексивно и зачастую является лишь идеологическим штампом, за которым скрываются более сложные социальные реалии.
Вшироком смысле термин «модернизация» (фр. modernisation, от moderne — новейший, современный) обозначает изменение в соответствии с новыми требованиями и нормами, например модернизация (обновление) технического оборудования, производственного процесса и т.п.
Всоциальных науках понятие модернизации относится к модели эволюционного перехода от «до-современного» или «традиционного» к «современному» обществу, от аграрного —
киндустриальному, «обществу модерна и постмодерна». Общие представления о модернизации описаны в различных фи- лософско-исторических, политических, экономических теориях социальной эволюции и предстают в виде определенной модели или шаблона общественной жизни и индивидуального поведения, который, как правило, возникает в обществах, достигших соответствующего уровня развития [Brugger, 1983; Dixon, 2008]. Модернизация в этом контексте представляется как «совокупность социальных, экономических, политических, культурных и иных процессов, связанных с переходом от традиционного (доиндустриального, аграрно-традициона-
6
листского) общества к современному индустриальному и формирующемуся постиндустриальному обществу, основанному на инновациях во всех сферах жизни» [Пантин, 2004, с. 7].
В конце XIX — начале XX в. в представлениях о специфике исторического развития Европы появилась дихотомия «традиционное — современное». Обычно историки связывают процессы модернизации с урбанизацией и индустриализацией, а также распространением образования. Как отмечает Д. Кендалл, урбанизация сопровождается модернизацией и быстрыми процессами индустриализации [Kendall, 2007, p. 11]. В критических социологических теориях модернизация объясняется всеобъемлющей рационализацией общественного сознания. По мере развития модернизационых процессов в социуме индивидуальность начинает цениться намного выше и в конце концов индивидуум становится основной ячейкой общества, заменяя семью или общину.
Исторически идея модернизации относительно нова. Ее корни могут быть найдены в возникшей в эпоху Просвещения XVIII в. идее прогресса, суть которой состоит в убеждении, что человек может самостоятельно совершенствовать и изменять общественное устройство. Пока люди были не в состоянии существенно влиять на природную среду, а аграрные общества оставались в ловушке устойчивого равновесия (из поколения в поколение почти никаких серьезных трансформаций не происходило), идея прогресса человечества выглядела нереалистичной [Инглхарт, 2011]. Ситуация стала другой только с появлением устойчивого экономического роста. Когда в конце Средневековья торговая революция создала предпосылки для развития доиндустриального капитализма в городах Западной Европы, темпы экономического роста начали стабильно опережать прирост населения [Landes, 1998]. Этот процесс породил философские доктрины гуманизма и просвещения. Идея о том, что технические новшества, возникающие в результате постоянного развития науки, позволят человеку преодолеть наложенные на него природой ограничения, обрела правдоподобие и бросила вызов общепринятому тогда мнению: свобода и самореализация возможны лишь на том свете.
7
Наука превратилась в источник знаний, соперничавший с божественным откровением и пошатнувший интеллектуальную монополию церкви, которая яростно отстаивала вечность и незыблемость феодального общества [Landes, 1998]. Так образовалась концепция прогресса человечества, а на ее основе начала формироваться и теория модернизации.
Рассматриваемая теория возникла в эпоху Просвещения вместе с убежденностью в том, что технический прогресс даст человечеству власть над природой. Одним из первых идею того, что технический прогресс и экономические изменения могут повлечь за собой трансформации в моральных и культурных ценностях народа, высказал французский философ Антуан де Кондорсе, который первым попытался обосновать связь экономического и социального развития и возможность непрерывного прогресса человечества. Он утверждал, что развитие техники и науки поможет людям обрести власть над силами природы, а прогресс технический в конечном итоге будет способствовать социальному развитию.
Как отмечает Р. Инглхарт, идея прогресса оказала мощное воздействие на социальную философию, однако с самого момента возникновения этой идеи и вплоть до наших дней существует и противоположное течение, проповедующее неизбежность социального упадка и возврата человечества к «новому средневековью». Подобную «антимодернизационную» концепцию сформулировал, в частности, Э. Берк в своей книге «Размышления о революции во Франции». Т. Р. Мальтус разработал научную теорию демографических катастроф — предтечу сегодняшних теорий «пределов роста» и экологических рисков [Инглхарт, 2011].
По мнению П. Штомпки, попытки понять механизмы социальной эволюции и вектор развития общества в XIX в. привели к появлению трех классических концепций социальных и исторических изменений: теории эволюции, теории социальных циклов и концепции исторического материализма К. Маркса [Штомпка, 2005].
Основоположники концепции эволюционизма применительно к социальному развитию — О. Конт и Г. Спенсер, которые
8
в своих размышлениях опираются на метафору общества как непрерывно растущего организма. Согласно их мнению, рост социального организма подчиняется общим законам развития природы и происходит от простого к сложному, от хаоса к упорядоченности, от одномерности к специализации и т.д. Этот рост и означает прогресс, т.е. увеличение внутренней интеграции и улучшение функционирования и адаптации к окружению. Таким образом, эволюция общества представляется как разворачивание заложенных в нем тенденций, подчиняющееся логике прогресса как движения к более совершенному состоянию и проходящее в этом процессе определенные этапы. Критерием развития устанавливается степень дифференциации социальных структур и функций, усложнение и специализация элементов социальной реальности. Эволюция общества жестко детерминирована предыдущими стадиями процесса, и, следовательно, люди не могут изменить вектор социальных трансформаций. Идея прогресса предполагает, что каждое последующее состояние общества лучше предыдущего. Закономерности и механизмы развития являются универсальными и общими для людей, и, соответственно, оно проходит одинаковые фазы и стадии и не может перескочить через этап. Как отмечает П. Штомпка, в истории не бывает «сокращенных путей» [Штомпка, 2005, с. 515]. Поэтому все общества, как считали О. Конт и Г. Спенсер, вынуждены идти по одной схеме в своей эволюции, и меняться может только скорость движения по пути социального прогресса.
Значительный вклад в развитие идей О. Конта и Г. Спенсера внес французский социолог Э. Дюркгейм, разработавший систему представлений о социальной структуре и эволюции общества и подчеркивающий взаимозависимость институтов общества и их взаимодействия в сохранении культурного и социального единства. Самая известная работа автора — «О разделении общественного труда», в которой описывается то, как возникает и поддерживается социальный порядок, дается представление о том, как примитивные общества осуществляют переход к экономически более развитому индустриаль-
9
ному обществу. Дюркгейм предположил, что в капиталистическом обществе с его сложным разделением труда экономическое регулирование необходимо для социального порядка. Ученый подчеркнул, что переход от примитивного социального порядка к более развитым формам индустриального общества неизбежно приводит к кризису и беспорядкам. Дюркгейм создал концепцию социальной эволюции, в рамках которой попытался продемонстрировать, как общества и культуры развиваются во времени, подобно живому организму. По существу, автор провел аналогию между социальной эволюцией и биологической. Как и организмы, общественный прогресс проходит через несколько этапов, начиная с более простых уровней и переходя к более сложным. По Дюркгейму, движущей силой развития и общества, и живой природы является потребность адаптироваться к изменениям окружающей среды. Общество приспосабливается к ним, но среда эта не только и не столько имеет физическую природу, сколько культурную и социальную: люди взаимодействуют друг с другом, общество — с другими обществами, и данные взаимодействия вносят свой вклад в развитие и прогресс. Человеческое общество эволюционирует от организационных форм, опирающихся на «механическую солидарность», к таким, в которых доминирует «органическая солидарность». Для первого типа характерны низкий уровень интеграции и слабая связь, зависимость людей друг от друга, своего рода «атомизация» членов общества. Каждый человек представляется в значительной мере «самодостаточным», и в производственном процессе все люди делают нечто похожее (то же самое, что остальные). Для сохранения целостности общества необходимы мощный аппарат насилия и репрессий, жесткие законы и крайние меры наказаний. Второй тип общества, напротив, отличается тем, что отдельные его члены органично вливаются в социальный порядок; достигается высокий уровень интеграции и взаимозависимости между людьми. Каждый в значительной мере зависит от продукции, производимой другим человеком. Все выполняют очень разные, но взаимно важные, дополняющие
10