Комментарий к Федеральному закону от 29 декабря 2006 г. № 264-ФЗ О развитии сельского хозяйства (постатейный)

венной поддержке производства и реализации сельскохозяйственной продукции в Саратовской области»; Закон Новосибирской области от 8 декабря 2006 г. № 61-ОЗ «О государственной поддержке сельскохозяйственного производства в Новосибирской области» и т.д.

В рамках данного направления законами субъектов РФ могут регламентироваться отдельные направления государственной поддержки АПК, как по видам деятельности, так и по категориям сельских товаропроизводителей. В качестве примера можно привести Закон Волгоградской области от 4 ноября 2003 г. № 880-ОД «О государственной поддержке лизинговой деятельности в агропромышленном комплексе, рыболовстве и природоохранной сфере Волгоградской области» и Закон Республики Башкортостан от 8 декабря 2006 г. № 389-з «О государственной поддержке сельскохозяйственных потребительских кооперативов в Республике Башкортостан».

В-третьих, принимаются законы субъектов РФ, регулирующие наделение органов местного самоуправления соответствующими государственными полномочиями в сфере регулирования сельскохозяйственной деятельности. Например, в их числе Закон Оренбургской области от 6 декабря 2006 г. № 818/158-IV-ОЗ «О наделении органов местного самоуправления муниципальных районов (городских округов) Оренбургской области отдельными государственными полномочиями в сфере регулирования и поддержки сельскохозяйственного производства»; Закон Пермского края от 19 декабря 2006 г. № 48-КЗ «О передаче органам местного самоуправления Пермского края отдельных государственных полномочий по поддержке сельскохозяйственного производства»; Закон Новосибирской области от 16 декабря 2006 г. № 75-ОЗ «О наделении органов местного самоуправления в Новосибирской области отдельными государственными полномочиями Новосибирской области по государственной поддержке сельскохозяйственного производства»; Закон Саратовской области от 8 декабря 2006 г. № 130-ЗСО «О наделении органов местного самоуправления отдельными государственными полномочиями в сфере поддержки сельскохозяйственного производства» и т.д.

В-четвертых, могут приниматься специальные законы по отдельным отраслям сельскохозяйственного производства. В качестве примера можно привести Закон Магаданской области от 6 декабря 2006 г. № 776-ОЗ «О ветеринарии в Магаданской области»; Закон Волгоградской области от 28 апреля 2006 г. № 1219-ОД «О пчеловодстве»; Закон Оренбургской области от 1 октября 1997 г. № 150/44-ОЗ «О семеноводстве» и т.д.

Данный обзор не носит исчерпывающего характера. Важным здесь представляется то, что комментируемый закон расширяет полномочия органов государственной власти в реализации мер государственной поддержки АПК, в связи с чем, неизбежен дальнейший рост регионального законодательства.

5. Определенные меры в сфере развития сельского хозяйства могут принимать и органы местного самоуправления в пределах своей компетенции. При этом данные органы могут, как реализовывать делегированные им государственные полномочия, так и осуществлять поддержку сельских товаропроизводителей в ходе решения вопросов местного значения. Так, в Оренбургской области органы местного самоуправления муниципальных районов и городских округов наделяются отдельными государственными полномочиями по следующим направлениям государственного регулирования и поддержки сельскохозяйственного производства:

а) создание условий для технологического и экономического развития сельскохозяйственного производства муниципального района (городского округа);

б) государственная поддержка сельскохозяйственного производства по следующим направлениям и видам: субсидирование животноводческой продукции; финансирование мероприятий по комплексному агрохимическому окультуриванию полей и по залужению низкопродуктивной пашни; компенсация части затрат на приобретение средств химизации; компенсация расходов по содержанию объектов социальной инфраструктуры села, находящихся в собственности сельскохозяйственных организаций; субсидирование процентных ставок по привлеченным кредитам в российских кредитных организациях;

21

в) оказание сельскохозяйственным товаропроизводителям, личным подсобным хозяйствам населения консультационной помощи и предоставление информации по вопросам ведения сельскохозяйственного производства; соблюдения технологии возделывания сельскохозяйственных культур и содержания животных; стимулирования труда работников; повышения производительности труда посредством применения новых технологий, машин и оборудования; кредитования; планирования производства и сбыта продукции; продвижения сельскохозяйственной продукции на рынках сбыта и выбора оптимальных каналов реализации; финансового оздоровления сельскохозяйственных товаропроизводителей; другим вопросам, связанным с производством и реализацией сельскохозяйственной продукции;

г) создание условий для улучшения самозанятости населения через развитие малого сельскохозяйственного бизнеса, крестьянских (фермерских) хозяйств и сельскохозяйственной кооперации (ст.1 Закона Оренбургской области от 6 декабря 2006 г. № 818/158-IV-ОЗ «О наделении органов местного самоуправления муниципальных районов (городских округов) Оренбургской области отдельными государственными полномочиями в сфере регулирования и поддержки сельскохозяйственного производства»).

Определенные полномочия в рассматриваемой сфере могут быть реализованы в порядке решения вопросов местного значения. Так, согласно ст.15 Закона о местном самоуправлении, к числу вопросов местного значения муницпального района отнесено «создание условий для развития сельскохозяйственного производства в поселениях, расширения рынка сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия».

Для реализации поставленных задач органы местного самоуправления вправе принимать муниципальные правовые акты. В качестве примера можно привести Решение Новоаннинской районной Думы Волгоградской области от 27 апреля 2006 г. № 8/67 «О Положении о муниципальной поддержке агропромышленного производства в Новоаннинском муниципальном районе Волгоградской области».

Статья 3. Сельскохозяйственный товаропроизводитель

1.В целях настоящего Федерального закона сельскохозяйственными товаропроизводителями признаются организация, индивидуальный предприниматель (далее - сельскохозяйственный товаропроизводитель), осуществляющие производство сельскохозяйственной продукции, ее первичную и последующую (промышленную) переработку (в том числе на арендованных основных средствах) в соответствии с перечнем, утверждаемым Правительством Российской Федерации, и реализацию этой продукции при условии, что в общем доходе сельскохозяйственных товаропроизводителей доля от реализации этой продукции составляет не менее чем семьдесят процентов в течение календарного года.

2.Сельскохозяйственными товаропроизводителями признаются также:

1)граждане, ведущие личное подсобное хозяйство, в соответствии с Федеральным законом от 7 июля 2003 года № 112-ФЗ «О личном подсобном хозяйстве»;

2)сельскохозяйственные потребительские кооперативы (перерабатывающие, сбытовые (торговые), обслуживающие (в том числе кредитные), снабженческие, заготовительные), созданные в соответствии с Федеральным законом от 8 декабря 1995 года № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» (далее - Федеральный закон «О сельскохозяйственной кооперации»);

3)крестьянские (фермерские) хозяйства в соответствии с Федеральным законом от 11 июня 2003 года № 74-ФЗ «О крестьянском (фермерском) хозяйстве».

Комментарий

1. Понятие сельскохозяйственного товаропроизводителя в определениях различных нормативных актов было проанализировано нами в комментарии ст. 1. Здесь же представля-

22

ется необходимым более подробно остановиться на вопросах правового статуса конкретных товаропроизводителей, поскольку от надлежащего регулирования данного вопроса в значительной мере зависит судьба решения задач, поставленных комментируемым законом. Предварительно отметим, что комментируемая статья признает сельскохозяйственными товаропроизводителями организацию и индивидуального предпринимателя. Под организацией здесь понимаются субъекты, наделенные правами юридического лица, поскольку ст. 48 ГК РФ определение юридического лица приурочивает именно к организации. Организация представляется трудовым коллективом, т.е. теми людьми, которые участвуют в деятельности юридического лица своим трудом или капиталом в денежной или овеществленной форме. При этом мы исходим из того, что участники организации и ее учредители могут не совпадать. Если учредители юридического лица не участвуют своим личным трудом в его деятельности, а лишь финансируют ее, то они в организацию не входят.

Организацию составляют только физические лица или граждане, участвующие в деятельности юридического лица своим трудом. Но поскольку они не участвуют в присвоении полученного результата деятельности юридического лица, а его присваивают учредители, финансирующие эту деятельность, то организация не является собственником обособленного за ней имущества. Таковым являются из всех организационно-правовых форм только производственные кооперативы. Производственные отношения в кооперативах строятся на вещноправовой основе, где создается кооперативная собственность как собственность коллективного субъекта. Этот коллективный субъект и есть та организация, которая согласно ст. 48 ГК РФ признается собственником обособленного за ней имущества. Другие организации - юридические лица, названные ГК РФ (ст.ст. 48, 66) и соответствующими законами о них собственниками обособленного имущества, на самом деле таковыми не являются. Там собственниками выступают учредители организации, но не сама организация. Производственные отношения внутри этих организаций строятся не на вещно-правовой, а обязательственноправовой основе (учредители - на гражданско-правовых, корпоративных отношениях, а работники - на трудовых отношениях).

Прежде чем перейти к анализу проблем правового положения сельскохозяйственных производственных кооперативов (СПК) и других организаций - товаропроизводителей ссельскохозяйственной или агропромышленной продукции, отметим, что ч.2 комментируемой статьи специально назвала вместе с организацией и индивидуальным предпринимателем в числе сельскохозяйственных товаропроизводителей также граждан, ведущих личное подсобное хозяйство, сельскохозяйственные потребительские кооперативы и крестьянские (фермерские) хозяйства. А так как последние подпадают под рубрику индивидуального предпринимателя (ст. 23 ГК РФ), а те хозяйства, которые остаются еще юридическими лицами - под рубрику организации, то специально их можно было не выделять. Другое дело, что требуется дифференцированный подход при определении доли дохода от реализации произведенной продукции в течение календарного года для различных субъектов, чтобы можно было признавать их сельскохозяйственными товаропроизводителями. Например, вряд ли можно устанавливать личным подсобным хозяйствам (ЛПХ) долю получаемого ими дохода от реализации производимой продукции в течение календарного года 70 %. До этой нормы могут не дотягивать и крестьянские хозяйства, и потребительские кооперативы. Думается, что законодатель вернется к этому вопросу и будут установлены дифференцированные критерии получения доли дохода от реализации своей продукции для получения теми или иными ее производителями приставки «товаро», т.е. названия «сельскохозяйственный товаропроизводитель».

2. Особого внимания, на наш взгляд, заслуживает правовой статус конкретных юридических лиц. Наибольший удельный вес среди других организаций - сельскохозяйственных товаропроизводителей в настоящее время занимают сельскохозяйственные производственные кооперативы (СПК). По данным Министерства сельского хозяйства РФ по 69 регионам, на 1 января 2004 г. их число составило 48, 7 % от всех организаций, кроме того, насчитывается еще 5,4 % колхозов и 1,8 % коллективных предприятий, которые также созданы и

23

функционируют на кооперативных принципах.1 Мы считаем, что эта форма организации производства наиболее понятна российскому крестьянству и за ней будущее. Сейчас она переживает только период возрождения после того, как законодательством начала 90-х годов кооперативы были «забыты» и по существу находились на нелегальном положении. Закон о сельскохозяйственной кооперации возродил их к жизни.2

Содержание данного закона нуждается в глубоком научном исследовании. Здесь мы лишь отметим, отвлекаясь несколько от закона, что назрела необходимость закрепления в Конституции РФ и в ГК РФ кооперативной формы собственности с равной ее защитой наряду с другими формами собственности. Это не частная собственность, как сейчас она трактуется ГК РФ, а коллективная, или общественная, ее собственником является сама организация, представленная членами кооператива, соединяющими одновременно и свой труд, и свой скромный капитал в виде паевых взносов (ст.3 Закона).

Необходимо отметить серьезный недостаток Закона о сельскохозяйственной кооперации, его внутреннее противоречие, касающееся отступления от классической формы артели. В п.1 ст.3 данного закона говорится, что сельскохозяйственным производственным кооперативом признается сельскохозяйственный кооператив, созданный гражданами для совместной деятельности по производству, переработке и сбыту сельскохозяйственной продукции, а также для выполнения иной не запрещенной законом деятельности, основанной на личном трудовом участии. Как видим, квинтэссенцией данного определения является личное трудовое участие членов кооператива в его деятельности. Собственно говоря, вся деятельность кооператива только и строится на труде его членов, что является исконной формой артели как вида совместной деятельности граждан.

Точно также определяет ст. 13 закона членов производственного кооператива. Ими могут быть граждане Российской Федерации (что тоже является серьезным недостатком, так как создаются незаконные препятствия для членства в кооперативе иностранным гражданам и апатридам), достигшие 16 лет, признающие устав кооператива и принимающие личное трудовое участие в его деятельности. Работа в производственном кооперативе для его членов является основной.

Однако с данным понятием СПК и его членов вступает в противоречие так называемое ассоциированное членство в кооперативе, предусмотренное ст. 14 закона. Ассоциированными членами производственных и потребительских кооперативов могут быть внесшие паевой взнос в кооператив юридические лица независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности и граждане (п.п. 1,2 ст.14) То, что решение правления кооператива о приеме ассоциированного члена кооператива подлежит утверждению наблюдательным советом кооператива (п. 3) не спасет кооператив от вступления в него таких ассоциированных членов, которые нацелены своим капиталом «прибрать к рукам» объекты кооперативной собственности, особенно земельные участки. А участвовать в хозяйственной деятельности кооператива или принимать в деятельности кооператива личное трудовое участие ассоциированный член не обязан (п. 6). Так что ассоциированное членство в СПК чрезвычайно опасно. Оно создает предпосылки для проникновения в его производственные отношения финансовых инвесторов или так называемых рантье, которые смогут править «бал» в кооперативе своим капиталом. Собственность в таком кооперативе будет формироваться уже не на чисто вещно-правовой основе, а с примесью обязательственно-правовых отношений.

Такое отступление от классического представления кооператива, как артели граждан, есть ничто иное, как попытка российского законодателя сблизить объединение трудовых усилий членов кооператива и собственников капитала в одном хозяйствующем субъекте, что, безусловно, усложняет процесс распределения и присвоения полученного результата деятельности таких кооперативов как стержня формирования кооперативной собственности. Думается, что практика ближайшего времени не воспримет это новшество. Возможно, что

1См.: Правовое обеспечение развития сельского хозяйства в России. - М.: Юрист, 2005. - С.121.

2Федеральный закон от 8 декабря 1995 г. № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» // СЗ РФ. 1995. №

50.Ст. 4870; 2006. № 52 (часть 1). Ст. 5497.

24

производственные кооперативы только по причине своего тяжелого финансового положения будут привлекать таких денежных «спонсоров-рантье» или инвесторов в свои члены.

Существует и другая точка зрения на данную ситуацию в специальной юридической литературе. Так, В.В. Устюкова пишет следующее: «С учетом демографической ситуации на селе важное значение имело введение института ассоциированного членства. Это особенно актуально именно для производственных кооперативов, где на положение ассоциированных членов часто переводятся пенсионеры, которые перестали личным трудом участвовать в деятельности кооператива, а также иные лица, временно утратившие связь с кооперативом (например, военнослужащие срочной службы). Массовый выход пенсионеров из производственных кооперативов негативно отразился бы на финансово-хозяйственной устойчивости последних».1

Жизнь покажет, какая из двух противоположных позиций верна, поэтому нет необходимости включаться в полемику с автором этого взгляда. Отметим лишь, что ассоциированное членство в СПК юридических лиц, а также временная утрата связи с кооперативами некоторых их членов и выход из них пенсионеров не являются взаимообусловленными факторами, чтобы можно было рассматривать их как причину и следствие.

Что же касается сельскохозяйственных потребительских кооперативов, то участие в них юридических лиц не так опасно, так как они создаются уже самими сельскохозяйственными товаропроизводителями. По ошибке законодателя они названы некоммерческими организациями и в финансировании их деятельности (в качестве обязательного участия в хозяйственной деятельности потребительского кооператива) могут с пользой дела принимать участие юридические лица - сельскохозяйственные товаропроизводители. Здесь опасность ассоциированного членства значительно ослабевает, но и в этом случае оно не является явлением, имманентно присущим кооперативу.

Сельскохозяйственный потребительский кооператив является разновидность сельскохозяйственных кооперативов, и создается сельскохозяйственными товаропроизводителями и (или) ведущими личное подсобное хозяйство гражданами при условии их обязательного участия в хозяйственной деятельности потребительского кооператива. Данный вид кооперативов является некоммерческой организацией и в зависимости от вида деятельности такие кооперативы подразделяются на перерабатывающие, сбытовые (торговые), обслуживающие, снабженческие, садоводческие, огороднические, животноводческие и иные кооперативы (ст.4 Закона о сельскохозяйственной кооперации). Таким образом, в разряд сельскохозяйственных товаропроизводителей попали садоводческие и огороднические потребительские кооперативы, но не попали дачные потребительские кооперативы, а также садоводческие, огороднические, дачные некоммерческие товарищества, садоводческие, огороднические, дачные некоммерческие партнерства. Во всяком случае, такой вывод можно сделать при системном толковании вышеуказанных норм и ст.1 Федерального закона от 15 апреля 1998 г. № 66-ФЗ «О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан» (ред. от 30 июня 2006 г.).

3. Следующим видом сельскохозяйственных товаропроизводителей являются крестьянские (фермерские) хозяйства, на которых делалась ставка в аграрной политике государства на рубеже ХХ-ХХI веков при переходе России к рыночной системе хозяйствования. Крестьянские хозяйства стояли вначале нового пути и продолжают находиться в эпицентре всех событий аграрно-земельной реформы, правовые аспекты которой всесторонне исследованы в научной литературе.2 Возможно, по этой причине крестьянские хозяйства и выделены особо в ст. 3 комментируемого закона. Здесь уместно подчеркнуть, что самым первым законом, объявившим официально внедрение частной собственности на средства производства в России был как раз Закон «О крестьянском ( фермерском) хозяйстве», принятый еще 22 ноября

1См.: гл. 5 «Правовой статус сельскохозяйственных товаропроизводителей» // Правовое обеспечение развития сельского хозяйства России. - М.: Юрист, 2005. - С.123.

2См. например: Пандаков К.Г., Черноморец А.Е. Аграрно-земельная реформа: законодательство, теория, практика. - Саратов, 2004.

25

1990 г. С изменениями и дополнениями он действовал до принятия 11 июня 2003 г. нового Федерального закона «О крестьянском (фермерском) хозяйстве». Об этих хозяйствах написано бесчисленное множество научных и популярных работ представителями всех общественных наук. Глубокий анализ их правового положения дан в специальной монографии В.В. Устюковой.1

Мы остановимся только на некоторых ошибочно решенных или спорных вопросах. Новый закон о крестьянском (фермерском) хозяйстве принимался в условиях, когда уже действовали ГК РФ, ЗК РФ, Федеральный закон «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» от 24 июля 2002 г. (ред. от 5 февраля 2007 г.),2 другие федеральные и региональные акты земельного, аграрного и экологического законодательства. Поэтому он ориентировался на эти законы, правильность чего в принципе не вызывает никаких сомнений. Однако некоторые положения нового закона в контексте уже действующих кодифицированных актов заслуживают критики. Еще больше этого заслуживает ГК РФ. В ч.2 ст. 23 его говорится, что глава крестьянского (фермерского) хозяйства, осуществляющего деятельность без образования юридического лица (ст. 257 ГК РФ), признается предпринимателем с момента регистрации крестьянского (фермерского) хозяйства.

Не трудно заметить в данном тексте внутренние противоречия. Как можно понимать то, что регистрируется государством крестьянское (фермерское) хозяйство как таковое (хотя и без образования юридического лица), а предпринимателем признается только глава крестьянского хозяйства? Никакой логики здесь нет, потому что остаются за «бортом» крестьянского хозяйства другие его члены. Их правовое положение вообще остается неопределенным, хотя в той же ст. 257 ГК РФ, на которую делается отсылка в ст. 23, указывается, что имущество крестьянского (фермерского) хозяйства принадлежит его членам на праве совместной собственности, если законом или договором между ними не установлено иное. В ч.2 данной статьи перечисляются объекты совместной собственности всех членов крестьянского (фермерского) хозяйства, которые относятся главным образом к орудиям и средствам производства хозяйства. А в ч.3 говорится, что плоды, продукция и доходы, полученные в результате деятельности крестьянского (фермерского) хозяйства, являются общим имуществом членов крестьянского хозяйства и используются по соглашению между ними.

В ст. 258 ГК РФ регулируются вопросы раздела имущества крестьянского (фермерского) хозяйства при прекращении его деятельности или выделе доли имущества выходящим из него отдельным членам. Таким образом, имущественно обособляется крестьянское хозяйство как специфический хозяйствующий субъект в аграрном секторе экономики или особый сельскохозяйственный товаропроизводитель, представленный группой лиц, а не отдельным предпринимателем. Однако новый закон о крестьянском (фермерском) хозяйстве сориентирован на ст. 23 ГК РФ со всеми вытекающими из этого последствиями, что нельзя признать адекватным отражением сложившихся имущественных отношений в крестьянском хозяйстве. В частности в законе, точно так же как и в ст. 23 ГК РФ, говорится о регистрации крестьянского (фермерского) хозяйства как такового. Но в самом Государственном реестре указываются только сведения о главе крестьянского (фермерского) хозяйства, а члены хозяйства нигде, кроме соглашения о создании ими хозяйства, прилагаемого к заявлению о его регистрации, не обозначаются. А это может привести к тому, что члены хозяйства, вступившие в него после регистрации и не указанные в соглашении, могут оказаться в невыгодном имущественном положении в случае возникновения спора по поводу их доли в общей собственности при выходе, так как трудно будет доказывать вообще их членство в хозяйстве.

Такая ситуация складывается потому, что крестьянские (фермерские) хозяйства пока не получили своего самостоятельного места в Государственном реестре. Сегодня они вообще регистрируются в порядке, установленном постановлением Правительства РФ от 16 октября 2003 г. № 630 для государственной регистрации физических лиц в качестве индивидуальных

1См.: Устюкова В.В. Правовое положение крестьянского (фермерского) и личного подсобного хозяйства граж-

дан. - М., 2000.

2СЗ РФ. 2002. № 30. Ст. 3018; Российская газета. 2007. 9 февраля.

26

предпринимателей. Правительство РФ ориентировалось на ст. 23 ГК РФ возможно потому, что в Федеральном законе от 8 августа 2001 г. «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (ред. от 2 июля 2005 г.) о них вообще не упоминается. При этом совершенно парадоксальной складывается ситуация в тех случаях, когда глава крестьянского хозяйства регистрируется по своему месту жительства в одном муниципальном районе, а земельный участок и другие средства производства хозяйства находятся в другом районе. Вот и получается, что Федеральный закон от 11 июня 2003 г. посвящен крестьянскому (фермерскому) хозяйству как таковому, а фактически регистрируется его глава как предприниматель в единственном числе, т.е. крестьянское хозяйство по существу отождествляется с индивидуальным предпринимателем.

При такой ситуации совершенно не понятной остается характеристика законом крестьянского (фермерского) хозяйства как семейно-трудового объединения, основанного на родственных (семейных) связях граждан и совместном участии их в производстве сельскохозяйственной продукции. Согласно ст. 3 закона членами хозяйства могут быть супруги, их родители, дети, братья, сестры, внуки, а также дедушки и бабушки каждого из супругов. В состав одного крестьянского хозяйства может входить не более трех семей родственников. Лиц, не состоящих в родственных связях с главой хозяйства, допускается принимать в члены хозяйства не более пяти человек. Здесь, конечно, сложности в правоприменительной практике будет создавать то обстоятельство, что в законодательстве не определено четко понятие «семья», хотя с ним связывается ограничение круга членов крестьянского хозяйства. Не совсем понятно также, к кому из членов семьи будут «привязываться» родственники тех двух семей, в составе которых нет главы крестьянского хозяйства. Ведь глава крестьянского хозяйства будет представлять только одну из трех семей, участники которых будут объединяться в крестьянское хозяйство. Установленные количественные ограничения относятся только к членам хозяйства, а не к наемным работникам, привлечение которых законом не нормировано.

Те же крестьянские (фермерские) хозяйства, которые учреждались на основе Закона РСФСР от 22 ноября 1990 г. с правами юридического лица, согласно ст. 23 Закона от 11 июня 2003 г. «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» могут сохранять свой статус до 1 января 2010 г. На них положения данного закона об ограничении членов хозяйства и наемных работников не распространяются. Это вытекает из того, что новый закон не обязывает привести в соответствие с ним созданные ранее крестьянские хозяйства. Говоря о деятельности созданных по закону 1990 г. крестьянских хозяйств, следует подчеркнуть одну весьма важную деталь. В том законе были установлены особые требования к главе крестьянского хозяйства с точки зрения его профессиональных качеств, т.е. наличия у него квалификации сельскохозяйственного профиля или опыта работы в сельском хозяйстве. Новый же закон не предъявляет таких требований к главе крестьянского хозяйства, что является, на наш взгляд, серьезнейшим его недостатком. Ведь сельскохозяйственное производство основано на действии биологических законов, и может негативно воздействовать на окружающую среду, что особенно характерно для животноводства. Неквалифицированное ведение крестьянского хозяйства может привести к непредсказуемым последствиям по двум направлениям. Во-первых по производству сельскохозяйственной продукции такого качества, употребление которой не безопасно для жизни и здоровья людей. А во-вторых, к ухудшению качества окружающей среды.

Недоразумением закона можно считать и то, что новый закон от 11 июня 2003 г. не требует от гражданина, регистрирующегося фермером, предоставления документа о наличии у него земельного участка. Не требуется также подтверждение родственных связей граждан, создающих хозяйство, поскольку вообще регистрируется только его глава. В связи с этим принцип родства членов крестьянского хозяйства теряет свое значение. Все это говорит о необходимости совершенствования порядка регистрации крестьянского хозяйства на основе закона, а не правительственного акта, как сейчас.

27

Необходимо обратить внимание на порядок предоставления земельного участка крестьянскому (фермерскому) хозяйству из состава земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности. В соответствии с п.1 ст. 10 Федерального закона «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» от 24 июня 2002 г., земельные участки, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, предоставляются как в собственность, так и в аренду на торгах (конкурсах, аукционах). Правила данного пункта не распространяется на случаи, предусмотренные п.4 той же статьи. В числе таких исключений упоминаются случаи передачи земельных участков, находящихся в фонде перераспределения земель, гражданам и юридическим лицам в аренду, а также предоставления им в собственность на возмездной или безвозмездной основе в случаях, установленных федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации.

Последнее правило относится, в том числе, и к крестьянским (фермерским) хозяйствам. Специальный закон о крестьянских (фермерских) хозяйствах ни о каких торгах вообще не упоминает, а указывает на то, что земельные участки для создания крестьянского (фермерского) хозяйства предоставляются гражданам на основании их заявления в исполнительный орган государственной власти или орган местного самоуправления. Данная формулировка закона о крестьянском (фермерском) хозяйстве соответствует и п.2 ст.34 ЗК РФ, также не упоминающему ни о каких торгах.

В специальной юридической литературе отмечается необходимость четкого определения в законе порядка распоряжения общим имуществом крестьянского хозяйства. С данной позицией следует согласиться, потому что и ст. 257 ГК РФ, посвященная отношениям собственности крестьянского (фермерского) хозяйства, и сам закон о крестьянском (фермерском) хозяйстве данный вопрос не решает в полной мере. Обоснованно предлагается предусмотреть в законе положение о том, что крупные сделки (сверх определенной суммы) или сделки с недвижимостью глава хозяйства вправе совершать лишь с письменного, нотариально удостоверенного согласия всех членов хозяйства, по аналогии с тем, как данный вопрос решен в ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации.1

Существуют и проблемы, связанные с прекращением крестьянского (фермерского) хозяйства, поскольку судебная практика неоднозначно подходит к основаниям такого прекращения. Например, ст. 21 Федерального закона «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» предусмотрено наряду с другими основаниями прекращения хозяйства также решение суда. Но арбитражные суды считают, что перечень оснований прекращения деятельности крестьянского хозяйства, установленный ст. 21, является исчерпывающим, а ст. 61 ГК РФ и ст.ст.25,26 Закона РФ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» не могут применяться к крестьянским хозяйствам.2 Что же касается порядка прекращения крестьянских (фермерских) хозяйств, то он вообще в законе не урегулирован, и лишь ст. 22 содержит отсылку к другим законам. Как бы то ни было, а создание и прекращение деятельности крестьянских (фермерских) хозяйств, равно как и другие вопросы, относящиеся к их правовому положению, должны быть четко урегулированы законом и не вызывать сомнений в их понимании.

4. Отдельной разновидностью сельскохозяйственных товаропроизводителей являются государственные и муниципальные унитарные предприятия. В цивилистической литературе некоторые авторы весьма отрицательно относятся к этой организационно-правовой форме юридических лиц, считая их пережитком прошлой социалистической системы советского периода. Мы с такой позицией в корне не согласны и полагаем, что без них невозможно обойтись ни в какой системе хозяйствования. Это в полной мере относится и к сельскохозяйственным предприятиям. По данным Министерства сельского хозяйства РФ на 1 января 2004

1См.: Устюкова В.В. Указ. Соч. С.140.

2См. например: Постановления Федерального арбитражного суда Уральского округа от 25 октября 2004 г. (дело № Ф093511/ 04-ГК); от 6 апреля 2004 г. (дело № Ф09-87/04-ГК); постановление Федерального арбитражного суда Волго-Вятского округа от 28 июля 2004 г. (дело № А38-3427-18/27-2004) и др.

28

г. удельный вес государственных предприятий в общем числе сельскохозяйственных организаций составлял 4,9% и муниципальных предприятий - 3 %.

И если в последние годы исследованию государственных предприятий уделяется недостаточное внимание, о чем отмечается в литературе,1 то это иначе как серьезным недостатком назвать нельзя. Как равным образом нельзя безоговорочно согласиться с мнением В.Я. Узуна о том, что государственные предприятия (как и кооперативы) - наименее эффективная форма использования материальных ресурсов.2 Надо иметь в виду, что многие государственные и муниципальные унитарные сельскохозяйственные предприятия функционируют не ради получения прибыли как коммерческие организации, а заняты в убыточных, но крайне необходимых производствах и видах деятельности. Это во-первых. А во-вторых, эти предприятия находятся в «тисках» отрицательного к ним отношения со стороны всех властных структур государства. Часто они видят в них потенциальных банкротов и способствуют тому, чтобы они попали в эту «ловушку».

Примером тому может служить даже неверно урегулированный вопрос землепользования государственных и муниципальных сельскохозяйственных предприятий. В п. 2 ст. 113 ГК РФ говорится, что имущество государственного или муниципального предприятия находится соответственно в государственной или муниципальной собственности и принадлежит самому предприятию на праве хозяйственного ведения или оперативного управления. Эта формулировка воспроизведена и в Федеральном законе от 14 ноября 2002 г. № 161-ФЗ (ред. от 18 декабря 2006 г.) «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», который распространяет свое действие и на сельскохозяйственные предприятия.3 Земельные участки теперь тоже рассматриваются ГК РФ как имущество. Но земельный участок закрепляется за государственным и муниципальным унитарным предприятием не на праве хозяйственного ведения и оперативного управления, а на праве постоянного (бессрочного) пользования (для казенных предприятий) или праве аренды (для государственных и муниципальных предприятий). Следовательно, в ст. 113 ГК РФ и в Законе РФ от 14 ноября 2002 г. «О государственных и муниципальных предприятиях» земельный участок должен быть выделен из состава другого имущества этих предприятий с указанием того, что он закрепляется за ними на праве постоянного (бессрочного) пользования или аренды.

Что же касается общего правового статуса сельскохозяйственных предприятий, то возникает вопрос, надо ли в отношении их принимать специальный закон, учитывающий особенности сельскохозяйственного производства или же достаточного тех норм, которые сформулированы в Законе РФ от 14 ноября 2002 г. Например, З.С. Беляева и В.В. Устюкова считают, что специфика сельского хозяйства не может повлиять на их правовой статус.4 Другую позицию занимает М.И. Палладина, считая, что подход к государственным и муниципальным унитарным предприятиям должен быть дифференцированным, поскольку они представлены несколькими видами, существенно различающимися по их целевому назначению, организационно-экономической структуре, финансовому потенциалу и иным экономи- ко-правовым параметрам их деятельности.5

Нам представляется, что сельскохозяйственное производство - это все-таки особая отрасль экономики и было бы целесообразно определение правового статуса рассматриваемых субъектов специальным законом. Что же касается дифференцированного подхода к самим сельскохозяйственным предприятиям, то особенности тех или иных предприятий могли бы учитываться в их уставах, поскольку среди них будут, во-первых, федеральные, субъектов

1См.: Косякова Н.И. Правовое положение государственных предприятий // Журнал российского права. - 2000. - № 5-6

2См.: Узун В.Я. Крупный и малый бизнес в сельском хозяйстве России: адаптация к рынку и эффективность. -

М., 2004. - С. 7.

3СЗ РФ. 2002. № 48. Ст. 4746; 2006. № 52 (часть 1). Ст. 5497.

4См.: Аграрная реформа в Российской Федерации правовые проблемы и решения. - М., 1998. - С. 17 (автор главы З.С. Беляева); Устюкова В.В. Правовой статус сельскохозяйственных товаропроизводителей // Правовое обеспечение развития сельского хозяйства. - М.: Юрист, 2005. - С.130-131.

5Аграрное право / Под ред. Г.Е.Быстрова, М.И. Козыря. - М., 1998. - С.146 (Автор главы М.И. Палладина).

29

Федерации, а также муниципальные предприятия. А, во-вторых, следует иметь в виду их неодинаковую оперативно-хозяйственную самостоятельность. За одними имущество закрепляется на праве хозяйственного ведения, за другими на праве оперативного управления. Уровни самостоятельности у них разные и закреплены ст.ст.294, 295 ГК РФ для предприятий с правом хозяйственного ведения и ст.ст. 296, 297 для казенных предприятий. Здесь надо только добавить, что если раньше ст. 115 ГК РФ предусматривалась возможность создания только федеральных казенных предприятий, то теперь в соответствии с Законом РФ от 14 ноября 2002 г перечень казенных предприятий расширился: они могут быть федеральными, субъектов Федерации и муниципальными. В связи с этим в ст. 20 ЗК РФ были внесены изменения, поскольку ранее в ней была предусмотрена возможность предоставления земельного участка на праве постоянного (бессрочного) пользования только федеральным казенным предприятиям, а казенные предприятия субъектов РФ и муниципальные казенные предприятия оставались забытыми. Теперь данное положение исправлено. И мы видим в этом знак того, что унитарные предприятия как субъекты права, а не объекты (имущественный комплекс) будут функционировать даже при отрицательном к ним отношении со стороны госу- дарственно-властных структур. Задача юридической науки вообще и аграрной в частности состоит в том, чтобы расширить исследование их в современных условиях.

5.Важное место в аграрном секторе России занимают сегодня личные подсобные хозяйства (далее - ЛПХ), которые в комментируемой статье названы в числе сельскохозяйственных товаропроизводителей. Правовой статус их определен Законом РФ «О личном подсобном хозяйстве» от 7 июля 2003 г. Надо сказать, что впервые в российском законодательстве этим хозяйствам уделено столь пристальное внимание, что обусловлено их ролью в производстве сельскохозяйственной продукции. Правовой статус ЛПХ в настоящее время подвергается глубокому изучению. Ведение ЛПХ не относится к предпринимательской деятельности, хотя значительная часть произведенной ими сельскохозяйственной продукции, в том числе и переработанной, поступает на рынок в розничную продажу. Это означает, что ЛПХ не подлежат государственной регистрации (п. 2 ст. 3) и предусматривается лишь учет ЛПХ в похозяйственных книгах (ст.8 закона).

Необходимо отметить, что несмотря на принятие закона об ЛПХ остается ряд неразрешенных вопросов. Прежде всего не четко урегулирован порядок предоставления и использования земельных участков для ведения ЛПХ. Федеральный закон «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» от 24 июля 2002 г. на них не распространяется. Между тем многие жители села получили полевые земельные участки за пределами населенных пунктов в счет выделенных им долей из состава сельскохозяйственных угодий реорганизованных колхозов и совхозов. Теперь эти доли находятся в общей собственности тех граждан, которые получили право на долю. Казалось бы, что на эту часть земли должен распространяться упомянутый закон, но сегодня выделить долю в натуре не так-то просто.

Не урегулирован вопрос о предельных размерах земельных участков ЛПХ. В ст. 33 ЗК РФ и соответствующей норме закона о ЛПХ предусматривается предельный размер земельных участков, предоставляемых для ведения ЛПХ из земель, находящихся в государственной

имуниципальной собственности. Он устанавливается органами местного самоуправления. А как быть с теми земельными участками, которые граждане покупают или приобретают другими законными способами, в связи с чем предельный размер их выходит за установленные нормы? Возникает целый ряд и других вопросов, которые следует урегулировать.

6.По данным Министерства сельского хозяйства РФ в структуре организаций - сельскохозяйственных товаропроизводителей на 1 января 2004 г. насчитывалось 10,8 % закрытых акционерных обществ и 5,1 % открытых обществ от числа всех сельскохозяйственных организаций. Значительная часть акционерных обществ закрытого и открытого типа были созданы на основании Указа Президента РФ от 27 декабря 1991 г. № 323 «О неотложных мерах по осуществлению земельной реформы в РСФСР», обязывающего колхозы и совхозы в 1992 г. привести свой статус в соответствие с Законом РСФСР от 25 декабря 1990 г. «О предприятиях и предпринимательской деятельности». Но в связи с тем, что в нем не предусматривалась

30