История государства и права зарубежных стран (Древность и Средние века). Учебно-методическое пособие к семинарским занятиям

Какими качествами должен обладать, с точки зрения Филиппа де Бомануара, “человек, желающий быть справедливым и честным бальи”?

При обсуждении данного вопроса на семинарском занятии необходимо в первую оче- редь описать обстановку, сложившуюся во Франции к 1357 году,

то есть ко времени принятия документа, названного Великим Мартовским ордонансом.

При анализе текста данного документа следует обратить внимание на его начало. Здесь называются общественные силы, по инициативе которых были сформулированы требования, составившие содержание Великого Мартовского ордонанса. Это представители духовенства, высшей светской аристократии (принцы крови), дворянства и горожан, входившие в состав общефранцузского сословно-представительного органа — Генеральных штатов.

Рассматриваемый ордонанс представлен в виде документа, исходящего от имени Карла, старшего сына французского короля Иоанна II (Доброго). Можно ли говорить о том, что Карл как представитель королевской власти разделял выраженные в его тексте идеи?

Многие требования, изложенные в Великом Мартовском ордонансе, продиктованы конкретной обстановкой, сложившейся во Франции после того, как король Иоанн II проиграл сражение с англичанами и попал к ним в плен. Однако наряду с этим в содержании данного документа прослеживаются идеи, отражающие определенные закономерности в эволюции средневековой французской государственности.

Раскрытие указанных идей и должно составлять главную цель анализа текста Великого Мартовского ордонанса на семинарском занятии. Особое внимание в процессе этого анализа следует обратить на статьи 2, 8, 43. Какие идеи выражают пере- численные статьи?

При общей оценке Великого Мартовского ордонанса 1357 года необходимо учитывать двоякую природу данного документа. С одной стороны, он имеет форму юридического акта, некоторые из его статей могут быть отнесены к разряду правовых норм. Но, с другой стороны, это документ политический — он выражает политические требования определенных кругов тогдашнего французского общества. А всякие политические требования, как правило, несут в себе помимо притязаний, соответствующих реальности, также идеи сугубо умозрительные, неосуществимые на практике. Такие идеи присутствуют и в со-

держании Великого Мартовского ордонанса. Какие это идеи? В чем проявляется их умозрительный характер?

БИБЛИОГРАФИЯ

À.ИСТОЧНИКИ

1.Хрестоматия памятников феодального государства и права стран Европы / Под редакцией В. М. Корецкого. М., 1961. С. 580—599.

2.Хрестоматия по истории государства и права зарубежных стран. Древность и Средние века. 2-е издание, дополненное / Составитель — проф. В. А. Томсинов. М.: Издательство “Зерцало”, 2004. С. 278—284.

3.Антология мировой правовой мысли в пяти томах. Том 2. Европа V—XVII ââ. Ì., 1999. Ñ. 453—470.

4.Великий Мартовский ордонанс 1357 года // Социальная история Средневековья. Том 2. Деревня и город позднего Средневековья/

Под ред. Е. А. Косминского и А. Д. Удальцова. М.—Л., 1927. С. 333—346.

Á.ЛИТЕРАТУРА

1.Берман Г. Дж. Западная традиция права: эпоха формирования. М., 1998. С. 438—451.

2.Виноградов П. Г. Римское право в средневековой Европе. М., 1910.

Ñ.24—27, 42—60.

3.Хачатурян Н. А. Возникновение Генеральных Штатов во Франции. М., 1976.

Ò Å Ì À 8

ВЕЛИКАЯ ХАРТИЯ ВОЛЬНОСТЕЙ 1215 г.

(2 ÷àñà)

Великая Хартия Вольностей (Magna Carta Libertatum)

1215 года принадлежит к числу правовых памятников, сыгравших огромную роль в английской политической и правовой истории. Она появилась в пору расцвета феодализма в качестве документа, выражающего в своем содержании преимущественно требования класса феодалов — духовных и светских. Однако в начале XVII века Великая Хартия Вольностей приобрела более широкое значение — английские политические деятели, боровшиеся против произвола королевской власти, придали этому документу, излагающему права и вольности высших сословий английского феодального общества, значение конституционного установления, то есть юридического акта, закрепляющего права и вольности всего населения Англии. В частности, ссылки на Великую Хартию Вольностей как на правовой документ, в котором объявлены и узаконены гарантии личной свободы всех подданных короля, были включены в текст “Петиции о праве”, представленной королю Карлу I английским парламентом 2 июня 1628 года1.

Специалист по истории средневекового западноевропейского общества и государства профессор Н. Кареев писал о Великой Хартии Вольностей как о “фундаменте, на котором было построено все здание английской политической свободы”2. Подобная характеристика указанной хартии часто встречается в трудах, посвященных политической истории средневековой Англии.

В курсе истории государства и права зарубежных стран Великая Хартия Вольностей должна рассматриваться в каче- стве правового памятника конкретной исторической эпохи. Це-

1 См. об этом: Томсинов В. А. Юридические аспекты политической борьбы в Англии в первые десятилетия XVII в. // Вестник Московского унта. Серия “Право”. 2001. ¹ 3. С. 30—40.

2 Кареев Н. Поместье-государство и сословная монархия Средних веков. Очерк развития социального строя и политических учреждении в Западной Европе. Вып. II-й. СПб., 1906. С. 161.

лью историко-правового исследования Великой Хартии Вольностей является не обнаружение в ее содержании неких абстрактных политических принципов, но объяснение данного документа, определение его юридической природы, выявление первоначального смысла его статей и того значения, которое придавали статьям Хартии ее составители. В соответствии с этим на семинарском занятии, посвященном Великой Хартии Вольностей, рекомендуется рассмотреть следующие вопросы:

1.История создания Великой Хартии Вольностей. Юридиче- ская природа этого документа.

2.Статьи, закрепляющие права и вольности основных социальных групп.

3.Принципы королевского правосудия, закрепленные Великой Хартией Вольностей.

но определить классовую сущность этого документа, но и создает предпосылки для установления его юридической природы.

На основании содержания преамбулы к Хартии и большинства ее статей (в особенности ст. 1) можно сделать вывод, что перед нами акт, изданный по инициативе короля Иоанна. “Знайте, — восклицает Его Величество, — что Мы, по Божьему внушению и для спасения души Нашей и всех предшественников и наследников Наших, в честь Бога и для возвышения Святой Церкви и для улучшения королевства Нашего, по совету достопочтенных отцов Наших Стефана Кентербэрийского архиепископа… во-первых, дали пред Богом свое согласие…, чтобы английская церковь была свободна… Пожаловали Мы также всем свободным людям королевства Нашего за Нас и за наследников Наших на вечные времена все нижеписаные вольности…” (выделено мною. — В. Т.).

Таким образом, английский король Иоанн представляет Великую Хартию Вольностей в качестве юридического акта, исходящего исключительно от его королевской персоны, якобы озаренной Божественным внушением. Любопытно, что в “Петиции о праве” 1628 года указанная Хартия именуется “статутом, называемым “Великая Хартия Вольностей Англии”, и ставится в один ряд со статутами королей Эдуарда I и Эдуарда III. Насколько отражают подлинную юридическую природу данного документа подобные воззрения на него?

Изучение обстоятельств, в которых был создан рассматриваемый правовой памятник, позволяет обнаружить настоящие

предпосылки его появления. Одним из важнейших источников сведений по истории создания Великой Хартии Вольностей является “Хроника Матвея Парижского”. Отрывок из нее приводится в книге “Средневековье в его памятниках” (М., 1913. С. 216— 218). Описание событий, случившихся в Англии в 1215 году и приведших к появлению Великой Хартии Вольностей, дается в книге Д. М. Петрушевского “Очерки из истории английского государства и общества в Средние века” (М., 1937. С. 121—145) и Штокмар В. В. “История Англии в Средние века” (издание 2-е, дополненное: СПб., 2000. С. 63—66), а также в ряде других изданий.

При рассмотрении указанных событий необходимо выявить причины возникновения в Англии в начале XIII века острого конфликта между баронами, духовенством и горожанами, с одной стороны, и королем Иоанном, с другой стороны. Данный конфликт усложнялся позицией главы римско-католической церкви папы Иннокентия III. В 1205—1213 годах папа выступал против Иоанна (вплоть до того, что отлучил его от церкви). Летом 1213 года английский король пошел на уступки папскому престолу в ряде важных вопросов, и папа Иннокентий III стал поддерживать его. При анализе взаимоотношений английского короля и главы римско-католической церкви следует обратить особое внимание на весьма любопытную в политическом и юридическом отношениях сделку, заключенную между ними в октябре 1213 года. Согласно условиям этой сделки король Иоанн передавал папе Иннокентию III все земли Английского королевства и в свою очередь в тот же момент получал их обратно, но уже на правах держателя лена. Таким образом, в момент подписания Великой Хартии Вольностей английский король являлся вассалом главы католической церкви. Какие юридические последствия имел этот факт, как отразился он на судьбе указанного документа?

История появления Великой Хартии Вольностей убедительно показывает, что подписание ее королем Иоанном было серьезной уступкой с его стороны требованиям выступивших против него социальных сил. Данная Хартия была составлена на основе статей, поданных королю Иоанну баронами. Текст указанных баронских статей сохранился под примечательным названием — “Ista sunt Capitula que Barones petunt et dominus Rex concedit (Это — статьи, которые бароны предъявляют и на которые господин король дает согласие)”. Все эти статьи (их было 49) вошли с небольшими изменениями в окончательный вариант Хартии. В исторических хрониках сохранилось также свидетельство о первой реакции короля Иоанна на статьи, предъявленные ему баронами. Согласно ему король, прослушав содержание баронских статей, язвительно и злобно расхохотался и

затем заявил: “Как это бароны удовольствовались такими незаконными требованиями? Что бы им уж потребовать все королевство! Притязания их бессмысленны и ложны и не опираются ни на какое право”.

О том, что принятие Великой Хартии Вольностей было серьезной уступкой короля своим противникам свидетельствует и сам ее текст. В статьях 61 и 63 рассматриваемого правового памятника говорится нечто, прямо противоречащее вышеупомянутым высказываниям короля Иоанна о добровольном даровании им вольностей свободным людям своего королевства. Как раскрывается подлинная юридическая природа Хартии в указанных статьях?

Среди социальных групп английского общества, активно выступивших в начале XIII века против короля, безусловно, доминировали светские феодалы — бароны. Данное обстоятельство существенно отразилось на юридической природе Великой Хартии Вольностей. Каким образом?

Как известно, хартии, напоминающие Великую Хартию Вольностей, издавали и другие английские короли — предшественники Иоанна. Так, в Хартии Вольностей короля Генриха I, составленной в 1100 году, говорилось: “Знайте, что я по Божьему милосердию и с общего согласия баронов королевства Англии коронован в короли этого королевства. И так как королевство было утеснено несправедливыми взиманиями, то я из почтения к Богу и из любви, которую к вам всем имею, святую божью церковь прежде всего делаю свободной; так что не буду продавать, ни отдавать на откуп и после смерти архиепископа или епископа или аббата не буду ничего брать из домена церкви или с людей ее в то время, пока не вступил еще в нее преемник (умершего)”. Великая Хартия Вольностей 1215 года возникла, таким образом, не на пустом месте — она базировалась на прочной политической и правовой традиции. Вместе с тем она стала во многом новым явлением в политической и правовой истории Англии. В чем заключается традиционность Великой Хартии Вольностей? В чем выражается ее новизна, отличие от предшествующих хартий английских королей? Насколько соответствует реальности вышеупомянутая оценка королем Иоанном требований баронов как незаконных и не опирающихся ни на какое право?

Великая Хартия Вольностей была принята королем Иоанном под давлением широкого социального движения, в состав которого входили бароны, ду-

ховенство, рыцари, горожане, представители сельских жителей. При рассмотрении текста Хартии на семинарском занятии следует прежде всего определить, какие ее статьи выражают ин-

данной статье подразумевается сеньориальный суд (сеньориальная курия). Термин же “приказ (breve)” обозначает выдаваемое королем предписание о рассмотрении дела в королевском суде. Следовательно, анализируемая статья запрещает королю передавать иски по поводу держания земельного надела, рассматривавшиеся по тогдашней традиции в местных сеньориальных судах, в суды центральные, королевские.

Термин “курия” проливает свет и на значение термина “свободный человек”. Очевидно, что под ним подразумеваются в данной статье не все свободные люди английского королевства, а лишь феодалы — именно они имели “курию”.

Особое значение не только среди статей Великой Хартии Вольностей, провозглашающих принципы правосудия, но во всем тексте этого правового памятника имеет статья 39.

Какой принцип королевского правосудия закрепляет данная статья?

Оригинальный текст указанной статьи, изложенный как и весь текст Хартии на латыни, выглядит следующим образом:

Magna Carta. Cap. 39: “Nullus liber homo capiatur, vel imprisonetur, aut disseisiatur, aut utlagetur, aut exuletur, aut aliquo modo destruatur, nec super eum ibimus, nec super eum mittemus, nisi per legale judicium parium suorum vel per legem terre”.

Великая Хартия Вольностей. Статья 39: “Ни один свободный человек не будет задержан, или заточен в тюрьму, или лишен владения своим земельным наделом, или поставлен вне закона, или выслан [за пределы страны], или каким-либо образом лишен своего положения [в обществе]; сверх того, мы не выступим против него, не нашлем на него [войско], разве только по законному приговору его пэров или по закону страны”.

(Перевод В. А. Томсинова.)

Смысл процитированной статьи вполне понятен — согласно ей каждому “свободному человеку” Английского королевства предоставляются гарантии против произвольного заточения под стражу, незаконной конфискации принадлежащей ему недвижимости, лишения правовой защиты, изгнания за пределы страны, лишения социального статуса и т. д. Непонятным остается в статье 39 лишь одно: кто здесь подразумевается под “свободным человеком” — все свободные люди королевства или только феодалы?

Сам по себе текст анализируемой статьи не дает оснований для однозначного ответа на этот вопрос. Суду пэров подлежали, как известно, только представители высших сословий

средневекового общества. Поэтому слова “по приговору равных его (per legale judicium parium suorum)” относятся, безусловно,

только к феодалам. Однако за указанными словами в статье 39 идут другие слова — “или по законам страны (vel per legem terre)”, которые могут относиться не только к баронам, но и к любым вообще свободным людям Английского королевства. Союз “или (vel)” является одновременно и соединительным, и разделительным союзом. От того, в каком качестве данный союз выступает в последней фразе статьи 39, зависит смысл употребляемого в начале указанной статьи термина “свободный человек”. Если этот союз является здесь соединительным, под “свободным человеком” в статье 39 Хартии может подразумеваться только представитель высшего сословия. Если данный союз оказывается в рассматриваемом случае разъединительным, термин “свободный человек” обозначает любого свободного подданного английского короля. Но возможно ли уверенно сказать, в каком из двух качеств выступает в последней фразе статьи 39 Хартии союз “или”? Нет, невозможно!

Таким образом, с помощью чисто грамматического толкования содержания статьи 39 нельзя установить подлинный смысл термина “свободный человек”.

Именно неопределенность этого термина позволила авторам “Петиции о праве” 1628 года ссылаться на Великую Хартию Вольностей как на юридический акт, предоставивший гарантии от произвольного заключения в тюрьму всем подданным английского короля.

Но если грамматический способ толкования не дает возможности определить, представителей каких общественных групп защищает статья 39 Хартии, то можно ли достичь данной цели применением других способов толкования правовых норм?

Какие аргументы можно привести в пользу того, что под термином “свободный человек (liber homo)” в статье 39 Великой Хартии Вольностей 1215 года подразумевается только представитель высших слоев тогдашнего английского общества?

Очевидно, что “свободный человек”, о котором идет речь в данной статье, — это, как правило, индивид, обладающий недвижимым имуществом и некоторым влиянием в обществе. В частности, как вытекает из текста самой статьи (причем как из его латинского оригинала, так и из любого варианта перевода на русский язык), этого “свободного человека” можно лишить земельного владения и социального статуса. Чтобы подчинить его, королю необходимо на него нападать, посылать на него когото (вероятнее всего, с войском), изгонять откуда-то (скорей всего — из страны). Если “свободный человек” в данном случае —