История государства и права зарубежных стран (Древность и Средние века). Учебно-методическое пособие к семинарским занятиям

Как известно, обвинительный процесс базируется на принципе состязательности сторон. Присутствует ли состязательность в инквизиционном процессе, описанном в Каролине?

Обвинительному процессу свойственна гласность. Имеются ли элементы гласности в инквизиционном процессе?

Какие принципы лежат в основе инквизиционного процесса, закрепленного нормами Каролины?

Какова цель судебного процесса согласно Каролине?

В рассматриваемом правовом памятнике достаточно подробно описывается последовательное движение инквизиционного процесса от одной стадии к другой.

Первую стадию инквизиционного процесса составляла процедура предварительного общего расследования (inquisitio generalis). Как она описывается в Каролине? Из каких действий данная стадия состоит? Какова ее цель? Какие обстоятельства являются, по нормам Каролины, основанием для возбуждения уголовного дела и начала предварительного общего расследования?

Вторая стадия инквизиционного процесса — это специальное расследование (inquisitio specialis). Какие действия должны предприниматься на этой стадии уголовного процесса согласно Каролине? В чем состоит назначение inquisitio specialis?

Какие виды доказательств описываются в рассматриваемом правовом памятнике? Какие способы доказывания считаются допустимыми?

Одной из самых главных тем Каролины является тема пытки. Применение пытки регламентируется здесь, например, в статьях 8 (VIII), 9 (IX), 22 (XXII), 23 (XXIII), 27 (XXVII), 29 (XXIX), 45 (XLV), 46 (XLVI), 47 (XLVII) и др. Какая роль отводится пытке в судебном процессе, описанном в Каролине? При каких условиях она применяется согласно правилам данного уложения? Какое значение имеют сведения, полученные под пыткой?

Какое значение придает Каролина признанию обвиняемого в совершении преступления?

Третья стадия инквизиционного процесса — выработка, составление и оглашение приговора. Ей специально посвящены в Каролине статьи с 92 (ХСII) по 99 (XCIX), со 181 (CLXXXI) по 199 (CXCIX), однако некоторые действия, совершаемые на этой стадии судопроизводства, описаны в ряде других статьей.

Какие правила для указанной стадии процесса устанавливает рассматриваемое уложение?

Какие возможные варианты приговора упоминаются и описываются в Каролине?

Хотя содержание приговора во многом предопределялось результатами, полученными в ходе расследования, и это рас-

следование осуществлялось самим судом, данная стадия имела самостоятельное значение, и ее нельзя смешивать с предыдущей стадией инквизиционного процесса. Каролина рассматривает выработку, составление и оглашение приговора в качестве именно самостоятельной стадии судопроизводства. Статья 92 (XCII) данного уложения предписывает судье, шеффенам и судебным заседателям “тщательно обозреть и обсудить все процессуальные заявления и производство (по делу)”. Каролина допускает, что приговором может стать не только осуждение обвиняемого, но также полное оправдание его или же частич- ное, влекущее за собой просто оставление под подозрением. Приговор должен выноситься, согласно Каролине, на основании не одних мнений судей, но и в соответствии с нормами этого уложения, принципами справедливости и обстоятельствами каждого конкретного случая. Расследование может предопределить назначение преступнику в качестве меры наказания смертной казни. Однако способ и формы ее определяются только на следующей стадии инквизиционного процесса. Об этом прямо говорит статья 104 (CIV) Каролины. Согласно изложенной в этой статье норме “надлежит присудить способ и формы смертной казни, соответствующие обстоятельствам и злостности преступления, согласно добрым обычаям или указаниям благого и сведущего в праве судьи”.

Каролина рекомендует судьям обращаться в случаях возникновения затруднений при выборе наказания, соответствующего характеру преступления, и при отсутствии в ней необходимых норм за советом к знатокам права.

В упомянутой выше статье 104 (CIV) Каролины судьям разрешается в ситуации, когда имперское право устанавливает уголовное наказание, неприемлемое по обстоятельствам данного места и времени, “назначать и осуществлять наказания по своему усмотрению, соответственно обстоятельствам и злостности преступления”. Учитывая, что наказания, которые предписывало имперское право Германии, были чрезвычайно жестокими, сводились, в основном, к различным причинявшим глубокие физические страдания формам смертной казни и нанесению уве- чий телу осужденного, дозволение судьям отступать от норм этого права и руководствоваться своим усмотрением создавало возможность вынесения преступнику более гуманного приговора. О том, что Каролиной предполагается в данном случае именно смягчение приговора, свидетельствуют содержащиеся в рассматриваемой норме ссылки на справедливость и общее благо. Судьям позволяется назначать наказания по своему усмотрению именно “из любви к справедливости и в стремлении к общему

благу”. Кроме того, разрешая судьям “назначать и осуществлять наказания по своему усмотрению”, Каролина следующей же нормой ограничивает свободу судейского произвола. “В особенности надлежит иметь в виду, — говорится в заключении статьи 104 (CIV), — что во всех тех случаях, когда Наше императорское право не устанавливает и не допускает смертной казни и какого-либо другого телесного, увечащего или позорящего наказания (или в подобных им), судья и судебные заседатели также не должны никого приговаривать к смертной казни или прочим уголовным наказаниям”.

Таким образом, инквизиционный процесс, закрепленный в правовых нормах Каролины, не был запрограммирован ни на непременное осуждение обвиняемого, ни на жестокий приговор в отношении лица, признанного виновным в преступлении. При анализе текста Каролины следует особое внимание обращать на такие статьи, как, например, 155 (CLV), в которой говорится: “Если будет заключен в тюрьму кто-либо, ранее объявленный опальным за убийство, согласно обычаю иных мест, и в тюрьме будет просить разрешения доказать свою невиновность соответственно постановлениям вышеприведенных статей об оправдании, то ему должно быть дозволено доказать это, невзирая на то, что он ранее был признан опальным за убийство”.

Для более правильной оценки норм Каролины, регламентирующих ход инквизиционного процесса, следует учесть также следующее заявление, содержащееся в статье 218 (CCXVIII): “Во многих уголовных судах обнаружены многообразные злоупотребления, подобные приведенным, так что тюрьмы применяются не для охранения, а для вящего наказания захваченных и брошенных туда. Иной раз также власти без достаточ- ных улик хватают и сажают в тюрьму честных людей, ранее не опороченных и не имеющих дурной славы, и действуют при таких арестах наскоро и опрометчиво, причиняя тем ущерб чести арестованных”.

Таким образом, назначение Каролины заключалось не в том, чтобы утвердить инквизиционный процесс в деятельности германских судов — этот процесс не был новым для Германии первой трети XV века, ко времени принятия Каролины он имел уже довольно широкое распространение в судебной практике. Уголовно-судебное уложение Карла V призвано было поставить инквизиционный процесс в такие правовые рамки, чтобы он не превращался в инструмент расправы над людьми невиновными, но по каким-то причинам ставшими неугодными местным властям.

Внимательное и непредубежденное чтение текста Каролины позволяет сделать вывод о том, что красивое, похожее на женское имя, название этого правового памятника совсем не находится в противоречии с содержанием его норм. Каролина не только не делала инквизиционный процесс более устрашающим, но скорее облагораживала это явление, которое несправедливо, по моему мнению, представляется в современной литературе как символ всего самого мрачного в истории западноевропейского Средневековья.

БИБЛИОГРАФИЯ

À.ИСТОЧНИКИ

1.Каролина. Уголовно-судебное уложение Карла V / Перевод, предисловие и примечания проф. С. Я. Булатова. Алма-Ата, 1967.

2.Хрестоматия по истории государства и права зарубежных стран. Древность и Средние века. 2-е издание, дополненное / Составитель — проф. В. А. Томсинов. М: Издательство “Зерцало”, 2004. С. 396—432.

Á.ЛИТЕРАТУРА

1.Полянский Н. Н. Основные формы построения уголовного процесса // Ученые записки Московского государственного университета. 1949. Вып. 145. С. 57—65.

2.Чельцов-Бебутов М. А. Курс уголовно-процессуального права. Спб., 1995. С. 276—285.

Ò Å Ì À 11

ПРАВОВЫЕ ПАМЯТНИКИ СРЕДНЕВЕКОВОГО КИТАЯ

(2 ÷àñà)

Процесс освоения богатейшего правового наследия средневекового Китая российскими учеными находится в начальной стадии. К настоящему времени сделаны только первые шаги по переводу текстов китайских правовых памятников эпохи Средневековья, осмыслению содержащегося в них материала.

В 1997 году вышла в свет в переводе на русский язык первая часть средневекового китайского правового свода, созданного в начале XVII века. Данный свод состоит из сборника “Законов Великой династии Мин”, который был составлен в конце XIV века, и императорских постановлений, изданных в последующие столетия1.

В 1999 и 2001 годах была издана в переводе с китайского языка на русский значительная часть текста сборника “Уголовные установления Тан (Тан люй шу и)”, составленного в Китае в 653 году2. Указанный юридический сборник известен в исторической литературе под названиями “Танский кодекс” или “Уголовный кодекс династии Тан”.

Изучение правовых институтов средневекового Китая в курсе истории государства и права зарубежных стран необходимо проводить на основе анализа содержания названных юридических сборников — то есть “Законов Великой династии Мин” и “Уголовных установлений Тан”.

1 См.: Законы Великой династии Мин со сводным комментарием и приложением постановлений. Часть I / Перевод с китайского, исследование, примечания и приложение Н. П. Свистуновой. М.: Издательская фирма “Восточная литература” РАН, 1997. (Перевод второй части данного правового памятника готовится к изданию в том же издательстве.)

2 См.: Уголовные установления Тан с разъяснениями. Цзюани 1—8 / Перевод, введение и комментарий В. М. Рыбакова. СПб.: “Петербургское востоковедение”, 1999; Уголовные установления Тан с разъяснениями. Цзюани 9—16 / Перевод и комментарий В. М. Рыбакова. СПб.: “Петербургское востоковедение”, 2001.

Главной целью семинарского занятия по данной теме является ознакомление студентов с особенностями правовой культуры средневекового Китая. Основное содержание вышеуказанных правовых памятников составляют нормы уголовного права. Поэтому именно уголовно-правовые понятия и принципы должны стать предметом специального обсуждения на семинарском занятии.

При этом целесообразно рассмотреть следующие вопросы:

1.Источники права в средневековом Китае.

2.История создания и общая характеристика сборника “Уголовные установления Тан (Тан люй шу и)”.

3.Основные черты уголовного права в “Тан люй шу и”.

4.История создания и общая характеристика сборника “Законов Великой династии Мин”.

5.Основные понятия и принципы уголовного права в “Законах Великой династии Мин”.

Рассмотрение данного вопроса следует на- чинать с выявления основных черт правовой культуры средневекового Китая. При этом необходимо под-

черкнуть, что фундамент ее сложился еще в древнекитайском обществе.

Преобладающую роль в регулировании поведения играли в древнем и средневековом Китае нормы морали. Что же касается правовых норм, то они не имели здесь такого значения, какое им придавалось в странах средневековой Европы.

Тем не менее факты свидетельствуют о том, что средневековый Китай имел вполне развитую правовую культуру, хотя она и отличалась рядом особенностей по сравнению с правовой культурой западноевропейского средневекового общества.

При характеристике источников права средневекового Китая следует уделить внимание обычаю и его роли в регулировании общественных отношений, а также закону.

Какова роль обычая и закона в обществе с точки зрения учения легистов? Какое значение придает закону и обычаю уче- ние Конфуция?

Какое значение придается обычаям в нормах правовых памятников средневекового Китая?

Какие разновидности закона были известны в средневековом Китае?

В предисловии к своим законам император Чжу Юань-чжан заявлял: “Я, владея Поднебесной, подражал древности в осу-

ществлении управления…”. Это заявление о подражании древности или прошлому типично для китайского властителя любой эпохи. Характерной чертой законодательства средневековых китайских императоров является традиционность. Обыкновенно о традиционности говорят применительно к обычному или религиозному праву. Но в средневековом Китае свойством традиционности была глубоко пронизана вся правовая культура, все источники права и в том числе — даже законодательство. В юридических сборниках или сводах законов, созданных в самые различные эпохи истории средневекового Китая, при различных правящих династиях, непременно обнаруживаются одни и те же концепции или учения, претерпевающие, конеч- но, определенные трансформации, но в целом сохраняющие свой стержень.

Данное свойство правовой культуры средневекового Китая необходимо учитывать при анализе текстов различных китайских законодательных памятников.

Основу сборника уголовных установлений Тан составили указы основателя династии Тан императора Гао-цзу, а также нормы юридических сборни-

ков, созданные в эпоху правления императоров династии Суй. Смена правящих династий не прерывала преемственности права в средневековом Китае.

Рассматриваемый правовой памятник был создан в период утверждения власти императорской династии Тан. Данный период совпал со временем интенсивных работ по систематизации действующего права. Наряду со сводом уголовных установлении в середине VII века в Китае создается целая серия сборников правовых норм, регламентирующих разнообразные сферы общественной жизни. Так, в 651 году появился сборник под названием “Тан лин”, нормы которого определяли структуру и регламентировали деятельность органов государственного управления, государственные повинности различных групп населения. Регулированию деятельности административных ведомств были посвящены нормы юридического сборника “Тан лю дянь”, также созданного в середине VII века.

Структура свода уголовных установлений Тан весьма сложная. Все его содержание разделено на 30 цзюаней. В каждом цзюане выделяются: основная норма, разъяснения к ней, комментарий. Цзюань — это группа правовых норм. По какому признаку объединены нормы, входящие в один и тот же цзюань?

Уголовно-правовыми нормами содержание свода уголовных установлений Тан не исчерпывается. Какие еще нормы входят в состав данного свода?

Что понимается в “Танском кодексе” под преступлением? Различаются ли здесь формы соучастия в преступном деянии, стадии совершения преступ-

ления, формы виновности?

Какие виды преступления описываются в рассматриваемом правовом памятнике? Какие преступные деяния включаются в уголовных установлениях Тан в систему “десяти зол”? В чем заключается смысл данной классификации преступлений?

Главная тема уголовных установлений Тан — все же не преступление, а наказание. Содержание первого же цзюаня показывает, насколько детально разрабатывалась в средневековом китайском праве эта тема. Вряд ли можно сомневаться в связи с этим, что данные уголовные установления предназна- чались в первую очередь судьям.

Что понимается под наказанием в рассматриваемом правовом памятнике? Какие виды наказания зафиксированы в “Танском кодексе”?

Какие обстоятельства принимаются во внимание при назна- чении наказания за совершенное преступление? Как учитывается при этом социальный статус лица, подлежащего наказанию?

Основу правового свода “Законы Великой династии Мин” составляет сборник законодательных актов основателя династии Мин

императора Чжу Юань-чжана, составленный в конце XIV века. В течение последующих двухсот лет к данному сборнику неоднократно добавлялись новые постановления китайских императоров и делались попытки новой систематизации правового материала. Последняя такая попытка обновления и упорядоче- ния императорских законодательных актов, осуществленная в начале XVII века группой китайских чиновников, и привела к созданию вышеупомянутого правового свода.

Таким образом, рассматриваемый правовой памятник уникален в том отношении, что вобрал в свое содержание законодательные акты целой эпохи в истории средневекового Китая — эпохи правления императоров династии Мин, охватывающей годы с 1368 по 1644.

Назначение и юридическая природа сборника “Законов Великой династии Мин” во многом раскрываются в предисловии к нему, составленном основателем династии Мин китайским императором в 1368—1398 годах Чжу Юань-чжаном. По признанию императора, он издавал законы с той целью, чтобы народ и сановники знали их, а также для того, чтобы внушить страх перед наказанием за совершение преступления. По распоряжению императора сборник его законов был размножен и распространен в столице и на местах.

Вместе с тем в предисловии к “Законам Великой династии Мин” есть ясное указание на то, что сборник своих норм император предназначал в первую очередь судьям, которые должны были присуждать наказания лишь на основании данных им законов.

Содержание рассматриваемого правового памятника типич- но для юридических сборников средневекового Китая. Ведущее место занимают в нем нормы, определяющие меры наказаний за те или иные преступления. Большое место занимают также нормы, регламентирующие деятельность должностных лиц государственного управления. Немало правовых норм посвящено регулированию брачно-семейных отношений. Есть нормы, посвященные регламентации хозяйственной деятельности, имущественных отношений.

Таким образом, перед нами настоящий правовой свод, нормы которого касаются самых разнообразных сфер жизни средневекового китайского общества.

векового Китая характерна традиционность. Эта черта вполне проявляется и в сборнике “Законов Великой династии Мин”. Традиционным, причем уходящим в древность, является изложенное в статье 1 главы I сборника учение о пяти степенях наказания. Традиционна для уголовного законодательства средневекового Китая и концепция десяти злодеяний (или зол) — шиэ, описанная в статье 2 той же главы.

В чем заключается суть этой концепции в том варианте, в котором она представлена в изучаемом правовом памятнике?

Перечень десяти злодеяний, представленный в статье 2 главы 1 “Законов Великой династии Мин”, выглядит на первый взгляд хаотичным, лишенным какого-либо логичного порядка. В нем игнорируется тяжесть совершенного преступления, вследствие чего оказывается, например, что “самоличное вступление в брак в период траура по отцу [или] матери” или “ложное заявление о смерти деда, бабки, отца [или] матери” трактуются в качестве более тяжких преступлений, чем, например, убийство “начальника области, начальника округа [или] начальника уезда. Спрашивается, есть ли в перечне десяти злодеяний ка- кая-либо система? По какому принципу расположены данные “злодеяния”?

Законы династии Мин, как и все средневековое законодательство, пронизаны духом неравенства. Выражением его является, в частности, статья 3 главы I рассматриваемого сборника, в которой перечисляются основания для рассмотрения дела в особом порядке. Принцип неравенства проявляется и в стать-

ях законов династии Мин, посвященных принципам определения наказаний, и там, где идет речь о смягчении участи преступников.

Тем не менее законы династии Мин отражают значительно более высокий уровень разработки норм и институтов уголовного права, нежели тот, который показывают уголовные установления династии Тан.

Рассматриваемые законы более детально описывают формы соучастия в преступном деянии, выделяя главаря и соучастников. Здесь более четко различаются и стадии совершения преступления, и формы виновности.

Наказание в законах династии Мин составляет главную тему. Какие виды наказания упоминаются здесь? На основании каких принципов назначается наказание согласно указанным законам? Какие обстоятельства признаются в них смягчающими наказание?

БИБЛИОГРАФИЯ

À.ИСТОЧНИКИ

1.Уголовные установления Тан с разъяснениями (“Тан люй шу и”). Цзюани 1—8 / Перевод, введение и комментарий В. М. Рыбакова. СПб., 1999. С. 76—356.

2.Уголовные установления Тан с разъяснениями (“Тан люй шу и”). Цзюани 9—16 // Перевод и комментарий В. М. Рыбакова. СПб., 2001.

3.Законы Великой династии Мин со сводным комментарием и приложением постановлений / Перевод с китайского, исследование, приме- чания и приложения Н. П. Свистуновой. М., 1997. С. 163—165, 304—392.

4.Хрестоматия по истории государства и права зарубежных стран. Древность и Средние века. 2-е издание, дополненное / Составитель —

проф. В. А. Томсинов. М.: Издательство “Зерцало”, 2004. С. 504—526.

Á.ЛИТЕРАТУРА

1.Кычанов Е. И. Основы средневекового китайского права. М., 1986.

2.Рыбаков В. М. Истоки этической ориентированности традиционного китайского права // Уголовные установления Тан… С. 7—16.

3.Рыбаков В. М. Танский кодекс и его основные положения // Уголовные установления Тан… С. 28—74.

4.Свистунова Н. П. Краткий очерк истории минского законодательства // Законы Великой династии Мин… С. 11—39.

5.Свистунова Н. П. Общее описание памятника // Законы Великой династии Мин… С. 40—53.

6.Свистунова Н. П. Наказания по Да Мин Люй Цзи Цзе Фу Ли // Законы Великой династии Мин… С. 75—99.