Теоретические аспекты языка. Учебное пособие

ступенью к чему-то вроде языка. То, что обычно называется языком,

возможно, изначально восходило именно к таким самостоятельным и утратившим эмоциональность крикам, которые ранее снимали эмоциональное напряжение. После того как из вторичных продуктов поведения стала вырабатываться референциальная символика, появилась возможность более осознанно создавать референциальные символы путем сокращенного или упрощенного копирования обозначаемого предмета, как, например, в случае пиктографического письма. При еще большей изощренности референциальный символизм может быть достигнут простым общественным соглашением - например, если пронумерованный чек произвольно приписывается чьей-либо шляпе.

Чем менее первичен и ассоциативен символ, чем более он оторван от своего первоначального контекста и чем менее эмоционален, тем больше он приобретает воистину референциальный характер. Не следует забывать еще об одном условии, необходимом для успешного развития референциального символизма, - возросшей сложности и однородности символического материала. Абсолютно аналогично обстоит дело в языке, где все значения регулярно выражаются формальными структурами (patterns), возникающими из внешне произвольных цепочек отдельных звуков. Когда материал символической системы становится достаточно разнообразным и вместе с тем однородным по типу,

символизм становится все более и более богато организованным,

созидательным и осмысленным в своих собственных терминах, а

обозначаемые предметы (referents) обычно задним числом рационализуются. В результате получается, что такие сложные системы значения, как сентенциальная форма или музыкальная форма, значат

(mean) гораздо больше, чем обозначают (referto), если можно так выразиться. В высокоразвитых системах обозначения отношение между символом и обозначаемым предметом становится все более и более разнообразным и всеохватывающим.

101

В конденсационном символизме по мере роста самостоятельности символов возрастает также богатство значений. Однако главное эволюционное различие между символизмом такого типа и референциальным символизмом состоит в следующем:

референциальный символизм развивается по мере совершенствования формальных механизмов сознания, а конденсационный все глубже и глубже пускает корни в сферу бессознательного и распространяет свою эмоциональную окраску на типы поведения и ситуации, на первый взгляд далеко удаленные от первоначального значения символа. Таким образом, оба типа символов берут свое начало от ситуаций, в которых знак оторван от своего контекста. Сознательное совершенствование формы превращает такой отрыв в систему обозначения. А

бессознательное распространение эмоциональной окраски превращает его в конденсационный символ. Есть случаи, когда символическое выражение на первый взгляд носит чисто референциальный характер, но в действительности связано с массой подавленных эмоций, чрезвычайно важных для «Ego». В подобных случаях - например, когда мы имеем дело с национальным флагом или с прекрасным стихотворением - два теоретически различных типа символического поведения сливаются воедино. Тогда мы сталкиваемся с символами особой мощности, порой даже внушающими страх, ибо бессознательные значения, исполненные эмоциональной силы, начинают осознаваться как простые обозначения.

Обычно говорят, что общество особенно подвержено влиянию символов в таких эмоционально нагруженных сферах, как религия и политика. Флаги и лозунги - типичные примеры из политической сферы;

кресты и другие церковные атрибуты - типичные примеры из религиозной сферы. Но фактически вся культура, равно как и поведение индивида, тяжело нагружены символизмом. Даже относительно простые формы поведения далеко не столь функциональны, сколь они кажутся,

но включают в свою мотивацию бессознательные и даже оставшиеся без

102

ответа импульсы, благодаря которым поведение должно рассматриваться в качестве символа. Многие, возможно почти все,

причины - не более, чем осуществляемые ex post facto осознания поведения, контролируемого бессознательной потребностью. Даже тщательно разработанная, хорошо документированная научная теория с этой точки зрения может быть лишь символом неизвестных потребностей «Ego». Ученые борются за свои теории не потому, что они верят в их истинность, но потому, что они желают, чтобы они были истинны.

Будет полезно привести примеры некоторых менее очевидных типов символизма в социализованном поведении. Этикет имеет по меньшей мере два символических уровня. На относительно очевидном уровне символизма этикет предлагает членам общества множество правил,

которые в сжатой и строго конвенционализованной форме выражают заботу общества о его членах и их отношения друг к другу. Есть, однако,

и другой уровень этикетного символизма, при котором мало принимаются в расчет или вообще не учитываются такие специфические значения, но этикет интерпретируется как целое в качестве мощного символизма статуса. С этой точки зрения, правила этикета важно знать не потому, что чувства «своих» и «чужих» удобно выявляются по внешним признакам, но потому, что манипулятор, тот, кто пользуется данным правилом, доказывает, что он - член эксклюзивной группы.

Благодаря богатству значений, развившихся внутри этикета (как положительных, так и отрицательных), человек с тонким чутьем может путем холодного следования правилам реально выразить значительно более ядовитую враждебность, чем бы он выразил, презрев этикет,

очевидным всплеском враждебности. В этом случае этикет - необычайно тонкая символическая игра, в которой индивиды с их реальными отношениями играют роль игроков, а общество - роль искусного третейского судьи.

103

Образование - тоже полностью символическая сфера поведения.

Многое из того, что касается направленности и значимости его логических оснований, не может быть проверено. Никто не знает и вряд ли способен понять, в какой мере каждый конкретный человек может хорошо овладеть латынью, французским языком, математикой или историей. Упражнения на освоение такого знания сами по себе представляют не более, чем символические жесты. Для обучения социальной психологии, как бы ни понимать ее содержание и методы,

можно выделить особенно богатое и хорошо структурированное множество символов, выражающих общественные потребности индивида и позволяющих ему ориентироваться относительно окружающих. То, что некоторый индивид имеет ученую степень бакалавра, может свидетельствовать, а может и не свидетельствовать,

что он знает или некогда знал что-то о римской истории и тригонометрии. Для ученой степени существенно то, что она помогает индивиду сохранить определенное положение, которое социально или экономически более желательно, чем некоторое другое положение,

которого можно достичь без помощи этой ученой степени. Общество испытывает недоверие к функционированию определенных единиц в образовательном процессе и вынуждено приносить символические жертвы, изобретая такие понятия, как воспитание сознания.

Следует обратить внимание на то, что нередко символические значения можно распознать с первого раза, когда символическая значимость (value), вообще-то бессознательная или сознательная лишь во второстепенном смысле, исчезает из некоторой социализованной схемы поведения (pattern of behavior), а предполагаемая функция,

которая вплоть до этого времени считалась более чем достаточной для объяснения и сохранения этой схемы поведения, теряет свою значительность (significance) и рассматривается в лучшем случае лишь как бесполезная рационализация. Например, председательство в каком-

104

либо комитете имеет символическую значимость лишь в таком обществе, где принято верить в две вещи: что административные функции каким-то образом возвышают личность над теми, кем она управляет; и что идеальное общество - демократическое, и те, кто от природы обладают большими способностями, чем другие, каким-то образом автоматически оказываются на более высокой ступени административной лестницы. Если бы люди наконец почувствовали, что административные функции - не более, чем символические автоматизмы, то председательство в комитете воспринималось бы лишь как застывший символ, а та специфическая значимость, которая сейчас ощущается как исконно присущая ему, стала бы исчезать.

Важная область исследования - индивидуальный символизм в использовании культурных стереотипов. Индивидуальные символизмы часто более значимы, ибо они скрыты от сознания и служат пружинами реального поведения. Интерес к науке может быть тщательно сублимированным символом бессознательного тяготения к тому, с чем считается связанным человек, играющий важную роль в формировании чьей-то личности (например, сокрушению религии или, наоборот, к

открытию Бога), а эти мощные привязанности в свою очередь служат символами подавленной ненависти или любви. Многие филантропические устремления вдохновлены бессознательным желанием вглядеться в судьбы, которые ты, к твоему удовольствию, не можешь разделить. Само общество, усовершенствуя свои жесткие механизмы благотворительной деятельности, не может в каждом случае или даже в подавляющем большинстве случаев подвергать благотворительный поступок прагматической критике, но должно для большинства продолжать удовлетворяться организацией благотворительности как символическим жестом, способствующим облегчению страданий. Таким образом, индивид и общество, в

бесконечном взаимном обмене символическими жестами, строят

105

пирамидальную структуру, называемую цивилизацией. «Кирпичиков»,

которые лежат в основании этой структуры, совсем немного.

Вопросы и задания

1Внимательно прочитайте статью «Символизм» и сформулируйте ее основную идею.

2Какова проблематика анализируемой научной статьи?

3Какие ученые занимались этой же проблемой в России и Европе?

4Выпишите цитаты, иллюстрирующие основные постулаты данной статьи.

5К какой области языкознания относится проблема, затрагиваемая в статье?

6Составьте план прочитанной статьи по одному из указанных в общих советах типу.

7Составьте оригинальные или вторичные тезисы статьи.

8Законспектируйте статью.

9Каково первоначальное значение термина «символизм» по Э.

Сепиру?

10Как связаны символизм и интерпретация?

11Что такое символизм в поэзии?

12Какова доля символического поведения в человеческих отношениях?

13В каких двух значениях употребляется термин «символизм»?

14Какие две характеристики символа выделяет автор?

15Охарактеризуйте два типа символики?

16Что такое референциальная символика?

17Как развивались символы референциального типа?

18Что такое конденсационная символика?

19В чем различие между конденсационным и референциальным символизмом?

106

20 Приведите примеры конденсационной и референциальной

символики?

21Какие символические системы сочетают в себе рефернциальность и конвенциализованность?

22Какие символы развились раньше: референциальные или конденгсационные?

23Что происходит с символами при утрате эмоциональности?

24Каковы способы достижения референциального символизма?

25В каких общественных сферах особенно много символов?

26Приведите примеры символов в политике и религии?

27В чем состоит символизм образования?

28Что такое индивидуальный символизм?

29В чем состоит символизм общественных отношений?

8 Коммуникация

(Коммуникация. С. 210 -215)

Совершенно очевидно, что для формирования общества, его объединений и подразделений, а также для обеспечения взаимопонимания между его членами необходимы какие-то процессы коммуникации. Хотя мы часто говорим об обществе как о статичной структуре, определяемой традицией, однако в более точном смысле это совсем не так: общество представляет собой в высшей степени запутанную сеть актов частичного или полного взаимопонимания между членами организованных объединений разного размера и сложности - от влюбленной пары или семьи до Лиги Наций или той постоянно увеличивающейся части человечества, которая попадает в сферу действия прессы через все ее транснациональные разветвления.

Общество только кажется статичной суммой социальных институтов: в

107

действительности оно изо дня в день возрождается или творчески воссоздается с помощью определенных актов коммуникативного характера, имеющих место между его членами. Таким образом, нельзя говорить о существовании республиканской партии как об отдельной сущности, а лишь о существовании ее в той степени, в какой ее традиции постоянно поддерживаются или обогащаются такими простыми актами коммуникации, как голосование Джона Доу за республиканскую партию (что представляет собой передачу некоторого типа сообщения) либо формальная или неформальная встреча нескольких человек в определенном месте в определенное время,

собравшихся с тем, чтобы обменяться мнениями и в конечном счете решить, какие проблемы общенационального масштаба, реальные или предполагаемые, следует сделать предметом обсуждения на предстоящем через несколько месяцев собрании членов республиканской партии. Республиканская партия как историческая сущность - всего лишь результат абстракции тысяч и тысяч таких единичных актов коммуникации, которые имеют определенные устойчивые референтные свойства, общие для них всех. Если распространить этот пример на любую мыслимую сферу, в которой происходит коммуникация, мы вскоре убедимся, что любой культурный стереотип и любой единичный акт социального поведения эксплицитно или имплицитно включают коммуникацию в качестве составной части.

Удобно проводить разграничение между некоторыми фундаментальными средствами, или первичными процессами,

коммуникативными по своей природе, и некоторыми вторичными средствами, облегчающими процесс коммуникации. Возможно, это разграничение не столь существенно с психологической точки зрения,

однако имеет большое историческое и социальное значение ввиду того,

что фундаментальные процессы являются общими для всего человечества, тогда как вторичные методы возникают лишь на

108

относительно изощренных уровнях развития цивилизации. В числе первичных коммуникативных процессов, имеющих место в обществе,

можно назвать следующие: язык; жестикуляция, в самом широком понимании этого слова; имитация публичного поведения и большая и плохо определенная группа имплицитных процессов, производных от публичного поведения, которые довольно условно можно назвать

«социальным намеком».

Язык является самым эксплицитным из известных нам видов коммуникативного поведения. Здесь нет необходимости давать языку определение, укажем лишь, что во всех известных нам случаях язык состоит из абсолютно полного референциального аппарата фонетических символов, способных задавать любой известный социальный референт, в том числе все распознаваемые данные из области восприятия, которыми располагает традиция общества,

обслуживаемого данным языком. Язык - это преимущественно коммуникативный процесс во всех известных нам обществах, и

чрезвычайно важно отметить, что, каковы бы ни были недостатки примитивного общества в плане культуры, язык этого общества все равно создает аппарат референциального символизма, столь же надежный, полный и творчески активный, как и аппарат самых изощренных языков, какие мы только знаем. Применительно к теории коммуникации это означает, что методы понимания означающих представителями рода человеческого в равной степени надежны,

сложны и богаты оттенками в любом обществе, примитивном или развитом.

Жест - это нечто гораздо большее, чем движения рук и других видимых и способных двигаться частей тела. Интонация нашей речи может с таким же успехом обозначать отношения и чувства, как и сжатые кулаки, взмах руки, пожатие плеч или поднятие бровей. Область жестов постоянно взаимодействует с собственно языком, однако

109

имеется множество фактов психологического и исторического характера, демонстрирующих наличие тонких и тем не менее твердых границ между ними. Приведем лишь один пример: логично построенное сообщение, передаваемое в языковых (в узком смысле) символах в устной или письменной форме, может полностью противоречить сообщению, одновременно передаваемому с помощью системы жестов,

состоящей из движений рук и головы, интонации и дыхательной символики. Первая система может быть полностью сознательной, вторая полностью бессознательной. Языковая коммуникация в отличие от жестовой является в большей степени официальной и социально признанной; таким образом, во многом неосознанные символы жестов можно интуитивно интерпретировать в данном контексте как психологически более значимые, чем реально использованные слова. В

случаях, подобных данному, имеет место конфликт между эксплицитной и имплицитной коммуникацией в ходе накопления социального опыта индивидуума.

Основное условие консолидации общества - имитация публичного поведения. Хотя такая коммуникация и не является с точки зрения исходного намерения коммуникативной, тем не менее она всегда имеет обратную коммуникативную значимость, поскольку в процессе включения в образ жизни общества человек в результате принимает значения, неразрывно связанные с этим образом жизни. Если, скажем,

человек приучается ходить в церковь, поскольку другие члены сообщества подают ему в этом пример, все это выглядит так, как если бы было получено сообщение и совершено предписанное этим сообщением действие. Функцией языка является формулировка и логическое обоснование полного содержания этих неформальных сообщений в ходе накопления социального опыта индивидуума.

Еще менее коммуникативным по характеру, чем публичное поведение и его имитация, является «социальный намек» как сумма

110