Динамика норм русского языка ответ на вызовы времени и новые условия жизни

Глава 3. Динамические процессы в современной русской речи

жанр «по своей природе является конфликтогенным, поскольку предполагает как позитивную, так и негативную оценку, оказывающую эмоциональное воздействие на автора статьи. <…> Хотя в данной коммуникативной ситуации взаимодействие адресата и адресанта происходит опосредованно и безличностно, рецензент передаёт своё отношение через оценочные высказывания, которые оказывают существенное воздействие на автора статьи и сказываются на его эмоциональном состоянии. Воздействуют они и на третьего участника коммуникации – редактора журнала или члена редколлегии, через которого осуществляется общение и который, выступая в качестве медиатора, принимает на себя ответные эмоциональные удары-реакции» [Ларина 2019а: 38].

Анонимное рецензирование называют слепым, поскольку ни рецензент, ни автор рецензируемого научного произведения не имеют информации друг о друге. Задачи этой новой для российского научного сообщества процедуры далеко не всегда верно понимаются её субъектами. Конечно, «рецензент призван дать заключение о качестве статьи и возможности её публикации», однако «не менее важной коммуникативной целеустановкой анонимной рецензии является не только оценка рецензируемой статьи, но и внесение конструктивных предложений по её улучшению. То есть рецензент должен выступать не только в роли критика, но также и в роли советчика и помощника, что не всегда учитывается авторами рецензий» [Ларина 2019а: 42]. В новом жанре научной речи нередко можно обнаружить случаи нарушения этических норм. Они, как правило, связаны с тем, что рецензент проявляет излишнюю категоричность по отношению к автору рецензируемого материала.

Как верно замечает Т. В. Ларина, в русскоязычных анонимных научных рецензиях «наблюдается усиление негативной оценки, для чего используется эмоционально окрашенная лексика, а также её усилители:

Текст крайне небрежен. В 99% случаев анализ совершенно не развёрнут. Язык очень некорректный, изложение часто хаотичное, отдельные рассуждения в статье крайне категоричны. Статья по многим параметрам не выдерживает никакой критики» [Ларина 2019б: 43].

Наши наблюдения над текстами данного жанра подтверждают, что русским рецензентам действительно нередко присуща излишняя категоричность в сочетании с эмоциональностью. Приведём примеры из анонимных рецензий на статьи саратовских лингвистов: Категорически неверно! Эта форма – результат элементарной пассивизации, и никакого медиативного значения она не несёт; Анализ некорректен и ве-

дёт к ложным выводам; С этим утверждением нельзя согласиться.

При этом стремление авторов статей снизить степень категоричности высказывания нередко подвергается критике рецензента: Вы часто используете «как нам кажется», «нам представляется». Приведите

101

О. Б. Сиротинина, А. В. Дегальцева. Динамика норм русского языка

в соответствие с научным стилем! Как говорится, когда кажется,

сами знаете, что делать надо. «В результате автор статьи получает обязательные к выполнению предписания, ему не предоставляется выбор как стратегия смягчения воздействия, возможность обдумать предлагаемое решение» [Ларина 2019а: 44].

Высокая степень категоричности, которая, на наш взгляд, не является допустимой для данного жанра, выражается ещё и в неоправданно высоких требованиях анонимного рецензента к глубине проработки на-

учной проблемы: В статье рассматривается актуальная, но не новая проблема <…>. Этот вопрос уже был подробно освещён во многих работах, в том числе специально – в диссертации <…>, причём более подробно; Громадный объём проанализированного материала в тексте не виден; потому что приведённых примеров не так много. Как ви-

дим, по мнению рецензента, степень глубины исследования проблемы

иколичество анализируемых примеров в научной статье и диссертации должны быть примерно одного уровня.

Итак, случаи несоблюдения языковых и этических норм являются типичными нарушениями экологии научной речи. Такие нарушения далеко не всегда возникают из-за недостаточно высокого уровня коммуникативной компетентности адресанта. Они могут быть вызваны

иэкстралингвистическими причинами – информационными перегрузками, «клиповым» мышлением и «точечным» вниманием говорящего или пишущего.

Возникновение рисков в научной коммуникации связано, конечно, не только с речевыми ошибками и стилистическими погрешностями. Её эффективность снижают использование специальной лексики, не являющейся общепринятой в данной сфере общения, обилие иноязычных слов и выражений (особенно новых англицизмов), а также употребление синонимичных или вариативных терминов. Кроме того, рискогенность научной речи связана с изменением традиционных и появлением новых её жанров.

Другой сферой общения, ориентированной на адресата-специали- ста, профессионала в определённой области социально значимой деятельности, является деловая коммуникация.

3.4. Специфика русской корпоративной коммуникации как новой формы делового общения

Успех и эффективность любой коммуникации во многом зависят от правильной её адаптации к адресату [Позитивная коммуникация… 2020; Сидоров 2009; Эффективность… 2019, Эффективность… 2021].

102

Глава 3. Динамические процессы в современной русской речи

Наиболее эффективным можно считать непосредственное устное общение, опирающееся на ситуацию и дающее собеседнику возможность переспросить говорящего, хотя и оно, безусловно, не лишено коммуникативных рисков. В деловой коммуникации процесс адаптации речи к адресату затруднён, поскольку в одной организации обычно работают люди разного возраста, обладающие разным социальным статусом и фоновыми знаниями (так, в вузах есть иерархическое деление на руководство, специалистов в области документации, профессорско-преподавательский состав и студентов). Сферу деловой коммуникации можно назвать гибридной: в ней происходит общение специалистов друг с другом (например, деловых партнёров), специалистов с неспециалистами (менеджера с клиентом, чиновников с журналистами); коммуникантов, являющихся носителями разных типов речевой культуры [Сиротинина 2021].

Особенно затруднена, практически невозможна адаптация текста к адресату в законодательной разновидности делового общения (хотя именно здесь она больше всего необходима). Это объясняется объективными причинами. «Во-первых, уже давно сфера законодательства представлена только письменной речью, даже в устных консультациях звучат письменные формулировки, поэтому реальное общение адресата с адресантом заменено исключительно общением с созданным адресантом (обычно коллективным) текстом закона. Во-вторых, адресат обязан безоговорочно подчиняться требованиям закона, являясь при этом всем населением страны, т. е. принцип демократии (подчинение большинству) изначально нарушен» [Сиротинина 2019: 32]. Именно поэтому законодательства, удовлетворяющего нуждам всех граждан, нет ни в одной стране мира.

Далее мы подробно рассмотрим лишь одну разновидность современной деловой коммуникации – корпоративное общение. Этот выбор обусловлен новизной и актуальностью данного типа коммуникации для российского бизнеса.

Объектом исследования корпоративного общения служат собранные А. В. Дегальцевой материалы устной и письменной коммуникации сотрудников трёх крупных российских организаций (в целях конфиденциальности не станем их называть), связанных с финансами и информационными технологиями. К анализу привлекаются записи деловых бесед, собеседований, а также информационные письма, оповещения, деловые просьбы и предложения, объяснительные и докладные записки и др.

Современная деловая коммуникация характеризуется изменениями в технологиях создания, передачи, хранения и обработки информации [Кушнерук 2010]. Формирование новой для российской действительности бизнес-культуры с её особой системой корпоративных ценностей отражается на сущностных характеристиках делового общения [Мягкова

2011; Милёхина 2013].

103

О. Б. Сиротинина, А. В. Дегальцева. Динамика норм русского языка

На современное деловое общение заметное влияние оказывают три уже упоминавшихся социальных процесса – цифровизация, демократизация и глобализация.

3.4.1. Цифровизация деловой сферы жизни

Цифровизация профессиональной сферы жизни привела к тому, что традиционные для деловой коммуникации жанры переместились в Интернет. Сегодня всё чаще бумажные деловые письма заменяют электронные, а собеседования и совещания проходят в сети. В период пандемии коронавируса единственной приемлемой формой организации совместной деятельности стал онлайн-формат.

Исследование материала показывает, что структура жанров делового общения в последние десятилетия претерпела заметное изменение. Так,

всовременной деловой переписке появился новый способ организации текстового пространства – гипертекст. Благодаря электронному каналу связи стало возможным цитировать и пересылать целые сообщения или их фрагменты, а также создавать гиперссылки. Таким образом, современное электронное деловое письмо нередко превращается в совокупность связанных общностью тематики текстов линейной или ступенчатой структуры.

Изменения касаются и реквизитов деловых писем. В конце электронного делового письма «сейчас обычно присутствует шаблон, содержащий, помимо имени и фамилии адресанта, сведения о занимаемой им должности и его контактные данные. Информация об отправителе часто дополняется ссылками, по которым с ним можно связаться через социальные сети, официальный сайт организации или деловой блог»

[Дегальцева 2017: 319].

Вделовой электронной переписке менеджеров и бизнесменов всё чаще можно обнаружить графические особенности, присущие интернетобщению (например, смайлы и замещающие их скобки, а также шрифтовое выделение и подчеркивание: Благодарю за оперативность ☺;

Ждём ваших конструктивных предложений!))); НЕОБХОДИМО проверить данные по регионам; Такие письма нужно присылать только мне,

больше НИКОМУ! Графические средства служат для выражения эмоций адресанта или привлечения внимания адресата к важной, по мнению пишущего, информации.

Активное проникновение интернет-технологий в деловую коммуникацию привело к тому, что для установления и окончания контакта

вней используются особые формулы приветствия и прощания: Доброго времени суток! (в корпорациях, где работают люди, живущие в разных часовых поясах); До связи!; На связи!

104

Глава 3. Динамические процессы в современной русской речи

Вделовом мире время является ценным ресурсом. В связи с этим для его экономии работниками используются такие средства сжатия информации, как аббревиация, стяжение, усечение. Многие из них универсальны: з/п или ЗП (заработная плата), нал (наличный расчёт), б/н или безнал (безналичный расчёт), электронка (электронная почта), инфо (информация); другие же понятны лишь специалистам определённой сферы: БП (бизнес-план), ОСП (отдел сопровождения продаж), КЦ (колл-центр, калька с англ. call-center), ЛП (линия поддержки), БЕ (балансовая единица), ШК (штрих-код); SAP (от англ. System Analysis Program Development), IT (от англ. Information Technologies), ОТ (от англ. OpenText) и мн. др. Поскольку корпоративное общение всё чаще осуществляется посредством интернет-технологий, аббревиатуры проникают в устную речь из деловых писем: У вас не работает принтер ШэКа/

правильно я понимаю? Коллеги, вы скиньте мне БэПэ (бизнес-план) на мою электронку (записи делового общения).

Следует заметить, что сокращаются даже номинации профессий. Чаще всего они образуются путём добавления к русской или иноязычной аббревиатуре русского или заимствованного суффикса. Так, специалиста

вобласти информационных технологий в профессиональной среде на-

зывают айтишником (ай + ти (от англ. it = information technology) + ш +

ник), специалиста в области информационной безопасности ибэшником (и + бэ (информационная безопасность) + ш + ник), сотрудника отдела кадров – эйчаровцем (эйч + ар (от англ. hr = human resources) + ов + ец)

и под.: Его ещё должны проверить ибэшники/ если всё ОК/ будем его оформлять// (записи делового общения). Таких образований «имён лиц от буквенных аббревиатур <…> строго избегала речь предшествующего периода, практически не допускавшая слов типа: ГАИшник, МИДовец, кагэбэшник» [Костомаров 1997: 201].

3.4.2.Демократизация корпоративной коммуникации

Всовременном деловом дискурсе в разной степени реализуется коммуникативная категория официальность / неофициальность [Байкулова 2011, 2012]. Заметим, что под коммуникативными категориями мы, вслед за Е. П. Захаровой, будем понимать «категории речевого общения, участвующие в организации и/или регулировании коммуникативного процесса, имеющие определённую структуру и содержание, обладающие набором разноуровневых средств (языковых, речевых, коммуникативно прагматических)» [Захарова 2009: 164]).

По мнению Л. П. Крысина, соблюдение участниками коммуникации официально-деловых норм и предписаний зависит не только от сферы

105

О. Б. Сиротинина, А. В. Дегальцева. Динамика норм русского языка

общения, но и от социальных ролей коммуникантов, тональности общения, ритуальности ситуации и набора речевых шаблонов. Так, социальная роль судьи или командира воинского подразделения требует более жёстких речевых рамок и ограничений, чем, например, роль врача. При ослаблении таких социальных требований говорящий может перейти от книжных языковых средств к разговорным. Максимально способствуют этому дружеские отношения коммуникантов [Крысин 2004].

Всвязи с активным в современном русском языке процессом усиления роли спонтанного устного общения происходит ослабление рамок официальной публичной коммуникации [Валгина 2003]. Наряду с офици- ально-деловой коммуникацией существуют и другие виды делового дискурса, характеризующиеся меньшей степенью официальности. Это связано с динамичным проникновением принципов неофициального общения

втрадиционно официальную коммуникацию [Байкулова 2015]. В связи с этим представляется возможным говорить не только об официальноделовом, но и о нестрого официальном (полуофициальном [Бобарыкина 2003; Захарова 2009] деловом общении.

А. Н. Байкулова отмечает, что между коллегами могут возникать такие разновидности неофициального общения, как рабочее общение, связанное «со взаимодействием сотрудников во время выполнения рабочих заданий» и направленное «на решение деловых задач без излишней формализованности, то есть при возможном ослаблении статусноролевых позиций коммуникантов и некотором усилении фактора их личных взаимоотношений» [Байкулова 2015: 23]. Помимо рабочего общения можно говорить о межличностном деловом общении – неформальном избирательном общении, носящем «частный, добровольный, более непринуждённый и эмоциональный характер, чем рабочее» [Байкулова 2015: 23]. Межличностное деловое общение возникает между сотрудниками

впериоды, не занятые работой, и служит для укрепления их личных деловых связей.

Деловая коммуникация первых десятилетий XXI в. характеризуется высокой степенью демократизации, что находит отражение в снижении степени её официальности, или деофициализации [Голев, Сологуб 2007]. Наблюдается «раздвоенность деловой речи с одновременным её тяготением к стереотипам книжности и свободной разговорности» [Химик 2011: 258]. Подобный тип коммуникации характеризуется «сниженным уровнем контроля, выходом за рамки статусно-ролевого поведения», размытостью ролевых характеристик, «избирательно-ситуативным принципом соблюдения норм» делового общения [Колтунова 2005: 182].

Всовременную деловую речь (устную и письменную) активно проникают разговорные (в том числе сниженные), просторечные и жаргон-

ные лексемы и выражения: Коллеги, пожалуйста, сформулируйте вопросы и отправьте мне и отдельно Куратору в Москве, хватит спамить!;

106

Глава 3. Динамические процессы в современной русской речи

Зипани все свои файлы и вышли мне до вечера; Они сами в левых компаниях устроены!; Сегодня направлю вопросы в Питер; Мне с того уже ни тепло и ни холодно; Если он сможет создать эффективную дистрибьюционную компанию в будущем, то флаг ему в руки; При составлении прогноза движения денежных средств я пытался максимально детально оценить дебиторку и кредиторку (деловые письма); Коллеги, прошу прощения// У меня инет опять вырубился!; Ребят/ чтоб всё было сделано до завтра!; Они к вам в отдел пока у них ремонт/ но всё равно следите за всей документацией/ чтоб они у нас ничё не потеряли

ине спёрли//; Коллеги/ мы с вами успели сдать отчёты в аккурат к

первому числу// (записи делового общения).

Проникновение черт устной речи в письменную деловую коммуникацию заметно не только на лексическом, но и на синтаксическом уровне, что выражается в инверсии, парцелляции, восклицательных пред-

ложениях и под.: До завтра нужно выполнить к бизнес-плану презентацию; Мне кажется, вам проще написать будет заявление на увольнение по собственному желанию! Коллеги, прошу учесть, что приближается дедлайн. Времени не осталось! Совсем (деловые письма).

Реалии современной деловой жизни, связанные с бурным ростом

иразвитием крупных корпораций, привели к возникновению её новой формы – корпоративной коммуникации. Данный вид общения связан с «широким распространением элементов разговорной речи, художественного и публицистического стилей. В корпоративном общении допускаются рассказы о семейных делах, обнаруживаются эмоции, присутствуют намёки на межличностные отношения, вольно трактуются статусные отношения с начальством, даже в официальной сфере» [Ратмайр, Милёхина, Клингсайс, Гарстенауэр 2017: 9–10]. Кроме того, становится возможным обращение к людям старшего возраста или вышестоящим,

а также малознакомым собеседникам только по имени (без отчества) и нередко на ты.

Деофициализация корпоративного общения проявляется и в более свободном (по сравнению с регламентированным деловым общением) выборе тем. Так, в деловых письмах, наряду с рабочими вопросами, обсуждаются личная жизнь, отдых, увлечения и т. д. «Безусловно, такого рода темы могут подниматься при наличии минимум двух условий: а) если адресант и адресат знакомы друг с другом; б) если письмо не относится к строгим, регламентированным и формализованным документам официально-делового стиля» [Дегальцева 2017: 327].

Конечно, степень «строгости», формальности зависит от жанра деловой речи. Снижение степени официальности электронной деловой переписки связано с тем, что её юридический статус не является определённым. Она служит «решению оперативных, неотложных вопросов и содержит информацию, не нуждающуюся в регистрации», что «позволяет

107

О. Б. Сиротинина, А. В. Дегальцева. Динамика норм русского языка

классифицировать её как маргинальную жанровую форму письменного делового общения» [Колтунова 2005: 138]. Договоры, акты, протоколы

иподобные официально-деловые документы, служащие для фиксации деловых отношений и строящиеся по шаблонам, не претерпевают существенного изменения. Наиболее отчётливо субъективность, оценочность

ивысокая категоричность проявляются в информативно-оценочных жанрах (выговорах, докладных и объяснительных записках). Приведем пример объяснительной записки менеджера одной из российских финансовых организаций с сохранением авторских орфографии и пунктуации:

Встреча с клиентом произошла у него дома. Клиент встретил на пороге с криками что «наконец-то я подъехал (а я подъехал в назначенное время) и что я сильно его подвел, потому что он обязан перед людьми». Во время встречи клиент бурно выражался, сильно ругался с третьим лицом, своей матерью, просил чтобы она ушла. Он предложил мне пройти не снимая обуви, на что я ответил клиенту, что шел дождь

ине стоит мне проходить в обуви, так как обувь грязная. На что поступил укор со стороны клиента почему я в «грязных белых тапочках хожу договоры заключать». Может это шутка, но я такой не понял (фотографии обуви прикладываю – белые летние мокасины с прорезями, пусть не совсем классической формы но в «рамках», не тапочки). Когда я сказал, какую именно сумму наша организация ему выделяет, клиент ответил руганью, сказал, что у него долг в 250 000 рулей перед друзьями, эта сумма нужна ему немедленно. А еще он сказал, что он «найдет меня», что я его обманул. Мне очень долго пришлось ему все объяснять и успокаивать его. Я считаю клиента очень вспыльчивым и не адекватным человеком. Его долги – это его проблема, причем тут наш договор. Тем не менее, все необходимые документы были подписаны.

Как видим, менеджер подробнейше описывает руководству сложившуюся ситуацию – бестактное поведение клиента, его взаимоотношения с матерью, друзьями и т. д. Вместо объяснения причины, по которой клиент остался недоволен обслуживанием, пишущий выбирает тактику оправдания, жалобы и осуждения. Он не учитывает таких важнейших особенностей делового общения, как строгость, чёткость, регламентированность объёма и выбора языковых средств, официальность, отсутствие эмоциональности.

Усиление неформального начала заметнее проявляется в деловой речи людей, занимающих руководящие должности. Кроме того, если руководители среднего звена называют своих подчинённых коллегами,

ребятами, командой, сотрудниками, то руководители высшего звена используют номинации люди, человек: Не хватает людей на тестирование//; Хорошо/ я тогда позвоню своему человечку в Москве/ может/

он согласиться// (записи деловой речи). Это обусловлено тем, что «топ-

108

Глава 3. Динамические процессы в современной русской речи

менеджеры обычно сами формируют круг таких людей, в отличие от менеджеров первого или среднего звена, которым приходится взаимодействовать с работниками, назначенными “сверху”. Кроме того, руководитель воспринимает себя как лидера и наставника, воплощающего дух организации» [Дегальцева 2015: 52].

Наряду с демократизацией современную деловую коммуникацию затрагивает процесс глобализации.

3.4.3. Глобализация корпоративной коммуникации

Поскольку, как мы отмечали ранее, современные бизнес-процессы и особенности установление деловых контактов невозможны без обращения к зарубежному опыту, характерной чертой российской деловой коммуникации является обилие англицизмов. Заметим, однако, что в связи с изменением внешнеполитической обстановки в корпоративной коммуникации, по-видимому, будет происходить трансформация, связанная с перестраиванием международных отношений, ориентацией на многополярность делового мира, однако пока наш материал ее не отражает.

В начале XXI в. в России сформировался новый социоцентрический, или социокультурный, типаж носителя деловой речи – типизированная коммуникативная личность руководителя, менеджера, предпринимателя [Карасик 2003], речевое поведение которого характеризуется активным использованием административно-деловых англоязычных терминов, жаргонизмов и любых англицизмов как индексов принадлежности к корпоративному миру [Химик 2011]: Со вчерашнего дня я начал вести документ, в котором будут отмечаться регионы, руководители которых присылают файлы отчета до кат-офф (кат-офф – от англ. cut-off time – расчетное время; закрытие операционного дня); Вам надо обратиться в Эйчар (от англ. HR – Human Resources – кадровый отдел);

Расплачиваться с подрядчиком будем кэшем или безналом? (от англ. cash – денежные средства, наличные); Мне уже прислали инвайт на московскую конференцию (от англ. invite – приглашение) (деловая пере-

писка); У Вас был фул (от англ. full – полный) комплект?; Вы можете мне выслать сэмпл? (от англ. sample – образец); Да/ это не есть гуд //

(калька с англ. – It isn’t good) и под. (записи делового общения). Иногда профессиональные термины вводятся в текст непосредствен-

но на английском языке: Есть ощущение, что Cost Structure неплохая; Нам требуется SQL-разработчик (деловая переписка); Ты не посмотрел веб-репорт/и место на которое он вываливается? (записи делового общения).

109

О. Б. Сиротинина, А. В. Дегальцева. Динамика норм русского языка

Большинство профессионализмов в корпоративном общении не является просто кальками с английского. Они изменяют формальную структуру, грамматические показатели и семантику, тем самым приспосабливаясь под систему русского языка [Аджемова, Гарстенауэр 2017; Крысин 2000]. Согласно нашим наблюдениям, чаще всего к английским корням присоединяются русские аффиксы. «Например, при образовании глаголов добавляются аффиксы, указывающие на совершенный или несовершенный вид: чéкать – проверять и чéкнуть/прочéкать – проверить (от англ. to check)» [Дегальцева 2021б: 150]. Существительные же «присоединяют к себе русские флексии: траблы (от англ. trouble – различного рода проблемы, возникающие при работе ПО), баги (от англ. bug – ошибка или недоработка в компьютерной программе)» [Дегальцева

2021б: 150].

Кроме того, от англицизмов по русским словообразовательным моделям регулярно образуются причастия и прилагательные: доменный – относящийся к домену (адресу сайта), зазипованный – сжатый с помощью Zip-архиватора, забагованный – содержащий ошибки и неисправности (баги), заспамленный – содержащий большое количество спама.

Как отмечают Р. Ратмайр и С. А. Рисинзон, «английский язык для собеседников из успешных российских компаний уже давно стал “lingua franca”, т. е. чем-то само собою разумеющимся для осуществления эффективных бизнес-коммуникаций» [Ратмайр, Рисинзон 2017: 84].

Демократизация и глобализация влияют на особенности русского делового этикета. Так, сотрудники, «работающие в одном отделе и принадлежащие к одной возрастной категории, преимущественно обращаются друг к другу на «ты», даже если находятся на разных ступенях социальной лестницы, и по имени – полному или сокращённому (нередко англизированному: Дэн, Макс и под.)» [Дегальцева 2021б: 144]. Воздействие англоязычной традиции можно заметить в этикетных формулах и способах выражения эмоций: Хелло! Гудбай (Бай)! Велкам! Плиз! Сорри (Сорян)! Вау! Упс! и др.: Упс, я не тебе письмо отсылал, просто не на тот адрес направил!; Сорян, Андрей!; Дай ответ до дедлайна,

плиз! (переписка в корпоративной почте).

Кроме того, под влиянием западной культуры в современную деловую речь активно входят сложные образования (композиты) с препозитивными заимствованными компонентами (иногда пишущимися латини-

цей): веб-страница, интернет-портал, онлайн-встреча, пиар-ход, Webадрес, PR-компания и под.: Ты обновил веб-страницу и не помогло?// Сегодня в 18.00 по Москве онлайн-собеседование с кандидатом на ме-

сто разраба// (записи делового общения). Такие композиты являются результатом усиления в русском языке рубежа XX–XXI вв. тенденции к аналитизму.

110