Информационные технологии позволяют транснациональным корпорациям размещать различные элементы производственного процесса в разных странах, сохраняя при этом возможность эффективного управления. Например, современный мировой финансовый рынок представляет собой интегрированную систему, действующую в планетарном формате, внутри которой совершаются мгновенные транзакции, участники которых могут находиться на разных континентах. Цифровизация сферы услуг позволило некоторые услуги сделать объектом специфической торговли. По сути, любая деятельность, которая осуществляется посредством электронных устройств, может производится в любой точке мира.
4. Пожалуй одним из самых критикуемых результатов глобализации является стандартизация и унификация. Каждый день, на уровне повседневной жизни происходит копирование и обобщение в рамках единых стандартов всевозможных социальных практик. Именно это ведёт к нивелированию самобытности культур и подчинению глобальных институтов вполне определённым коммерческим интересам.
Темы и вопросы для обсуждения
1.Сформулируйте определение понятия «глобализация».
2.Дайте характеристику основных направлений глобали-
зации.
3.Содержание и формы выражения социально-экономи- ческой глобализации.
4.Содержание и формы выражения социальной и культурной глобализации.
5.Основные характеристики современного этапа глобали-
зации.
10
1.2.Проблема суверенитета национального государства
вконтексте глобализации
Процесс глобализации, приобретающий всё большее значение в последние годы, оказывает сильнейшее, а порою определяющее воздействие на функционирование национальных государств, их базовые институты, принципы функционирования, а значит, и на суверенитет – важнейшее средство самоиндефикации государственной власти. Несмотря на глубокие изменения, происходящие в мире в последние десятилетия, государственный суверенитет остается незыблемой основой конституционного строя большинства государств, тем что делает государство уникальным явлением со своими свойствами и характеристиками.
В своём учении о государстве Г. Еллинек определял суверенную государственную власть как независимую и верховную власть. Первое свойство как правило проявляется вовне, в отношениях суверенного государства с другими странами, второе – в решении внутренних вопросов. В работах большинства исследователей суверенитет рассматривается как правовое понятие: «независимость государственной власти всегда конструировалась как правовая, а не фактическая независимость. Одновременно суверенитет означает и то свойство государственной власти, в силу которого она обладает исключительной способностью к правовому самоопределению и самообязыванию»2.
После формирования Вестфальской системы мира (1648) идея государственного суверенитета как главного отличительного признака национального государства получила своё закрепление в международном праве. Государство обладает всем
2 Еллинек Г. Общее учение о государстве. – СПб., 2004. – С. 457– 458, 463.
11
комплексом властных полномочий на принадлежащей ему территории и является уникальным субъектом международных отношений, основанных на принципе равенства прав государств, который зафиксирован в ст. 2, п. 1, Устава ООН. Суверенное равенство, уважение прав, присущих суверенитету, предусматривалось и последующими документами ООН, а также всем комплексом деклараций и межгосударственных соглашений, представляющих правовую основу политической глобализации.
Несмотря на декларируемый примат государственного суверенитета в процессе регулирования международных отношений, в последнее время среди экспертов всё чаще встречается мнение о необходимости пересмотра концепции государственного суверенитета. Одной из главных причин такой переоценки ценностей является глобализация, содержание и формы внешнего выражения которой часто прямо противоречат традиционному взгляду на сущность государства и суверенитет как его основной квалифицирующий признак.
По мнению председателя Конституционного суда РФ В. Д. Зорькина, вестфальскую систему всё чаще атакуют по двум направлениям: «Во-первых, права человека и права нации на самоопределение противопоставляются принципам государственного суверенитета и территориальной целостности. Во-вторых, национальные государства упрекают в неспособности обеспечить эффективное управление в условиях глобализации»3. Этому якобы мешают «застарелые территориальные инстинкты национальных государств». На смену концепции государственного суверенитета выдвигается идея сетевого управления. Идеологи «сетевых структур» признают, что такой подход не застрахован от трудностей реализации и серьезных просчётов
3 Зорькин В. Д. Апология Вестфальской системы // Россия в гло-
бальной политике. – 2004. – Т. 2, № 3. – С. 18 – 25.
12
при внедрении в управленческую практику, но это, по их мнению, та цена, которую вынуждено платить человечество в условиях перехода к глобальному формату организации общественных отношений. Новая концепция предлагает отказаться от устаревших догм, таких как теория справедливых войн, равенство суверенных государств, основанных на архаичных представлениях о роли государства, справедливости и морали.
Вестфальская система ставится под сомнение и в некоторых международных соглашениях, в рамках которых существенные объемы государственного суверенитета передаются наднациональным органам или иным субъектам международного права. Например, Маастрихтский договор 1992 года, ставший правовой основой первого «сетевого государства», – Евросоюза. Маастрихтское соглашение утвердило пять критериев, которым должны удовлетворять страны, являющиеся членами Европейского валютного союза. Таким образом, страны-подписанты добровольно отказывались от значительной части своего государственного суверенитета – возможности самостоятельно определять основы своей финансовой политики.
Такими критериями стали:
–дефицит государственного бюджета не должен превышать 3% ВВП;
–государственный долг участника соглашения должен быть менее 60% ВВП;
– государство должно в течение двух лет участвовать в механизме валютных курсов и поддерживать курс национальной валюты в определённом диапазоне;
–уровень инфляции не может превышать более чем на 1,5% среднего значения трёх стран-участниц Евросоюза с наиболее стабильными ценами;
–долгосрочные процентные ставки по государственным облигациям не должны превышать более чем на 2% среднее
13
значение соответствующих ставок в странах с самой низкой инфляцией.
По мнению сторонников глобализации и концепции «сетевого государства», перспективы развития Европейского союза находятся в прямой зависимости от того, как скоро европейские страны преодолеют синдром национального государства.
Второе направление ревизии государственного суверенитета содержательно определяется «принципом субсидиарности», согласно которому часть полномочий государство должно передать на тот уровень, на котором имеются ресурсы. Как правило,
вкачестве такого уровня определяется местное самоуправление, размывающее государственный суверенитет снизу, требуя всё большего перераспределения властных полномочий от государства к органам муниципальной власти.
Вэтом и заключается содержание второго принципа компетенции ЕС – принципа субсидиарности, который распространяется на все категории и сферы компетенции Союза, кроме отнесённых к его исключительной компетенции (имеются ввиду те полномочия, которые государства-члены передали на европейский уровень). Согласно принципу субсидиарности Союз
всферах, которые не относятся к его исключительной компетенции, действует лишь тогда и в такой степени, в какой цели предполагаемого действия не могут быть достаточным образом достигнуты государствами-членами на центральном, региональном или местном уровне, но, ввиду масштабов или последствий предполагаемого действия, могут быть лучше достигнуты на уровне Союза.
Согласно концепции субсидиарности принятие решений в Союзе должно быть «в максимально возможной степени приближено к гражданам». Отсюда следует, что ЕС, даже при наличии у него законодательных и иных полномочий, должен воз-
14
держиваться от вмешательства в те вопросы общественной жизни, которые не менее эффективно могут быть решены центральными, региональными или муниципальными органами госу- дарств-членов.
Помимо двух указанных концепций ограничения государственного суверенитета, получила достаточное распространение идея «ограниченного» суверенитета в отношении новых независимых государств, где происходит регулярное нарушение прав человека, территории которых являются генераторами миграционных потоков в другие страны. Либо такие государства могут быть местами дислокации террористических организаций (для этого был разработан специальный термин «государстваспонсоры терроризма»). Согласно этой теории, не все народы способны управлять собой, что суверенитет может быть благом, а может приносить вред или рассматриваться как привилегия, которую необходимо заслужить. Такая же концепция разрабатывается в рамках проблемы «мягких суверенитетов», что позволяет во всех смыслах обосновывать «гуманитарные интервенции», цель которых заключается в обеспечении надлежащего контроля за территориями «фантомных государственных образований».
Многие исследователи полагают, что специфика глобализации прежде всего связана с глубоким кризисом национального государства и государственного суверенитета как его основного качества-признака. В этой связи необходимо иметь ввиду прямую зависимость суверенитета от способность государства контролировать определённую территорию. Государство, суверенитет и территория представляют собой взаимопроникающие категории. Французский государствовед Л. Дюги отмечал: «Коллективность может быть государством только тогда, когда она осела на территории с определёнными границами. Без этого нет
15
государства»4. Однако, в условиях глобального мира территориальность перестает быть основным организующим принципом социальной и экономической жизни современного государства. Глобализирующаяся политико-правовая действительность воспринимает и интерпретирует мир как единое целое, а не как совокупность национальных сообществ. В глобальном пространстве происходят сдвиги в сторону трансконтинентальных или межрегиональных рамок действия, взаимодействия и осуществления власти.
Размывание государственных границ в наибольшей степени отражает суть современного этапа глобализации. Сначала границы национальных государств оказались прозрачными в экономической сфере, затем этот процесс охватил социальные, военные, политические, культурные и иные отношения, целые регионы начали приобретать новое территориальное измерение. В некоторых регионах планеты межгосударственные границы сегодня имеют весьма условное значение, что естественным образом ставит под сомнение наличие государственного суверенитета в традиционном его понимании у соответствующих стран.
Как известно, проблема суверенитета актуализировалась сразу после Второй мировой войны, когда на первый план вышли вопросы экономики. Развитые государства разными способами стремились установить максимально полный контроль как над обширными территориями и ресурсами третьего мира, так и над потоками информации, рынками товаров, услуг, стремились контролировать перемещение рабочей силы. По мнению многих исследователей, именно это стало экономической причиной пересмотра концепции государственного суверенитета, которая на уровне идеи-принципа «мешала» установлению нового глобального миропорядка. «Разрушение», проницаемость государст-
4 Дюги Л. Конституционное право. – М., 1908. – С. 128.
16
венных границ стала своеобразным инструментом такой экспансии. Идея открытого общества становится содержательной основой идеологии западного мира.
Прозрачность межгосударственных границ естественным образом сделала мир взаимозависимым. Именно поэтому основным свойством глобализации является взаимозависимость всех элементов системы. В свою очередь, это изменило представления о безопасности, о соотношении внешней и внутренней политики, о дипломатии и других базовых постулатах классических международных отношений. Жёсткие границы между внешней и внутренней политикой фактически утратили свое былое значение.
Открытие межгосударственных границ, как правило, сопровождается активизацией надгосударственных и негосударственных участников международных отношений: межправительственных и некоммерческих организаций, транснациональных корпораций, всевозможных региональных объединений, экологических, правозащитных, профессиональных и других движений. Естественно, что их деятельность на национальном уровне обусловлена не только процессом глобализации.
После окончания Второй мировой войны межгосударственные организации получили широкое развитие. Первоначально планировалось, что эти надгосударственные и негосударственные структуры станут проводниками международной политики конкретных государств в той или иной сфере. Например, в торговле – ВТО, а в военно-политической сфере – блок НАТО. Однако впоследствии всё более очевидной становилась их самостоятельная роль как субъектов мировой политики и экономики. Сегодня уже трудно понять как и кто определяет содержание и направления деятельности негосударственных субъектов мировой политики и экономики.
Противоречивое развитие права и государства в условиях глобализации требует объективного анализа, дальнейших ком-
17