Свобода ценообразования в кредитном правоотношении

Уяснив предпосылки, затрудняющие правильное понимание цены кредита, следует задуматься над тем, как вернуть свободу ценообразованию в кредитную сферу, заранее определив ее границы. Широчайшие полномочия сторон при индивидуальном согласовании способа определения цены и ее размера, по-видимому, должны иметь пределы в случае, когда банк использует тарифы, т.е. заранее подготовленные общие условия сделок, а также при кредитовании физических лиц, не обладающих достаточным уровнем финансовой грамотности. Важную гарантию защиты в последнем случае может дать введение ростовщических запретов.

В современном праве среди гражданско-правовых договоров можно выделить соглашения, для которых цена (вознаграждение, плата) сконструирована законодателем как уплачиваемая за товар*(1043), за действия (деятельность, ее результат)*(1044) или за срок пользования*(1045). Это, однако, еще не ограничивает право сторон устанавливать цену договора, ее состав и форму выражения в любом виде, одновременно включая в нее элементы платы за все перечисленные объекты.

Проблема, которая может при этом возникнуть, состоит в том, чтобы выяснить, берет ли исполнитель вознаграждение дважды за одно и то же действие. В отличие от этого подхода, российский законодатель в отношении кредитного договора исследует вопрос о том, насколько вообще обоснованным является включение в единый тариф элемента цены, связанного с совершением определенного действия. В этом его позиция принципиально расходится с подходом, например, германских правоведов.

Как уже отмечалось выше, наибольшее число решений германских судов по признанию незаконными банковских вознаграждений имеет отношение к договору банковского счета. Наглядным примером взимания "удвоенных" вознаграждений является ситуация, когда банку регулярно уплачивается вознаграждение за обслуживание банковского счета и в то же время всякая операция по списанию и зачислению денежных средств, оформлению выписки по счету и т.д. тарифицируется отдельно. Все указанные выплаты берутся банком в связи с осуществлением некоторых действий. Справедливо задаться вопросом, за какие именно действия взимается "вознаграждение за обслуживание". В связи с этим германская судебная практика выработала правило о пяти операциях по счету ежемесячно, за которые банк не должен взимать дополнительных вознаграждений.

Иначе выглядит структура цены в кредитном договоре. Проценты являются частью цены, зависящей от срока кредита, которая - с точки зрения банка - покрывает расходы, связанные с привлечением денежных средств, а - с точки зрения заемщика - взимается за возможность распоряжаться капиталом в течение определенного срока. Для того чтобы это стало возможным, банк должен совершить ряд затратных действий (банковских операций), плату за совершение которых он также включает в цену договора. В этом случае часть цены договора, взимаемая за срок пользования кредитом, и часть цены договора, уплачиваемая за конкретные действия банка, никак не могут представлять собой плату за одно и то же. Следовательно, установление сторонами способа определения цены, включающего, как минимум, два элемента - процентный и непроцентный, не должно ограничиваться.

Свобода договора, понимаемая широко, включает в себя право выбрать способ определения и форму выражения цены. Если договор заключается фактически равными сторонами с индивидуальным согласованием всех ценовых условий и без использования тарифов, невозможно найти основания для ограничения такой свободы. Свободная цена кредита формируется на свободном кредитном рынке.

Как уже было отмечено, стороны должны лишь выделить в свободно согласованной цене проценты или ту часть цены, которая зависит от срока кредита, чтобы обеспечить их пропорциональность при досрочном возврате. Это следует уже из общего принципа добросовестности (отказа от злоупотребления правом). По крайней мере, из Гражданского кодекса можно вывести лишь это общее ограничение в отношении способа определения цены кредита (ст. 809-810 ГК РФ).

Исследование случаев отказа рыночного механизма при установлении цены банковских услуг указывает на их множественность. Низкая транспарентность банковских тарифов, асимметрия информации в отношениях "принципал-агент", вознаграждения за консультирование и управление активами, которые не обеспечивают достаточных стимулов для банка, долгосрочный характер соглашений - все это ведет к асимметрии расходов по выходу из договора и усиливает ценовое давление со стороны банка. Тем самым возникают предпосылки для законодательного или судебного вмешательства в процесс рыночного ценообразования, т.е. для ограничения свободы сторон выбирать способ определения цены услуги. Правда, этот подход основан на предположении, что законодатель, уполномоченный федеральный орган или судья скорее разберутся в проблеме, чем рынок.

Использование банком типовых договорных форм и тарифов (общие условия сделок) является предпосылкой для судебного контроля ценовых условий договора. Соответствующее судебное полномочие можно усмотреть в п. 2 ст. 428 ГК РФ. Контроль со стороны суда не должен, однако, сводиться к грубой отмене всяких вознаграждений, помимо процентов. Здесь еще необходимо наметить тот контур, который отделяет действительно обременительные условия от сложно сформулированных, но справедливых и допустимых ценовых соглашений. Обращаясь к германской судебной практике, предлагается вести этот поиск вокруг разграничения главной цены и дополнительных ценовых оговорок. В любом случае это не должно приводить к нарушению принципа свободы договора, что иногда прослеживается в решениях арбитражных судов.

Следует также избегать политического влияния на банковское ценообразование. В условиях финансового кризиса в течение 2008-2011 гг. со стороны Правительства не раз раздавались "директивные призывы" снижать ставки по кредитам. Сомнительными представляются также заявления о грядущем снижении до определенного уровня ставок по отдельным кредитным продуктам, например, ипотечным кредитам, когда они делаются в отрыве от общих макроэкономических прогнозов и проектов единой государственной денежно-кредитной политики. Активное вмешательство в рынок, даже не подкрепленное законом, а диктуемое политической целесообразностью, принесет больше вреда, нежели пользы.

И законодателю, и правоприменителю необходимо вернуться к основам гражданского права, осмыслить выражение свободы, с тем чтобы защищать не юридические фантомы, а то, что действительно подлежит защите. Зарубежный опыт подсказывает целесообразность опоры на здравый смысл и сохранение примата экономики.

Наряду с непроцентной частью цены банк должен получить право на возмещение (компенсацию) некоторых расходов, например, при досрочном возврате кредита. Такая компенсация становится частью цены кредита ex post. Суды пытаются усмотреть право банка на компенсацию издержек в нормативно-правовых актах Банка России, но оно уже урегулировано гражданским правом в части договора возмездного оказания услуг и выполнения работ (ст. 709, 779 ГК РФ). Размышление в этом направлении вновь обнаруживает актуальность вопроса "что такое кредит - услуга или нет?". Распространение на него правил ценообразования, действующих в отношении возмездных услуг, как это имеет место в большинстве исследованных правопорядков, снимает большинство надуманных ограничений, истоки которых коренятся в советском правосознании.

Выход на сцену потребителя еще больше суживает для банка свободу маневра. Право потребителя на досрочный возврат кредита, по меньшей мере, накладывает ограничения на размер непроцентной части цены кредита. Но следует ли отсюда, что банк полностью лишается права на ее взимание и должен довольствоваться одними процентами? Анализ международного опыта позволяет усомниться в необходимости столь кардинальных ограничений. Состав цены потребительского кредита не только не сокращается, но даже прирастает за счет включения стоимости сопутствующих кредиту услуг.

В сфере потребительского кредитования законодателю еще предстоит дать ответы на многие вопросы, разъяснить и уточнить права заемщика-потребителя и обязанности кредитора. Прекращение практики двойственного толкования положений действующего законодательства станет возможным с принятием Закона о потребительском кредите.

Необходимость специального регулирования отношений между банками и заемщиками-потребителями в настоящее время практически не оспаривается ведущими российскими правоведами. По мнению В.В. Витрянского, действующий Закон РФ "О защите прав потребителей" не содержит ни одной нормы, рассчитанной на применение к договорам потребительского кредита. Он также полагает, что в ряду насущных законопроектов в области защиты прав потребителей одним из первых должен стоять проект Федерального закона "О потребительском кредите"*(1046). В Концепции развития гражданского законодательства, разработанной Советом при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства, в частности отмечается, что положения главы 42 ГК РФ о займе рассчитаны в основном на договор займа, заключаемый между гражданами в бытовых целях. Однако сегодня в заемные отношения вовлечены юридические лица, предоставляющие займы на любые цели. В связи с этим необходимо дифференцировать нормы о займе в зависимости от субъектного состава и цели займа, обратив особое внимание на защиту интересов граждан-потребителей*(1047).

Несмотря ни на что потребители давно научились распознавать внешние сигналы и, возможно, исходя из собственного опыта или из опыта друзей и знакомых, подходят к приобретению финансовых услуг с высокой долей скептицизма. Неудачные примеры предоставления услуг или безразличное отношение со стороны банка рождают у потребителя ощущение, что все поставщики одинаковы. Асимметрия информации, когда банк понимает содержание собственного предложения, включая условия кредитного договора, лучше, чем потребитель, однако не пытается сгладить этот дисбаланс, подрывает доверие в отношениях. Прозрачность условий договора, сообщений и отношений - вот что современный потребитель ожидает от банка, и немедленно ощущает скептицизм, когда не обнаруживает этого. В целом, по оценкам зарубежных авторов*(1048), потребители стали гораздо более опытными в отношении финансовых услуг, нежели раньше, несмотря на то что сложность многих финансовых продуктов возрастает и банки не особенно стремятся сделать их более понятными для потребителя. Это, однако, не отменяет общее правило: две ключевые характеристики в поведении потребителя наиболее важны для сектора финансовых услуг - доверие и лояльность*(1049).

Приложение 1

Директива 2008/48/ЕС Европейского парламента и Совета от 23 апреля 2008 года о кредитных соглашениях с потребителями и отмене Директивы 87/102EC*(1050)

Приложение 2

Союз частных банков Германии

Типовые Общие условия сделок от 31 октября 2009 года*(1051) (Allgemeine Geschaftsbedingungen, Muster)

Основные правила, регулирующие отношения между клиентом и банком

1. Сфера действия и изменения настоящих условий сделок, а также особых условий для отдельных видов сделок

(1) Сфера действия

Общие условия сделок применяются ко всем правоотношениям между клиентами и действующими на территории страны структурными подразделениями банков (далее - банки). Помимо этого к отдельным видам сделок (например, сделкам с ценными бумагами, платежам и сберегательным операциям) применяются особые условия, которые могут содержать положения, отклоняющиеся от настоящих общих условий или дополняющие их; особые условия согласуются сторонами при открытии счета или при получении поручения клиента. В случае если клиент вступает в отношения с банковским филиалом, находящимся за рубежом, принадлежащее банку право залога (п. 14 настоящих условий сделок) обеспечивает также требования такого филиала.