3_Aliev_Sh_M_Pravovye_posledstvia_nachala_i_okonchania_vooruzhennykh_konfliktov

41

крайней мере, общая статья 3 – и применимое обычное право должны регулировать ведение военных действий в этих конфликтах.72

А так как Афганистан 10 декабря 2009 г. ратифицировал Дополнительный протокол II, то можно говорить и о регулировании противостояния настоящим Протоколом, о чем свидетельствует наличие со стороны оппозиции контроля над частью населения и руководство судами.73

Заметим, что в этом плане необходимо четко разграничивать собственно операции по борьбе с терроризмом и соответствующее вооруженное противостояние между государством и террористической группой, приобретающее форму вооруженного конфликта. Террористические действия совершаются как государствами, так и неправительственными вооруженными формированиями. Это может происходить как в связи с вооруженным конфликтом, так и вне зависимости от него. Совершение террористических актов не влияет на применение права вооруженных конфликтов, квалификацию вооруженного конфликта и правовой статус сторон такого конфликта. Если лиц, сражающихся с оружием в руках,

захватывают во время международного или немеждународного вооруженного конфликта, их правовой статус регламентируется соответствующими нормами права вооруженных конфликтов, независимо от формы вооруженного конфликта. Если речь идет о международном вооруженном конфликте, такие лица имеют право на получение статуса военнопленного и не должны наказываться за само участие в военных действиях. Если же речь идет о вооруженном конфликте немеждународного характера, то эти лица при любых обстоятельствах имеют право на гуманное обращение с ними.

72 US Supreme Court, Hamdan v. Rumsfeld, 548 U.S. 557, 633, 126 S.Ct. 2749, 2797 (2006); Michael N. Schmitt, Charles H. B. Garraway and Yoram Dinstein. The Manual on the Law of Non-International Armed Conflict: With Commentary. International Institute of Humanitarian Law. - San Remo, 2006. Р. 2; Marco Sassoli. Transnational Armed Groups and International Humanitarian Law. Harvard University Program on Humanitarian Policy and Conflict Research, Occasional Paper Series. - Winter 2006. - No. 6. Р. 8.

73 Робин Гайс, Михель Зигрист. Там же

42

Эксперты МККК подчеркивают, что «международное гуманитарное право в равной степени применяется к тем, кто совершает террористические акты (регулярным вооруженным силам, национально-освободительным движениям, оппозиционным вооруженным силам, участвующим во внутреннем вооруженном конфликте, или группам, которые можно считать террористическими группами, поскольку террористические акты являются их основным видом деятельности), так и их противникам. Поэтому война против групп, считающихся террористическими, подчиняется тем же нормам, что и любой другой вооруженный конфликт».74 Представляется очевидным, что данный тезис касается ситуации, когда террористическая группа является стороной в вооруженном конфликте. В

этом случае с точки зрения права вооруженных конфликтов нет разницы между «террористической» группой и любым другим неправительственным вооруженным формированием.

В заключение следует указать, что, несмотря на значительную разработку авторами Женевских конвенций 1949 г. положений о международных вооруженных конфликтах, ни сами Конвенции, ни иные международно-правовые акты не содержат определения международного вооруженного конфликта.

На наш взгляд, международный вооруженный конфликт представляет собой вооруженное столкновение между государствами, которое имеет место всякий раз, когда государство или группа государств прибегают к вооруженной силе против другого государства, независимо от причин и степени интенсивности конфликта. Также к числу международных вооруженных конфликтов относится конфликт, в котором народы ведут борьбу против колониального господства и иностранной оккупации и против расистских режимов в осуществление своего права на самоопределение.

Вооруженный конфликт немеждународного характера

74Прецеденты, документы и учебные материалы, относящиеся к современной практике международного гуманитарного права/ Сассоли М., Бувье А. Т.1. - М.: МККК, 2008. С.122-123.

43

Для периода после 1945 г. характерно увеличение числа конфликтов локального и внутреннего характера, особенно в регионах третьего мира.

Многие внутренние конфликты существуют и в настоящее время в форме вооруженного противоборства разной степени, масштабов интенсивности. К

таковым следует отнести события в Анголе, Афганистане, Гватемале,

Сальвадоре, Чаде, Шри-Ланке, Эфиопии, Камбодже, Ливане, Мозамбике и др. В настоящее время – Ливия, Сирия, Украина.

В литературе часто можно встретить термин «внутренний конфликт»,

западные исследователи употребляют термин «internal conflict», который ассоциируется с понятием «гражданская война».75

В официальных документах встречается понятие «вооруженный конфликт немеждународного характера», англо - и франкоязычные редакции Дополнительного Протокола II 1977 г. к Женевским Конвенциям 1949 г.

используют термин «немеждународный вооруженный конфликт» (noninternational armed conflict, conflits armés non internationaux). Статья 3 общая для всех Женевских Конвенций 1949 г. упоминает о вооруженных конфликтах немеждународного характера. В данном контексте столь широкое употребление нескольких терминов не приводит к искажению их содержания, а является лишь методологическим инструментом, которое использует тот или иной исследователь.

Статья 3 применяется в случаях наличия «вооруженного конфликта, не носящего международного характера, который имеет место на территории одной из Высоких Договаривающихся Сторон». От международного вооруженного конфликта данная ситуация отличается тем, что, по крайней мере, одна из сторон конфликта не является государством.

Указанная статья предполагает, что вооруженный конфликт имеет место тогда, когда ситуация достигает той степени интенсивности, которая позволяет отделить конфликт от иных форм насилия, таких как внутренние

75 Чехарин Ю.В. Внутренние конфликты и международное право: Автореф. дисс... к.ю.н. - М., 1989. - С.8.

44

беспорядки, ситуация напряженности, бунты, восстания, иные спорадические акты насилия и акты аналогичного характера.76 Как следует из практики МТБЮ, подобная степень интенсивности достигается всякий раз, когда ситуация может быть определена как «непрерывное вооруженное насилие».

Для этого конфликту характерны два компонента: степень интенсивности и организованность сторон, которые оцениваются индивидуально в каждом конкретном случае.77

Другой базовый документ – Дополнительный Протокол II к Женевским

Конвенциям 1949 г., касающийся защиты жертв немеждународных вооружены конфликтов от 12 августа 1977 г (далее - ДП-II). В соответствии с

ч. 1 ст. 1 ДП-II, данный Протокол «применяется ко всем вооруженным конфликтам…происходящим на территории какой-либо Высокой Договаривающейся Стороны между ее вооруженными силами и

антиправительственными вооруженными силами или другими

организованными вооруженными группами, которые, находясь под ответственным командованием, осуществляют такой контроль над частью ее территории, который позволяет им осуществлять непрерывные и согласованные военные действия».78

Содержание данного положения позволяет сделать вывод об ограниченной сфере применения Протокола по сравнению со ст. 3 общей для всех Женевских Конвенций 1949 г., поскольку требует в отношении антиправительственных вооруженных групп более высокой степени организации, а именно наличие ответственного командования, контроль над частью территории, возможность осуществлять непрерывные и

76 How is the term ‘Armed Conflict’ defined in international humanitarian law? Opinion Paper. March 2008.Р. 3. See also: ICTY. Prosecutor v. Limaj. Case No. IT-03-66-T. Judgment (Trial Chamber). - 30 November 2005.

Рara. 84.

77ICTY, Prosecutor v. Tadic. Judgment (Trial Chamber), above note 18, para 561–568, especially para 562.; ICTY, Prosecutor v. Limaj, above note 23. Рara. 84; ICTY, Prosecutor v. Boskoski. Case No. IT- 04-82. Judgment (Trial Chamber). - 10 July 2008. Рara 175; A. Cullen. The Concept of Non-

International Armed Conflict in International Humanitarian Law: A Study on Thresholds of Applicability. - Galway, 2007. Р.179.

78 Дополнительный Протокол II к Женевским Конвенциям 1949 г., касающийся защиты жертв немеждународных вооруженных конфликтов от 12 августа 1977 года//Женевские конвенции от 12 августа 1949 года и Дополнительные протоколы к ним. – М.: МККК. 1994. С.298.

45

согласованные военные действия. Хотя ст. 3 упоминает о наличии организованности в негосударственных вооруженных группах, но не содержит критерия контроля над территорией.

Из сферы действия Протокола II исключены ситуации, когда имеет место вооруженный конфликт между несколькими группировками в пределах территории государства без участия правительственных вооруженных сил, например, в случае если законное правительство перестало существовать или если оно слишком слабо, чтобы вмешаться в ситуацию. Участники Дипломатической конференции 1974-1977 гг. сочли ее неким «теоретическим примером из учебника»79, оставив его без рассмотрения. Хотя практика показывает, что такие ситуации порой могут быть не «примером из учебника», а вполне реальным примером.

Так, в 1990-е годы в Таджикистане разворачивались боевые действия между вооруженными формированиями без участия правительственных войск в качестве одной из сторон конфликта.80 Как общее правило, по отношению к указанной ситуации будет применяться только общая ст. 3

Женевских конвенций 1949 г. Но ситуацию в Таджикистане отличало и то обстоятельство, что на период боевых действий Республика Таджикистан являлась новым государством по причине прекращения существования

СССР, вследствие чего возник вопрос о необходимости присоединения к указанным международно-правовым актам. В соответствии со сложившейся межгосударственной и международно-правовой практикой, признание юридической обязательности для государства положений многосторонних международных договоров осуществляется посредством уведомления о

79Комментарий к Дополнительному Протоколу II к Женевским Конвенциям 1949 г., касающемуся защиты жертв немеждународных вооруженных конфликтов от 12 августа 1977 года. - М.: МККК, 1998. С.63.

80Вооруженные столкновения происходили между представителями крупных этно-региональных группировок: гармо-каратегинцами, кулябцами, памирцами, гиссарцами, движениями «Растохез», «Лали Бадахшон» (Бадахшанские самоцветы), «Носири Хисрав» и Партией исламского возрождения Таджикистана. См.: Ахмедов С. Конфликты в Таджикистане: причины и последствия/Текст доступен на сайте факультета политологии Свободного университета Брюсселя:URL: http://poli.vub.ac.be/publi/etni- 1/akhmedov.htm (дата обращения: 26.08.2016)

46

правопреемстве депозитария многостороннего договора либо направлением депозитарию отдельного акта о присоединении к многостороннему договору.

Республика Таджикистан 13 января 1993 года направила уведомление о правопреемстве в отношении Женевских конвенций и Дополнительных протоколов I и II в адрес Швейцарского Федерального Совета81. Именно эта дата считается некоторыми исследователями датой начала действия указанных актов для Таджикистана82, она же фигурирует и в справочных материалах МККК.83

Между тем, практика государств свидетельствует, что если новому государству надлежит быть участником многостороннего договора в силу правопреемства, то оно должно заменить своего предшественника по договору на момент правопреемства.84

В частности, в уведомлении о правопреемстве установлено, что моментом правопреемства Таджикистана следует считать 21 декабря 1991

года, день подписания Алма-Атинской декларации о создании Содружества Независимых Государств («The succession took effect on 21 December 1991, day of the signature of the Declaration of Alma-Ata, which created the enlarged Community of Independent States»85).

Учитывая изложенное, а также исходя из Конвенции о правопреемстве государств в отношении международных договоров 1978 г. (п. 1а ст. 34) и

81 Notification to the Governments of the States parties to the Geneva conventions of 12 August 1949 for the protection of war victims. Conventions and Additional protocols. Succession by Tajikistan.Berne, 17 February 1993.

Документ доступен на сайте Швейцарского Департамента иностранных дел: URL:https://www.eda.admin.ch/content/dam/eda/fr/documents/aussenpolitik/voelkerrecht/geneve/930217_4GENEVE_e.pdf (дата обращения: 26.08.2018)

82См.: Идиев Ф.Ф. Международно-правовые основы участия международных организаций в урегулировании конфликта в Таджикистане: Автореф. дисс… к.ю.н. - М., 2011. С. 24.; Раджабов С.А. Имплементация норм международного гуманитарного права в Республике Таджикистан: проблемы теории и практики: Автореф.

дисс… д.ю.н. - М., 2008. С.4.

83 State Parties to the Following International Humanitarian Law and Other Related Treaties as of 9 Nov-2020.

Материал доступен на официальном сайте МККК: URL: https://www.icrc.org/applic/ihl/ihl.nsf/ (дата обращения: 10.11.2020)

84 Кремнев П.П. Распад СССР и правопреемство государств. - М.: Юстицинформ, 2012. С.94.

85Notification to the Governments of the States parties to the Geneva conventions of 12 August 1949 for the protection of war victims Conventions and Additional protocols. Succession by Tajikistan.Berne, 17 February 1993.

Документ доступен на сайте Швейцарского Департамента иностранных дел:

URL:https://www.eda.admin.ch/content/dam/eda/fr/documents/aussenpolitik/voelkerrecht/geneve/930217_4GENEVE_e.pdf (дата обращения: 26.08.2018)

47

сложившейся практики правопреемства государств, положения Женевских конвенций 1949 г. и Дополнительных протоколов 1977 г. распространялись на территорию Республики Таджикистан с момента правопреемства, т.е. с 21

декабря 1991 г.

Установление иного времени распространения указанных конвенций

(т.е., с даты уведомления о правопреемстве 13 января 1993 г.) аналогично ситуации «tabula rasa» или освобождению от колониальной зависимости Таджикистана, что вызывает решительные возражения ввиду несоответствия конституционному статусу Таджикистана в составе СССР.86

Изложенные выше факты подтверждают, что вооруженный конфликт может иметь место по смыслу ст. 3, но не отвечать полностью тем критериям, которые заложены в ДП-II.

Таким образом, под вооруженным конфликтом немеждународного характера следует понимать вооруженное столкновение, происходящее на территории одного государства между его вооруженными силами и антиправительственными вооруженными формированиями и группами,

которые находятся под ответственным командованием и осуществляют контроль над частью территории этого государства, а также между вооруженными группировками в пределах территории государства.

Рассматриваемая форма вооруженного конфликта получила детальное освещение как в отечественной, так и в зарубежной международно-правовой литературе и судебной практике87, в связи с чем представляется излишним

86Автор настоящего исследования оставляет за рамками работы вопрос о применении оговорок, сделанных

СССР при подписании Женевских конвенций 1949 г., в отношении государств-преемников. Подробней см.: Кремнев П.П. Распад СССР и правопреемство государств. С. 90-94.

87См., например: Арцибасов И.Н., Егоров С.А. Вооруженный конфликт. С.48; Полторак А. И, Савинский Л.С. Вооруженные конфликты и международное право. С.178-179; Чехарин Ю.В. Внутренние конфликты и международное право. С.9; Л. Оппенгейм. Международное право. Т.I/П. I. С.237; Ч. Хайд. Международное право. Т.5. С.31; Report of the Commission of experts for the study of the question of aid to the victims of internal conflicts.International Review of the Red Cross. - February 1963. Р.82-83; ICTY, Prosecutor v. Boskoski, above note 25. Рaras 199–203; ICTY, Prosecutor v. Limaj. Рaras 94–134.; ICTY, Prosecutor v. Haradinaj. Р. 60; A. Eide. Internal Disturbances and Tensions/ International Dimensions ofHumanitarian Law. - Paris, 1988.Рp. 279–295; H.- P. Gasser. Humanitarian Standards for Internal Strife – A Brief Review of New Developments// International Review of the Red Cross. - May–June 1993. - No. 294. Рp. 221–226; F. Ni Aolain. The Relationship between Situations of Emergency and Low-Intensity Armed Conflict// Israel Yearbook on Human Rights. - 1998. Vol. 28. Рp. 97–106; R. Abi-Saab. Le droit humanitaire et les troubles internes/Liber Amicorum Georges Abi-Saab. - The

48

подвергать ее очередному скрупулезному анализу. Правовые последствия ВКНМХ будут изложены в третьей главе настоящего исследования.

Интернационализированный вооруженный конфликт

Со времени окончания Второй мировой войны в мире возникало немалое количество вооруженных конфликтов, не носящих международного характера. Однако на определенном этапе происходила эскалация таких конфликтов за счет вмешательства иностранного государства или группы государств на стороне одной из противоборствующих сторон.

Соответственно менялся и объем права вооруженных конфликтов,

подлежащий применению в конкретной ситуации.

Указанное обстоятельство неизменно ставило перед исследователями два вопроса: какова должна быть степень иностранного вмешательства,

чтобы внутренний конфликт приобрел форму международного вооруженного конфликта между вмешивающимся государством и стороной, против которой это вмешательство направлено; и будет ли вмешательство иностранного государства означать, что международный характер придается всему конфликту, или же только конфликтным отношениям между третьим государством и стороной конфликта?

Как указывалось ранее, в зависимости от формы вооруженного конфликта применяются различные нормы ПВК. Ряд авторов полагают, что

Hague, 2001. Рp. 477–493; D. Petrasek. Ends and Means: Human Rights Approaches to Armed Groups/ International Council on Human Rights Policy. - Geneva. 2000.Р. 5; C. Bruderlein, The Role of Non-state Actors in Building Human Security: The case of Armed Groups in Intra-state Wars. - Geneva, 2000; L. Moir. The Law of Internal Armed Conflict. - Cambridge: Cambridge University press, 2002. Р. 106; Y. Sandoz et al. (eds), Commentary on the Additional Protocols of 8 June 1977 to the Geneva Conventions of 12 August 1949. – Geneva: ICRC, 1987.Р.44-67; M. Bothe, K.J. Partsch, W.A. Solf. New Rules for Victims of Armed Conflicts. - The Hague, 1982. Р.627; T. Meron. The Humanization of Humanitarian Law// American Journal of International Law. - 2000. - Vol. 94. Р. 260; M. Bothe. War Crimes/ in A. Cassese. The Rome Statute of the International Criminal Court: A Commentary. – Oxford: Oxford University press, 2002. Р. 423; A. Cullen. The Definition of Non-international Armed Conflict in the Rome Statute of the International Criminal Court: An Analysis of the Threshold of Application Contained in Article 8(2)(f)// Journal of Conflict and Security Law. - 2007. - №3. Р. 445;

A. Bouvier, M. Sassoli. How Does Law Protect in War? Vol. 1. – Geneva: ICRC, 2006, Р. 110; R. Provost. International Human Rights and Humanitarian Law. - Cambridge: Cambridge University press, 2002. Р. 268 f; W.A. Schabas. An Introduction to the International Criminal Court. - Cambridge: Cambridge University press, 2007. P. 116.

49

такое различие носит произвольный, нежелательный характер88 и которое,

как указывают М. Ризман и И. Силк, «сводит на нет гуманитарную цель права войны в большинстве случаев происходящих сейчас войн».89 Так, Дж.

Олдрич пишет: «Реальность может быть запутанной, а вооруженные конфликты в реальном мире не всегда точно укладываются в две категории – международные и немеждународные».90 Аналогично высказывается в своей работе и И. Деттер: «трудно сформулировать законные критерии, по которым можно отличить международные войны от внутренних, и нежелательно иметь избирательные правила права войны для двух типов конфликта».91

Заметим, что такая идея не является новшеством. Еще в 1971-1972 гг.

МККК выступил на Конференции правительственных экспертов с предложениями распространить в полном объеме действие норм международного гуманитарного права в случае гражданской войны с вмешательством иностранных вооруженных сил92, а также и на внутренние конфликты в случае, когда в поддержку обеих сторон вмешиваются третьи государства.93 Наконец, в ходе Дипломатической конференции 1974-1977 гг.

норвежская делегация предложила отказаться от разделения вооруженных конфликтов и применять единое право для всех вооруженных конфликтов.94

Однако все перечисленные инициативы не нашли поддержки среди делегатов конференции.

Во многом благодаря сложившейся «неудовлетворенности разделением на международные и внутренние вооруженные конфликты»95, а также

88R-J. Dupuy, A. Leonetti. La notion de conflict arme a caractere non international/ in A.Cassese. The new humanitarian law of armed conflict. - Naples,1971. P. 258; C.Warbrick, P.Rowe. The International Criminal Tribunal for Yugoslavia: the Decision of the Appeals Chamber on the interlocutory appeal on the jurisdiction in the Tadic case// International and Comparative law quarterly. - 1996. Vol.45. P.698.

89M.Reisman, I.Silk. Which law applies to the Afghan conflict// American journal of International Law. – 1988. - Vol.82. P.465.

90G. Aldrich. The laws of war on land//AJIL. - 2000. - Vol.94. P.62.

91I. Detter. The Law of War. - Cambridge: Cambridge University press, 2002. P. 49.

92Report on the work of the Conference of Government Experts. - Geneva, 1971.Para.284.

93Report on the work of the Conference of Government Experts. - Geneva, 1972.Para.2.332.

94Акты дипломатической конференции. ACDDH/SR.10. - 1978. P.91.

95Цитируется по: Джеймс Г. Стюарт. К единому определению вооруженного конфликта в международном гуманитарном праве: анализ интернационализированного вооруженного конфликта// Международный журнал Красного Креста. - 2003. С.131.

50

последовавшей чередой вооруженных конфликтов, сочетавших в себе элементы как первого, так и второго типа, в литературе стало формироваться понятие «интернационализированного» вооруженного конфликта.

Термином «интернационализированный вооруженный конфликт»

(далее – ИВК) обозначаются военные действия внутри страны, которые принимают характер международных. Фактические обстоятельства, при которых может быть достигнута такая интернационализация, многочисленны и зачастую сложны. Д. Шиндлер определяет ИВК как войну между двумя внутренними группировками, каждую из которых поддерживают разные государства; прямые военные действия между двумя иностранными государствами, осуществляющими военное вмешательство во внутренний вооруженный конфликт в поддержку противостоящих друг другу сторон, и

войну с иностранным вмешательством в поддержку повстанческой группировки, воюющей против существующего правительства.96

Типичным примером ИВК последнего времени можно рассматривать вмешательство НАТО в вооруженный конфликт между Федеративной Республикой Югославия и Армией освобождения Косово в 1999 г.97;

оказание со стороны Руанды, Анголы, Зимбабве, Уганды и других стран военной помощи противоборствующим сторонам во внутреннем вооруженном конфликте в Демократической Республике Конго; а также вооруженный конфликт между силами группировки «Талибан» и силами Северного альянса и Коалиции в Афганистане в 2001-2002 гг.98

Реальность в настоящее время такова, что внутренние конфликты становятся, по мнению Дж. Стюарта, «более многочисленными и носят более жестокий и разрушительный характер, чем их международные аналоги,

несмотря на то что основным механизмом ведения войны остается

96D. Schindler. International humanitarian law and internationalized internal armed conflict// International Review of the Red Cross. - 1982. - N.230. P.255.

97Егоров С.А. Косовский кризис и право вооруженных конфликтов// Международный Красный Крест: сборник статей. - М., 2000. С.25.

98Джеймс Стюарт. Указ. соч. С.132.