Глава VII

Проблемы выводного знания в диалектической логике

Сущность проблемы

Умозаключение это такая форма мышления, при которой из имеющихся посылок, из известных данных выводится новое знание. Это — форма выводного зна­ния. Оно представляет собой закономерную связь сужде­ний, при помощи которой мы делаем определенные вы­воды о вещах. Умозаключение по своей структуре более сложная форма мышления, чем понятия и суждения. Но оно и по существу более сложная форма, ибо цель на­учного познания состоит в том, чтобы, оперируя всеми имеющимися в его распоряжении средствами, в том числе понятиями и суждениями, сделать определенные выводы о сущности явлений. Разумеется, было бы не­правильно считать, что понятия и суждения, так ска­зать, абсолютно предшествуют умозаключениям. Дей­ствительный процесс познания не знает такого резкого разграничения. Все формы мышления неразрывно свя­заны и выступают по отношению друг к другу то как предшествующие, то как последующие. Научное понятие и суждение формулируется в результате большой цепи умозаключений, и наоборот, умозаключение получается из многих понятий и суждений. Об умозаключении как более сложной форме мышления по сравнению с поня­тиями и суждениями можно говорить не в историческом, генетическом, а в логическом плане, который заклю­чается в том, что умозаключение — это форма выраже­

357

ния более сложных связей и отношений между вещами, В этом можно убедиться на рассмотрении того же глав­ного вопроса познания — о соотношении единичного, осо­бенного и всеобщего.

Цель познания состоит в том, чтобы единичное воз­вести во всеобщее, т. е. подвести единичное под закон, объяснить закономерность явлений, вскрыть их суще­ственные свойства. Все формы мышления направлены на решение этой главной задачи познания, но каждая из них решает свою часть задачи. В понятии единичное и общее слиты воедино и существуют в нерасчлененном виде. Понятие отражает сущность массы единичных яв­лений, но само по себе оно недостаточно для раскрытия связи единичного и общего.

В суждении противоположность единичного и обще­го обнаруживается, раскрывается. Когда мы говорим: «электрон есть вид материи», то в этом суждении скры­тая в понятии «электрон» противоположность превра­щается в открытую форму: единичное отделяется от об­щего и указывается, что единичное есть общее, электрон есть материя.

В умозаключении движение единичного и общего до­стигает новой, логически более сложной формы. Два суждения, представляющие собой исходные посылки силлогизма, соединяются так, чтобы получилось необ­ходимо вытекающее из них заключение. Например, мы имеем два суждения: «Материя — объективная реаль­ность, существующая независимо от сознания». «Элек­трон есть вид материи». В умозаключении эти два су­ждения связываются, в результате получается законо­мерный вывод о том, что «электрон есть объективная реальность, существующая независимо от сознания». Здесь, таким образом, единичное и общее путем опо­средствования снова связываются в единство, но уже па высшей основе: в логике идет движение от нерасчле­ненного единства общего и единичного в понятии к рас­членению их в суждении и восстановлении их единства в новой, высшей форме путем опосредствования в умо­заключении. Значение умозаключения состоит в этом опосредствовании, т. е. в такой связи единичною и об­щего, которое вскрывает их единство, при том не внеш­нее, а внутреннее, закономерное единство явлений, их объективную связь. В приведенном примере умозаклю­

358

чения мы благодаря такому опосредствованию получаем определенный вывод, представляющий собой новое зна­ние о предмете. В этом отношении мы и считаем умоза­ключение по сравнению с понятием и суждением отно­сительно более сложной формой мышления.

Формальная логика, как известно, не исследует ни структуру умозаключений, ни их формы с точки зрения взаимоотношения и движения противоположностей еди­ничного и общего. Им занимается диалектическая ло­гика, однако сущность проблемы выводного знания в этой логике не в том, чтобы наполнить разработанную традиционной логикой форму умозаключения диалекти­ческим содержанием. Поскольку диалектическая логи­ка — это логика развития, изменения, включающая в себя признание диалектических противоположностей как источника развития, то важно выяснить, как эта глав­ная сторона, суть диалектической логики, отражается на решении проблемы выводного знания. Исследование этого вопроса должно показать различие, существующее между формальной и диалектической логикой в трак­товке проблем выводного знания. С этим главным во­просом связан ряд других вопросов: отражается ли сущность диалектической логики как логики развития на самой форме выводного знания, т. е. как на пути и способе исследования, ведущих к выводу, так и на форме выражения вывода; сказывается ли, далее, эта особенность диалектической логики на методах и спосо­бах доказательства истинности выводов; каковы кри­терии истинности выводов в диалектической логике, от­личаются ли они от критериев, которыми пользуется формальная логика, и т. д. Рассмотрением этих прин­ципиальных вопросов мы здесь и ограничимся.

Указанные вопросы приобретают особенно большое значение потому, что противники диалектической логики отрицают всякую возможность строить прочные выводы на основе принципа развития и изменения. Абсолютизи­руя ту форму выводного знания, которую исследует формальная логика, они не допускают и мысли о воз­можности выхода за эти узкие границы. Исходя из лож­ной предпосылки о том, что мышление текучими поня­тиями должно неизбежно нарушить элементарные логические законы, Э. Гартман, например, писал: «Бес­конечное или текучее мышление должно или отказаться

359