10 2 Жюлъ Камбон. Дипломат

ЖюлъКамбон. Дипломат

признать, что группировки внутри Лиги наций все равно будут существовать. Впрочем, это предвидели, и устав Лиги наций не запрещает двусторонних соглашений между отдельными ее членами. Какими бы наименованиями ни приукрашивали эти соглашения, называя их союзническими договорами, пактами или протоколами, они будут неизменно носить характер аль­янсов и выражать стремление к равновесию.

Однако, могут возразить мне, эти замечания основаны на предвзятом мнении, что отношения между нациями всегда останутся такими же, как теперь, а между тем они коренным образом изменятся. Некоторые предсказывают даже образо­вание под эгидой Лиги наций Соединенных Штатов Европы. Тогда, полагают они, не будет больше надобности в союзах, потому что все государства образуют единое целое, нечто вроде конфедерации. Обратите внимание на это выражение: Соеди­ненные Штаты Европы. Оно либо лишено всякого значения, либо означает, что ни Америка, ни Китай, ни Япония, а также, без сомнения, Англия не войдут туда, то есть уже сейчас допус­кается возможность, что интересы европейских держав могут не совпадать с интересами остального мира. Таким образом, как мы видим, назревает мысль о соперничестве, но уже не между отдельными государствами, а между целыми континен­тами. Подобные перспективы мира способны внушить страх. Уже сегодня защита американских рабочих от конкуренции со стороны желтого труда создает почти постоянную напря­женность в отношениях между США и Японией. Полагать, как это делают некоторые лжепророки, что только капитализм вызывает борьбу между нациями, — значит предаваться чистей­шим фантазиям. Повсюду рабочие выступают наиболее ярыми протекционистами производителей и наиболее настойчиво требуют установления барьеров на пути иностранной конку­ренции. Мы видим в Калифорнии как бы набросок того, чем может стать, несмотря на ширину океанов, экономическая борьба между континентами.

Но допустим, что европейская федерация образовалась. Будет ли этим устранена всякая возможность войны? Не воз­вращаясь к многочисленным войнам, которые приводили к столкновению между всеми республиками Древней Греции, хотя они и были объединены в совет амфиктионий*, ставив­ший себе точно такую же задачу, как Лига наций, я бы отметил только, что в настоящее время на земном шаре имеются две крупные конфедерации, которые обе глубоко враждебны вся­кой мысли о войне, — Швейцария и США. И при этом за пос­леднее столетие Швейцарию раздирала война Зондербунда*, а США — война из-за отделения Юга*. В Швейцарии речь шла о правах кантонов, в США — о правах штатов.

Поводом к войне между Севером и Югом в США послужила проблема рабства, но она не была ее глубинной причиной. Дело заключалось во взаимоотношениях между суверенитетом отдельных штатов и федеральным суверенитетом; с момента возникновения конфедерации этот вопрос вызывал разногла­сия между Гамильтоном и Джефферсоном и послужил основа­нием для расхождений между двумя большими партиями, на которые раскололось общество.

Разве эти два примера не выявляют слабое место всякой федеративной системы? Вот в этом-то и состоит противоре­чие, о котором говорил Вольтер и которое, если ему верить, объясняется свойствами человеческой природы.

Сделаем выводы: как бы мы ни верили в способность Лиги наций восторжествовать над злобой человеческой и обеспечить мир во всем мире, мы должны признать, с одной стороны, что теоретическое равенство между отдельными государствами на практике неосуществимо*, а с другой — что, если Лига наций когда-либо создаст нечто вроде федеральной власти, то она сделает это только в ущерб независимости и суверенитету входящих в нее государств, и это не может про­изойти без страшного сопротивления с их стороны*. Хотя г-н Леон Буржуа, предлагая предоставить в распоряжение Лиги