4.1. «История начинается с нас!»

ОБА ИСТОЧНИКА, подлежащие изучению, носят характерные названия: они явно отсылают нас к прошлому, но при этом как бы отменяют это прошлое.

Книжка Игоря Чубайса называется «От Русской идеи – к идее Новой России»: в данном заглавии подразумевается не развитие, а уход от одного императива, символизирующего обветшалую традицию, – к другому, устремленному в будущее. Не Новая Россия как производное Русской идеи, а Новая Россия – как преодоленная, изжитая Русская идея. Именно этот смысл немедленно, тут же подтверждается в эпиграфе к первому разделу. Студент (еврей?) спрашивает автора: «Честно говоря, мне от одного названия вашего курса становится неуютно – Русская идея, Новая Россия, философия России – вы что, национал-патриот или кто-то еще похлеще?». И автор честно отвечает: «Нет, конечно. Я придерживаюсь демократических убеждений».

Другой источник – альманах «Новые вехи» («журнал общероссийской гражданской дискуссии», № 1 (2). – М., 1998. – В нем мы рассмотрим только статью Чубайса «Историзм, обустройство, духовность – формула возрождения России, или российский идейный кризис в двух актах») – заставляет вспомнить знаменитые сборники «Вехи» и «Смену вех», положившие в первой трети ХХ века заметные рубежи развития русской общественной мысли. Но данный альманах, в редколлегии которого нет ни одного русского человека (С. Дзарасов, Б. Илизаров, К. Маркарян, В. Оскоцкий, И. Чубайс – главный редактор), даже на обложке и титульном листе несет опровергающую наши ассоциации символику, поскольку заголовок набран особым «еврейским» шрифтом, слегка стилизованным под ивритский алфавит и часто используемым еврейской периодикой. Да и слово «новые» однозначно отсекает традицию прочь.

При этом нерусская редколлегия смело заявляет: «Координатными для нас являются ценности патриотизма, которые мы не собираемся отдавать национал– и коммунопатриотам, и демократии, которые безосновательно пытаются присвоить себе нынешние власти».

Вот он – «безродный патриотизм» – в самом что ни на есть классическом виде. «Россия – наша, – считают эти интернационал-патриоты. – И мы научим русских любить ее по-нашему».

Но мы, смею надеяться, будем любить ее по-своему. Ведь для нас Россия имеет смысл и значение только ради нашей, русской нации, как русская страна в историческом и экзистенциальном смысле. А не как некая территория – место проживания «людей-атомов», «просто людей», «самодеятельных граждан», «россиян»… Это земля не только наших русских предков, самых отдаленных, но и нас самих, и наших русских потомков, земля, данная русским судьбой на вечные времена. Этим она нам близка и дорога, этим она нас держит. А коли не так – черта ли нам в России? Можно найти на Земле места, где и климат получше, и культура подревней, и зарплата побольше… Да только мы там будем навечно гостями, а здесь мы были и будем навечно хозяевами.

НО ВЕРНЕМСЯ к Чубайсу. В его работах, как говаривал мой папа, рецензируя некоторые диссертации коллег, много нового и верного: к сожалению, то, что верно, – то, по большей части, неново, а что ново – то неверно.