Комментарии

А. Панкратов. Л. Н. Толстой в гостях у В. Г. Черткова (От нашего корреспондента). - Русское слово, 1908, 11 (25) сентября, No 209. Александр Саввич Панкратов (1872-1922), журналист. Встречался с Толстым 11 сентября 1909 г. 1* "Разговор с прохожим" (т. 37). 2* Закон от 9 ноября 1906 г. - часть столыпинской аграрной реформы. Разрешил крестьянам выход из общины на хутора и отруба. 3* "Ответ польской женщине" 12 сентября 1909 г. был послан редактору "Журнала для всех" В. А. Поссе. 4* "Письмо студенту о праве" (т. 38) и "О науке. Ответ крестьянину" (т. 38). 5* Статья "Учение Лао-Тзе" (т. 40). 6* Евгения Эдуардовна Линева (1853-1919), певица и собирательница народных песен, встречалась с Толстым 14 сентября 1909 г. 7* 13 сентября скрипач Борис Осипович Сибор (1880-1961), виолончелист Абрам Ильич Могилевский и А. Б. Гольденвейзер исполняли в присутствии Толстого трио Гайдна, Бетховена и Аренского (см.: Гольденвейзер А. Б. Вблизи Толстого, с. 324-325). "Играли... превосходно", - отметил Толстой в дневнике (т. 57, с. 138).

"Голос Москвы". Ф. Тищенко. Л. Н. Толстой у в. Г. Черткова

<...> - Узнаете ли Вы меня, Лев Николаевич? - Как же, знаю, - проговорил Л. Н. и добавил: - Вот Владимир Григорьевич сказал, что вы приехали... Я отрекомендовал Льву Николаевичу своего молодого спутника как большого любителя литературы и человека, который очень желал видеть его. - А зачем меня видеть? - сказал Лев Николаевич резко, почти с гневом. - Что за польза из того, что кто-нибудь из нас любитель литературы? А я вот всю литературу забыл, и что сам писал - все забыл. Я думаю теперь только о том, как бы лучше прожить остаток жизни. Вот сегодня приехал ко мне старик. Не знает литературы, а мы с ним наговорились до слез... - Извините меня, Лев Николаевич, - сказал я, - но вы и теперь мне кажетесь человеком, всей душой преданным литературе, живущим больше всего интересами литературы, не перестающим ей служить... - Как так? - Ведь вы и теперь все пишете и пишете. Будет ли это письмо к индусу или письмо к польке по польскому вопросу - все это не что иное, как своеобразная литературная деятельность в широком смысле... Вы собираете изречения мудрецов... - Да, вы так понимаете... - проговорил Лев Николаевич и замолчал, по-видимому согласившись со мной. Еще две-три фразы, и Лев Николаевич оставил меня, присоединившись к одной из дам. <...>

Комментарии

Ф. Тищенко. Л. Н. Толстой у В. Г. Черткова. - Голос Москвы, 1909, 12 сентября, No 209. Федор Федорович Тищенко (1858-?), украинский писатель, постоянный корреспондент Толстого.

"Русские ведомости". Приезд л. Н. Толстого

Вчера Лев Николаевич снова прибыл на очень короткое время в Москву проездом из Крекшина обратно в Ясную Поляну. Он пробудет сегодня в Москве до полудня и затем со скорым поездом Курской жел. дороги, отходящим в 12 ч. 30 м. дня, уедет. Несмотря на то что час приезда Л. Н. по его просьбе, чтобы не вызывать шума, держался в секрете, восторженная встреча великого писателя хотя бы небольшой толпой все же получилась. Поезд прибыл в 5 час. дня. Никто его не ожидал. На платформе были лишь одинокие фигуры. Впереди на первом пути стоял пассажирский поезд, который должен был отойти через несколько минут. Но вот поезд, доставивший Льва Николаевича с его спутниками, подошел; едва в одном из окон 2-го класса показалась хорошо знакомая всем седая голова, как у вагона по чьему-то невидимому дирижерству выросла как будто из-под земли толпа. Это смешались пассажиры, приехавшие с тем же поездом, в котором прибыл Лев Николаевич, с пассажирами, поспешившими сюда через полотно из поезда, который должен был отойти. К ним присоединилась волна людей, так или иначе разузнавшая о приезде Л. Н., и у площадки вагона, когда показался великий писатель, стояла уже живая, возбужденная толпа, с каждой минутой увеличивавшаяся. Толпа окружала и сопровождала Л. Н. вплоть до того момента, когда вместе с гр. С. А., дочерью, В. Г. Чертковым и своим врачом Л. Н. сел в экипаж и поехал в Хамовники, к старому дому Толстых. О последних днях пребывания Л. Н. в Крекшине можно добавить еще, что в числе многих других паломников его посетила также группа народных учителей (*1*). Л. Н. посвятил им целый вечер. Затем с двумя англичанами из Лондона Эдиссон, являющийся, к слову, горячим поклонником Л. Н., прислал в Крекшино особенно усовершенствованный кинематографический аппарат для снимков с Л. Н. Л. Н., не соглашавшийся до сих пор, чтобы с него делали кинематографические снимки, не мог на этот раз не уступить просьбе Эдиссона, и с него сделаны снимки во время поездки на прогулку (*2*). Здесь, в Крекшине, Л. Н. получил известие от своего друга Шмита из Берлина (*3*) о том, что берлинская полиция, не имея будто бы ничего против того, чтобы известную статью о мире прочитал сам Л. Н., поставила Шмиту условием представление статьи на предварительную цензуру. Прочитав это известие, Л. Н. сказал: - А что, если я да вдруг приеду в Берлин. Представляю себе их переполох! Я думаю, что их готовность предоставить мне прочитать мой доклад без сокращений основана в большой степени на расчете, что мои годы не позволят мне ехать в Берлин... Эта статья о мире, приготовленная для отложенного стокгольмского конгресса, появится вскоре за границей на трех языках. Наблюдения и впечатления Л. Н. над крестьянской жизнью в окрестностях Крекшина вылились у него в два наброска, в форме диалогов, в которых фигурирует он и встретившийся ему крестьянин. О двух неделях, которые Л. Н. провел в Крекшине, В. Г. Чертков составил брошюру со многими иллюстрациями. Содержанием ее послужат главным образом мысли и мнения, которые Л. Н. высказал за это время. Вчерашний вечер Л. Н. провел в своем доме, в Хамовниках, в кругу своих близких. После вечернего чая, в 10 час. вечера, Л. Н. в сопровождении нескольких друзей совершил прогулку на Арбат. Здесь он зашел со своими спутниками в один из кинематографов. Его тотчас же, понятно, узнали и стали приветствовать. Л. Н. просмотрел несколько картин, которыми, к слову, остался недоволен, и отправился обратно в Хамовники на покой.