§ 1. Восстановление идейного влияния конфуцианства, трансформация конфуцианства и даосизма в эпоху Хань

В первые десятилетия правления императоров династии Хань необходимость организации управления многомиллионным населением империи потребовала системы отбора и подготовки чиновников-администраторов. Постепенно был выработан порядок рекомендации на государственные должности, а в 124 г. до н. э. впервые были введены государственные экзамены. В выработке экзаменационных требований, в приспособлении идей легизма и конфуцианства прошлых эпох к новым потребностям управления государством важную роль сыграл Дун Чжун-шу (179—104 гг. до н. э.), получивший даже прозвание «Ханьского Конфуция».

Дун Чжун-шу ввел учение о человеке в контекст универсального дуализма. Вселенная (макрокосм) и человеческая природа (микрокосм), представляя единство противоположных начал— иньиян,«светлого» и «темного», аналогичны и двойственны. Дун Чжун-шу полагал, что в природе человека заключены как чувства и желания(цин),так и нравственные инстинкты, ка» алчность, так и человеколюбие. Природное положительное— честность и простота, честность и искренность(дунь пуидунь хоу) —необходимо поддержать и развить воспитанием, и, наоборот, все алчное и низкое(тань би)необходимо ослабить, по возможности нейтрализовать, а еще лучше—подчинить нравственным началам. В своем комментарии на одну из классических конфуцианских книг «Чунь цю» Дун Чжун-шу указывал: «Природа (син)—это природная сущность, [дарованная] Небом, в необработанном состоянии. Добро—это [плод] преображения [человека] наставлениями царя. Если б у него не

50

было бы такой природной сущности, то наставления царя не в состоянии были бы преобразить его. Если бы у него не было таких наставлений царя, то его природная сущность в необработанном состоянии не смогла бы стать доброй»1.

Дун Чжун-шу подчеркивал, что природу человека можно уподобить кокону, который путем обработки превращают в шелковые нити. Царь в соответствии с волей Неба завершает формирование нравственных качеств, заложенных в природе людей, как горшечник или литейщик преобразуют свой материал2. При этом «чувства и желания», воплощающие «темное начало»— алчность, своекорыстие, разнузданность,—должны умеряться, обуздываться. Средством воздействия на человека являются наставления государя. Если государь — наставник подданных, то Небо — наставник государя. Дун Чжун-шу заимствовал идею Мо-ди опредостережениях Неба заблуждающемуся, сошедшему с верного пути правителю.

Таким образом, учение о двойственной природе человека, необходимости ее преобразования, наставлениях и личном примере императора как инструментах этого преобразования соединяли нравственно-воспитательную проповедь Кун-цзы.(Конфуция) с управленческими рекомендациями легизма. Через принцип сыновней преданности(сяо)реализовывался принцип беспрекословного исполнения долга(ли).Дун Чжун-шу обеспечил конфуцианству ведущее место в духовной жизни общества. Он сблизил легистскую трактовку закона с традиционными представлениями об обычном праве, утвердив в области морали органическое единство «пяти постоянств»—гуманности(жэнь, ритуала, соблюдения этикета(ли),верности(синь),долга, справедливости(и),мудрости(чжи)3.

В эпоху Хань конфуцианство стало официальной идеологией; тогда было положено начало государственному культу Конфуция. Оно заключало в себе учение о методах управления Поднебесной и освящало существующее государство и власть императора как сына Неба, т. е. обеспечивало этическую и религиозную санкцию государственной власти. «Конфуцианцы не только повсеместно распространили и внедрили в качестве обязательных свои нормы этики и культы, но и превратили все эти йормы в эталон, в символ истинно китайского. Именно с Хань понятия «конфуцианское» и «китайское» стали совпадать почти полностью»4.

1 Цит. по: Кроль Ю. Л. Конфуцианская и легистская концепции человеческой природы в «Янь те луне».— В кн.: Конфуцианство в Китае. Проблемы теории и практики. М., 1982, с. 69.

2 См. там же, с. 67.

3 Подробнее о формировании этической концепции «пяти постоянств» см.: Радуль-Затуловский Я. Б. Конфуцианство и его распространение в Японии. М.; Л., 1947, с. 155—162.

4 Васильев Л. С. Культы, религии, традиции в Китае. М., 1970, с. 184.

51

Если конфуцианство отличалось конкретностью, стремлением к четкому определению человеческой природы, к скрупулезной классификации человеческих качеств, к постоянному уточнению характеристик благородного мужа, к оценке поступков, к отличиям совершенномудрых от благородных мужей, благородных мужей—от простолюдинов, к кодификации церемоний (ритуалов) с тем, чтобы дать исчерпывающие рекомендации по управлению Поднебесной и по самовоспитанию, то учение даосизма можно охарактеризовать как учение о предельном синтезе, в котором все определенное, ограниченное, конкретное утрачивает четкость очертаний, мельчает, превращается в исчезающе-неуловимый момент «вселенского процесса непрерывных перемен». И в абстрактно-философском выражении и в предельно упрощенном, на уровне наивной магии и веры в духов гор,. лесов и рек, обнаруживается мистический элемент этой, по определению известного исследователя культуры средневекового» Китая В. М. Алексеева, самой «китайской» и самой народной традиции5 в духовной культуре средневекового Китая.

В конце I в. до н. э. Кань Чжункэпредставил императору Чэн-ди (32—7 гг. до н. э.) трактат «Тайпин цзин». Его основная религиозно-этическая идея — «идея единства мира с его гармоническим идеалом, взаимосвязанность и взаимопревращение всех явлений как оформлений ци6 в едином движении — потоке»7. Этот трактат стал идейной основой даосских сект раннего средневековья. В нем изложена эсхатологическая утопия.

Суть трактата заключается в том, что императорский дом Хань замыкает завершающийся историко-космологический цикл. «Небесный мандат» на управление Поднебесной подлежит «возобновлению». В трехстадийном делении прошлого (синьгу—три древности) лишь первая, «высшая древность», была временем, когда «правители тайпин» (великого равенства) знали способы достижения «пребыванияцив состояниитайпин», и поэтому ни единое существо не страдало, «всякий был на своем месте», а в делах управления придерживались принципа недеяния—увэй.Во второй и третий периоды правители все больше вмешивались в ход вещей, пока не наступил период предельного упадка(ся цзи),сопровождающийся ростом неустойчивых и опасных учений. Выход из катастрофического состояния при достижении критической точки — возвращение кдао.В качестве спасителя Небо посылает на землю «совер-

5 См. об этом: Дао и даосизм в Китае. М., 1982, с. 259.

6 Ци —материальная субстанция вещей, по учению древнего даосизма. Позже стали различать «грубое», «тонкое» и «тончайшее»ци —в последнем варианте оно образует духовное начало.

7 Пopшнeвa Е.Б. Даосская традиция в народных религиозных движениях.—В кн.: Дао и даосизм в Китае, с. 261.

52

шенного человека» (чженьжень),который «обнаружит «Дао» великого равенства». В полном соответствии с религиозно-этической концепцией Спасителя находятся и подробно изложенные в трактате положения о спасении людей от зла8.

Таким образом, в трактате «Тайпин цзин», опиравшемся н» традиционные идеи даосизма, была сформулирована идея кардинальных перемен, смысл которых заключался в переходе к новому историко-космологическому циклу и установлении строя всеобщего равенства.

Социальный и политический кризис позднеханьской эпох» вызвал появление сект, руководимых даосами. В числе политически активных была секта «Тайпиндао» («Путь великого равенства»), основанная даосским магом-проповедником Чжан Цзюэ(2-я пол. II в.). Проповедь Чжан Цзюэ носила ярко выраженный религиозно-этический характер. Болезни и страдания, учил Чжан Цзюэ,— следствие совершенных ранее поступков, Исправление человека лежит не в сфере закона, наказывающего за преступления, а в сфере морального возрождения путём раскаяния в совершенном грехе. В проповеди Чжан Цзюэ на слушателей производили огромное впечатление пафос утверждения индивидуальной моральной ответственности и религиозная экзальтация. Он предсказывал гибель погрязшей в пороках династии Хань и провозглашал наступление эры «Желтого неба», эры всеобщего благоденствия и счастья — в соответствии с учением «Тайпин-цзина». За 15 лет число его сторонников превысило триста тысяч. В 184 г. началось восстание крестьян. Во время восстания погиб Чжан Цзюэ и многие члены его секты. Но восстание ширилось, охватывая все новые провинции, поднимая на борьбу новых бойцов. В огне крестьянской войны, длившейся почти двадцать лет (184—204) погибла династия Хань.

Противоречивое соединение утонченных философских рассуждений с магическими обрядами, туманность толкования нередко привлекали к даосизму прямо противостоящие социальные группы. Он был почитаем и любим в аристократических кругах позднеханьского и послеханьского общества и в среде неграмотных крестьян. «Различие сводилось к мере посвященности верующих в тайны ритуальной символики, но мистическая высшая цель ритуала оставалась одинаково священной для всех»9. Этой целью было достижение бессмертия.

В последующие эпохи даосизм впитал в себя многие народные религиозные верования, некоторые идеи буддизма и конфуцианства.

8 Подробнее см. там же, с. 260—261, 271.

9 Там же, с. 263.

53