Ю.Я. Перепёлкин - История Древнего Египта

Ю. Я. Перепелкин. История Древнего Египта

позволяло, скажем, приготовление гробницы распределелять между многими его членами — представителями разных отраслей. Сходное можно наблюдать и на изображениях больших мастерских в гробницах времени XVIII царского дома. Нельзя, правда, сказать, что распределение работ было всегда и во всем налаже­ но. По крайней мере, в кладбищенском соединении, когда к работе приступали наметчики-живописцы и резчики, прочие работники, случалось, бездействовали в течение нескольких дней.

Тем не менее, поразительная дробность отличала тогдашнее ремесло. В этом смысле чрезвычайно любопытен своеобразный словник (своего рода терминоло­ гическая энциклопедия), представляющий список расположенных в определенном порядке обозначений: явлений природы, должностей и занятий, народов, египетских городов, зданий, видов зерна, хлеба, напитков, мяса, птиц и т. д. Этот словник до­ шел до нас в нескольких списках, но ни в одном полностью. Самый полный хра­ нится в Москве в Государственном музее изобразительных искусств. Все спис­ ки принадлежат времени, непосредственно следовавшему за Новым царством, но самый словник был, по всей видимости, составлен раньше — при X X царском доме. Так вот, например, в этом словнике среди строительных работников назва­ ны горнорабочий, каменосечец, еще какой-то работник по камню («ломатпель»), живописец (наметчик), резчик, обмазчик (штукатур, дословно — «гипсовщик»), носильщик камня, строитель стен, «смыкатель (кладки)». Оружейное дело пред­ ставлено изготовителем броней, колесничным мастером, мастером по части стрел, изготовителем луков. Названы пять различных пекарей, различаются резник и «переворачивающий внутренности» и т. д. При этом словник вовсе не притя­ зал на исчерпывающую полноту. Так, например, во вторую половину Нового цар­ ства существовали особые мастерские, где ковали холодное оружие. Один из чи­ новников XIX царского дома, ведавший мастерами фараона, управлял раздельно колесничными мастерами и мастерами оружейной кузницы.

Ремесленники редко владели земельными наделами. В писцовой книге X X царского дома в числе держателей их значится всего лишь несколько человек ремесленников: строитель или горшечник, древодел, медник, ткач и т. д. Зато дру­ гое подразделение подучетного народа — воины постоянно упоминаются в этой книге как держатели наделов.

Новоегипетское воинство делилось на две большие части: на пешее (включая корабельное) и колесничное. С верховой ездой были знакомы с начала XVIII царского дома, если только не раньше, но конницы в нашем смысле не существо­ вало. Военные суда можно было б выделить в третье большое подразделение, так как они не только перевозили войска, но и сами принимали участие в сра­ жениях, особенно при X X царском доме. Однако в глазах египтян корабельные воины смыкались с пехотой. Пехотинца и судового воина обозначали одним и

268

Глава 5. Новое царство

тем же словом узу. Корабельные воины сражались на суше вместе с пехотин­ цами.

В конце XVIII царского дома войско делилось надвое по месту размещения: на «полк», стоявший в южной, и на «полк», стоявший в северной части страны. При XIX царском доме действующее войско распадалось на несколько «войск», прозывавшихся по главным богам того времени. Основной войсковой единицей было соединение, имевшее собственный стяг и насчитывавшее при XIX царском доме 200 воинов в своем составе. По изображениям того же времени на каждых пять пехотинцев приходилось по старшине, разделявшему с ними вооружение, но снабженному дополнительно палкою. На службе воины состояли на государ­ ственном снабжении. Государственным было и оружие, так как в мирное время при X X царском доме оно определенно хранилось в складах. По школьному по­ учению времени XIX царского дома, колесничий, как более состоятельный, сам покупает себе колесницу. Пехота имела трубы и барабаны.

Если верить школьным поучениям второй половины Нового царства, ставив­ шим себе целью отвратить будущих писцов от предпочтения воинской службы и потому сгущавших краски, то быть пехотинцем значило подвергаться диким изби­ ениям, терпеть голод и работать с утра до ночи. Впрочем, школьные учителя были не совсем не правы. На изображениях палки отличают не только старшин, но и низших военачальников. Воины постоянно упоминаются как участники походов в каменоломни и в связи с перевозкой каменных глыб.

В основном пехотинцами служили люди из народа, отчасти набранные в мальчишеском возрасте, отчасти в юношеских и зрелых годах. Фараону Риа-масэ- се (Ра-месэ-су) III, второму царю X X дома, вложено в уста заявление, что до него брали на военную службу каждого десятого даже из храмовых людей. В письме, написанном при XIX царском доме, говорится об отдаче в воины храмовых «зем­ лепашцев». Но в другом письме того же времени мы читаем об увозе на воин­ скую службу даже молодых людей, направленных верховным сановником для по­ священия в жрецы. «Воинами величества его» при XVIII царском доме стано­ вились родственники местных князей, но то был, вероятно, особый род воинов.

Относительно высокопоставленным по положению в обществе и происхож­ дению был, по-видимому, состав колесничного войска. Чтобы как-нибудь очернить участь колесничего, школьные поучения времени XIX царского дома вынуждены приписать бойцу особую незадачливость. Только таким способом удается приве­ сти рассказ к назидательному концу — награждению ста ударами. До этого же поучительного заключения живописуется, как молодой человек ради деда с мате­ ринской стороны зачисляется в «конюшню», как он является туда с пятью раба­ ми, из которых у него отбирают трех, а двух все-таки оставляют, как он берет себе добрых коней с конского двора в присутствии самого фараона, как покупает себе

2б9

Ю. Я. Перепёлкин. История Древнего Египта

сам колесницу и красуется, разъезжая, на виду у родного города. Лошадь не была рабочим животным. Уменье править конями высоко ценилось. Военные возницы числились едва ли не начальствующим составом. Возницами на царской колесни­ це во вторую половину Нового царства состояли нередко царевичи. Существова­ ли и особые «колесничие (бойцы) величества его». Но и простые колесничие

бывали братьями важного военного, верховного жреца и т. д. Было б, однако, неверно представлять себе колесничное воинство в виде какой-то конной знати. Когда в начале XX царского дома фараону Риа-масэ-се (Ра-месэ-су) III вложи­ ли в уста утверждение, что он не следовал примеру прежних царей и не призывал в войско каждого десятого из храмовых людей, то это касалось как пехоты, так и колесничного воинства. Колесничие наравне с пехотинцами простирались на жи­ вотах даже перед женою начальника, их обучавшего, и делали ей всяческие подно­ шения.

Школьные поучения, естественно, молчали о тех сторонах воинской службы, которые могли иметь притягательную силу для учащейся молодежи. А таковые все-таки имелись. На войне победоносное воинство Дхут-маси (Тхут-мосе) III вело разгульную жизнь: напивалось допьяна награбленным вином, мазалось мас­ лом, как в праздники в Египте, расхищало всё, что только могло, от урожая на ни­ вах до брошенного врагами имущества, забывая даже преследовать их. Сиропалестинские владетели доставляли войску Дхут-маси (Тхут-мосе) III для пропи­ тания зерно, вино, крупный и мелкий скот. На родине воины не вполне забывали свои зарубежные привычки. Так, в конце XVIII царского дома воины столь усердно отнимали у населения в Египте бычьи шкуры, что для обуздания граби­ телей понадобилось законодательное вмешательство верховной власти в лице фа­ раона Хар-ма-ху (Хар-м-ха). Нам известны воины, которые при XVIII царском доме выслужились из рядовых в военачальники. Ах-маси (Ах-мосе) стал началь­ ником гребецкой дружины на военном судне, Аман-ма-ху (Амен-ем-ха) — на­ чальником царских телохранителей. Первый к концу жизни имел до двух десят­ ков рабов, которых едва ли не всех вместе с пахотной землею получил в награду за свои «подвиги». Оба, и Ах-маси (Ах-мосе) и Аман-ма-ху (Амен-ем-ха), ос­ тавили по себе представительные гробницы. Заупокойные плиты колесничих, корабельных воинов и пехотинцев дошли до нас в значительном количестве. Красной нитью через всё Новое царство тянутся известия о милостях, оказанных фараонами воинам. При XVIII царском доме это сперва раздача направо и на­ лево рабов и земли, затем дождь золотых и серебряных знаков отличия: ожерелий, запястий, «львов» и «мух» (названия военных орденов) и т. п., щедрое угощение. О прямо-таки вельможеском снабжении войска заявлял третий царь XIX дома Риа-масэ-са (Ра-месэ-с) II: «Вы были сиротами (т. е. бедняками) — я сде­ лал вас сановниками моим питанием». И действительно, на плите частного

270

Глава 5. Новое царство

лица этот царь представлен мечущим в толпу воинов знаки отличия и снедь. Царь Хар-ма-ху (Хар-м-ха) в конце XVIII царского дома призывал военачальников и рядовых во дворец и кормил в своем присутствии хлебом, пивом, говядиной, вином, жирными медовыми пирожками, овощами и т. п. В начале XIX царско­ го дома при Сутайе (Сетойе) I воинам, отправленным в каменоломни, отпускали каждому ежедневно около 1,8 кг хлеба, кусок жареного мяса, два пучка овощей и в месяц две полотняных одежды. Цари XIX и X X домов хвалились, что распус­ кали воинов по их селениям, предоставляя им жить там в свое удовольствие.

Значительную часть войска, особенно во вторую половину Нового царства, составляли иноземные воины. Эфиопы бились на стороне египтян во время осво­ бодительной войны с «властелинами стран», а во вторую половину XVIII цар­ ского дома составляли едва ли не основную часть воинских сил, стоявших в мир­ ное время в Сирии-Палестине (египтяне ненавидели постой на чужбине). С тех времен иноземными воинами заселялись крепости. В конце XVIII царского дома при Аман-хатпи (Амен-хотпе) IV среди его телохранителей имелись сирияне, ливияне и эфиопы, подчиненные, впрочем, египетским начальникам. Шэрдани (возможно, будущие сардинцы) служили в египетском войске еще при XVIII царском доме. При XIX царском доме они стали едва ли не главными царски­ ми телохранителями. При этом же доме египетское войско вообще наполнилось иноземцами. В изображении писателя того времени отряд, посланный в СириюПалестину против «мятежников», оказывается составленным из 1900 египтян, 520 шэрдани, 1600 ливиян одного и 100 ливиян другого племени и еще 800 эфиопов. Когда бывает возможно установить происхождение иноземных воинских сил, они оказываются, как мы видели, из числа пленных. Тем не менее, эти иноплеменники по своему положению мало чем отличались от воинов-египтян. Например, шэрда­ ни часто упоминаются в писцовой книге X X царского дома как держатели зе­ мельных наделов. По другим источникам, фараон сам выделяет землю для шэр­ дани, распускает их по домам. Как и у рядовых воинов-египтян, у шэрдани были прислужники («провожатые»). На плите конца XVIII царского дома сиро-па­ лестинский копейщик фараона изобразил себя в своем иноземном наряде (ино­ племенные воины сохраняли неегипетские одежды, прическу и бороду) вместе со своею иноземной супругой, одетой в нарядное египетское платье. Копейщик тя­ нет с помощью слуги или раба какой-то напиток через коленчатую трубку, сидя на изящной египетской скамейке.

По вооружению, численности и боевым навыкам новоегипетское войско представляло куда более грозную силу, чем войско среднеегипетское, и с усовер­ шенствованием вооружения и накоплением боевого опыта делалось все грозней и грознее. Хотя пехотинцы по-прежнему делились на стрелков и щитоносных ко­ пейщиков (последовательно, впрочем, это деление не выдерживалось), оружие

271

Ю. Я. Перепёлкин. История Древнего Египта

первых и отчасти вторых стало много действеннее. Стрелки XVIII царского дома имели уже сложный (слоеный) лук, более мощный, чем прежний простой, и стре­ лы с медными наконечниками. В качестве добавочного оружия копейщики пользовались секирами и короткими мечами. Меч рубящий, а не только колющий, как старые кинжалы, в обеих своих разновидностях — прямой и серповидной, представлял нововведение. Брони с нашитой медной чешуей были известны еще при XVIII царском доме. Во вторую половину Нового царства получили широ­ кое распространение и нечешуйчатые брони (юшманы?), а также шлемообразные головные покрытия. Однако самым важным приобретением была боевая колес­ ница и вместе с нею широкое применение в военном деле конских упряжек. И тем и другим Египет был обязан, по-видимому, «властелинам стран». В осво­ бодительной войне с ними боевые колесницы были введены в действие еще при последнем царе XVIII царского дома Ка-маси (Ка-мосе). В Новом царстве ко­ лесничное войско составляло главную ударную силу египтян. Их боевые колесни­ цы были легкими двуколками, в которые запрягали по две лошади — по бокам дышла с ярмом на загривках. На колеснице стояло двое воинов — возница и боец, обыкновенно стрелок. Вооружение иноземной пехоты, делившейся в основ­ ном тоже на стрелков и копейщиков, было отчасти сходным, отчасти отличным от египетского. Царские телохранители-шэрдани щеголяли в своеобразных шлемах, имели круглые щиты (египетские были внизу прямоугольными, вверху округлыми) и широкие длинные мечи. О том, чтобы иноземные воины допускались на колес­ ницы, ничего не слышно. Видимо, эта избранная часть войска, представлявшая к тому же его ударную силу, наполнялась одними египтянами, притом далеко не все­ гда любыми.

Хорошими полководцами выказали себя египетские военачальники перед битвой под Мегиддо, когда обратили внимание Дхутмаси (Тхут-мосе) III на опас­ ность перехода через горы по тесному ущелью на виду у врага. Точная согласован­ ность движений отдельных соединений спасла египтян в роковой битве под Кидши (Кадешем) в дни Риа-масэ-сы (Ра-месэ-са) И, третьего царя XIX дома. Если Дхут-маси (Тхут-мосе) III, крупнейший воитель египетской древности, еще очень плохо умел брать укрепленные города, то Риа-масэ-са (Ра-месэ-са) II, слов­ но стремительный вихрь, сокрушал одну за другой сиро-палестинские крепости.

Мы, к сожалению, не знаем численности египетских вооруженных сил на протя­ жении Нового царства, но уже при XVIII царском доме они должны были быть не­ малыми. Если в битве под Мегиддо Дхут-маси (Тхут-мосе) III имел дело с 330 сиро-палестинскими владетелями, из которых каждый привел какое-то количество во­ инов, то и египетское войско не могло не быть многочисленным. Аман-хатпи (Аменхотп) II гнал в Египет из Сирии-Палестины до 100000 пленных, воинов и граждан­ ского населения. Риа-масэ-се (Ра-месэ-са) II в битве под Кидши (Кидшем) проти-

272

Глава 5. Новое царство

востояло до 3500 вражеских колесниц с тремя воинами на каждой, что вместе с 17000 воинами, не введенными противником в сражение, составит 27000 бойцов.

Таким образом, новоегипетское воинство представляло внушительную силу, и правящие круги не могли не считаться с ним, тем более, что их сказочное богат­ ство, их мировладычество держалось именно им. Но воины были по происхожде­ нию и хозяйственному положению плоть от плоти и кровь от крови простых егип­ тян, рядовых граждан, и в лице воинов они имели как-никак вооруженных и по­ тому не вовсе безгласных представителей.

С высокопоставленной частью войска, колесничими, можно, пожалуй, сопоста­ вить по положению в обществе рядовое жречество. Школьные поучения тут тоже не знают, к чему прицепиться. О высшем разряде обыкновенных жрецов — «слу­ гах божьих» школьные мудрецы утверждали, что те-де стояли как «землепашцы» (эти жрецы часто управляли храмовой землею), о низшем же разряде жрецов могли только сострить, что они — по требованиям обрядовой чистоты — долж­ ны трижды в день окунаться в реку, безразлично зимой ли, летом ли, при любой погоде. Египетская храмовая служба состояла по существу в удовлетворении бытовых «потребностей» обитавшего в своем «доме» идола (его «угощали» едой и питьем и т. д.), но все это сопровождалось таким количеством действий и воз­ гласов, что, взятое вместе, составляло весьма сложное целое. Однако составители школьных поучений, видимо, не считали возможным к этому придраться.

Обширные храмовые владения, отчасти управляемые самим жречеством, и обильные жертвоприношения как будто б обеспечивали его в достаточной мере. Тем не менее, многие рядовые жрецы занимали в храме или на стороне разные должности в порядке совместительства: писца священных книг, войскового писца, храмового счетчика скота, храмового сапожника, садовника и т. д. Нам уже до­ водилось говорить о том, что обыкновенные жрецы бывали владельцами значи­ тельного количества рабов. В писцовой книге X X царского дома многие земель­ ные наделы значатся за отдельными жрецами как их держателями. По записям того времени, некоторые жрецы похищали ценности из храмовых кладовых, обди­ рали даже самый храм — его золотую обшивку, отдирали медные части. Один жрец ухитрился торговать тельцами того самого быка, которого чтили как священ­ ное животное солнца.

Надписи неоднократно говорят о посвящении в жрецы сыновей местной зна­ ти, людей именитых, избранных военных. Действительно, иной сын верховного жреца или гражданского сановника начинал службу в храме с низших жреческих должностей, а то и застревал на них. Однако многие рядовые жрецы были деть­ ми простых смертных, многие были сыновьями таких же рядовых жрецов, некото­ рые попутно занимались ремеслами. «Благородное» происхождение в отношении рядового жречества было скорее желательным, чем обязательным.

273

Ю. Я. Перепёлкин. История Древнего Египта

Существовало ли в Новом царстве купечество? Внутренний обмен уже при XVIII царском доме был довольно оживленным. Лучше всего это доказывает любопытный дневник, касающийся передачи торговцам всевозможной снеди и вина. Торговцам передаются бычьи головы, хребет, ноги, куски мяса, вино, печенья, хлеба, куски пирожков. Нередко это производится дословно изо дня в день. Поименованы три или четыре торговца. В случае одного лица сказано, что мясо дано ему «чтоб оплатить его», а от одного из торговцев «получено» что-то, но что именно — неясно. Цены передаваемых припасов указаны в серебре и золо­ те. Выходит, имелся значительный круг покупателей продовольственных припа­ сов и для удовлетворения спроса был налажен сбыт даже остатков — видимо, от храмовых жертв. В школьной рукописи времени XX царского дома рассказано, как торговцы едут вверх и вниз по течению реки, доставляют «вещи» одного горо­ да в другой, удовлетворяют нуждающихся в таковых «вещах». Об относительной оживленности внешнего обмена при XIX—XX царских домах было уже сказа­ но в своем месте.

И тем не менее денежное обращение было развито слабо. Главным мерилом стоимости еще при XVIII царском доме стало серебро. Во вторую половину Нового царства слово «серебро» определенно означало также «деньги». При XVIII царском доме наряду с серебром употреблялось золото, при XIX—XX царских домах с серебром соперничала более ходкая медь. Несмотря на приток серебра из Сирии-Палестины и смежных стран, отношение по стоимости золота к серебру было как 5 к 3 (в конце Среднего царства оно было 6:3). Отношение серебра к меди было при XIX царском доме как 100 к 1, в конце XX царского дома как 60 к 1. Чеканных денег не существовало. Их заменяли весовые едини­ цы: при XVIII царском доме «круг» (91 гр.) и У12 его — «деньга» {Iх/'п гр.), при XIX—XX царских домах тот же «круг» и более удобная для расчетов У10 его — «кита» (9,1 гр). Иногда платили деньгами, но получающий даже при XX царском доме не видел особой разницы в том, дадут ли ему 1 мешок зерна или 1 «круг» серебра. Обычно же меняли по старинке предметы на предметы, предварительно оценив их в деньгах. Так, в конце XVIII царского дома рабыня была продана за 2 коров и 2 телят, оцененных соответственно в 16 «денег» и в 1 «круг» серебром, итого в 2 «круга» 4 «деньги». При XIX царском доме де­ вочка-рабыня была куплена за 1 передник, 1 простыню, 1 полотняную одежду, 3 одежды тонкого полотна, 1 такую же одежду иного покроя, 10 рубах, 3 медных чаши, 1 медный котел, 1 медную кружку, около 1 кг медного лома и 1 кружку мёда. Все по отдельности оценено было в серебре, всего на 373 г. Случалось, что в числе предметов давали также деньги. За время, протекшее между XVIII и XX царскими домами, денежное хозяйство как будто б значительно развилось, но тем не менее, пока стояла новоегипетская мировая держава, оно оставалось в зачаточ-

274

Глава 5. Новое царство

ном состоянии. Захват несметных богатств вооруженной силой и распределение их и произведений страны в порядке пищевого и вещевого довольствия, наград и дарений не могли способствовать развитию обмена.

Очень показательно, что свое странное на современный взгляд отношение к золоту египтяне сохранили и в новоегипетскую пору, мало того, дали тому самое блистательное доказательство, какое только можно себе представить. Мы назы­ ваем «золотым» в переносном смысле то, что особенно дорого, то, что особенно ценно: «золотой ты мой», «золотое сердце», «золотые руки», «золотые слова». Египтянин же издавна воспринимал золото не со стороны его общественных свойств, а со стороны свойств природных. Для египтянина золото прежде всего нетленное, вечное. Поэтому, как некогда в Старом царстве, он и в Новом объяв­ лял тело своих богов и царей золотым (костям достаточно быть медными). По­ этому фараон, земное явление соколообразного Хары (Хора), есть «сокол золо­ той». Поэтому царей кладут в золотой и обшитые золотом гробы, пальцы покой­ ного обворачивают золотым листом, на лицо кладут золотую личину. Поскольку не ржавеет и серебро, в него тоже одевают, как в перчатку, руку. Нетленные свойства золота и серебра, предполагалось, сообщаются одетому или трупу. Неистощенные еще рудники Эфиопии наводнили казну фараонов Нового царства потоками зо­ лота. Огромно было и количество золота, захваченного на войне и полученного в виде дани. По мнению одного из властителей Двуречья, золота в Египте во вто­ рую половину XVIII царского дома было столько, сколько праха земного. И по­ разительно, с какой баснословной расточительностью новоегипетские властелины расходовали свое золото на дела, ничего общего с обменом не имевшие. Речь идет не о золотых уборах, жезлах, утвари, кумирах, засвидетельствованных письменны­ ми памятниками и вещественными находками. Мы читаем в источниках того вре­ мени об обшитых золотом скамьях, носилках, колесницах, храмовых ладьях. Оде­ тые золотым листом кресла, колесницы, божницы, гробы сохранились до наших дней. Чего стоит один только гроб целиком из золота, в котором в конце XVIII царского дома был похоронен фараон Тут-анх-амана (Тут-анх-амун)! Мало того, мы узнаем из письменных источников, что золотом обивали вершины граненых столбов (обелисков), высившихся перед храмами, громадные столбы, поддерживав­ шие перекрытия внутри их, даже стены этих исполинских сооружений. Да что стены? Полы в них выстилали серебром и золотом! И что все это не сказка, а быль, тому порукою следы золотой обшивки в храмах Нии (Нэ, Фив греков), во дворце Ах-на-йати (Эх-не-йота) в его солнцепоклоннической столице, во дворце Мар-ни-птаха (Мер-не-птаха) (конец XIX царского дома) в Мэмфи (Мэнфе, Мемфисе греков). Могло ли бы быть это былью, если бы золото как средство обмена имело значение, сколько-нибудь близкое к современному?

После всего сказанного нам становится понятным, почему до конца новоеги-

275

Глава 5. Новое царство

распорядитель птицеловов доставляет уток, твой рыболов доставляет рыб. Корабль твой пришел из Сирии-Палестины (х'рв), груженый добрыми вещами всякими. Твой загон полон телят. Твоя челядь здорова».

Роскошь, которую позволяла себе знать, была действительно необыкновенной: золото, черное дерево, слоновая кость, страусовые перья, тончайшее полотно, цветы, курения, благовония... Стоило, говорили, сановнику кликнуть одного слугу, как от­ кликалась тысяча. И, приветствуя господина, слуги и подчиненные падали перед ним ниц.

Но точно так же, как знать заставляла пресмыкаться перед собой подчинен­ ных, она сама пресмыкалась перед царем, и великолепный двор приветствовал его, лежа на животах и лобзая землю. В этом, правда, не было ничего нового, но те­ перь у знати появились особые основания для преклонения.

С упразднением мощных хозяйств областных правителей обозначение вель­ можеского хозяйства как «дома собственного», противостоящего «дому цареву», в Новом царстве окончательно вышло на употребления. Забавно, что единствен­ ный, кажется, пример сочетания «дом собственный» относится к царскому хозяй­ ству, которому «дом собственный» прежде как раз и противопоставлялся. В кон­ це XVIII царского дома управляющий личным хозяйством, или «домом» Аманхатпи (Амен-хотпа) IV в Мэмфи (Мэнфе, Мемфисе греков), Апи (One) уничи­ жительно называл себя в докладах царю «рабом дома собственного». Но это не что иное, как желание частного управляющего Среднего царства так величать себя в письмах к своим господам.

Исчезновение в Новом царстве понятия «дом собственный», противополож­ ного понятию «дом царев», не было просто случайностью. Когда в конце XVIII царского дома Аман-хатпи (Амен-хотп) IV основал новую столицу на никому до того не принадлежавшей и никем не занятой земле, он выразил это следующими словами: «Глядите, фараон — жив, цел, здоров! нашел его (т. е. место буду­ щей столицы) (таким, что) не было принадлежащим оно богу, что не (было) принадлежащим оно богине, что не (было) принадлежащим оно властителю, что не (было) принадлежащим оно властительнице, что не [(какой-то гла­ гол)] [ег] о люди всякие (т. е. какие-либо), (устроить, построить) чтобы со­ творить что-нибудь на нем». К несчастью, глагол перед словом «люди» силь­ но поврежден в надписи, но предшествующее ему отрицание отлично от предыду­ щих и требует не прилагательного (переданного нами причастием «принадлежа­ щий»), а спрягаемого глагола. Египетским богу или богине, властителю или влас­ тительнице место могло принадлежать, хотя на деле не принадлежало. «Люди» же «всякие» могли только «сотворить нечто на нем». Заявление царя очень любопытно. Фараон отличал право собственности на землю от права пользования сю для сооружения на ней чего-либо.

277