Глава 8 особенности феодального хозяйства японии и его разложение

В этой главе речь пойдет об особенностях экономиче­ского развития стран Азии на примере Японии. В период феодализма в Японии верховным собственником земли считался император (тенно или микадо), а также его вас­салы — князья (дайме). Япония делилась на феодальные княжества, причем каждое княжество было самостоятель­ным государством — имело свое войско, собирало пошлины па границах. Таким образом, в Японии была феодальная раздробленность. Император лишь номинально считался главой Японии. Реальная власть была сосредоточена н руках сёгуна — военного правителя, или главнокомандую­щего. В XVII в. должность сегуна захватили князья из рода Токугава, поэтому период истории с XVII в. до буржуазной революции принято называть периодом сегуната Токугава. Верхушку японского общества составляли самураи — воен­нослужащие. Следует подчеркнуть, что в Японии, кроме самураев, к военной службе никто не допускался; предста­вителям других сословий под страхом смерти запрещалось брать в руки оружие.

Европейские феодалы были военным сословием. Саму­раи не были помещиками, не имели земельных владений с крестьянами. За службу они получали рисовый паек — натуральную плату рисом. Этот рис государство получало от крестьян в форме военного налога, т.е. налога на содержа­ние самурайской армии. Если исходить из того, что в Японии исе-таки был феодализм, этот налог можно рассматривать как «централизованную» ренту, за счет чего и существовало правящее сословие. По закону, в качестве налога крестьяне должны были отдавать 40% урожая, но практически у них набиралось до 50—70% урожая. Поскольку не было поме130 Г лава 8. Особенности феодального хозяйства Японии и его разложение

щиков, то не было и барщины. Но была государственная трудовая повинность, общественные работы, свойствен­ные азиатскому способу производства: крестьяне строили каналы, дороги, перевозили различные грузы и т.д.

Население Японии делилось на четыре сословия: саму­раи, крестьяне, ремесленники и купцы. Переход из одного сословия в другое был категорически запрещен законом. Замкнутость сословий, характерная для феодализма вообще, здесь была доведена до такой степени, что закон диктовал быт каждого сословия, вплоть до одежды и пищи. Напри­мер, крестьянам запрещалось есть рис, а носить они могли только одежду из хлопка и льна. Шелковую одежду могли носить только самураи. Перед самураями все остальные были бесправны. Самурай, по закону, мог убить простолю­дина только для того, чтобы «испытать новое оружие».

Сословия ремесленников и купцов занимали офици­ально более низкое положение, чем крестьяне. Торговля и ремесло считались занятиями унизительными. Есте­ственно, торговля и ремесло в связи с этим развивались медленно, и даже население городов состояло преимуще­ственно из самураев. Так, в начале XVIII в. самураи состав­ляли 3/4 горожан, а ремесленники и купцы — только 1/4. Натуральность хозяйства, характерная для европейского феодализма, здесь закреплялась тем, что и налоги, и жало­ванье самураям были натуральными. И'на внутреннем рынке Японии широко практиковался натуральный обмен, причем в качестве мерила стоимости тоже использовался рис. Разложение феодализма началось с конца XVII в. Оно проявлялось в разрушении сословной структуры и раз­витии ростовщичества. В Японии другие сферы предпри­нимательства давали слишком мало возможностей. Разви­тию внутренней торговли препятствовала крайняя узость внутреннего рынка, а внешняя была и вообще запрещена. А слабость торговли, отсутствие рынка тормозили разви­тие промышленности. Ростовщичество в этих условиях получило гипертрофированно уродливое развитие. Прежде всего в кабалу к ростовщикам попадали крестьяне, которые закладывали в обеспечение долга земельные участки. Это было незаконно, потому что земля не была собственностью крестьян. Когда крестьянин не мог вернуть долг с процен­тами, ростовщик, опять-таки в обход закона, становился владельцем его земли. Крестьянин продолжал вести на этой Глава 8. Особенности феодального хозяйства Японии и его разложение 131

зомле хозяйство, платить налог государству, но теперь он должен был платить арендную плату владельцу земли. Этих незаконных землевладельцев называли дзинуси. К сере­дине XIX в. во владение дзинуси перешла 1/3 обрабатывае­мой земли, а третья часть крестьян оказалась в положении кабальных арендаторов. В кабалу к ростовщикам попадали и самураи. Причиной этого была натуральная форма их жалованья: для удовлетворения своих потребностей саму­раю требовались деньги, а не только рис. Деньги можно было получить у ростовщиков. В XVIII в. появилась специ­альная гильдия ростовщиков, которые занимались скупкой у самураев их квитанций на рисовые пайки. По некоторым подсчетам, к середине XIX в. в руках ростовщиков оказа­лось уже 7/8 национального богатства Японии.

При этом самое низшее сословие (а ростовщики относи­лись к сословию купцов) фактически уже не занимало низ­шей ступеньки социальной лестницы. Пользуясь кабаль­ной зависимостью феодалов, часть самураев оказалась без работы. Такие безработные самураи (ронины) не полу­чали рисового пайка, а жили в городах, занимаясь ремес­лом и торговлей, что законом категорически запрещалось. II зтом несоответствии реальной жизни и закона и проявля­лось разложение феодализма. Проникновению капитали­стических отношений в страну препятствовала политика насильственной изоляции Японии от остального мира, которую сегуны проводили с XVII в. Целью этой политики было законсервировать существующий строй, не допустить Иностранного влияния, которое могло подорвать основы | ложившихся отношений. Политика заключалась в том, чю японцам запрещалось посещать другие страны и даже • (роить суда, пригодные для морских путешествий. Ино- I Iранные суда в японские гавани не допускались. Исклю­чение было сделано лишь для купцов Голландии и Китая, но ограниченное: в одну из гаваней Японии в течение года разрешалось прибытие двух голландских судов и несколь­ких китайских, причем торговать и даже контактировать иностранцы могли не с населением, а только с государ- ( гаепными чиновниками. Изоляция действительно тор­мошили проникновение в Японию капиталистических норидкон, но тем самым она тормозила и экономическое ри.шитие Японии. Результатом стал хозяйственный застой Миопии с конца XVII в. до революции 1868 г. Более полу­тора веков посевная площадь, годовое производство риса и даже численность населения оставались на одном уровне. Правда, в это время все же рождалось и делало первые шаги мануфактурное производство. Мануфактуры здесь возни­кали двумя путями. В условиях натурального хозяйства крестьяне были вынуждены готовить ремесленные изделия у себя дома. Со временем появлялся скупщик и рожда­лась рассеянная мануфактура, в основном по производству шелковых и хлопчатобумажных тканей. Некоторые князья организовывали фарфоровые и металлургические ману­фактуры. Известно, что на таких мануфактурах работали в качестве рабочих даже самураи.

Выводы

Кризисом феодально-крепостнической системы мы назыт ваем прогрессивный по своему содержанию процесс — переход от феодально-крепостнического к капиталистическому хозяй­ству.

Основные черты переходного периода от феодализма к капи­тализму.

48. Период первоначального накопления, т.е. период подготовки основных условий для развития капиталистического производ­ства.

49. Мануфактурный период, период господства в промышлен­ности не фабрик, а мануфактур.

50. В большинстве стран Европы в это время еще сохраняются феодальный строй и способ производства. Только две страны вы- рва/шсь вперед и развиваются уже по капиталистическому пути — Англия и Нидерланды.

Эпоха первоначального накопления капитала имела следующие особенности.

• Разорение крестьян и образование армии людей, которым в дальнейшем предстояло стать рабочими.

• Накопление капиталов первоначально в сфере обращения и кредита, а не в промышленности.

• Накопленные в течение длительного времени в торговле и ростовщичестве капиталы при переходе к капитализму начинают инвестироваться в промышленность.

• Важным источником накопления капитала были ограбление и эксплуатация колоний.

Мануфактура — это капиталистическое предприятие с приме­нением не техники, а ручного труда. Ее отличали:

1. капиталистическая эксплуатация труда, когда рабочий рабо­тает на хозяина мануфактуры, получая заработную плату;

Выводы

51. разделение труда, при котором рабочий выполняет лишь определенную операцию, а не изготавливает все изделие от начала и до конца.

И Г(>лландии главную роль играл не промышленный, а торговый цнпитил. Голландия стала мировым центром торговли, ей принад­лежало (>()% мирового торгового флота. Она держала в руках практи­чески псе морские перевозки. В Голландии накопленные капиталы 1йК п остались в сфере накопления, в торговле, и не перелились и и ром ы тленность. Поэтому Голландия потерпела поражение в со- реиионапии с Англией и потеряла лидерство. В XVII в. в России, н .значительной степени усилиями государства, рождается симбиоз феодальных и капиталистических отношений в экономике. Это обеспечило дальнейший рост феодально-крепостнического хозяй- Г1Ш1, усилило государство, повысило международный престиж. ()/ошко противоречия между развивавшимся капиталистическим нрошшодсгвом и крепостничеством привели к кризису феодально- крепостнической системы. Именно крепостное право стало ин- гфументом, который позволил приспособить капиталистическую Мануфактуру к феодальному строю. Крепостная мануфактура была • пторым изданием крепостничества», крупным товарным произ- нодетаом с использованием крепостного труда.

Уникальной особенностью России было то, что в результате пегронских реформ основную часть мануфактур составляли ка­зенные и посессионные, принадлежащие государству. Основная чипы I р< )ду кции поступала в казну, а цены на нее устанавливались Ии'уднрствен ными указами.

Мануфактура еще могла быть крепостной, но крепостная фа­брика была невозможна. Применение машин несовместимо с крепостным трудом.

11 Прогресс в сельском хозяйстве выражался в капиталистических, Ни существу, явлениях. Но их развитие тормозила феодально- Крепостническая государственная система, поэтому прогрессивные нм мчит I юлучали уродливую форму. Крепостничество затормозило а Рисгпи промышленный переворот.

133