Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
otsutstvuiushaia struktura umberto eko.pdf
Скачиваний:
63
Добавлен:
13.03.2016
Размер:
2.72 Mб
Скачать

одной масти (туз, двойка, тройка... десятка, валет, дама, король), и противостоят друг другу в иерархии четырех разных мастей. Следовательно, две десятки образуют "двойку", десятка, валет и дама, король и туз — "стрит", но только все карты одноймасти образуют "масть" или "королевский стрит".

Следовательно, некоторые признаки оказываются дифференциальными в рамках одного расклада, и другие — другого.

Но будет ли отдельная карта последней неразложимой единицей всякой возможной комбинации? Если семерка червей противостоит шестерке любой масти, а также семерке треф, что же такое масть червей как таковая как не элемент дополнительной и более детальной артикуляции?

Первое, что можно сказать на это, так это то, что игроку или тому, кто владеет языком карт, не приходится заниматься выделением единиц применительно к масти, она уже расчленена по значениям (туз, двойка... девятка, десятка), но это возражение, если и убедит игрока в покер, игроку в скопу, в которой суммируются очки и в которой, стало быть, единица масти является единицей измерения, покажется гораздо менее убедительным. См. по этому поводу Б.3.1.2.Д.

6. Таковы различные соображения, вынуждающие нас признать, что проблема типов членения в языке далеко не проста. В связи с чем в методических целях необходимо: 1) сохранять название "языка" за словесными кодами, для которых наличие двойного членения бесспорный факт, 2) считать прочие системы знаков "кодами", положив разобраться в том, существуют ли коды с большим числом членений.

148

3. Артикуляция визуальных кодов

I. Фигуры, знаки, семы

I.1.

Ошибается тот, кто думает:

1) что в основе всякого коммуникативного акта лежит "язык", сходный с кодом словесного языка: 2) что каждому языку свойственно двойное членение с жестко фиксированными единицами обоих уровней. И больше смысла допустить другое, а именно: 1) что в основе всякого комммуникативного акта лежит код; 2) что не каждому коду свойственно двойное членение с жестко фиксированными единицами (уровней не всегда два, и они не всегда фиксированные).

Занимавшийся этими вопросами Луис Прието указывает, что второе членение — это уровень таких элементов, которые непосредственно не соотносятся с означаемым элементом первого членения, обладая исключительно дифференциальным значением (позиционным и оппозиционным); он называет их фигурами, ибо распрощавшись с моделью словесного языка, он не вправе называть их фонемами; по той же причине элементы первого членения (монемы) он переименовывает в знаки денотативные и коннотативные А вот семой Прието называет такой знак, чье значение соотносится не с отдельным знаком, но со

словосочетанием. Например, знак

"Проезд запрещен"

хотя и похож на визуальный

знак с неразложимым означаемым,

имеет эквивалентом не

отдельный словесный знак, но

целую синтагму ("Проезд запрещен" или же "По этой дороге в данном направлении следовать запрещено")

Самому приблизительному рисунку силуэта лошади соответствует не один словесный знак "лошадь", но целый ряд возможных синтагм типа: "вид стоящей лошади сбоку", "у лошади четыре ноги", "это лошадь" и т. д.

Итак, мы имеем дело с фигурами, знаками и семами, и тогда получается, что все предполагаемые визуальные знаки суть семы.

Продолжая следовать Прието, можно обнаружить такие семы, которые раскладываются на фигуры, но не знаки; т. e. они раскладываются на элементы, обладающие дифференциальным значением и сами по себе не связанные ни с каким денотатом. При этом элементы членения — это

фигуры, складывающиеся в знаки, и знаки, слагающиеся в синтагмы. Так как лингвистика останавливается на границах высказывания, она так и не подходит к вопросу о более крупных

149

единицах членения, которые будут не чем иным, как периодом или дискурсом со всей присущей ему сложностью. Вместе с тем, хотя, конечно, можно выявить семы, связанные определенной сочетаемостью, все же нельзя говорить о каком -то новом, более высоком уровне членения, потому что мы и так находимся на уровне свободной комбинаторики синтагматических цепей. Так, вполне возможно, что на каком-то участке дороги имеют место сразу несколько дорожных знаков, сообщающих, например, что движение здесь одностороннее, что запрещены сигналы и проезд грузовиков, но из этого не следует, что это новый уровень членения, на котором семы выступают в качестве кодифицируемых семантических единиц: перед нами "дискурс", сложная синтагматическая цепь.

1.2.

А теперь, не мешкая и не оставляя идей Прието 29, попробуем разобраться с различными кодами, обладающими разными типами артикуляции, опираясь, насколько это возможно, на наши примеры визуальных кодов:

А. Коды, не обладающие членением, коды с далее неразложимыми семами

Примеры:

1)коды с одной семой (например, белая палка слепца: ее наличие означает "я слепой", но отсутствие палки необязательно означает противоположное, как это было бы в случае кода с нулевым означающим) ;

2)коды с нулевым означающим (адмиральский вымпел на корабле, его наличие означает "адмирал на борту", а его

отсутствие означает, что адмирала не корабле нет; сигналы поворота у автомобилей, если они не горят, это значит "Еду прямо"...);

3)светофор (каждая сема указывает на определенное действие, семы не складываются, образуя в совокупности какой-нибудь сложный знак, и не раскладываются на меньшие единицы) ;

4)маршруты автобуса, обозначенные одной цифрой или одной буквой.

Б. Коды только со вторым членением, семы раскладываются не на знаки, а на фигуры, не обладающие собственным означаемым. Примеры:

1)маршрут автобуса, обозначенный двумя цифрами: например, маршрут "63" означает: "Следую из пункта X в

пункт Y"; сема раскладывается на фигуры "6" и "3", сами по себе ничего не значащие.

2)флажковая сигнализация: предусматривает набор различных фигур, образующихся разными наклонами правой и

левой рук, две фигуры дают

29 Luis Prieto, Messages et signaux, P. V F , 1966 О Прието см также Principes de noologie, The Hague, 1964.

150

букву алфавита, но эта буква — не знак, потому что у нее нет значения, которое она обретает, только становясь единицей словесного языка и артикулируясь по его законам, зато как только она нагружается значением внутри кода, она становится семой, составляющей целую пропозицию, например: "Нам нужен врач".

В. Коды только с первым членением: семы разложимы на знаки, но не на фигуры.

Примеры:

1)нумерация комнат в гостинице: сема "20" обычно значит "первый номер второго этажа, сема раскладывается на знак "2", который значит "второй этаж" и знак "О", означающий "первая комната"; сема "21" будет значить "второй номер второго этажа" и т. д.

2)дорожные знаки, сема которых раскладывается на знаки, соответствующие другим дорожным знакам: белый

круг с красной каймой и изображением велосипеда означает "Проезд на велосипеде запрещен". Круг с белой каймой значит "запрещено", изображение велосипеда — велосипедистов.

3) десятичная система записи чисел: как и в случае номеров гостиницы, сема многозначного числа раскладывается на знаки, которые в зависимости от места цифры означают единицы, десятки, сотни и т. д.

Г. Коды с двумя членениями: семы раскладываются на знаки и фигуры. Примеры:

1)языки: фонемы складываются в монемы и монемы в синтагмы.

2)шестизначные телефонные номера: по крайней мере те из них, которые состоят из групп по две цифры, каждая из

которых в зависимости от положения обозначает городской район, улицу, дом, тогда как каждый знак из двух цифр, раскладывается на фигуры, лишенные значения.

Прието30 указывает на другие типы комбинаций, например, на коды сем, разложимых на фигуры, из которых некоторые соответствуют только одному означающему. Из всех этих кодов, необходимых для построения логики означающих или семио-логики, — а Прието как раз этим и занимается, — нам более других сейчас важны коды с подвижной артикуляцией, которые мы объединяем под рубрикой Д.

Д. Коды с подвижной артикуляцией: это могут быть знаки и фигуры, переходящие из одной категории в другую, знаки могут становится фигурами и наоборот, фигуры — семами, какие-то другие элементы преобразуются в фигуры и т. д.

Примеры:

1) тональная музыка Звуки звукоряда являются фигурами, артикулирующимися в знаки, наделенными значением (синтаксическим, но не семантичес-

30 Messages et signaux, глава "L'économie dans le coût".

151

ким), как например, интервалы и аккорды, эти знаки складываются в музы -кальные синтагмы, однако, если имеется определенная мелодическая последовательность, узнаваемая независимо от того, на каком инструменте она исполняется и каков ее тембр, и я принимаюсь ощутимо менять тембр каждого звука, то я слышу уже не мелодию, но последовательность тембров, следовательно, высота звука перестает быть смыслоразличительным признаком, становясь факультативным вариантом, тогда как тембр оказывается смыслоразличителем. Смотря по обстоятельствам тембр, представляющий собой фигуру, может превращаться в знак с определенными культурными коннотациями, например, звучание волынки ассоциируется с пасторалью.

2)игральные карты Игральные карты представляют собой единицы второго членения ("семы" в смысле "масти", черви, трефы ), вступающие в различные сочетания и образующие знаки, наделенные значением (семерка червей, туз пик. ), эти знаки, комбинируясь в свою очередь, образуют семы типа "фул, премьера, полный набор".

Рассмотренный таким образом код карточной игры может быть характеризован как код с двойным членением, но следует отметить, что в этой системе есть знаки без второго членения, это такие иконические знаки, как "король" или "дама", или иконические знаки, не образующие сем в сочетании с другими, такие как джокер или в некоторых играх пиковый валет; нужно отметить, что и фигуры, в свою очередь, различаются как мастью, так и рисунком, и в разных играх можно делать смыслоразличительным признаком либо масть, либо рисунок, следовательно, в игре, в которой отдается предпочтение червям перед пиками, фигуры начинают что-то значить, их можно счесть семами или знаками. И далее в том же роде, в карточных играх можно устанавливать самые разные правила, например, правила гадания по картам, меняющие иерархию членений

3)воинские звания. В системе воинских званий второе членение подвижно Например, старшего сержанта

отличает от сержанта знак, составленный из двух фигур — двух треугольников без оснований, между тем Сержанта отличают от капрала не по числу и форме треугольников, а по цвету Постепенно именно форма и цвет становятся смыслоразличителями У офицеров знак "звездочка", означающий "низший офицерский состав", может образовать сему "три звездочки", означающую "капитан". Но три звездочки внутри окаймляющего погон золотого шитья меняют смысл, так как золотая кайма означает "старшего офицера", в то время как звездочки указывают на положение в служебной иерархии, так, три звездочки внутри золотой каймы имеют смысл "полковник". То же самое и с генеральскими погонами, на которых кайму заменяет белое поле Смыслоразличительные свойства выделяются на уровне знака, но зависят от контекста. Разумеется, эту систему можно рассматривать с иной или даже иных точек зрения. Например, вот так.

152

а) на самом деле кодов воинских званий еще больше, коды для выпускни ков военных заведений, для младших офицеров и высших офицеров, для генералов и т. д., и в каждом из этих кодов используемым знакам приписывается свое значение, и тогда это коды только с одним членением.

б) золотая кайма и белое поле суть семы с нулевым означающим, отсутствие каймы есть знак младшего офицера, в то время как звездочки указывают на положение в служебной иерархии, и их сочетание образует более сложные семы, например, "офицер третьей ступени = капитан"

в) внутри кода "воинские звания офицеров" звездочки являются смыслоразличительными единицами (фигурами) без собственного означаемого В разных сочетаниях между собой они образуют знаки типа "офицер третьей ступени соответствующего уровня", тогда как кайма, белое поле или их отсутствие суть семы с нулевым означающим, благодаря которым различают -ся три уровня "младшие, старшие офицеры и генералы" и знак, образованный комбинацией звездочек, обретает свой окончательный смысл внутри соответствующей семы Но в этом случае мы имеем дело с комбинацией кода без артикуляции, представленного семами с нулевым означающим, с кодом, обладающим двойным членением (звездочки), или же введением в код с двойным членением семы с нулевым означающим Все эти варианты перечислены здесь только для того, чтобы показать, насколько проблематично определение

уровней членения в разных кодах из общих посылок без детализации конкретных обстоятельств. Не следует поэтому слишком усердствовать, закрепляя за каким-то кодом неизменное число членений. В зависимости от точки зрения единица первого членения может стать единицей второго и наоборот

II. Коды: анализ и синтез

II.1.

После того как мы решили, что коды обладают самыми разными типами артикуляции и что, стало быть, не следует слепо веровать в то, что все коды строятся по типу словесного языка, мы должны также вспомнить о том, что часто при артикуляции кода его смыслоразличительными единицами становятся синтагмы другого, более аналитичного кода, или напротив, то, что в одном коде считается синтагмой, пределом его комбинаторных возможностей, в другом, более синтетичном коде окажется единицей смыслоразличения.

Мы рассматривали сходную ситуацию на примере флажковой сигнализации. В языке последними неразложимыми далее единицами считаются фонемы, но код флажковой сигнализации предусматривает единицы более мелкие в сравнении с фонемами (положение правой и левой рук), различные комбинации которых образуют синтагмы, предельные для данного кода, и которые практически соответствуют,

153

даже если они соотносятся не с фонемами, а с буквами алфавита, исходным фигурам языкового кода Напротив, коды повествовательных ходов 31 предполагают наличие больших синтагматических цепей типа "герой покидает дом и встречает противника", которые внутри повествовательного кода играют роль смыслоразличителей, но внутри кода лингвистического представляют собой синтагмы Из этого следует, что не только фигуры, но и семы могут выступать в качестве смыслоразличителей, а

также что можно вполне не принимать в расчет, раскладываются ли те или иные семы на знаки и фигуры, если последние принадлежат иному, более аналитическому коду Итак, вопрос об уровне вычленения единиц смыслоразличения разрешается внутри того или иного кода, возможное дальнейшее членение этих единиц — это уже вопрос другой, более аналитической кодификации Так, синтагма "герой покидает дом и встречается с противником" выделяется повествовательным кодом в качестве сложной единицы значения и при этом не спрашивается о том 1) в каком языке существует текст и 2) какие риторико-стилистические приемы для него характерны

II.2.

К примеру, в "Обрученных" встреча Дона Аббондио с грабителями безусловно составляет кодифицированный повествовательный ход 32, но на уровне сюжетосложения совершенно неважно, описывается ли она с блеском и обилием деталей именно так, как это сделано у Мандзони, или она обрисовывается в нескольких словах Другими словами, мандзониевская история на уровне нарративного кода вполне адекватно может быть передана каким-нибудь комиксом, и этот факт уже имеет место "Обрученные" — это весьма объемистое произведение, ставшее таким именно благодаря своей сложной организации, благодаря тому что как системное целое оно включает в себя множество подсистем, среди которых организация сюжета и представляющий ее код не более чем один элемент внутри сложной и большой

31См. прим. 81 к разд. А

32В настоящее время общепризнано, что кодификация повествовательных ходов легче осуществляется в случае

несложных повествований типа сказки или стереотипизированной продукции массового потребления, но прав В Я Пропп, который подчеркивал, что исследование тогда может считаться плодотворным, когда его результаты могут быть распространены на все без исключения повествования, вкупе с самыми сложными Именно в этом направлении и развивается семиология больших повествований См например, как использует эту методологию P. Барт применительно к Саду ("Тель Кель", № 28 "Древо преступления") № 8 "Communications", особенно статьи Бремона, Метца и Тодорова

154

структуры, которая охватывает систему характеров, стилистических приемов, религиозных убеждений и т.д. Эпизод с грабителями необходимо включить в более широкий лингвопсихологический контекст со своим репертуаром ожиданий и конвенций, и только тогда его можно оценивать в категориях стилистики независимо от исполняемой им повествовательной функции 33 Разумеется при всеохватном рассмотрении произведения искусства оно предстает как целостность благодаря тому, что авторские решения на разных уровнях — сюжета, характеров, языка и т.д. — оказываются сходными, рождая некий изоморфизм Но то, что в большом произведении всегда

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]