Тут выскочила из-за стола Панька Зыкова и вместо приветствия сразу в крин.

ПАНЬКА. Так и знай, пеленки на плите кипятить не позволю! Здесь я обед готовлю, а она, извиняюсь, пеленки гаженые!

АНФИСА. Да я еще не пошила пеленки-то...

КАПА. А кто тебе позволил, чтоб не позволять? Все мы тут жильцы, все одинаковые. Я позволяю - пусть кипятит. А ты лучше за газ плати, как положено.

ПАНЬКА. А я и плачу, как положено! Все платят поровну, у каждого своя комната!

КАПА. Надо не по комнате, а почеловечно! Сколько человек, столько и плати! я одна и Ада одна, а тебя двое, ты и плати вдвое!

ПАНЬКА. За кого же это вдвое?

КАПА. Как за кого? За Николая!

ПАНЬКА /плюнула на пол/. За Николая! Еще чего выдумала! Он здесь и не живет, а ты - плати!

КАПА. И днюет и ночует! Утром моется, всю раковину захаркал. В сортире с папироской заседает. А она "не живет"!

ПАНЬКА /распахивает дверь сортира/. Где он заседает? Ты докажи сначала!.. Ни на черный ноготь не уступлю. /Вышла, страшно хлопнув дверью./

КАПА. Вред, а не баба. Чирий ходячий. Ты меня, Фиса, против нее поддержи. Все-таки нас двое, а она одна. Тот-то, непрописанный, нос высунуть боится, и пеленки кипяти, ребенок- создание Божие. А за свет и газ платить будешь почеловечно, вас с ребенком двое и заплатишь вдвое - по справедливости.

АНФИСА /вдруг громко заплакала и высморкалась в фартук/. Я только за ведром вышла, а у нас бомбежка. Ведро-то мое где?

КАПА. А у нее, у Паньки в углу. Коммунальное! Как бы не так! Бери, бери, я поддержу.

Захватив с плиты кипящий чайник, Анфиса выходит из кухни и стучится в дверь Фле­ровой.

АНФИСА. Можно, Ольга Ивановна?

ФЛЕРОВА. Пожалуйста, Анфиса Максимовна. АНФИСА. Чайник ваш вскипел.

ФЛЕРОВА. Да вы заходите, Анфиса Максимовна. Сейчас будем чай пить.

АНФИСА. Ой, что вы! Я ведь не за этим...

ФЛЕРОВА. Ну, пожалуйста. Вы хоть присядьте, поговорим.

Анфиса нехотя присела на краешек стула, Флерова закурила и, жадно затягиваясь, спросила.

ФЛЕРОВА. Как вы свою жизнь планируете? Работать будете, Анфиса Максимовна?

АНФИСА. Да нет, кто меня сейчас возьмет? Потом уж...

ФЛЕРОВА. А я про вас думаю. У нас в Доме ребенка, это ясли для сирот, знаете, нянечек не хватает. Они бы вас взяли. Ребенка в ясли и сама в ясли, а?

АНФИСА. Вы тоже там нянечкой работаете?

ФЛЕРОВА. Нет, я музыкальным воспитателем.

ВАДИМ /из-за стола/. Правильно. Отлично устроились. Вы "Чижика-пыжика" играть. А мать с горшками, да с пеленками, да с полами зага­женными. Давайте выпьем за тех, кто умеет устраиваться. За вас, Ольга Ивановна!

Пока Вадим говорит, все возвращаются за стол, садятся на свои места.

АДА. Вадим! Что ты говоришь! Ты же знаешь, что Ольга Ивановна инвалид.

ВАДИМ. Инвалид? А инвалиды тоже по-разному работали.

КАПА. Да она два месяца пороги обивала - никуда не брали.

ФЛЕРОЗА. Дай тебе Бог, Вадин, никогда не знать, что это такое - играть парализованными пальцами! Дай тебе Бог не знать!.. /Кричит./ Мне было все равно, где работать! Что я могла? Для физи­ческой работы я не годилась! Для умственной тоже! "Какое у вас образование? - "Консерватория», "играть можете?" - "нет!" - "Захо­дите попозже!" Я заходила, заходила, заходила... Мне даже деньги в одном месте предлагали за нищий взгляд, а в другом картошечки отсыпали, я уже потеряла надежду, как вдруг мне предложили работу музыкальным воспитателем в Дом ребенка.

ПАНЬКА. Твое счастье, что на Евлампию попала.

Слышен тихий хор плачущих маленьких голосов.

Появляется женщина в косынке и в белом халате с ведром и тряпкой в руке. Она моет пол. Флерова прислушивается к детским голосам.

ФЛЕРОВА. Что это?

ЖЕНЩИНА. Грудные плачут. Это так говорится - грудные, а где ихние груди? Матерей нет - кто погиб, кто бросил. Наши все искус­ственники, на смесях растут. Рахит замучил, но ничего, боремся. А вам что надо, мамаша?

ФЛЕРОВА. Мне заведующую.

ЖЕНЩИНА. Это сюда. /Указывает по направлению к маленькому письменному столу./

ФЛЕРОВА /Вадиму/. Не возьмут, думала я, - и здесь не возьмут. Ному я нужна со своим "Чижином"?

ЖЕНЩИНА /подтирая пол/. Сейчас, сейчас. Не десять рук. Бухгал­тер больна. А я здорова?

ФЛЕРОВА. Мне заведующую.

ЖЕНЩИНА /снимая носынку/. Я заведующая, Евлампия Захаровна.

ФЛЕРОВА, меня, видите ли, на работу сюда направили /положила на стол направление./ Музвоспитателем.

ЕВЛАМПИЯ ЗАХАРОВНА. Арифметику знаешь?

ФЛЕРОВА. ПЛОХО.

ЕВЛАМПИЯ ЗАХАРОВНА. Вот как и я. Дважды два еще знаю, а более высшего - нет. Мне грамотные сотрудники ох как нужны. Рабочие руки требуются. А кого присылают? Только что не в гробу.