Первая мировая

за скорейшую изоляцию Великого княжества от революционной анархии в Петрограде и не скрывал своей прогерманской ориентации. По его поручению в Берлин выехала делегация представителей антироссийской оппозиции во главе с профессором

Э.Ельтом. Ее цель заключалась в том, чтобы прозондировать перспективы поддержки Германией выхода Финляндии из состава Российского государства. Согласно воспоминаниям курировавшего финляндское сепаратистское движение советника германского МИД Р. Надольны, финляндские «активисты» обратились с просьбой содействовать провозглашению независимости Финляндии. Надольны ответил им, что об этом не может быть и речи, ибо страна, «которая желает стать полностью свободной и самостоятельной, должна сама заявить о своей независимости» [269]. Он посоветовал финляндцам решиться на такой шаг, после чего с немецкой стороны можно было ожидать поддержки.

26ноября 1917 г. финляндская делегация встретилась в германской Ставке в Крейцнахе с самым влиятельным руководителем немецкого Верховного командования генералом

Э.Людендорфом. Людендорф настоятельно рекомендовал после подписания перемирия между Россией и Германией как можно скорее сделать заявление о независимости Финляндии и потребовать вывода русских войск. Ельт в своих воспоминаниях отметил факт давления на финскую делегацию со стороны Людендорфа в пользу скорейшего заявления о независимости [270].В данном случае генерал обещал Финляндии дипломатическую поддержку на мирных переговорах с Россией, а также продолжение поставок немецкого оружия и содействие в возвращении на родину егерского батальона [271].

Ельт сразу же передал сообщение в Гельсингфорс. Это известие ускорило появление Декларации о государственной независимости Финляндии. Финляндские «активисты» чувствовали за своей спиной поддержку великой державы, что прибавляло их действиям решительности1.

4 декабря 1917 г. Свинхувуд внес на рассмотрение правительства проект об объявлении Финляндии независимой

1 О мотивах поддержки немецким Верховным командованием провозглашения Финляндией независимости см. подробнее: Новикова И.Н. «Финская карта» в немецком пасьянсе. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2002 С. 180–197.

республикой. Спустя два дня, 6 декабря 1917 г., Декларации независимости была принята 100 голосами против 88 [272]. 31 декабря 1917 г. Совет Народных Комиссаров признал независимость Финляндии. 4 января 1918 г. это постановление ратифицировал ВЦИК.

Финляндия юридически обрела независимость, но оказалась в центре борьбы за сферы влияния между революционной Россией и кайзеровской Германией. Большевики воспринимали ее территорию, по образному выражению Г. Зиновьева,

вкачестве «окна русской революции в Европу» [273]. Германия, со своей стороны, отвела Финляндии роль «северного форпоста Срединной Европы», с помощью которого можно было держать под угрозой Петроград. Противоборство двух великих держав усугубило внутренний раскол в финляндском обществе и способствовало разжиганию гражданской войны.

Вскоре после обретения независимости в Финляндии вспыхнула революция и разгорелась ожесточенная гражданская война. В окрестностях финской столицы она началась под давлением Красной гвардии, руководители которой разделяли более радикальные взгляды, чем ориентированные на парламентские методы борьбы лидеры социал-демократической партии. В январе 1918 г. отряды финской Красной гвардии заняли бывшую резиденцию российских генерал-губернаторов

вГельсингфорсе.

Вответ правительство Свинхувуда обратилось к парламенту с просьбой предоставить ему чрезвычайные полномочия для «восстановления порядка в стране». 12 января парламент одобрил данное предложение. Шюцкор был преобразован в правительственные войска. 16 января 1918 г. Свинхувуд назначил главнокомандующим финской армией бывшего генераллейтенанта российской армии К.Г. Маннергейма, который под видом коммерсанта Мальберга инкогнито отправился на северо-запад страны с целью создания там армии. Часть оружия была втайне приобретена в Германии, часть — куплена у русских солдат или привезена контрабандным путем из Петрограда [274].

Центром формирования армии Маннергейма стали северозападные, приботнические регионы Финляндии, где капита-

лизм развивался медленно, социалистические идеи имели меньшее распространение, влияние лютеранской церкви было более сильным, сохранялись тесные связи со Швецией. В конце февраля 1918 г. из Германии вернулись финляндские егеря, составившие ядро армии Маннергейма.

По иронии судьбы, правительственные войска и Красная гвардия начали военные действия почти одновременно. В течение 25–28 января 1918 г. шюцкоровцы приступили к разоружению изолированных друг от друга русских гарнизонов

всеверной и северо-западной Финляндии [275]. 5 тыс. русских солдат сложили оружие, было захвачено 8 тыс. винтовок, 34 пулемета, 37 орудий, несколько минометов и большое количество снаряжения и боеприпасов [276].

Вночь с 27 на 28 января Красная гвардия захватила власть

вюжной Финляндии. В Гельсингфорсе было сформировано революционное социал-демократическое правительство — Совет народных уполномоченных во главе с К. Маннером1.

Четырем членам правительства Свинхувуда удалось бежать на северо-запад страны — в город Вааса. Чудом избежавший ареста Свинхувуд через Таллинн, Берлин и Стокгольм прибыл туда только 23 марта 1918 г. [278]. Таким образом, страна оказалась расколотой на две половины: сельскохозяйственный север и северо-запад (4/5 территории) был в руках белофиннов, промышленный юг — в руках красных финнов.

Третью военную силу в Финляндии представляли российские войска, численность которых в январе 1918 г. составляла примерно 42 тыс. 500 человек2 [279]. В войсках также произошел раскол. После нападения шюцкора на российские гарнизоны, 29 января 1918 г. солдатский комитет 42-го армейского корпуса издал приказ о начале боевых действий с финской белой армией (на Выборгском участке фронта). Приказ заканчивался лозунгами: «Победим кровожадную буржуазию!» и «Да здравствует мировая революция!» [280]. Однако военное ко-

1 О революции в Финляндии см. подробнее: [277].

2 По некоторым данным, численность русских войск в Финляндии в начале января 1918 г. составляла 73 тыс. человек. См.: Дубровская Е.Ю. Указ. соч. С. 50; Невалайнен П. Изгои. Русские беженцы в Финляндии 1917–1939 гг. СПб., 2003. С. 61.

мандование размещенных в Финляндии войск не поддержало решение революционного комитета, заявив, что «вмешательство в финскую гражданскую войну может стать источником нашего нового военного позора» [281].

В итоге часть российских солдат примкнула к «красным финнам», на стороне которых сражалось от 3,5 до 5 тыс. военнослужащих [282]. Наибольшую известность приобрел полковник генштаба М.С. Свечников, который стал главным военным советником финской Красной гвардии. Отдельные офицеры примкнули к белым. Большинство оставалось нейтральным, мечтая о скорейшем возвращении домой. Командующий сухопутными войсками, подчиненными штабу Балтийского флота, П. Крузенштерн с горечью сообщал в конце января в Центробалт, что его должность потеряла всякий смысл, ибо управлять стало некем [283]. Поэтому разоружение шюцкоровцами российских гарнизонов не встречало сильного сопротивления.

Ввосточных районах Финляндии белогвардейцы интернировали и отправляли безоружных солдат в Россию.

После заключения 3 марта 1918 г. Брест-Литовского мирного договора Советская Россия обязалась вывести свои войска и флот из Финляндии и прекратить агитацию против буржуазного финского правительства [284]. По данным Свечникова, в Финляндии оставалось не более 1 тыс. русских солдат, демобилизованных из армии и вступивших добровольцами в финскую Красную гвардию [285].

Вмешательство отдельных российских гарнизонов в финскую гражданскую войну позволило сторонникам белой Финляндии представить восстание на юге страны как акт государственной измены, а действия белой армии — как освободительную войну против России, придавая тем самым борьбе белофиннов против красных финнов патриотическую окраску.

Вармию Маннергейма добровольно вступали прежде всего свободные финские крестьяне, которые поверили, что революционеры хотят вновь подчинить страну России.

Более объективным представляется многомерный подход к рассмотрению событий зимы-весны 1918 г., которые стали результатом сложного переплетения в финском обществе противоречий, приведших к совпадению революции, гражданской

Гражданская война в Финляндии. Январь-май 1918 г.

иосвободительной войн. В духовной сфере гражданская война проявилась в ожесточенном столкновении двух идеологий — радикального национализма и пролетарского интернационализма. В финляндском обществе существовали также представления о гражданской войне 1918 г. как о расовом конфликте. Многие образованные белофинны, прежде всего шведоязычные офицеры и дворянство, рассматривали указанные события через призму расового конфликта, противопоставляя нордическую, германскую расу шведов «гибридной» финской расе, в которой смешалась монгольская и славянская кровь.

Острый внутренний конфликт в финляндском обществе был усугублен вмешательством иностранных государств. Правительство Свинхувуда обратилось за помощью к Швеции

иГермании. Шведское правительство отклонило просьбу об интервенции, обещая оказать миротворческие услуги в форме посредничества между сражавшимися сторонами и настаивая на выводе российских войск с финской территории [286]. На

невыгодное для Финляндии соглашение о торговле и мореплавании и секретный дополнительный протокол, который предусматривал в случае обращения за помощью правительства Финляндии оказание таковой со стороны Германии. Финское правительство брало на себя обязательство интернировать находящиеся в финских гаванях или позднее прибывающие военно-морские корабли держав Антанты. Пункт 3 секретного протокола налагал на Финляндию обязательство содействовать германским военно-морским силам, действовавшим в финских территориальных водах. Германия получила право создавать в любом месте финской территории военно-морские базы, а в пограничном со Швецией городе Торнио установить контрольно-пропускной пункт, как указывалось в документе, «для борьбы против иностранного шпионажа» [289].

Большинство финляндских граждан не подозревало о существовании секретного протокола. Маннергейм крайне негативно оценил упомянутые документы, справедливо полагая, что они являлись показателем того, «как мало верило финское правительство в собственные силы» [290]. Недавно обретенная Финляндией независимость оказалась ограниченной в рамках условий, продиктованных из Берлина.

3 апреля 1918 г. германская эскадра, насчитывавшая более 50 судов, в том числе 2 линкора, 3 крейсера, 10 пароходов, ряд транспортных судов, высадилась на полуострове Ханко [291]. Во главе высаженной Балтийской дивизии стоял генерал Рюдигер фон дер Гольц. Спустя три дня, 7 апреля 1918 г., близ Ловизы, что в 100 км восточнее Гельсингфорса, был высажен отряд полковника Отто Бранденштейна. Это подразделение заняло Лахти и установило контроль над железной дорогой Рихимяки — Выборг, отрезав тем самым Красную гвардию от Выборга и России и лишив возможности перебрасывать подкрепления к Гельсингфорсу. Балтийская дивизия насчитывала около 10 тыс. человек, отряд Бранденштейна — 3034 человека, то есть всего в германской интервенции принимало чуть более 13 тыс. солдат. [292].

Балтийская дивизия устремилась к Гельсингфорсу. 14 апреля финская столица оказалась в руках немецких войск. Согласно дневникам офицеров Балтийской дивизии, зажиточная часть

местного населения приветствовала немцев как своих освободителей. Девушки кидали проходившим в парадном строю немецким солдатам букеты цветов. Дворянство и буржуазия устраивали в честь немецких солдат многочисленные приемы. Приглашения на «завтраки, обеды, ужины» следовали одно за другим [293]. С другой стороны, рабочие и социал-демократы «смотрели на немцев с нескрываемой недоброжелательностью» [294].

Германская интервенция оказала существенное влияние на дальнейший ход гражданской войны. Хотя численность высаженных войск была невелика, но это были регулярные, хорошо обученные и вооруженные части, имевшие боевой опыт и поддерживаемые военными кораблями и артиллерией. Высадка Балтийской дивизии значительно ухудшила стратегическое положение финской Красной гвардии. Она оказалась между двух огней.

29 апреля армия Маннергейма захватила Выборг. В течение нескольких дней отдельные отряды Красной гвардии были разбиты. 1 мая 1918 г. полковник Свечников с небольшим отрядом финских красногвардейцев перешел финско-российскую границу. Всего в России после событий финской гражданской войны оказалось около 10 тыс. так называемых красных финнов [295]. Из их числа хозяйничавшие в это время на Мурмане англичане сформировали «финский легион», защищавший территорию Мурманской железной дороги от нападений белофиннов.

К середине мая 1918 г. гражданская война в Финляндии завершилась победой белых. 16 мая в Хельсинки состоялся парад победителей, когда войска генерала Маннергейма прошли по украшенным национальными флагами улицам финской столицы. Их приветствовали радостные толпы состоятельных граждан [296]. По свидетельству проживавшего в финской столице бывшего подполковника российского генштаба С.Э. Виттенберга, Маннергейма приветствовало и русское население, для которого он был своим, российским генералом. «Люди толпились на Сенатской площади и Эспланаде, где около памятника Рунебергу Маннергейм принимал парад, они ожидали его выхода из Николаевского собора после благодарственного богослужения… Имя Маннергейма было у всех на устах»

[297], — писал Виттенберг. Что касается сочувствовавших красным, то они старались не выходить на улицы, скрываясь от белого террора.

Гражданская война стала самым тяжелым испытанием для финляндского общества. В военных действиях на стороне белых погибли 3300 финляндцев и 400 немцев, на стороне красных — 5400 человек. Жертвами красного террора стало примерно 1400 человек, белые отправили на тот свет 7200 человек. В руках победителей оказалось более 75 тыс. военнопленных и гражданских лиц, симпатизировавших красным. Условия содержания в лагерях были ужасными: от голода и свирепствовавших эпидемий скончалось 12 600 человек. Всего за три с половиной месяца боев и последовавших после победы белых репрессий в отношении красных финнов погибло более 34 тыс. финляндцев [298]. Ненависть победителей обрушилась и на русских: в пламени финской гражданской войны погибли или пропали без вести не менее 2,5–3 тыс. человек [299].

Гражданская война оставила незаживающие раны в финляндском обществе, надолго усугубив раскол между сторонниками красных и белых. На протяжении всего межвоенного периода неоднозначным было отношение финляндцев к К.Г. Маннергейму. Белые им восторгались, считая национальным героем. В воспоминаниях красных Маннергейм предстает в образе палача финского народа, «белого изверга» и «кровавого генерала» [300].

Братоубийственная гражданская война и германская вооруженная интервенция наложили существенный отпечаток на процесс становления государственности независимой Финляндии. После окончания гражданской войны деятельность органов власти постепенно входила в нормальное русло. 15 мая 1918 г. возобновились заседания парламента. Из 200 избранных в октябре 1917 г. парламентариев приступили к работе 109. От социал-демократической фракции, насчитывавшей в сейме последнего состава 92 депутата, присутствовал только один депутат. Участвовавшие в гражданской войне социал-демократы частично эмигрировали в Россию, некоторые погибли на полях сражений, были арестованы по обвинению в государственной измене.

Юхо Паасикиви (1870–1956), финский юрист и политик

18 мая 1918 г. парламент вручил верховную власть П.Э. Свинхувуду. 27 мая было сформировано новое правительство во главе с директором банка Ю.К. Паасикиви. С точки зрения главы правительства, полный государственный суверенитет для Финляндии был невозможным. Паасикиви полагал, что в мире существует четыре центра власти: Лондон, Нью-Йорк, Москва и Берлин. Именно они управляют мировой политикой. Малой стране ничего не остается, кроме того как «прислониться к какой-либо великой державе». Для Финляндии этот вопрос звучал категорично: или Германия, или Россия. По мнению Паасикиви, главной целью политики безопасности Финляндии являлась защита от России. Эту защиту могла обеспечить только Германия [301].

Германская интервенция не являлась оккупацией Финляндии в полном смысле этого понятия. Балтийская дивизия была слишком малочисленной, чтобы взять под свой контроль всю территорию страны. Военные мероприятия Германии в Финляндии были более скромными по сравнению с Украиной и Прибалтикой. Формально германские войска подчинялись главнокомандующему финской армией. Однако Германия все же