Первая мировая

цу и премьер-министра России Бориса Штюрмера в подготовке сепаратного мира с Германией; он обосновал обвинения заметками в немецких газетах. Речь П.Н. Милюкова «Что это, глупость или измена?» цензура не допустила к печати, но тем не менее она была распространена в миллионах экземплярах

ив тылу, и в армии, еще более усиливая накал политической обстановки в стране [193].

Встачках и забастовках в 1916 г. в России участвовали 951 тыс. человек. Экономические забастовки были связаны с нехваткой продуктов питания, инфляцией, развитием спекуляции, протестом против войны, требованием увеличить заработную плату рабочим. Осенью 1916 г. особенно активным рабочее движение было в Петрограде [194].

Усилились в 1916 г. крестьянские протесты, выраженные в форме продовольственных волнений. Общий кризис в стране нарастал. К центральным регионам присоединились окраины. В июле 1916 г. ответом на непомерные военные поборы стало восстание народов Средней Азии и Казахстана. Патриотические настроения в обществе и армии ослабли, почти исчезли. Конец 1916 г. ознаменовался поворотом в массовой психологии, настроениях значительной части населения, прежде всего рабочих, крестьян и солдат, суть которого — страстное, стихийное стремление к миру.

Вэтих условиях император демонстрирует свое несогласие с Думой и производит новые изменения в правительстве [195]. В управлении экономикой империи наметились к 1917 г. серьезные проблемы, которые в сумме неизбежно приводили к самому чувствительному для населения последствию — кризису продовольственного снабжения [196].

Вкрупных городах России в начале 1917 г. участились перебои с поставками продовольствия, вследствие чего к середине февраля бастовали 90 тыс. рабочих Петрограда. Всего в России в январе-феврале 1917 г. бастовало около 700 тыс. человек, что свидетельствовало о назревании революционной ситуации. «Наметились кардинальные перемены в армии. Самосознание солдат претерпело довольно значительную эволюцию,

ис их настроением нельзя было не считаться» [197]. Падение нравственности отмечалось и в тылу, в людях выработалась

привычка к смерти, инстинкт самосохранения парализовался, интеллигенция задумалась о проблеме добра и зла [198].

Об этом в дни войны сказал Л. Андреев: «Настоящая война — явление порядка сверхчеловеческого. Смысл ее меняется с каждым днем, растет и углубляется, поднимается на головокружительную высоту. Начавшись борьбой сил материальных — так многим казалось вначале, она переходит в борьбу идей. Начатая людьми, она продолжается богами. Драматический элемент крови и страданий личности едва видим в озарении планетарных задач; участие Идей, олицетворяемых народами, несомых массами, утверждаемых огнем и громом, дает войне пафос трагический. Как бы снова молниями и громом заговорил Синай, какие-то новые заповеди вешаются человеку с его божественной высоты» [199]. Именно над непостижимостью войны, невыразимостью чувств человека рядом со смертью билась мысль писателей-фронтовиков Н. Гумилева, В. Катаева, Ф. Крюкова, Я. Окунева, Ф. Степуна, Б. Тимофеева, А. Толстова — всех, кто пытался передать ощущение войны.

Февральская революция стала следствием народного недовольства, медленно вызревавшего, но проявившегося резко

ибурно. Победа Февральской революции и курс Временного правительства на осуществление демократических преобразований получили в стране народную поддержку.

Вполитическом спектре страны произошли существенные изменения. Правые партии и октябристы практически утратили свое значение. Позиция кадетов, эсеров, меньшевиков по отношению к войне может быть обозначена как «революционное оборончество». С принятием «Приказа № 1» в армии был нарушен основополагающий для любой армии принцип единоначалия; в результате произошло резкое падение дисциплины и боеспособности русской армии, что в конечном итоге способствовало ее развалу. Вопрос о войне и мире стал одним из центральных в идейно-политической борьбе 1917 г.

Обращение Петроградского Совета «К народам всего мира» от 14 марта 1917 г., в котором наряду с идеей защиты революционного Отечества провозглашались отказ от захватнических целей войны и социалистическая «формула» мира без аннексий

иконтрибуций, получило широкий отклик и поддержку [200].

Позиция же Временного правительства была двойственной, что и продемонстрировала изданная 27 марта 1917 г. Декларация о перспективах участия России в Первой мировой войне. С одной стороны, в Декларации заявлялось о «полном соблюдении обязательств, принятых в отношении наших союзников»; с другой стороны, она содержала демократические пункты, вселявшие уверенность в скорое окончание военных действий. Декларация взволновала союзников, членов Антанты. Министр иностранных дел П.Н. Милюков разослал правительствам стран Антанты дополнительно к Декларации ноту от 18 апреля, в которой изложил позицию Временного правительства — довести мировую войну до победного конца. Это заявление Милюкова вызвало и у российского населения,

ив армии взрыв негодования, вера в миролюбие Временного правительства исчезла, это был также серьезный удар по революционному оборончеству. В Петрограде прошли демонстрации с требованиями немедленного прекращения войны, передачи власти Советам. П.Н. Милюков и А.И. Гучков были вынуждены выйти из правительства.

Партия социалистов-революционеров — наиболее массовая

ивлиятельная в России после Февральской революции (к лету 1917 г. было 436 организаций партии, общая численность — около 1 млн человек). Эсерам ясна была связь между войной

иреволюцией: или война погасит революцию, или революция покончит с войной. На III съезде партии была принята резолюция «Об отношении к войне», в которой главное требование — «Демократический мир всему миру!». Эсеры провозгласили Россию «третьей силой», которая положит конец войне. Партия выработала основные направления своей деятельности: во внешней политике — борьба с империализмом воюющих стран, восстановление II Интернационала; во внутренней политике — укрепление и развитие завоеваний Февральской революции. Единства в партии эсеров не было. «Эсеровский центр по вопросу о войне и мире постоянно подвергался критике справа и слева. Левые эсеры упрекали его в оборонческой фразеологии, правые же требовали большей активности в деле продолжения войны и окончательного разрыва «с циммервальдизмом, пораженчеством и большевизмом» [201].

Владимир Ильич Ленин

Позиция большевиков после Февральской революции сформулирована в «Апрельских тезисах» В.И. Ленина (газета «Правда», 7 апреля 1917 г.). Тезисы открываются вопросом о войне, которая, «безусловно, остается грабительской империалистской войной», а потому «кончить войну истинно демократическим, не насильническим миром нельзя без свержения капитала» [202]. Тезисы вызвали резкое противодействие как умеренных социалистов (меньшевики и эсеры), так и части большевиков, но Ленин сумел быстро преодолеть сопротивление своей партии. Его идеи воодушевили народ, численность членов партии стремительно росла: 24 тыс. большевиков было в феврале 1917 г., 240 тыс. стало в июне, 350 тыс. — к октябрю 1917 г.

Блестяще подготовленное командованием июньское наступление 1917 г. провалилось из-за катастрофического падения дисциплины в русских войсках. Солдаты не хотели воевать, дезертирство стало обычным явлением в армии: солдатыкрестьяне торопились в свои деревни — успеть к «черному

переделу» земли [203] (стихийные самозахваты земли начались уже в апреле 1917 г.).

В дневнике А. Блока читаем: «Когда я вечером вышел на улицу, оказалось, что началось наступление, наши прорвали фронт и взяли 9000 пленных, а «Новое время», рот которого до сих пор не зажат (страшное русское добродушие!), обливает

всвоей вечерке русские войска грязью своих похвал. Обливает Керенского помоями своего восхищения. Улица возбуждена немного» [204].

Петроградские события 3–4 июля 1917 г. вызвали решительное политическое размежевание общественных сил в зависимости от отношения к вопросам о войне и о власти. Временное правительство в очередной раз выступило с Обращением к союзным державам с обещаниями продолжать войну [205]. Приказом главнокомандующего были запрещены все собрания и митинги во время боевых действий.

Большевики, которых изобличали и обвиняли как агентов Германии, оказались объектом критики со стороны всех политических партий. Против большевистской опасности активно выступали кадеты, правые эсеры и меньшевики-оборонцы.

Кадеты сделали ставку на Л.Г. Корнилова как военного диктатора. Корниловский мятеж в августе 1917 г. провалился, следствием чего стал разгром правой оппозиции, большевики были реабилитированы и усилили свое влияние по всем направлениям.

Временное правительство не справлялось ни с военной, ни с политической, ни с экономической ситуацией в стране. Попытка решить продовольственную проблему (через введение принудительной продразверстки) натолкнулась на стойкое сопротивление и помещиков, и крестьянских общин. Стало очевидным, что Россия стоит на пороге голода. Кризис охватил и промышленность, усугубив и без того тяжелое положение

встране.

На этом фоне весьма привлекательными для народа были идеи, пропагандируемые большевиками. Влияние большевиков стало преобладающим в крупных промышленных городах, в армии, на флоте (особенно в Петрограде и на Балтийском флоте). Совет Петрограда в сентябре-октябре 1917 г. был прак-

тически целиком большевистский (большевики составляли до 90% его членов). В маленьких же городах влияние большевиков почти не ощущалось, а в сельской местности преобладали эсеры. Большевики понимали, что основная территория страны и значительная часть населения находятся вне зоны их влияния и старались исправить такое положение (прежде всего, в армии, где партия развернула стремительную большевизацию низовых солдатских комитетов [206]). Особый размах большевизация приняла в Петроградском гарнизоне, чему невольно поспособствовал А.Ф. Керенский. Его попытка отправить на фронт наиболее разложившиеся части гарнизона только подтолкнула их к большевикам.

Петроградский гарнизон, кронштадтские матросы и рабочиекрасногвардейцы стали основной вооруженной силой октябрьского восстания в Петрограде [207].

Октябрьский переворот в Петрограде (Великая Октябрьская социалистическая революция) стал началом практической реализации большевистской программы выхода из войны, изложенной в «Декрете о мире». Центральными пунктами Декрета были, во-первых, незамедлительное обращение ко всем воюющим народам и их правительствам с предложением заключения всеобщего демократического мира без аннексий

иконтрибуций; во-вторых, объявление перемирия на всех фронтах и начало переговоров о мире [208].

Переговоры о мире оказались длительными и привели совсем к другим результатам, нежели ожидали большевики. 3 марта 1918 г. был подписан Брестский мир, условия которого для России оказались кабальными [209]: Россия теряла большие территории, а вместе с ними — значительную часть сельскохозяйственной и промышленной базы страны. Брестский мир вызвал возмущение всех политических сил страны [210], православной церкви [211], населения, армии. С его кабальными условиями не была согласна и внутрипартийная большевистская оппозиция — «левые коммунисты».

Россия опять была ввергнута в пучину всенародных бедствий

имятежей. В Поволжье и Сибири провозглашены меньшевистские и эсеровские правительства, в Москве в июле 1918 г. левые эсеры подняли восстание против большевиков. Гражданская

Первый состав Совета Народных Комиссаров Советской России

война, до того проявлявшаяся как локальные стычки, охватила всю страну, начались широкомасштабные сражения.

Брестский мир оказался объективно выгоден только Германии, значительно укрепив позиции консервативного кайзеровского режима. Даже союзники большевиков говорили о «предательстве мировой революции». В знак протеста левые эсеры вышли из состава Совнаркома.

Произошли изменения в высшем военном руководстве: К.И. Шутко (член Высшего военного совета), Н.И. Подвойский (нарком по военным делам) и Н.В. Крыленко (Верховный главнокомандующий и комиссар по военным делам) ушли в отставку; левый эсер П.П. Прошьян был выведен из состава Высшего военного совета; Л.Д. Троцкий был освобожден от должности наркома по иностранным делам и назначен исполняющим обязанности председателя Высшего военного совета и наркомом по военным делам.

В.И. Ленин, наиболее горячий сторонник мира, назвал Брестский мир «похабным» и «несчастным», «аннексионистским и насильственным» [212]. Однако нельзя не признать прозорливость и политическое чутье председателя Совнарко-

ма: Ленин после заключения мира получил непоколебимый авторитет в партии [213].

Первая мировая война определила и мировоззренческие позиции, и эмоциональные отношения в российском обществе, ибо оказалась связанной с весьма многими и важными внутренними событиями: две революции, Гражданская война, неоднократная смена власти, мятежи, необходимость политического и нравственного самоопределения и отдельных личностей, и целых социальных слоев.

Неоднозначное отношение к происходящему то пробуждало, то гасило проявления патриотических чувств, формировало национальное самосознание населения, понимание национальной общности в рамках одного государства, и при этом происходил трагический разрыв по политическим мотивам не только сословий, но и отдельных семей, когда родные люди оказывались по разные стороны баррикады. Письма и дневники людей того времени передают сложнейшую гамму чувств, переживаний, страданий людей, волей судьбы оказавшихся на изломе истории, но сохранивших в себе доблесть и благородство, человечность и готовность прийти на помощь и ближнему своему, и Родине, испытывающим потребность в общественнополезной, благотворительной деятельности.

Как и в Русско-японскую войну, в начале Первой мировой войны печатные издания (прежде всего, православномонархического направления) взяли на себя роль главного источника, информирующего о военных событиях и формирующего мировоззрение общества (и в целом, и отдельных его слоев в частности). Опыт информационного обеспечения населения, накопленный в период Русско-японской войны, был учтен и развит в годы Первой мировой войны [214].

Отношение населения и армии к войне не было одинаковым, эволюционировало, менялось. Периоды патриотического подъема сменялись апатией и отчаянием, отчаяние — надеждой и верой в успешное окончание войны и возвращение домой. Если 1914 г. прошел в основном на волне патриотического воодушевления, то с 1915 г. все отчетливее становится желание мира, завершения войны. В 1916 — начале 1917 г. кризис в стране так повлиял на общественное самосознание,

что вопрос о войне обратил общественное сознание к вопросам о власти. Здесь важен еще один существенный момент: разные слои населения по-разному, но осознали и уяснили, что личные судьбы и судьба страны зависят не от Бога или царя, а только от самих людей, от всех вместе и каждого в отдельности. Отсюда стремительный рост политической активности и населения, и армии, борьба различных политических партий. Все это приведет к укоренению в общественном сознании идеи революции и, наконец, к самой революции — Февральской.

Но произошедшая революция не привела к окончанию войны. Напротив, революция добавила новые проблемы и не сняла основной вопрос — о войне и власти. Ни действующее Временное правительство, ни рвущиеся к власти политические партии не смогли покончить с войной, вопрос о войне оказался прочно связанным с вопросом о власти.

Заключение большевиками Брестского мира не привело к успокоению народных масс, скорее, наоборот: возникли новые мятежи, началась новая война, еще более страшная и бессмысленная — Гражданская, охватившая всю страну и определившая сознание и поведение каждого человека, что в конечном итоге привело к вытеснению из народной и исторической памяти событий Первой мировой войны на русском фронте.

ГЛАВА 5

Новые европейские государства

вгоды Первой мировой войны

5.1.Финляндия

Финляндия была присоединена к Российской империи в результате Русско-шведской войны 1808–1809 гг. Ее положение на протяжении более чем столетнего периода пребывания в составе Российского государства претерпело существенные изменения. Вплоть до конца XIX в. Великое княжество Финляндское стремительно развивалось как особый национальный регион империи, де-факто обладавший автономным статусом. В управлении княжеством российское руководство позволило применить, с отдельными ограничениями, принцип разделения властей. Финляндия имела свой законодательный орган — сейм, собственную административно-исполнительную власть — Императорский финляндский сенат, независимый во внутренних делах от российского правительства. Органом, осуществлявшим прямую связь между Финляндией и российским императором, стал Статс-секретариат Великого княжества Финляндского во главе с министром статс-секретарем. Эту должность занимали, как правило, представители местной элиты [215].

Власть российского императора на территории Финляндии была ограничена так называемыми конституциями, под которыми понимались старая шведская «Форма правления» 1772 г.