Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Сексуальная и семейная психотерапия
.pdf
Когда клиент готов взять на себя свою долю ответственности за конфликт, признает
свои конкретные ошибки и хочет их исправить, можно переходить к следующим шагам.
Предложите клиенту прекратить любые негативные выпады в адрес супруга: сцены
ревности, требования и угрозы, демонстрацию обиды и морального превосходства,
слежку, контроль времени, телефонных разговоров, почты, критику соперницы (ка),
попытки повлиять на супруга, а также организацию травли со стороны родных, детей,
друзей, а то и начальства.
Клиенту полезно продемонстрировать супругу свою готовность к примирению и
налаживанию отношений, ненавязчиво обнаруживать свою привлекательность и находить
привлекательное и заслуживающее уважение в супруге. Можно, как минимум,
возобновить совместные ужины с откровенными разговорами в доброжелательном тоне.
Часто готовность все простить и забыть обиду появляется лишь после ухода супруга
из семьи. Поэтому трудно найти способ, как дать ему знать об изменении позиции
клиента. Не стоит надеяться на случайную встречу и подкарауливать супруга в
неподходящих местах, тем более что он уже напуган предыдущими действиями клиента.
Лучше пригласить его поговорить в нейтральном месте, намекнув об изменении своей
позиции. Иногда удобнее передать приглашение через посредника, который пользуется
доверием обоих супругов.
Перед встречей полезно прорепетировать, обращая внимание клиента на «срывы»:
«Не кажется ли вам, что таким образом вы опять его обвиняете?»; «Вы уже говорили это
ей множество раз, стоит ли повторяться?» Клиенту надо помочь выразить свои
позитивные чувства и ожидания к супругу, рассказать о том, как он теперь хотел бы
строить отношения с учетом прежних ошибок. И, наконец, самое трудное: выразить
готовность ждать, пока ушедший супруг сам примет определенное решение.
Нередко оставленному супругу трудно пойти на примирение из-за опасений, что
своим прощением он якобы унижается и дает супругу право на новые измены. Полезно в
этом случае спросить клиента, вызвал бы у него самого великодушный поступок друга
подозрение в слабости или желание предать его. Не мешает также напомнить клиенту о
достигнутом ранее понимании собственной роли в поиске супругом другого сексуального
партнера.
Если все описанные попытки вернуть супруга оканчиваются неудачей или клиент с
самого начала обращается без надежды на восстановление семьи, возникает проблема:
«Как жить дальше и жить ли вообще?» Подобная ситуация чревата суицидальным
поведением и требует особой тактики консультанта.
Прежде всего, не надо бояться слез отчаяния и вспышек бессильной ярости, иначе
они могут перейти в аутоагрессию. Отказ консультанта разделить эти аффекты или хотя
бы дать возможность отреагировать их приведет к недовольству его личностными и
профессиональными качествами и прекращению работы. Поэтому не стоит спешить
утешать клиента, подбадривать его и давать советы. Лучше терпеливо и сочувственно
выслушать клиента, а если рыдания мешают ему говорить, предложить бумажную
салфетку со словами: «Я думаю, вы достаточно сильный человек, чтобы справиться с этим
состоянием».
Важно помочь клиенту найти смысл в его страданиях: по-новому осмыслить свои
интимно-личные отношения, ценность семьи, личной жизни и жизни вообще. Кроме того,
пусть с опозданием, но у клиента появляется шанс переоценить свою бывшую
101
«половину», увидеть самого близкого прежде человека на расстоянии, более реалистично.
И тогда может возникнуть вопрос: «А может быть, я заслуживаю лучшего?»
Необходимо помочь клиенту организовать новые высокозначимые отношения и
интересы и оживить прежние. Для этого попросите его вспомнить, как и с кем он любил
проводить время, что можно сделать в этом плане в ближайшие дни. Если есть дети, легче
всего переключить внимание на них - это ослабляет чувство покинутости и ненужности.
Подобную роль может сыграть и любимая, интересная работа.
Бывают ситуации, когда уже оформлен развод, супруги разъехались, но ушедший
супруг продолжает поддерживать оставленного, сохраняя у того в душе тлеющую
надежду на восстановление отношений и тем самым блокируя поиск нового супруга.
Чтобы прекратить эти созависимые отношения, надо отказаться от подобной «поддержки»
как можно быстрее. Если в квартире остались какие-либо вещи бывшего супруга, надо
настоять, чтобы он их забрал. Встречи супруга с детьми следует планировать в свое
отсутствие.
Когда у клиента начинается процесс обесценивания бывшего супруга, чтобы
быстрее освободиться от любви к нему, консультант может поддерживать данный
процесс. Полезен в этом случае тезис: «Раз он поступил так, это все равно бы случилось.
Хорошо, что он ушел сейчас, когда у вас достаточно возможностей начать сначала».
Однако чаще клиент не верит в возможность новой любви, ибо «настоящая любовь
дается только раз». Следует помочь клиенту переосмыслить подобный романтический
миф в идею: «Человеку дается не любимый, но способность любить, а она с опытом
становится только более зрелой и мудрой».
На консультацию может прийти и виновник разрыва. Обычно это - результат
демонстративно-шантажного суицидального поведения «жертвы». Клиент испытывает
чувство вины и в оправдание своего поведения обвиняет супруга, укрепляя его
мазохистскую позицию. Формируется порочный круг.
В подобном случае уходящему супругу необходимо все же взять всю вину на себя хотя бы потому, что ему это легче: у него есть реальная оптимистическая перспектива, а
своего бывшего спутника жизни он оставляет безо всякой надежды. Такому клиенту надо
решиться прямо сказать оставляемому супругу о своих планах и реализовать их,
позаботившись о том, кто в данной ситуации сможет оказать конструктивную поддержку
страдающему человеку. Эту роль может сыграть и психотерапевт.
Иногда клиент просит консультанта помочь ему выбрать между супругом и новым
объектом любви. Конечно, такому клиенту надо дать возможность взвесить все «за» и
«против», но важнее привести его к выводу, что любое его решение будет менее
мучительным для остальных участников затянувшейся драмы, чем ее бесконечное
продолжение. Если он все же не может сделать такой выбор в силу своего состояния или
характера, ему требуется уже не консультирование, а психотерапия.
В том случае, когда страсти уже отгорели, и на прием приходят с твердым решением
развестись, на первый план выходят юридические и воспитательные проблемы. Поэтому
консультант должен быть достаточно компетентен и в тех, и в других. Если возникают
юридические вопросы, можно переадресовать клиентов в юридическую консультацию,
педагогические проблемы приходится решать самому.
Следует проинформировать клиентов, что, по данным многочисленных
исследований, для ребенка лучше жить с одним из родителей, но в спокойной
доброжелательной атмосфере. Не надо скрывать от ребенка происходящее - он все равно
102
чувствует трагедию семьи, обычно через призму восприятия матери, с которой ему
предстоит остаться. Поэтому важно соответствующим образом настроить в первую
очередь именно мать. Она может сказать ребенку следующее: «Нам с папой стало трудно
вместе, и мы решили жить отдельно друг от друга. Мы надеемся, что это не слишком
отразится на тебе и на твоих отношениях с каждым из нас. Мы оба тебя очень любим и
будем любить так же сильно, как раньше». Далее нужно помочь ребенку приспособиться к
ситуации «двух отцов» и «двух мам».
4.4. Повторный брак
В связи с высокой частотой разводов нередко приходится при проведении
супружеской терапии сталкиваться с проблемой повторного брака, при этом типичны три
варианта:
1. женитьба разведенного мужчины среднего или пожилого возраста на значительно
более молодой бездетной женщине;
2. женитьба разведенного мужчины, чьи дети остались со своей матерью, на
разведенной женщине, имеющей детей;
3. брак вдовца с вдовой.
В 1-м варианте любовная связь партнеров когда-то явилась основной причиной
распада прежней семьи мужа. Во время существования этой внебрачной связи мужчина
испытывал переживания, выгодно отличавшиеся от исполнения им своих супружеских и
семейных обязанностей. Он был полон энтузиазма и энергии, наслаждаясь своей, быть
может, последней весной. Чтобы остановить это счастливое мгновение, он покинул
прежнюю семью и создал новую.
Несколько отличается по предыстории ситуация, когда давно разведенный мужчина
ищет молодую свободную женщину без детей для создания новой семьи. Однако затем
события, как правило, развиваются похожим образом.
Отношения между молодоженами в таком неравном браке обычно формируются по
модели Родителя и Ребенка. Эта модель функционирует достаточно эффективно какое-то
время, в течение которого молодая женщина развивается и созревает как самостоятельная,
независимая личность. Она начинает проводить свою автономную линию, все критичнее
относится к недостаточной гибкости и привычкам мужа.
Конфликты могут развиваться вокруг необходимости материальной поддержки
детей от первого брака и встреч с ними, а также по поводу активного проведения досуга,
что становится затруднительным или малоинтересным для стареющего супруга. Ее часто
не удовлетворяет и его снижающаяся сексуальная энергия.
Став матерью, молодая жена начинает претендовать на приоритетность заботы мужа
о ребенке - по ее материнскому усмотрению. Это повышает ее статус в семье. А когда она
начинает работать и все больше зарабатывать, ее поведение уже ничем не отличается от
поведения бывшей супруги - разве что большей резкостью и непримиримостью,
свойственными молодости. Финал ситуации - «мавр сделал свое дело, мавр может
уходить».
Во 2-м варианте разведенный мужчина, дети которого остались с матерью, женится
на разведенной женщине с детьми. Оба недовольны своими предыдущими браками и
полны надежд, что в новой семье все будет по-другому. Они уже имеют поучительный
103
опыт, но с другой стороны, и какие-то стереотипы, сложившиеся в прежней семье. Оба
они обычно достигли среднего возраста, и им трудно изменять свои привычки из-за
недостаточной гибкости.
У мужа возникают проблемы с детьми жены, которые могут находиться в оппозиции
к «чужаку» и ревновать мать к нему. Приемному отцу трудно требовать от детей
выполнения их обязанностей. Жена может болезненно переносить критические замечания
мужа в адрес своих детей и тем более по поводу ее воспитательных мер. Появление
совместного ребенка зачастую ослабляет напряжение, но и создает проблемы в
отношениях между «ее» и «их» детьми.
Данный вариант брака имеет ряд преимуществ по сравнению с первым. Партнеры
уже не рассчитывают на романтическую любовь и подходят к супружеству более
рационально. Помня о той горечи, с которой ассоциируется у них первый брак, супруги
испытывают благодарность за все хорошее, что находят во втором, и стараются сохранить
новую семью, активнее оберегают ее от всяких случайностей. Если возникает угроза
этому браку, они более подготовлены для обращения к семейному консультанту.
В повторном браке вдовца (вдовы), приходящего в брак с осиротевшими детьми,
может сохраниться идеализация умершего супруга (по закону траура). Сентиментальные
воспоминания о нем и нетактичные ссылки на его пример часто вызывают напряжение и
неудовлетворенность браком. Чаще подобная ситуация развивается в том случае, когда
мать приводит с собой осиротевших детей от первого брака, которые сравнивают отчима с
покойным отцом и символически показывают родному папе, что его они любят больше.
В этих случаях речь может идти о затянувшейся реакции горя, которую надо помочь
семье пережить. Следует расширить воображаемое сценарное предписание бывшего мужа
и отца напутствием найти нового главу семьи и относиться к нему с такой же любовью,
как и к прежнему - в сердце найдется место для обоих.
Высокоорганизованные, адаптированные личности обычно умеют извлекать урок из
неудачного опыта и выбирают для второго брака более подходящего партнера и сами
ведут себя более разумно и дальновидно. Так, мужчина, имевший в первом браке жену с
недостаточным эмоциональным контролем, постоянно требовавшую внимания к себе,
доказательств любви и восхищения, для второго брака выбирает скромную, тихую
женщину. Мужчина, имевший в первом браке слишком заботливую жену, от чрезмерной
опеки которой он порой чувствовал себя несмышленым ребенком, во второй раз выбирает
женщину-товарища или даже не вполне самостоятельную, рассчитывающую на его заботу
и защиту. Это позволяет ему чувствовать себя теперь зрелым и ответственным мужчиной.
Жена, бывшая замужем за психопатом-алкоголиком, находит спокойного, непьющего
человека, который дорожит своей семьей. Она исключительно ласкова и внимательна к
нему, хотя ее глубокие чувства могут быть амбивалентными - судя, например, по такому
высказыванию: «Мой второй муж - хороший человек, тихий и нежный, такой, какого я
искала. Первый муж был грубый и наглый, настоящий мужик».
У невротиков во втором браке (и в последующих) наблюдается тот же неудачный
выбор партнеров. Жена, которая развелась с мужем из-за его алкогольной зависимости,
находит вновь зависимую личность - пока что от нее. Муж, разведясь с женой-истеричкой,
женится снова на женщине в его вкусе, которая пока что «гораздо лучше к нему
относится».
Невротики обычно переносят свое типичное поведение из одного брака в другой.
Так, муж постоянно раздражает вторую жену (как и первую) невниманием, отсутствием
104
интереса к домашним делам. И отношения, из-за которых распалась первая семья,
повторяются. Или жена постоянными замечаниями, упреками, сценами вызывает у
второго мужа (как и у первого) нежелание приходить домой. Кроме того, невротичные
партнеры игнорируют собственную роль в возникновении конфликта, целиком возлагая
вину на другого - так же, как это было и в первом браке. Именно эта особенность и
мешает им учиться на своих ошибках. Консультирование в подобных случаях
заключается в выработке мотивации к психотерапии.
4.5. Одиночество
Вслед за Д. Янгом (1988) мы выделяем 6 ступеней в иерархии одиночества и
стратегии его преодоления.
1-я стадия - жизнь в одиночку. Одинокие пациенты часто испытывают
подавленность, неуверенны, пассивны, недовольны собой. Они убеждены в своей
непривлекательности, коммуникативной некомпетентности и других якобы неизменных
качествах, которые исключают для них возможность установления дружеских или
любовных отношений. Причем подобные отношения нередко нужны им прежде всего для
ликвидации страха покинутости. В то же время из опасений быть отвергнутыми пациенты
предпочитают проводить время дома, поскольку другое времяпровождение им
«неинтересно» или им «никуда не хочется ходить в одиночку».
Психологическая коррекция заключается прежде всего в осознании болезненно
вытесненной потребности в общении, переключении внимания с состояния на ситуацию
одиночества и поиск ее психологических причин. Чтобы активизировать жизнь пациента
и получить материал для терапевтической работы, следует составить вместе с ним
поэтапный план расширения круга его общения, с этой целью уже на первом этапе можно
применить терапию публичным досугом.
Важно также актуализировать положительные качества пациента на основе
воспоминаний о его удачном прошлом опыте близких отношений. Пациенту помогают
пересмотреть допущения типа: «Чтобы иметь друзей, надо быть красивым, веселым,
умным». В процессе беседы пациент осознает, что сам при выборе друга не настаивал бы
на таких качествах, следовательно, не стоит приписывать подобные требования и другим.
При выраженном недовольстве своей внешностью часто помогает коррекции
определенных особенностей фигуры - например, за счет диеты, физических упражнений,
пребывания на свежем воздухе. В некоторых случаях необходимо мотивировать
обращение к стоматологу, окулисту, косметологу.
2-я стадия - случайные дружеские связи. Пациенты испытывают страх перед
собственной социализацией, опасаются растеряться в ситуации общения, потерять
контроль или получить психотравму, боятся «плохо выглядеть», получить плохую оценку.
Осознанию необоснованности подобных ожиданий способствуют такие вопросы, как:
«Каковы доказательства того, что за вами все наблюдают, постоянно оценивают?
Отвергнете ли вы сами того, кто проявил неловкость, оступился в социальном плане?»
Для снижения уровня социальной тревоги с пациентом проигрывают ситуации
общения, подчеркивая его коммуникативные возможности. Кроме того, ему рекомендуют
во время общения переключать внимание с себя на партнера. При недостаточном
развитии социальных навыков совместно с пациентом следует разработать программу
105
тренинга, которая реализуется в ходе ролевых игр с терапевтом, обеспечивающим
обратную связь, и «домашних заданий» с последующим их анализом. В работе с
шизоидными личностями необходимо показать роль идиосинкразического характера их
мышления в трудностях взаимоотношения с окружающими, предложить внимательнее
слушать собеседника. Оживлению эмоционального компонента поведения способствует
тренинг сексуальности.
Лица с паранойяльной акцентуацией характера отличаются недоверчивостью,
подозрительностью, они заранее убеждены, что все люди являются эгоистами,
манипуляторами. Пациента полезно попросить рассказать о таких людях, предложить
«испытать» знакомых на этот счет. В процессе работы пациента неоднократно
спрашивают, может ли он сейчас доверять терапевту, и если нет, то почему. Подобная
тактика позволяет выявить негативные интерпретации действий терапевта и их
неадаптивный характер, повышает доверие к терапевту и другим людям.
3-я стадия - взаимное самораскрытие. Пациенты стеснительны, считают, что люди не
способны понять и отвергли бы их, если бы узнали об их слабостях и «постыдных
тайнах». Они убеждены, что не имеют права «взваливать собственные проблемы на
других». Первый шаг к налаживанию интимных взаимоотношений состоит в повышении
доверия к другому. Задача терапевта - поощрить пациента открыться перед
потенциальным другом, который ищет сближения. С пациентом разыгрывают ситуацию, в
которой терапевт играет роль пациента, а тот - друга. Терапевт «раскрывает» некоторые
тайны пациента, последний слушает его и откликается на доверие, испытывая не желание
отвергнуть партнера, а понимание и сочувствие. В результате пациент делает вывод, что
его страхи необоснованны, другие люди похожи на него и могут понять и разделить его
проблемы, а самораскрытие повышает интимность взаимоотношений.
4-я стадия - встреча потенциального интимного партнера. Пациенты обычно
считают, что «им не везет», поскольку они не смогли встретить «подходящего человека».
После успешного установления доверительных отношений с другом, проявившим
инициативу, возникает проблема самостоятельного выбора партнера. Совместно с
пациентом терапевт разрабатывает различные способы знакомств: контакты со старыми
приятелями, просьба к посредникам устроить свидание, сближение с сотрудниками или
соседями, вступление в организацию с подходящими для пациента интересами,
выполнение функций свободного одинокого человека, «открытого» для выбора.
Пациенты испытывают страх быть отвергнутыми при знакомстве, поэтому им
рекомендуют чаще встречаться с людьми, пытаться лучше понять их - возможно, они
принимают знаки внимания пациента и являются подходящими личностями для
углубления знакомства. В ряде случаев выбор пациента ограничивается сложившимся
стереотипом прошлых неудачных отношений, причем, несмотря на неудачу, его
попрежнему привлекают люди, заведомо не соответствующие его потребностям:
жестокие, отвергающие, возбудимые или чрезмерно зависимые. Необходимо
идентифицировать данный тип людей, помочь пациенту осознать перспективу: стойкие
негативные эмоции перевесят пылкое увлечение.
5-я стадия - углубляющаяся близость. Пациенты, отвергнутые в сфере интимных
отношений, нередко избегают сексуальных контактов. Они испытывают чувство вины
(«сами заслужили такое отношение»), полны горечи и разочарования в человеке,
которому доверяли и который причинил им такую боль. Некоторые объясняют разрыв
106
несовместимостью характеров или личностными (моральными) изменениями партнера,
сделавшими невозможным дальнейший союз с ним.
Необходимо помочь пациенту взглянуть на связь в ином аспекте. Если сохраняется
уверенность в своей ошибке - предложить изменить поведение таким образом, чтобы не
повторять ее. Пациента следует отучить судить о будущем только на основе своего
прошлого, тогда риск остаться одному выглядит по-другому. У пациентов, обеспокоенных
вопросами секса, обычно наблюдается опасение оказаться несостоятельными
любовниками. Необходимо помочь им пересмотреть отношение к близости как к
спектаклю или экзамену. Смысл сексуальных отношений не во взаимной оценке, а в
возможности получать и давать наслаждение. Давать, между прочим, и признанием того,
как много получил. Осознанию неадаптивных установок в данной сфере служит просьба
терапевта привести альтернативное объяснение по поводу того, почему кто-то не сумел
вовремя откликнуться на сексуальный призыв пациента. Поощряется откровенность в
выражениях сексуальных переживаний, что уменьшает чувство изолированности и
стимулирует гедонистические, жизнеутверждающие тенденции.
6-я стадия - долгосрочные эмоциональные обязательства. Пациенты нуждаются в
стабильности имеющихся интимных отношений, в то же время испытывают тревогу по
поводу взятия на себя эмоциональных обязательств. На определенном этапе отношений
появляется страх, что они пойманы в ловушку, возникает опасение взять на себя
обязательство перед партнером. Они напуганы, что не смогут ответить взаимностью на
любовь, и боятся, что потеряют свою свободу, свою индивидуальность, если сойдутся
слишком близко. Следует убедить пациента, что идеал равных обязательств и полной
взаимности достигается на поздних стадиях союза. Никто не обязан соответствовать
требованиям другого. О степени интимности и зависимости, о свободе и обязательствах
во времени можно и нужно договариваться при условиях доброжелательности и
взаимного доверия партнеров. Некоторые пациенты ведут себя с партнером в интимнопсихологической сфере излишне пассивно, не открывают своих негативных чувств. Они
высказываются следующим образом: «Если я подавлен, это, должно быть, моя вина»,
«Если я упрекну его в этом, он меня бросит» и т. п. Не давая партнеру обратной связи,
пациенты в то же время убеждены, что он должен и так догадываться, чего они хотят, и,
следовательно, сознательно обижает их. Так напряженное молчание переходит в
непонятные вспышки обиды и гнева с последующими самоупреками.
В процессе терапии пациент осознает, что имеет право высказывать свои желания
без страха отвержения, начинает относиться к выражениям неудовлетворенности, критики
и гнева как к нормальному компоненту долгосрочных отношений, а не как к сигналу
разрыва. В ряде случаев имеет смысл «прорепетировать» конструктивное разрешение
скрытого межличностного конфликта. У пациентов с конформной акцентуацией
характера - строгих, бескомпромиссных, упрямых, требовательных и морализующих часто наблюдаются нереалистические установки в коммуникативной сфере. Они считают,
что заставляют других делать только то, что «любой посчитал бы правильным».
Разочаровываясь в партнере, испытывают обиду и гнев. На стадии влюбленности они
могут не замечать «слабостей» партнера или ожидать его «исправления» в будущем.
Затем начинают критиковать его, придираться, обвинять в упрямстве. Такие пациенты
верят в абсолютные стандарты «правильного» и «неправильного», нетерпимы к иным
взглядам. Они не могут и не собираются приспособиться к партнеру, а требуют этого от
него, обвиняют его в разрыве: «Лучше одиночество, чем мириться с недостатками
107
партнера». Задача терапевта - показать, что «абсолютные» стандарты очень редко
совпадают, каждый человек имеет право жить по своему вкусу. Терпимое отношение и
принятие точки зрения других людей выгоднее, чем постоянная требовательность,
которая как раз и приводит к разрушению отношений и одиночеству. Некоторые
особенности их партнеров, которые пациент расценивает как недостатки, - разумная цена,
ее можно заплатить, чтобы достичь близости и сохранить хорошие отношения.
108
Часть II. СЕМЕЙНАЯ ТЕРАПИЯ
Глава 5. СЕМЕЙНАЯ ДИАГНОСТИКА
Дисфункциональные семьи делят на 5 типов:
1. Дезинтегрированные - эмоционально безразличные или сдержанные.
2. Напряженно диссоциированные - с постоянными конфликтами.
3. Корпоративные - нормативные, меркантильные.
4. Симбиотические - с жесткими внешними и слабыми внутренними границами.
5. Гиперпротективные - с подавляющим, опекающим или непоследовательным
лидером.
Диагностика используется прежде всего для установления показаний и
противопоказаний к применению семейной терапии вообще и той или иной ее формы в
частности. Диагностика сопровождает терапевтический процесс на всех его этапах и
определяет выбор техник семейной терапии. Другой особенностью семейной диагностики
является ее «стереоскопический» характер: семья «глазами ребенка», «глазами
родителей», «глазами психотерапевта». Методы диагностики, применяемые в семейной
терапии, можно разделить на шесть категорий: образный подход, социометрический,
структурный, поведенческий, проблемный и эклектический.
5.1. Образный подход
Образы, а также фантазии, сновидения и метафоры тесно связаны с проективноэкспрессивной стороной человеческого поведения. Выделяют четыре формы проекции:
1. ассоциативная - правополушарная реакция на анекдот, притчу, ассоциативный
тест и т. п. стимуляцию со стороны психотерапевта;
2. конструктивная - семья лепит семейную скульптуру, рисует на тему «Наша
семья», пишет сценарий ссоры;
3. завершение - завершить незаконченное предложение, придумать конец истории;
4. экспрессивная - выразить себя в игре, в искусстве, написании историй.
В качестве базисной проективной техники используется метод А. Адлера
«Воспоминания» для оценки жизненного стиля клиента в контексте его социального
окружения. Члена семьи просят вспомнить возможно более раннее семейное событие и
описать его, как будто оно происходит сейчас; затем предлагают проинтерпретировать
свои воспоминания. Терапевт оценивает характеристики жизненных стилей клиентов,
сходство и различие их потребностей и ожиданий. В. Руле (1992) дает пациенту
следующую инструкцию:
• Старайтесь быть как можно более конкретным
• Не давайте «обзоров», т. е. воспоминаний о случаях, которые повторялись много
раз.
• Не отказывайтесь давать воспоминание, даже если вы не абсолютно уверены, что
это действительно случилось с вами.
• Включайте все, что помните, даже то, что кажется незначительным.
• Описывайте чувства, даже если они противоречивы.
• Называйте имена присутствующих в воспоминании людей.
• Опишите наиболее яркую часть.
109
• Опишите то, что случилось до и после этого, и чувства, которые в это время
возникали.
• Попытайтесь высказать догадку по поводу цели своего поведения.
Андерсон и Мало (1976) описали процедуру «Семейные фотографии» (просмотр
семейных фотографий вместе с терапевтом), которая стимулирует воспоминания при
сопротивлении терапии и облегчает вскрытие конфликтов в таких областях, как власть,
зависимость, близость, тревожность, мужские и женские роли, разочарование, жизненные
цели. Обращается внимание на очередность представления фотографий, скорость их
показа, реакцию членов семьи на их предъявление, поведение во время всей процедуры.
Терапевт задает вопросы по поводу изображенного на фотографиях: кто эти люди, что
происходило во время съемок, каково было настроение семьи в этот день, кто делал этот
снимок, что произошло после съемки, что можно рассказать об этой комнате, почему
люди на снимке одеты именно так?
Работа со сновидениями включает 4 варианта:
1. сравнение интерпретаций сновидения члена семьи им самим и остальными;
2. каждый член семьи определяет для себя значение продукции сновидца;
3. члены семьи рассказывают друг другу о различных снах, в том числе
собственных, работают над их смыслом и своими ассоциациями;
4. терапевт предлагает ребенку нарисовать свой «плохой» сон.
Сны можно использовать в исследовании следующих проблем: «запутанность»
семейных подсистем, супружеские и детско-родительские конфликты, взаимоотношения
между братьями и сестрами, семейные альянсы, переход семьи на новый ци»л своего
развития, ролевые ожидания, разводы, подавленные чувства гнева, горя, вины,
зависимость, психосоматика.
«Если бы я был...» По Эстер Коунисберг терапевт произносит эти слова, добавляя в
качестве метафоры какой-либо неодушевленный предмет, а члены семьи заканчивают
предложение. В ходе этой процедуры можно понять, как члены семьи воспринимают друг
друга, насколько их образы соответствуют реальности и какую реакцию вызывают у
партнеров.
«Семейное кукольное интервью» по Бингу используется в работе, когда
идентифицированному (выделенному семьей) пациенту исполнилось 5-12 лет или при
выраженной защитной интеллектуализации клиентов. Члены семьи выбирают в ящике
понравившиеся им куклы, одевающиеся на руку. Играют с ними, разыгрывают
придуманную историю, затем дают ассоциации на нее в связи с реальной внутрисемейной
ситуацией.
Дж. Алан (1988) рекомендует расположить на отдельных полках в кабинете
следующие наборы игрушек:
1. Люди: фигурки мужчин и женщин примерно одного размера (желательно, чтобы у
некоторых из них были атрибуты, указывающие на их профессию), а также дикари,
монстры, гномы, пупсики.
2. Животные: домашние, дикие, морские, доисторические.
3. Растения: деревья, кусты, трава, овощи, фрукты.
4. Здания: жилые дома, замки, вокзалы, учреждения, гаражи, магазины или
строительный материал, из которого их можно построить.
5. Сооружения: ограды, ворота, мосты и пр.
6. Камешки, стеклышки, ракушки, палочки, косточки.
110
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]