Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Рынок труда и миграция. Учебное пособие
.pdf
ми заработками в неформальном секторе, поскольку ситуация в
странах происхождения мигрантов в период кризиса оставалась
много хуже, чем в России. Многие принимающие страны мира
указывают на похожее поведение мигрантов во время кризиса.
Официальная статистика «видит», как известно, лишь часть
всей миграции. Масштабы нерегулируемой составляющей трудовой миграции в России всегда были чрезвычайно велики, особенно в первоначальный период ее развития, когда правовая база, регулирующая миграцию, практически отсутствовала. В конце
1990-х — начале 2000-х годов нерегулируемая миграция составляла 9/10 всего потока. С принятием закона о правовом положении иностранных граждан в 2002 г., который ввел довольно сложную процедуру правового оформления мигрантов, ситуация мало
изменилась, и только к середине прошлого десятилетия регулируемая составляющая миграции начала расти и после реформы
2007 г. достигла, по оценкам экспертов, примерно 40%.
Сложившаяся демографическая ситуация и прогнозы ее развития до 2030 г. заставляют предположить, что сегодня значительный экономический рост в России невозможен без увеличения
численности трудовых ресурсов, основным источником которых
в ближайшей перспективе может стать миграция. Учитывая, что
за ряд прошлых лет, по официальным данным, Россия привлекала из других стран ежегодно около 2 млн трудовых мигрантов,
очевидно, что этих масштабов трудового притока будет недостаточно для хоть сколько-нибудь значительной компенсации убыли трудовых ресурсов в новом десятилетии. Принятие других мер,
направленных на увеличение трудового потенциала, включая меры по улучшению здоровья и снижению смертности в трудоспособных возрастах, расширению возможностей трудоустройства
молодежи и пенсионеров, увеличению пенсионного возраста, повышению производительности труда, активизации внутренней
мобильности работников и т. д., может только несколько снизить
потребность в мигрантах.
Объективная экономическая необходимость увеличения миграции является серьезным вызовом для политики ближайшего
будущего. Но если задача сколько-нибудь значительного увеличения легальной миграции не будет решена в ближайшие годы,
то при возрастающей потребности в труде это повлечет за собой
рост нерегулируемой миграции и теневой занятости мигрантов, что крайне негативно отразится на экономике и социальной сфере, а также спровоцирует новый виток антимигрантских
настроений.
Россия сегодня сталкивается с качественно иной миграцией
по сравнению с началом текущего десятилетия. В структуре трудовой миграции в Россию по странам исхода растет доля стран
Центральной Азии: если в середине 2000-х годов совокупная доля трех стран Центральной Азии (Узбекистана, Таджикистана и
Кыргызстана) составляла около 1/3, то к 2010 г. она превысила
половину всего трудового потока (рис. 3).
Источник: ФМС России.
Рис. 3. Доля основных стран исхода мигрантов
в структуре трудовой миграции в Россию, 2006–2009, %
Мигранты из стран СНГ все хуже знают русский язык.
По данным выборочных опросов, примерно 15–20% трудовых
мигрантов, работающих в России, практически не знают русский
и общаются исключительно на своем языке, что, естественно, затрудняет интеграцию. Только 50% трудовых мигрантов в состоянии самостоятельно заполнить на русском языке официальные
-32- -33-
документы, остальным требуется помощь из-за плохого знания
языка. Примерно 30% жалуются на нехватку знания языка для
общения в быту (в магазине, в банке, в аптеке и т. п.) и 20% — на
трудности в общении на работе.
В результате распространения информации, развития неформальных социальных сетей у тех контингентов населения, которые ранее не могли себе позволить включиться в миграцию, появляется такая возможность. Большинство мигрантов сегодня
приезжают из небольших городов и сел, что создает дополнительные трудности для их интеграции в российских мегаполисах. Снижается уровень образования и профессиональной подготовки мигрантов. По данным выборочных опросов трудовых
мигрантов из стран СНГ, 50% мигрантов не имеют профессионального образования. Происходит сдвиг к бедной части социального спектра.
Неформальные мигрантские сети, облегчая миграцию, позволяют включиться в нее культурно более далеким и менее адаптивным мигрантам. Кроме того, они снижают возможности управления миграцией. Даже в случае появления новых запретов в
официальной политике миграция через сети будет продолжаться. Это серьезный вызов миграционной политике, которая должна учитывать эти объективные изменения.
Проблемы интеграции тесно связаны с удовлетворением социальных потребностей мигрантов и членов их семей в медицинских услугах и жилье. Внедрение страховых принципов явится
решением проблемы доступа мигрантов к медицинским услугам. Этот процесс будет связан с повышением социальной ответственности работодателей и может быть осуществлен на основе
частно-государственного партнерства. Кроме того, необходимо
обратить внимание на специфические вопросы доступа к медицине детей мигрантов, женщин, в том числе для ведения беременности и оказания акушерской помощи.
Еще одна проблема, требующая решения, — это жилье. Большинство трудовых мигрантов, не имеющих разрешения на временное проживание, снимают жилье, как правило, деля его с несколькими соотечественниками или друзьями.
Указанные сдвиги в структуре миграции требуют изменения
приоритетов миграционной политики. На первый план выходит
политика интеграции мигрантов, которая в России только начинает формироваться. Интеграция — это процесс двусторонний:
изменяются не только мигранты, адаптируя свою культуру и свое
поведение к нормам принимающего общества, но и само это общество, которое уже никогда не будет прежним.
1.7. Нелегальная миграция и теневая занятость
Жесткие ограничения и запреты не являются приемлемым
решением проблем миграции. В России в условиях безвизового въезда все запреты приводили лишь к росту числа нелегальных или теневых мигрантов. Напротив, эффект снятия запретов, как показал опыт российской миграционной реформы
2007 г., очень значителен. По имеющейся оценке, ее результатом
является то, что доля регулируемой составляющей миграции выросла в 3–4 раза. Однако нелегальная миграция все еще остается
недопустимо большой, превышая регулируемую составляющую
в 2,5–3 раза. Основными факторами роста нелегальной миграции являются запреты миграционного законодательства и теневая экономика, которая притягивает неквалифицированных
иностранных работников, создавая мигрантские анклавы низкооплачиваемого, так называемого 3D труда (Dirty, Dangerous,
Demeaning). Процесс формирования таких ниш только начался
и еще не так заметен на национальном уровне. Но в крупных городах, особенно в Москве, приграничных регионах и на некоторых других территориях эти ниши уже приобрели заметные очер-
1
тания
.
В теневом секторе все это может быть и не так. Соответственно
ответом на этот вызов должны быть меры общеэкономической, а
не миграционной политики.
Неформальные отношения трудового мигранта и работодателя сегодня выгодны обеим сторонам, не только из-за экономии
на налогах. Жесткая привязка работника-мигранта к работодателю, отмененная в 2007 г. для выходцев из стран СНГ, но введенная вновь с 2009 г. как антикризисная мера, практически выводит
1
Денисенко М. Б., Мкртчян Н. В., Тюрюканова Е. В. Миграция в развитии
России.
-34- -35-
мигрантский труд из сферы конкурентной борьбы. Работодатель
в этом случае не может свободно выбирать работников на рынке, поскольку он ограничен заявленной квотой, и с каждым новым работником он вынужден проходить процедуру легализации.
Иностранный работник также не может поменять работодателя
без получения нового разрешения на работу.
Если неформальные отношения более эффективны, при том
что формальные почти так же плохо защищены, как и неформальные, институциональных стимулов к легализации для мигрантов и работодателей почти нет. Практически отсутствуют и
экономические стимулы. По данным опросов, зарплата мигрантов, работающих нелегально (не имеющих разрешения на работу), всего на 5% ниже, чем тех, кто работает легально, что к тому же почти полностью нивелируется различиями в отраслевой и
квалификационной структуре. Условия труда также почти одинаковые. Конечно, теневые отношения повышают риски для обеих
сторон, однако легализация и выход из тени при нынешнем положении вещей не гарантируют соблюдение прав ни мигранту, ни
работодателю.
Серьезный вызов, который, опять же, носит системный характер, это — коррупция, пронизавшая все отношения в сфере
миграции начиная с заявок работодателей на квоту и заканчивая
проверками документов на улице. Криминальный рынок фальшивых документов позволяет мигранту в любой момент купить
новую миграционную карту или «регистрацию».
Определение потребности в иностранной рабочей силе и
квотирование. Механизм квотирования иностранной рабочей
силы используется в настоящее время как основной регулятор
привлечения ИРС из безвизовых стран. Однако определение
потребности в иностранных работниках и соответственно квот
в условиях современного российского рынка труда, неизученного, быстро меняющегося, импульсивного, в значительной части
теневого, оказалось трудной задачей, требующей адекватной
методической базы. Сегодняшняя методология, основанная исключительно на заявках работодателей, недостаточна для определения реальной потребности в ИРС. Действующий механизм
оформления квоты довольно сложен и многоступенчат. Его часто не под силу пройти мелким предприятиям, а потребность
микропредприятий, нанимающих одного-двух работников, вообще не отражается в квотах.
Попытка контролировать трудовую иммиграцию с помощью
чрезмерно низких квот оборачивается сдерживанием развития
собственной экономики и поощрением незаконной занятости
иностранных работников. Так, установленная на 2008 г. квота в
размере 1,8 млн иностранных работников, была выбрана уже в
первом полугодии, а в некоторых регионах уже в апреле, к июлю
был исчерпан и 30%-ный резерв.
Желание ограничить число мигрантов, для того чтобы освободить рабочие места для российских работников, выглядит естественным. Однако если вспомнить, о каких именно рабочих
местах идет речь, то такое решение становится отнюдь не однозначным. Большинство «мигрантских» рабочих мест — это неквалифицированная и низкооплачиваемая работа. Предложить
ее российским работникам означает заведомо обречь их на потерю квалификации и социального статуса.
1.8. Направления и особенности внутренней миграции
Самым популярным направлением внутренней миграции с
начала в 90-х годов является западное — движение с востока в
Центр, Приволжье и на юг. Активность данного направления
обусловлена стремлением жителей Сибири и Дальнего Востока
переселиться в европейскую часть страны. Это приводит к тому,
что устойчиво теряют население округа восточной части страны,
а привлекают мигрантов — западные. Только за 1990–2009 гг. в ре-
1
зультате так называемого западного дрейфа
миграционные потери регионов Сибири и Дальнего Востока превысили 2 млн чел.
Сравнительно меньших масштабов достигало сокращение населения Европейского Севера, однако по интенсивности оттока населения в ряде регионов оно также было внушительным. Выезд
населения из регионов востока и севера страны ведет к ускоренному старению остающегося населения. Во внутренней миграции
1
Мкртчян Н. В. Миграция в России: западный дрейф // Демоскоп Weekly.
2005. № 185–186, 10–23 января. URL: http://demoscope.ru/weekly/2005/0185/
tema01.php
-36- -37-
все округа теряют население в пользу Центрального округа, Северо-Западный, уступая Центральному, стягивает население со всех
остальных округов (табл. 4). Все федеральные округа теряют население в западном направлении и получают прирост за счет прибывших с востока.
В 2000-х годах такой перенос населения сохранялся примерно на одном уровне, но по сравнению с 90-ми годами прошлого века он сократился примерно вдвое. Сокращение масштабов
«западного дрейфа» — прежде всего следствие существенного исчерпания миграционного потенциала регионов Дальнего Востока. Уменьшился миграционный отток и с северных территорий
страны.
Пока не видно причин, по которым «западный дрейф» населения России мог бы быть остановлен или, тем более, повернут
вспять. В стране, в отличие от предыдущих десятилетий, просто
нет ресурсов, которые можно было бы направить «на восток».
Ресурс села и малых городов практически полностью исчерпан:
если там и сохраняется потенциал выезда молодежи, то в условиях высокого спроса на труд в крупных городах европейской
части он полностью поглощается последними. Города Сибири
и Дальнего Востока не выдерживают конкуренции с городами
европейской части страны ни по экономическому потенциалу,
ни по развитости социальной инфраструктуры, ни, наконец, по
климату. Пока на востоке России нет ни одного центра, сопоставимого по миграционной привлекательности не только с регионами двух столиц, но и с таким регионам, как Краснодарский
край; восточнее Новосибирска нет ни одного города с миллионным населением.
К «западному дрейфу» добавляется движение населения в
Центр, господствующим направлением во внутренних миграциях стала центростремительность. В качестве центра притяжения
выступает Московский столичный регион, причем в пределах
Центрального округа магнетизм столицы выражен не менее
сильно, чем на всей территории страны. После кризиса в начале
90-х годов притягивающая роль Москвы не только восстановилась, но и возросла. Столичный регион благодаря миграции стабильно прирастает на 100–130 тыс. чел. в год, причем ведущую
роль играют не международные, а межрегиональные мигранты.
восточный
Дальне-
Таблица 4
Сибирский
Уральский
Приволжский
Кавказский
Северо -
Южный
Получено или потеряно территорией
Западный
Северо-
Центральный
В обмене
с территорией:
Центральный 0,0 -215,3 -92,8 -158,2 -236,0 -124,7 -224,5 -307,0
Северо-Западный 215,3 0,0 40,9 -32,9 40,1 -26,0 -60,4 -83,3
Южный 92,8 -40,9 0,0 -127,6 -28,1 -62,7 -107,6 -161,9
Северо-Кавказский 158,2 32,9 127,6 0,0 30,6 35,6 -5,8 -25,1
Приволжский 236,0 -40,1 28,1 -30,6 0,0 -38,1 -96,8 -139,3
Уральский 124,7 26,0 62,7 -35,6 38,1 0,0 -57,9 -51,6
Нетто-миграция между федеральными округами Российской Федерации в 1991–2009 гг., тыс. чел.
Сибирский 224,5 60,4 107,6 5,8 96,8 57,9 0,0 -125,2
Источник: Росстат, данные текущего учета миграции.
Дальневосточный 307,0 83,3 161,9 25,1 139,3 51,6 125,2 0,0
-38- -39-
Увеличение численности населения за счет внутрироссийской миграции позволило наиболее привлекательным (экономически успешным) регионам — столичному региону, Краснодарскому и Ставропольскому краям, Республике Татарстан,
Белгородской, Свердловской, Самарской областям и другим
получить существенно большую компенсацию потерь от депопуляции. Демографический выигрыш от внутренней миграции
имеют региональные центры, особенно крупнейшие города, а
выезд молодежи из сельской местности и многих малых городов ведет к ускоренному старению внутренней периферии регионов.
Как и в подавляющем большинстве развитых стран, внутренняя миграция населения в России не может являться полноценным объектом миграционной политики, так как ее практически
нельзя ограничить мерами административного характера. Свобода передвижения для граждан страны — право, закрепленное Конституцией страны и базовым Законом «О праве граждан
Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места
пребывания и жительства в пределах Российской Федерации»,
принятым в 1993 г. Действовавший в СССР механизм ограничения миграции — прописка, имевший спорную эффективность,
к середине 1990-х годов формально упразднен. Институт регистрации (по месту жительства и пребывания), введенный взамен прописки, по букве закона носит уведомительный харак-
1
тер
.
Данное направление миграционной политики является производным от региональной экономической политики. Косвенно
управлять пространственной мобильностью в пределах страны
возможно только мерами региональной экономической политики и экономической политики региональных властей, а также
оказания адресной поддержки отдельным категориям мигрантов,
регионам и муниципальным образованиям, осуществляющим
меры по приему и адаптации мигрантов. Это теоретически, но на
практике и экономические рычаги управления пространственной мобильностью сильно ограничены.
1
Денисенко М. Б., Мкртчян Н. В., Тюрюканова Е. В. Миграция в развитии
России.
Прежде всего экономическая политика и программы имеют слабую региональную составляющую. Формирование полюсов роста в восточных регионах страны в обозримой перспективе
связано почти исключительно с крупными проектами по освоению минерального сырья. Однако они не требуют привлечения
большого числа специалистов и могут осуществляться вахтовым
методом. Возможность «разворота» внутренних миграционных
потоков в северном и восточном направлениях — вопрос не столько сложностей управления пространственной мобильностью,
сколько отсутствия полюсов роста в тех частях страны. Самая серьезная проблема — ограниченность демографических ресурсов для осуществления масштабных переселенческих проектов.
В условиях повсеместной нехватки населения нет ясности в том,
куда необходимо направлять миграционные потоки, а главное —
откуда брать. В России недонаселены не только восточные районы, но и центр европейской части. Так, по имеющимся расчетам,
в европейской части России недостает около 5 млн чел. сельского населения. «Трудоизбыточности» сегодня нет в России нигде,
за исключением ряда республик Северного Кавказа и юга Сибири, но и здесь избыток не очень велик. Высоким переселенческим
потенциалом обладают только Дагестан и Чечня, где он составляет несколько сотен тысяч человек в рабочих возрастах, которые и
будут, скорее всего, постепенно перераспределяться по территории России.
Демографические соображения не позволяют ожидать существенных изменений в территориальной мобильности российских трудовых ресурсов. При общем сокращении трудоспособного населения в ближайшие десятилетия особенно сильно
уменьшатся контингенты молодежи (17–29 лет), а именно в этом
возрасте отмечен пик территориальной мобильности. Только за
счет изменения структуры населения в пределах трудоспособного
возраста (сокращение доли молодежи) миграционная активность
населения снизится к 2025 г. на 9%.
Помимо дефицита трудовых ресурсов, существует еще проблема их территориальной мобильности, которая представляет
собой один из видов общей мобильности рабочей силы наряду с
отраслевой, профессиональной, квалификационной мобильностью. Мобильность рабочей силы — очень важная характеристи-
-40- -41-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]