Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Экономическая власть в контексте экономической науки. Монография
.pdf
81
специфики «он способен проникать в другие капиталы, реализовываться в них и даже заниматься их реализацией. Финансовый
капитал – это проникающий капитал, это капитал, живущий в
других капиталах, своеобразный капитал для капиталов, капитал
в капиталах, капитал капиталов, ... капитал, тяготеющий к финансовой власти над другими капиталами» [200]. Это находит
свое логическое, концентрированное выражение в господстве
финансовой олигархии – предпринимательской элиты, которую
образуют субъекты крупного бизнеса, а также менеджерский
состав крупнейших корпораций.
Это означает, что в смешанной экономике субъектами хозяйственной власти становятся объединения предприятий,
фирм, корпораций, и объединения предпринимателей.
Предприятия объединяются, как правило, путем заключения
соглашения между ними с сохранением их юридической и экономической самостоятельности.
Р. Барр полагает, что в первую очередь эта тенденция выступает как логическое следствие развития крупных предприятий. Вместо того чтобы вступать в жесточайшую конкуренцию,
исход которой может оказаться фатальным в результате резкого
падения цен из-за перепроизводства, крупные предприятия
предпочитают чаще всего объединяться, заключать между собой
соглашения и вступать в союзы. В определенной ситуации
крупная фирма может предпочесть стратегии уничтожения соперников стратегию согласия. Во вторую очередь тенденция к
объединению может быть объяснена стремлением фирм, чаще
малых и средних, уберечься от конкуренции со стороны новых
фирм; они довольствуются умеренными прибылями и договариваются между собой о таком уровне цен, который позволял бы
менее преуспевающим производителям поддерживать свою деятельность [16].
Т.о., очевидно, что создание объединений или заключение
соглашения инспирируется в основном стремлением к максимальной рентабельности, которая может быть достигнута благодаря либо увеличению производительности на предприятиях,
участвующих в объединении, либо мощному воздействию на
рынок, либо тому и другому одновременно.
82
Наряду с отдельными предпринимателями разного масштаба, их всевозможными объединениями, реальными носителями
совокупной хозяйственной власти предпринимательства выступают отраслевые, региональные, общенациональные предпринимательские союзы, которые создаются, как в целях защиты
интересов предпринимательства в целом, так и с целью разработки и осуществления общей хозяйственной стратегии и тактики. Вышеизложенное позволяет сделать вывод, что выполнение
предпринимательством общественных функций органически
сопряжено с властно-хозяйственными функциями. В экономике
эта власть выступает в следующих видах:
1. Хозяйственная власть.
2. Дополнительная хозяйственная власть, которая распро-
страняется на другие хозяйствующие субъекты и носители хозяйственной власти, обладающие меньшим властным потенциалом.
Хозяйственная власть имеет два аспекта: внутренний и
внешний. Внутри корпорации о власти можно говорить в том
смысле, что здесь управляющая система построена по иерархическому принципу подчинения низших звеньев вышестоящим
звеньям, деятельность которых регулируется высшим руководством предприятия. Как высшее руководство, так и каждый из
уровней управляющей системы наделяются соответствующими
полномочиями, призванными осуществлять управление как
предприятием в целом, так и отдельно взятыми его подразделениями (производством, финансами, маркетингом и т.д.), работой
всех наемный работников данного предприятия. Решения, принимаемые высшим руководством управляющей системы, обязательны для всего персонала предприятия. Внешние проявления
хозяйственной власти - способность как национальной экономики, так и отдельных предприятий, фирм, корпораций обеспечивать жизнеспособность и защищать и, по возможности, увеличивать свой вес и влияние на внутреннем и мировом рынках,
навязывать свои принципы и правила игры другим участникам
рынка, поглощать или отодвигать на периферию более слабых
конкурентов, по возможности, диктовать рынку свои, как правило, монопольные цены, оказывать влияние на принимаемые
государством решения. Более того, предполагается вхождение
83
во властные структуры государства, подчинение их своему влиянию или разделение политической власти с государством и т.д.
Естественно, масштабы и эффективность этой власти зависят от
масштабов деятельности и экономической мощи соответствующих предприятий.
3.2. Экономическая свобода как антикатегория
экономической власти
Почему так важна экономическая свобода?
Низкий уровень экономической свободы не позволяет людям и фирмам реализовывать эффективные взаимовыгодные
сделки и проекты. Это влечет за собой низкий уровень жизни,
отсутствие экономического роста.
Экономические права – это фундаментальные права в том
смысле, что без них не может существовать никакой политической свободы или гражданских свобод, они – предпосылка роста
и развития, а также предпосылка широкого гуманитарного развития.
Принцип экономической свободы является предпосылкой
при построении механизма ограничения экономической власти.
Все законодательные и нормативные акты, как действующие, так и те, которые будут созданы в будущем, должны отвечать данному принципу и проходить проверку на соответствие
ему во всех областях политической, экономической и социальной жизни общества.
Мы придерживаемся понимания «экономической власти»
как системы обширной специфической деятельности в той или
иной конкретной сфере, имеющей немало сходного с другими
областями деятельности человека и вместе с тем в корне отличающейся от всех иных областей деяний человека и предпринимателя.
Выделяют три структурных уровня организации управляющей системы. Это, как считает В. Козбаненко, «высший - институциональный - являющийся пограничным между политическим
и государственным управлением. На нем определяются общая
политика и главные задачи ее осуществления.
84
Средний - административный уровень - сфера функционального управления (администрирования). На нем любое
направление деятельности подвергается анализу и раскладывается на различные организационно-управленческие компоненты - планирование, организацию, руководство, контроль и т.д.
На третьем - технологическом (низшем) - происходит непосредственное удовлетворение социальных потребностей в услугах государственного управления, превращаемых в конкретные
продукты (результаты), которыми пользуется общество в целом
и отдельные граждане или их организации» [209].
Авторский коллектив книги «Технология политической
власти», изучив зарубежный опыт, подчеркивает, что, согласно
взглядам, на Западе функционирование политической системы
происходит на различных уровнях [261].
Первый уровень – это возможность системы, т.е. ее действие как элемента своей среды (в данном случае – общества).
Во взаимодействии со средой система в первую очередь должна
задействовать свои четыре главные «способности - возможности»: регулирующая способность касается управления, координации поведения индивидов и групп; экстракционная способность (любая система должна быть в состоянии черпать из внутренней или внешней среды необходимые для своего функционирования ресурсы: экономические и финансовые средства, политическую поддержку); дистрибутивная способность связана с
распределением государственной системой благ, услуг или знаков отличия отдельным лицам или социальным группам; реагирующая способность - с ее помощью система «отвечает» на импульсы, идущие от среды, особенно на требования, которые
предъявляют отдельные субъекты.
Оценка по названным параметрам относительных возможностей –является важным компонентом функционального анализа властной системы.
Второй уровень функционирования системы отражает то,
что происходит в ней самой. Имеется в виду конверсивный процесс. Конверсивные процессы или функции – это способы превращения входящих факторов в исходящие. В системе это означает, что импульсы, поступающие на вход системы, трансфор-
85
мируются в легитимные решения, которые затем претворяются
14
в жизнь.
Процесс конверсии в одной системе можно проанализировать и сопоставить с аналогичными процессами в других системах на основе схемы, где приводятся шесть основных функций:
артикуляция интересов (как формулируются требования); агрегация (агрегирование) интересов (как происходит комплектование требований в альтернативные программы действий); выработка правил (нормотворчество) (как формулируются нормы);
применение правил (реализация норм) (как эти нормы претворяются в жизнь); контроль за применением правил (контроль
над нормами) (как они контролируются и регулируются); коммуникация (как все эти столь разнообразные действия соотносятся друг с другом внутри системы, а также при взаимодействии системы с окружающей средой).
Первые две – функции входа, остальные – выхода [261].
Детализация, конкретизация, развернутая аналитическая и
прогностическая проработка вопросов властной практики с таких позиций способны помочь развитию и теории, и практики
властной деятельности.
Важным показателем верных властных действий должна
быть действенность, эффективность власти – важнейший показатель плодотворности, результативности деятельности власти,
ее полезного влияния на сограждан, на управляемость данного
общества, его экономический, социальный и культурный прогресс.
Собственно сама властная деятельность складывается из целой группы определяющих элементов, отражающих, прежде
всего, два решающих процесса:
1) процесс выработки, обсуждения и принятия властных
решений;
2) собственно динамичный, многоплановый (вовсе не лег-
кий) процесс проведения принятых решений в жизнь.
В свою очередь, эту деятельность образуют ряд ключевых
компонентов14.
Властная воля – свобода в проявлении власти, властности; принятие решений, которые
должны выполняться всеми, осуществление мер, которым должны все подчиняться.
86
Понятие экономической свободы представляет собой степень невмешательства государства в производство, распределение или потребление товаров и услуг в соответствии с необходимым для граждан уровнем защиты и свободы (этому вопросу
посвящены многочисленные труды Вакулы А.Н. - примечание
авторов).
Суть ограничения экономической власти в определении ее
допустимых границ, посредством конституционных норм и рамок, сохраняющих фундаментальные принципы свободы, которые выражаются в обеспечении гарантий прав человека и собственности.
Мэдисон Дж. считает «что человек и собственность – это
два важнейших субъекта, для которых должно функционировать
правительство; и права человека, и права собственности – два
объекта, для защиты которых должно быть учреждено правительство» 347.
Говоря о справедливом государстве, Мэдисон имеет в виду
демократическое государство, объединенное со свободой и конституционным порядком. На самом деле, как показывает исследование Международного института прессы Freedom House, в
2002 г. из 121 выборной демократии только 89 (представляющие
43,6% населения планеты) могут быть охарактеризованы как
«свободные» [338].
Мерилом настоящего прогресса в этой области будет успех
демократических стран в развитии свобод через значительное
ограничение власти правительства, сущность которого для Мэдисона состоит в его власти: «Сущность правительства – в его
Властное решение –
1) вынесение постановления о чем-либо, по какому-нибудь вопросу;
2) вывод, заключение, найденный ответ в результате изучения проблемы в органах власти, ее анализа и прогнозирования последствий возможных вариантов действий.
Властные действия – собственно суть власти, ее конкретные проявления, как правило,
убедительная демонстрация энергии, динамизма, активности и самой разносторонней
деятельности властей и властителей, их поступки, поведение, отражающие, воплощающие их миропонимание, интересы, настроения, убеждения, рассчитанные или вынужденные ходы. Недооценка такого рода действий, их вялость, беспомощность роняют
авторитет власти, могут вести к ее неудачам, краху или, по меньшей мере, требуют
крупных перемен.
87
власти, а власть, отданная в руки человека, как и следовало
ожидать, рождает злоупотребления» 347.
Демократию нельзя назвать достаточным условием для
обеспечения долгосрочного экономического роста.
Переход к демократическому режиму может стимулировать
экономический рост, если новый режим способствует развитию
политических свобод, повышению стабильности и улучшению
защиты прав собственности. Однако если выборная демократия
не ограничена эффективной конституцией, которая устанавливает пределы власти государства и гарантирует как гражданские, так и экономические свободы, масштабы рентоориентированного поведения возрастут, и создание благ будет замещено
перераспределительной системой, которая затруднит рост реальных доходов.
С одной стороны, по мнению Барра Р.: «Там, где уже достигнута умеренная степень демократизации, последующее ее
повышение приводит к замедлению роста, так как доминирует
эффект от акцента на социальных программах, перераспределяющих ресурсы» 317, 318.
С другой стороны, Милтон Фридмен отмечает: «В то время
как экономическая свобода способствует политической свободе,
однажды установленная политическая свобода имеет тенденцию
разрушать экономическую свободу» 339.
Дорн Дж. делает следующие выводы 83:
чтобы возобладала настоящая демократия, власть прави-
тельства должна быть ограничена, а его действия – справедливыми; безопасность людей и собственности должна доминировать над выборной политикой;
для предупреждения рентоориентированного поведения и
коррупции необходимо, чтобы доминировали экономические
свободы; люди должны принимать норму права, которая предполагает их равенство и гарантирует права частной собственности и свободы контрактов;
спонтанный либерально-рыночный порядок будет коор-
динировать экономическую деятельность и создавать богатство
при условии, что правительство играет минимальную роль в
88
экономике и позволяет людям быть свободными в своем выборе;
свободное общество не может существовать в рамках пе-
рераспределительного государства – не существует «третьего
пути»; люди должны следить за тем, чтобы всегда была гарантия того, что большинство не будет притеснять права меньшинства во имя распределительной справедливости.
Экономическая власть и экономическая свобода имеют
ключевое значение для экономического развития.
В процессе глобализации в странах, где не удалось создать
институт «власти», поддерживающий рынок, включая прозрачное законодательство, возникают огромные риски.
Частная собственность делает людей ответственными за их
решения об использовании ограниченных ресурсов и тем самым
дает стимул для поиска наиболее выгодных способов использования труда и капитала. При соблюдении законов и ограниченной власти правительства люди более склонны фокусировать
внимание на долгосрочных последствиях своих действий. В то
же время, правительство имеет неограниченную власть, инвестиционные решения носят политическую окраску.
Для ограничения деятельности правительства, требуется
сдержать рост перераспределительного государства, что подразумевает развитие духа индивидуальной свободы и ответственности. Если нация стремится создать и сохранить спонтанный
либеральный рыночный порядок, который Мэдисон рассматривал как систему, наилучшим образом согласующуюся со свободой людей, необходимо развивать «демократию в широком
смысле», а не просто «демократию в малом» 347.
Новые демократии, как показывает опыт посткоммунистических стран, страдают от коррумпированности элиты, погони
за рентой, и им грозит опасность отхода от демократических
норм. Задача состоит в том, чтобы помочь людям осознать выгоды от ограничения властной деятельности правительства и
издержки неограниченной демократии.
Расширение властного пространства групп с особыми интересами и ограничение свободы выбора индивида ведет к неэф-
89
фективности действующих общественных институтов и «ухудшению качества предоставляемых общественных благ».
Индивид, действуя рационально, т.е. сопоставляя издержки
и выгоды, старается избегать потребления и оплаты таких благ,
уклоняясь от налогов, приобретая некоторые общественные блага в частном порядке, покупая коррумпированных чиновников.
Неэффективность действующих институтов ведет к появлению
параллельных институтов и структур, проявляясь в теневом секторе.
Итак, мы можем сделать вывод, что благосостояние общества напрямую связано с вопросом определения величины общественного сектора в экономике и уровнем экономической
свободы индивидов, который конституционно закреплен, ограничивая рентоориентированное властное поведение правительства и олигархических групп.
Применительно к российским реалиям, встает вопрос,
насколько готова экономическая власть, в лице государства и
олигархических групп, поставить себя в четкие «конституционные рамки», предписывающие ограничивать расширения властного пространства до определенной нормы. Инструментом,
определяющим данные нормы, а также индикатором, показывающим отклонение от данных норм, является индекс экономической свободы.
3.3. Методы рассредоточения экономической власти
На основе рассмотрения предпосылок концентрации хозяйственных правомочий и экономической власти и выявления
экономической свободы как антикатегории экономической власти определена степень необходимости рассредоточения экономической власти. Логичным является рассмотрение возможных
методов данного рассредоточения.
Потери, которые несет общество в результате действия институциональных ограничений формального и неформального
характера, а также высокий уровень концентрации экономической власти, серьезно подрывают материальную базу и экономические стимулы перехода российской экономики к расширенному рыночному воспроизводству.
90
Остро стоит вопрос о необходимости выработки механизма
преодоления институциональных ограничений и устранения
стимулов, обеспечивающих их воспроизводственный процесс, а
также механизма рассредоточения экономической власти.
Формы реализации экономической власти в обществе включают сосредоточение контрольных пакетов акций предприятий
и других видов собственности среди ограниченного круга экономических субъектов, теневизацию экономики, а также административные барьеры и коррупцию.
Эти явления выступают как институциональные ограничения эффективного функционирования рыночной экономической
системы с высоким уровнем экономической свободы, и формируются на основе тех же предпосылок, что и экономическая
власть.
Механизм преодоления институциональных ограничений,
детерминирующих расширение экономической власти крупных
собственников, представляет собой определенный набор инструментов и мер по компенсации негативных проявлений конкретных форм реализации экономической власти и предпосылок
ее формирования, или полной их нейтрализации.
Среди предпосылок формирования экономической власти
Вакула А.Н. выделяет те, которые не носят объективного характера и не являются полностью «заданными» априори аксиомами, а, следовательно, подвержены изменениям и внешним воздействиям.
К ним относится системный монополизм субъектов экономической власти в следующих его проявлениях:
1. Монополизация собственности на определенный вид ресурсов. Данная форма подлежит нейтрализации путем создания
системы правил, обеспечивающих конкуренцию. Эти правила
включают защиту фундаментальных прав собственности, стимулирование конкуренции и предотвращение угрозы захвата
рынка, монополизации и образования картелей. Исторический
опыт свидетельствует, что поддержка и защита конкурентной
среды имеют решающее значение для быстрого и устойчивого
развития экономики и высоких темпов роста. Отсюда вытекает
потребность в реалистичной антимонопольной политике и в органах, способных ее проводить. Для ускорения роста экономики
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]