Теория литературы. Введение. Монография

Модный и амбициозный постструктурализм, девизом которого могла бы стать фраза «Если автор умер, то всё дозволено», напро­тив, ничего не берёт на веру и вообще сомневается в возможно­сти существования точного знания. Отечественный постструкту­рализм слегка отличается от западного: кажется, в нём ещё мож­но узнать образец, но он гипертрофирован, внимание заострено на нескольких моментах, все остальные опущены. В отечествен­ном прочтении постструктурализм предстаёт предельным реля­тивизмом и полной деконструкцией всего, что только возможно. Интересно, что российский постструктурализм довольно свободно оперирует гендерным анализом, однако если анализ этого аспек­та социальных отношений считается дозволенным и приемлемым, то другие социальные референты, к примеру «класс», совершенно исключены, и как термин, и как объект анализа. То есть местный вариант постструктурализма произвольно выбирает из теории идеологии некоторые элементы, захлопывая дверь перед други­ми. При этом забывается, что идейно постструктурализм восходит, помимо прочего, к марксизму, что видно, скажем, по группе «Тель Кель». Метод деконструкции — это не просто «развенчание» любо­го устойчивого понятия, совершаемое с упорством ребёнка, лома­ющего механическую игрушку. Иглтон обращает внимание на то, что для Деррида «деконструкция — это, в конечном счете, полити-