Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Российское государство опыт философского прочтения
.pdf
92
Очерк 1
Поэтому подлинная конспирология, по мнению А. Фурсова, – не
просто одна из социальных дисциплин среди социологии и прочего,
она рядо – и равноположенное им эпистемологическое поле со своим
внутренним членением, с особыми методами обработки информации
и исследования. Конспирология – это и отдельная дисциплина, и в
то же время дедуктивно-аналитический метод для обнаружения неочевидного в очевидном, тайного – в явном, выявление скрытых причин,
которые эмпирически, индуктивно непосредственно не просматриваются. Не секрет, что в капиталистической системе социальные науки
и их кадры выполняют определенную функцию – анализ социальных
процессов в интересах господствующих групп и с точки зрения их
интересов, в конечном счете – ради сохранения существующей системы с ее иерархией. Отсюда – табу на целый ряд проблем, их практи-
1
ческая необсуждаемость
.
Роль конспиративности, постоянно присутствующей в различных
обществах и в различные эпохи, на протяжении истории неуклонно
возрастала по мере развития капитализма. Особенно в Европе интенсивное развитие капитализма требовало искусственного создания тени,
завесы – того, в чем не было такой потребности до его возникновения.
Это связано с тем, что формирование гражданского общества, провозглашение открытости власти, государства и политики, особенно с середины ХIХ века, создавало вместе с тем очень серьезные проблемы,
которые по мере усиления социальных конфликтов становились все
более острыми. Их открытое, публичное решение было весьма затруднительным. Отсюда – значительное увеличение количества тайных
организаций, закулисных структур, которые с самого начала сопровождали Модерн.
Масштаб, сложность и закрытость теневых структур росли и усиливались пропорционально мировой экспансии капитала и самого
Запада, усложнению современного мира, а также развитию публичной
политики и формальной демократии. Теневая сторона если и не превращает демократию, разделение властей, гражданское общество
и т. п. на Западе полностью в фикцию, то, по крайней мере, серьезно
подрывает, ослабляет и выхолащивает их содержание. Между разви-
1
См.: Фурсов А. Конспирология – веселая и строгая наука//Политика. Аналитика
мировых событий. (http://www.oko-planet.su/politik/politikmir/24693-andrej-fursovkonspirologiya-vesel...17.10.2010).
Непрямые способы формирования политической стратегии
тием и приобретением государством все более публичных характеристик, с одной стороны, и усилением значения конспиративного, тайного аспекта функционирования властной системы, смещения
реальной власти в теневую зону – с другой, имеется прямо пропорциональная связь. Чем более публичнее становилась политика, чем
(внешне) демократичнее общество, тем более значимая часть реальной
власти эпохи Модерна уводилась в тень, действовала конспиративно.
«Эпоху Модерна, – пишет Фурсов, – можно рассматривать по-разному,
в том числе и как процесс роста этой тени, которая сначала знала свое
место, а затем в “длинные двадцатые” (1914–1933 годы) поменялась
местами с хозяином, стала главной, и, что поразительно, это не нашло
практически никакого отражения в науке об обществе (курсив мой. –
Р.С.). А ведь ясно, что тень нужно изучать принципиально иначе, чем
то, что ее отбрасывает, – иными методами и средствами. А уж тень,
1
поменявшуюся местами с хозяином, – тем более»
. И только конспирология, сосредоточивающая свое основное внимание не на фиксации
внешней канвы событий, а на глубинных целях, замыслах, закономерностях (на которые затем наслаивается официальное мифотворчество),
в какой-то мере решает эту задачу. Не случайно во всем мире конспирологии посвящена огромная литература, издаются постоянные конспирологические журналы и бюллетени, где собрана актуальная и
свежая информация по данной проблематике.
Ситуация еще более усложнилась в эпоху глобализации, когда рядом с открытым миром государств и партий существует другой мир –
закрытый, теневой. По мнению французского социолога Пьера Бурдье,
реальным субъектом в нации-государстве являются не нация и не государство, а группы индивидов, реализующие свои групповые и корпоративные интересы под видом государственных или под покровом
государственной тайны. Глобализация, по сути, есть выталкивание в
неоварваризацию, в неорхаизацию 80 % мирового населения. Именно
конспиративные структуры в их функции мирового управления наилучшим образом приспособлены для реализации подобного цивилизационного остракизма.
Если не закрывать глаза на возникшую переориентацию Запада на
завуалированные, визуально неявные, непрямые способы воздействия
93
1
Фурсов А. Указ. соч.
94
Очерк 1
на Россию, то конспирология в нашей стране должна была бы стать
одним из главных направлений в изучении путей обеспечения безопасности России и важным фактором объяснения общественных явлений,
как бы это ни казалось для кого-то непривычным или даже шокирующим. Для этого необходимо достаточно объективно, непредвзято и под
соответствующим углом зрения (а именно настойчиво проводимой Западом на протяжении истории политики неприкрытого антирусского
расизма) взглянуть на исторические события, начиная с эпохи Петра.
Суть конспиративных замыслов в отношении России вытекает из непрекращающегося стремления западного суперэтноса к объединению
земного шара под своим началом. Такое стремление отмечали еще русские мыслители: Д.Л. Андреев, В.В. Розанов, Н.С. Трубецкой, Л.Н. Гумилёв, «причем последний показал, что оно является не следствием
какой-то особой злонамеренности европейской цивилизации, а органически присущим ей культурно-политическим стереотипом поведения,
который не может быть нарушен логическими доводами. Эти экспансивные устремления могли принимать самые разные формы (крестовые
1
походы, военные агрессии, кредиты МВФ)»
. Общие закономерности
исторического взаимодействия Запада и окружающего пространства
(в частности, России) хорошо прослеживаются также в рамках модели
«ядро – периферия» (И. Валлерстайн). Суть данной модели раскрывается в дихотомии «цивилизация – варвары». В соответствии с ней Запад
(«ядро») – цивилизация, а окружающие народности («периферия») –
варвары, смысл существования которых – быть источником дальнейшего развития и процветания Запада. Российские любители употреблять
выражение: «в цививилизованных странах» – по умолчанию соглашаются с неназываемой ими второй частью указанной дихотомии, согласно
которой европейские критики – от маркиза де Кюстина вплоть до
Адольфа Гитлера – называли Россию не иначе как «варварской страной».
И в то же время призывали ограничить российскую мощь.
На протяжении истории специфика конспиративной деятельности
в отношении России состоит в беспрецедентно мощном двойственном
давлении на нее. С одной стороны, никогда не прекращавшийся и все
усиливающийся западный экспансионизм; с другой – постоянно на-
1
Чернышков Д. Глобализация как неолиберальный миф // Свободная мысль.
2010. № 6. С. 34.
Непрямые способы формирования политической стратегии
растающий прозападный активизм некоторой части господствующих
слоев России (дворянство, советская номенклатура, олигархическилиберальный – этот уже откровенно выполняет задачи, поставленные
перед ним «глобальным истеблишментом»).
Первый выражает стремление Запада транслировать на окружающий мир некоторую совокупность политических, экономических и
культурных норм и образцов с категорическим требованием признать
их и принять к исполнению, сопровождаемым установлением всеобъемлющей гегемонии в своих корыстных целях. Второй есть добровольная готовность более слабых политических акторов (объектов
западного влияния) подчиниться нормам, объявленным Западом универсальными. Когда объект воздействия как целое подчиниться Западу
(Империи) не желает, «отдельные индивиды внутри “варварской”
страны, в силу тех или иных причин сориентированные на внешние
для нее нормы и ценности, начинают объективно, вне зависимости от
своего желания противостоять материнскому социуму, становясь вну-
1
три его концентратами политического напряжения»
. Анализ интенций
таких индивидов, позволяющий понять истоки зарождения, становления и распространения присущих им образцов поведения, мышления пока не стал предметом особого внимания исследователей.
95
Обращаясь к истории…
Незаметные для неконспиролога моменты вмешательства анонимных, тайных сил в историю, культуру, сознание народа в отдаленном
от нас времени в конечном счете вырастают до угрозы существования
государству. Тайное есть просто еще не увиденное, временной же масштаб дает возможность увидеть и раскрыть его содержание. И это
увиденное становится более ясным и понятным, когда оно сопоставляется с аналогичным явлением, но в другом временном периоде, а
особенно в наше время.
Эпоха Петра I, по признанию знаменитого британского ученого,
философа, публициста и политолога А. Тойнби, была кульминацией
начавшегося с ХIII века и продолжающегося по сей день в разных
формах – военных и мирных – наступления Европы на Россию
1
Там же. С. 35.
2
См.: Тойнби А. Исследование истории. Цивилизации во времени и пространстве.
М., 2009.
2
.
96
Очерк 1
Именно тогда и были заложены основы и главные очертания конспиративной социально-политической модели, которая неизменно воспроизводилась в каждую последующую эпоху. Эта эпоха, более чем
какая-либо иная, требует вопрошающего, проблематизирующего мышления. Такое мышление уже на уровне атомарных фактов, в отношении
которых не может быть никаких разногласий, дает картину, не соответствующую восторженно-мифическому восприятию преобразований
«великого» Петра и сложившимся о нем легендам.
Однако оценки деятельности Петра на всем протяжении истории
вплоть до сегодняшнего дня прямо противоположные, что обусловлено
актуальной для каждого исторического периода политической ситуацией. Суть разногласий – в неоднозначном отношении к разным сторонам дихотомии «издержки – выгоды» реформ Петра, которая накладывается на последующие политические стратегии, ведущие к
крутому перелому в истории России. Подтекст этих разногласий хорошо выразил С.Кургинян в телевизионной передаче «Суд времени»:
«Самое страшное, когда издержки есть и нарастают, а великих деяний
1
. То есть дискуссия о Петре – не самоцель, а лишь повод осмыс-
нет»
лить современную политическую ситуацию. В данной работе не ставится задача дать исчерпывающую оценку преобразовательной деятельности Петра. Речь идет о том, чтобы сосредоточиться на «издержках»,
но понимаемых не только как результат неизбежных во время радикальных преобразований ошибок, просчетов, непредвиденных обстоятельств и т. д. В рамках избранного конспирологического подхода
принципиально важно обратить внимание на деятельность конспиративных сил, значительно усугубляющих такие «издержки». Именно
этот момент и акцентируется в данной работе.
Но как бы то ни было, бесспорно одно: в результате деяний Петра
политическое разъединение русского образованного слоя и народа
стало трагической катастрофой российской истории. Нация прекратила самоидентифицироваться как единомышленное сообщество, как
психологическое и политическое единство. Как могла произойти такая
метаморфоза нации и как она могла продержаться до наших дней? Это
вопрос, которым в нашей стране предпочитают не задаваться. Кон-
1
Стенограммы «суда времени». 14. Реформы Петра I (http://www.kurginyan.ru/
publ.shtml? cmd=add&cat=3&id=109).
Непрямые способы формирования политической стратегии
спирологический же подход, изменяя угол зрения, позволяет переводить скрытое в явное, открывать в прошлом смыслы и алгоритмы, еще
не ведомые самим участникам и свидетелям тех исторических
событий.
Характер и основные черты производимых революционных преобразований Петра самым непосредственным образом связаны с особенностями его воспитания и жизни. Огромное влияние на формирование личности царя оказали лютеране, составлявшие большинство
населения Немецкой слободы – Кокуй, в которой Петр провел значительную часть своих юношеских лет. Среди них особо стоит отметить
ненавидевших Россию Франца Лефорта и Патрика Гордона, влияние
которых было столь велико, что юный царь попал в настоящую духовную кабалу к ним. Они стали для него непререкаемыми авторитетами
и сделали все, чтобы внушить не только презрение и ненависть к национальной религии, историческим традициям, но и ненависть к самому русскому народу, в чем достигли больших успехов. Идею первой
заграничной поездки Петру также внушил Лефорт, он же разработал
маршрут и круг его общения во время этой поездки. Закономерным
итогом данного, соответствующе организованного вояжа Петра в чужие края стало окончательно сформировавшееся отрицательное отношение Петра к православной религии, русской культуре и русскому
народу.
В такой обстановке зародился и вырос «сумасброднейший, всешу-
1
тейший и всепьянейший собор»
, сыгравший большую роль в судьбе
Петра и России и имевший ясное происхождение, связанное с Немецкой слободой. О «соборе» как устроителе «дурацких» праздников,
пародировавших церковные ритуалы, написано много, и слишком
много историков желали бы представить его как простую скверную
шутку. О самом активнейшем участии в нем Петра большинство из
нас знает из курса истории как о чем-то вроде безобидного баловства
взрослеющего «гения». На самом деле все было гораздо серьезнее:
«всешутейший собор», который просуществовал не менее тридцати
лет, имел весьма сложную организацию и, конечно, был создан не
русской головой. Только в настоящее время из архивов извлекаются
97
1
Истина безначальна-Безумный «собор» – I (http://grenzlos.livejoural.com/201913.
html).
98
Очерк 1
личная переписка и бумаги – свидетельства этого безобразного и ужасающего действа.
Как отмечают исследователи, требуется приложить много сил к
тому, чтобы полностью изучить и понять всю символику «собора». Но
вполне очевидно, что «действо собора», уставом которого было предписано «быть пьяным во все дни и не ложиться трезвым спать никогда», а языком общения – воровской жаргон и русский мат, не относилось к простому пьяному и безобразному угару и не являлось простой
свальной оргией. Все действа «собора», носившие кощунственный и
глумливый характер, выплескивались на улицы, шокировали и ошеломляли москвичей, но внутренняя его жизнь и истинные цели были
тщательно скрыты от посторонних глаз. Петр использовал «всешутейший собор» не только для утверждения нового взгляда на веселье и
развлечения (это было на поверхности), но и для дискредитации традиционных представлений и государственно-политических идей. Этот
«собор» во многом определил дальнейший ход русской духовной и
общественной истории.
На данном примере отчетливо видно, как явное кодируется скрытыми смыслами, необходимыми для достижения определенного политического результата. И здесь невольно возникают ассоциации с
нашим временем: достаточно вспомнить современную духовно-нравственную атмосферу, формируемую электронными и печатными СМИ,
которые играют роль современного «всешутейшего собора». «Если
посмотреть на контент, излучаемый электронными СМИ, – пишет
А.И. Агеев, – то окажется, что 70 процентов – это развлекательная
функция, а если посмотреть на структуру ценностей, которыми массированно бомбится аудитория, то окажется, что ценности агрессии,
стяжательства, поведенческих отклонений и т. п. доминируют над ценностями, которые благоприятствуют инновационному прорыву и которые в конечном счете сводятся к примату идеалов творчества и
1
солидарности»
.
Принципиальное направление Петровских реформ объясняется
тем отвращением и ненавистью ко всему русскому, которые были
сформированы окружением Петра в юные годы его жизни. Кокуйская
1
Агеев А.И. Преображающий прорыв: в тисках между мечтой и реалиями / Фу-
турологический конгресс: будущее России и мира. (Материалы Всероссийской научной конференции.) М., 2010. С. 65.
Непрямые способы формирования политической стратегии
слобода не только многое объясняет в психологии Петра, но и дает
ответ о дальнейших его путях, которые вели в Европу. Кокуй же был
Европой в миниатюре, ее форпостом в «варварской» Москве. История
становления личности и формирования политической воли Петра –
красноречивое свидетельство и классический образец конспиративного плана. Попытки воздействовать на личность и волю правителя –
изолировать его – многократно апробированный в истории конспи-
1
ративный способ, доказавший свою эффективность
. И этот способ
оказался более чем успешен. Как отмечал Ключевский, «в Петре вырастал правитель без правил, одухотворяющих и оправдывающих
власть, без элементарных политических понятий и общественных
2
сдержек»
.
Какие реформы мог проводить такой человек и какие реальные
последствия для России они могли иметь, убедительно показал в своей
книге «Народная монархия» И. Солоневич, а также ряд других исследователей. Солоневич выступает здесь, по существу, в роли конспиролога, переводя скрытое в явное, открывая за явлением сущность. Представленная им картина резко контрастирует с главным посылом
устоявшихся представлений о Петре и его реформах как о великом
благе для России, суть которых сводится к следующему. Москва чудовищно отстала от Европы: варварство, грязь, отсталость – это Москва,
чистота, гуманность и благоустройство – это Европа. Петр лишь пытался поставить Россию на один уровень с благоустроенной Европой,
хотя и жестокими методами.
Однако, как отмечал Солоневич, даже самого элементарнейшего
знания европейских дел вполне достаточно для того, чтобы сделать
следующий вывод: благоустроенной Европы Петр видеть не мог –
и по той чрезвычайно простой причине, что такой Европы вообще и
3
в природе не существовало
. Сказка о сусальной Европе и о варварской
99
1
Так, например, поляки в Смутное время, видя плотность боярской и духовной
среды, замыкавшейся около государя, посчитали необходимым для проведения своих
планов в ы р в а т ь царя из этой среды и перенести царскую резиденцию из Москвы
куда-нибудь в другое место.
2
Цит. по: Солоневич И. Народная монархия. М., 1991. С. 466.
3
Какой же на самом деле была европейская обстановка петровских времен? Во
время Петра Европа вела Тридцатилетнюю войну за испанское наследство, которая
была прекращена из-за истощения всех участвующих сторон – ибо и Германия, и
Франция снова стали вымирать от голода. В Германии от военных действий, болезней
100
Москве, утверждает Солоневич, есть сознательная ложь. Бессознательной она не может быть: факты слишком элементарны, слишком общеизвестны и слишком уж бьют в глаза. Сказка о сусальной Европе и о
варварской Москве является исходной точкой, идеологическим опорным пунктом для формирования дальнейшей исторической концепции
о «деле Петра». Эта ложь была необходима в качестве фундамента, без
которого все дальнейшее строительство превращается в бессмыслицу.
Тогда пришлось бы сказать, что из всей просвещенной Европы Петру
стоило взять технику чугунолитейного дела, которую предшественники
великого преобразователя импортировали и без него, – может быть,
1
и еще кое-что из технических мелочей
.
Известно, что в эпоху Алексея Михайловича Россия развивалась
самостоятельно и брала в Европе только то, что было нужно ей, и
только тогда, когда это было необходимо для русского народа. Так что
все остальные Петровские реформы – дело искусственное, надуманное
и ослабляющее Россию. Вся хитрость состояла в том, что, если откинуть сусальную Европу, а с ней, следовательно, и благодетельность
Петровских реформ, тогда рушится весь быт и весь смысл того слоя
людей, которые выросли на почве петровских реформ, – быт и смысл
2
крепостнического русского дворянства
.
Между тем истинное положение России до Петра представляло
более благополучную картину. Если кратко ее представить, то прежде
всего необходимо отметить, что государственное устройство огромного
Русского государства было неизмеримо выше государственного устройства Европы эпохи Петра. Последняя раздиралась феодальными династическими внутренними войнами, страдала от религиозных преследований и рассматривала свое собственное крестьянство как
двуногий скот – точка зрения, которую Петровские реформы импортировали и в нашу страну.
Очерк 1
и голода погибло три четверти населения страны. Вся Европа билась в конвульсиях
войн, голода, инквизиции и эпидемий, в том числе и психических: обезумевшие
женщины сами являлись на инквизиционные судилища. Что касается московской
грязи и европейской чистоты, то факты свидетельствуют об обратном: в Московском
государстве были бани и все население – городское и деревенское мылось в банях,
по крайней мере, еженедельно. В Европе же бань не было (см.: Солоневич И. Народная
монархия. С. 434).
1
Там же. С. 435, 438.
2
Там же. С. 439.
Непрямые способы формирования политической стратегии
В Русском государстве крестьяне имели реальные экономические
свободы, которые успело закрепить за ним «варварское» московское
правительство. На всем протяжении своего исторического развития
государство сохраняло самоуправление крестьян и последовательно
вводило самоуправление – сословное и всесословное (земское и городское). Русская государственность никогда не знала неподвижной
и косной замкнутости сословий. Служилое сословие пополнялось из
самых разнообразных общественных слоев. Алексей Михайлович закрепил крестьянское самоуправление, над которым столько поработал
еще и Грозный, создал почти постоянную работу Земских Соборов –
изумительную по своей гармоничности и работоспособности русскую
«конституцию».
Каков был нравственно-психологический облик сподвижников Петра?
Окружение Петра – ближайшие сотрудники, соратники – крало в
невиданных прежде размерах и масштабах. Преобразованный правительственный аппарат разворовывал около двух третей поступавших
средств. Но самое главное в том, что, воруя, «птенцы, товарищи и
сыны» прятали ворованное в безопасное место – в заграничные банки.
В этой связи Солоневич ссылается на М. Алданова, который в своих
романах «Заговор» и «Чёртов мост» рисует, «как нечто само собой разумеющееся, переправу чиновных капиталов в амстердамские банки.
…Сколько капиталов было использовано иностранцами для обогащения всяких голландских, английских и прочих компаний? Историки
1
этим не поинтересовались»
. Таким образом, заграничные банки за
счет эксплуатации русского крестьянина строили мировой капитализм.
И русский народ был, по существу, ограблен во имя европейских капиталистов. Финансовая реформа Петра разорила страну. Иностранные
заимствования, ранее нечто неслыханное, превратились в официальную политику.
Что касается самих реформ, то Петр отнюдь не «“начал реформу”
и не “следовал указаниям своих предшественников” – он застал реформу уже на ходу, почти на полном ходу. К тому времени, когда Петр
пришел к власти, Россия уже имела культуру реформ и нововведений.
Технику же и все прочее привозили и без него. Но Петр не только изменил направление реформ – он превратил реформу в революцию, а
101
1
Там же. С. 457.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]